Часть 24

Р. Миллс… Рианна? Рэйчел? Райли? Розалинда? Руни? Роуз? Рафаэль? Серьёзно, Рафаэль? Эмма вышла из машины и в полной уверенности и с продуманными высказываниями в голове прошла в ресторан, где у неё любезно забрали пальто и указали на столик в дальнем углу. Она точно знала, что и как нужно сказать, особенно после того, как её любимого жука нагло оскорбили. Она знала, что именно сделает, и была уверена, что выпустит всю злость и обиду, томившуюся в ней последние месяцы. А потом она увидела её. Короткое тёмное каре аккуратно уложено, и лишь небольшая прядь выбилась из причёски, обрамляя мягкие черты лица. Уголки губ слегка приподняты в полуулыбке, а карие глаза светятся миксом разнообразных эмоций в приглушённом освещении ресторана. Одетая в брючный костюм, идеально подобранный под цвет алой помады, она стоит возле стола с прямой королевской осанкой, и лишь заметное движение руки, прокручивающей кольцо на большом пальце, выдает её волнение. Все накопленные Эммой слова улетучились ещё в первую секунду, как их взгляды встретились, а ноги предательски подкосились, и даже в ботинках на плоской подошве она умудрилась споткнуться об воздух. С каждым сантиметром приближаясь к Миллс, время будто замедлялось, и все действия казались неестественно тяжёлыми и натянутыми. Исключением было только сердце, остановившееся в тот момент, когда Свон оказалась в шаге от человека, ставшего тем глотком воздуха, способным вернуть её к жизни. — Реджина, — брюнетка протянула руку, одновременно прикусывая нижнюю губу. — Эмма. Их рукопожатие длилось вечность, пропуская миллионы искр сквозь пальцы и распространяя давно забытое тепло по телу. — Ты голодная, Эмма? — нарушив молчание, спросила Миллс, медленно разрывая контакт и присаживаясь за стол. — Как и всегда… Реджина. Реджина… Боже, как мне подобрать слова, чтобы выразить, насколько ты прекрасна, Реджина. — Присядешь? Эмма ответила на улыбку Миллс и села напротив, сразу погружаясь в меню, соображая, о чём ей нужно и не нужно говорить, ведь весь заранее продуманный план разлетелся в щепки, оставляя после себя огромную дыру в голове. От размышлений её отвлёк официант, принявший заказ и оставивший их один на один со своим прошлым, настоящим и, возможно, будущим. — Ты позволишь мне начать? — с намёком на неуверенность спросила Миллс. — Я хочу объясниться. Получив короткий кивок от Эммы, брюнетка положила локти на стол и вернулась к прокручиванию золотого украшения на пальце. Несколько раз облизав губы, делая оттенок помады на тон светлее, она глубоко вдохнула и посмотрела прямо в зелёные глаза. — Я прошу у тебя прощения, Эмма! — выдохнула она. — Не только за то, что заставила ждать так долго, но и за всё, что происходило между нами там… В последнюю встречу, когда ты ушла, я осознала, что могу навсегда потерять тебя, и это обрушилось на меня лавиной паники и страха, потому что всё происходило только по моей вине, и я поняла, что не могу упустить шанс быть с тобой, — Миллс сделала небольшую паузу, отвлёкшись на официанта, принёсшего напитки. — Весь следующий месяц я очень много времени проводила наедине с собой, избегая любого контакта с объектами, которые могли бы вывести меня из себя, — поймав понимающий взгляд, она едва заметно улыбнулась. — Как-то раз Нолан сказала, что я идиотка, а потом вылила столько всего в мой адрес, что у меня даже не было возможности ответить, и к концу её тирады я поняла, что она права, — освежив горло глотком яблочного мартини, Реджина задумчиво постучала ногтями по стеклянной поверхности бокала. — Я вышла первого ноября и, как только приехала в дом, где жила раньше, собрала все нужные вещи, села в машину и поехала к тебе… Эмма уставилась на неё широко открытыми глазами, терпеливо ожидая продолжения. — Как ты могла заметить, я не доехала… — Миллс горько усмехнулась. — Я даже машину завести не смогла, просидела в ней всю ночь, ненавидя, жалея и снова ненавидя себя. Я уже говорила, что не знаю, как жить на свободе после большого срока, и было бы эгоистично с моей стороны вваливаться в твою жизнь, не имея своей собственной, — второй глоток напитка ослабил напряжение в голосе. — Мне пришлось снять небольшую комнату, потому что я не могла находиться в доме, где… Ну ты знаешь. Выставив его на продажу, я позвонила Хопперу и договорилась о встрече. Чего, блять? Подожди… — Да, Эмма, он проводил со мной терапию, и за это я тоже хочу извиниться! Я должна была позвонить тебе, сказать, что… Что я жива, в конце концов. Но я была не готова, а потом Хоппер проговорился, что ты налаживаешь жизнь, и я поняла, что не могу появиться на твоём пороге со всеми своими паническими атаками, неконтролируемой агрессией и другими тараканами в голове… Я решила подождать… — Это было нечестно, — тихо сказала Эмма, помешивая шпажкой лайм в своём напитке. — Ты знала, что происходит в моей жизни, пусть и не во всех подробностях, а я жила с мыслью, что больше никогда тебя не увижу, и с пожирающей изнутри надеждой на хер-знает-когда встречу, — она сглотнула и посмотрела на Миллс. — На самом деле, я прекрасно понимаю тебя, и на твоём месте сделала бы то же самое. Извини, что перебила. Они молча наблюдали друг за другом, пока официант расставлял горячие блюда на столе, и, как только их уединение возобновилось, Реджина продолжила. — Первый месяц я ездила к Хопперу два раза в неделю и каждый раз уходила в полном опустошении или с ненавистью ко всему вокруг. Только в декабре я почувствовала странное облегчение, смогла расстаться с прошлыми установками и по-другому посмотреть на происходящее… Я смогла себя простить, — её голос сорвался, а глаза наполнились слезами, едва удерживаемыми силой воли. — И я… очень хочу, чтобы ты простила меня… — Я уже давно сделала это, — сказала Эмма, протягивая руку через стол и сжимая тёплую дрожащую ладонь в своей. — Мне нужно было за что-то цепляться, и я выбрала обиду на тебя, которой на самом деле практически не существовало… Я простила тебя, Реджина Миллс! Больше не в силах сдерживаться, Реджина крепко сжала пальцы Эммы в своей руке и позволила слезам свободно падать на мягкую скатерть стола. Они не обращали внимания на любопытные взгляды, то и дело устремляющиеся в их сторону, на давно остывший обед и потёкшую тушь на их лицах. Всё это было сущей мелочью, по сравнению с тем, что царило вокруг и внутри них. — Что? — смущённо улыбнулась Миллс, доставая маленькое зеркало из сумочки. — Теперь я верю, что ты действительно панда, — усмехнулась Эмма, рассматривая чёрные следы туши, так удачно растёкшиеся под карими, слегка покрасневшими глазами. Закатив глаза, Реджина привела себя в порядок и передала эстафету Эмме. Вернув себя в более менее приличный вид, они всё-таки смогли пообедать. — У тебя шпинат в зубах застрял, дорогая. — Да блин… Пока Эмма боролась с противной зеленью, Реджина оплатила счёт и, вернувшись к столу, предложила немного прогуляться по зимнему Бостону. — Ты всё ещё ходишь к Арчи? — поинтересовалась Свон, когда они вышли из ресторана. — Да. Думаю, мне нужно ещё как минимум тридцать три года, чтобы вернуть мозги на место. А ты? — На шесть лет меньше… Выйдя к Бостонской гавани, Миллс едва удержала радостную Эмму от попытки выбежать на лёд, уводя от открытой воды. Они шли по набережной вдоль небольшой аллеи, и весь их диалог был сосредоточен на всём, что происходило в их жизни за тот период, который прошёл по разные стороны друг от друга. Эмма рассказала про магазин, Бланшаров и ремонт в доме, а Миллс поделилась результатами сеансов с Арчи и удачным временным переездом в небольшую квартиру с болтливой, но добродушной соседкой. — Эмма? Никогда не переставай называть меня по имени. — Реджина? И я никогда не перестану. — Ты согласишься сходить со мной на свидание? — Миллс остановилась на середине тротуара, нежно беря Эмму за руку. — Я хочу сделать всё правильно. — Мне кажется, я соглашусь на всё, что ты предложишь, Реджина! — Анальная пробка? — Господи! Согнувшись пополам, Эмма долго не могла отойти от смеха, пока Реджина с широкой улыбкой спокойно ждала её возвращения. — Думаю, — отдышалась Свон, — начать со свидания — это хорошая идея. — Ты занята завтра? — Да, — немного вяло ответила Эмма. — Я вписалась в няньки, так что два дня проведу с Нилом, пока Дэвид и Мэри будут бороздить просторы Бостона. — Оу… Тогда, может быть, в субботу? — В субботу будет идеально. Куда мы пойдём? — Сюрприз, — Миллс поиграла бровями и взяла Эмму под локоть. — Тебе понравится. Сделав ещё один небольшой круг вдоль воды, они вернулись на парковку у ресторана. — Ты поедешь на этой колымаге? Кстаати! — Это отличная машина! Чего тебе не нравится? — Да так, — фыркнула Миллс. — Если нравится тебе, то, пожалуйста, катайся на здоровье. — Ты её чудовищем назвала… — Потому что так и есть! Ты вообще в неё влезаешь? Она исправна? Там есть ремни безопасности? Ути господи, иди сюда. Эмма сделала широкий шаг и крепко обняла Реджину, отрывая её от земли. — Я очень скучала по тебе! — прошептала она на ухо, пробираясь носом к мягкой коже на шее. — Я тоже, — выдохнула Миллс, обвивая руками её плечи. — Ты вкусно пахнешь. — Я моюсь каждый день. Тело в её руках затряслось от смеха, и, не удержавшись, Эмма нежно захватила зубами мочку уха, срывая с пухлых губ короткий стон. — Мне пора, Эмма, — Миллс отстранилась и, когда её ноги снова коснулись земли, достала из кармана пальто записку. — Мой номер телефона, почта, фейсбук, временный адрес… — Номер страховки? Банковский счёт? — Смешно, — она по привычке закатила глаза, но действительно засмеялась. — Пиши в любое время, ладно? — Ладно. Миллс приподнялась на носочки, оставляя горячий поцелуй на замёрзшей розовой щеке. Эмма так и стояла возле машины, провожая её взглядом, полным удивления и… Любви? Мать моя женщина, она же первый раз поцеловала меня! — Сядь в машину, Эмма! Я не хочу, чтобы ты отморозила свою прекрасную задницу. С глупой улыбкой на лице она ехала домой в самом приподнятом настроении, не до конца осознавая, как спустя всё, что они пережили, можно вот так вот спокойно вернуться к лёгкому общению и чувству комфорта рядом друг с другом. Я подумаю об этом в другой жизни. Дистанция в несколько дней оказалась практически незамеченной, чему поспособствовали постоянные видеозвонки от Эммы в течение дня и вечерние разговоры, инициатором которых была Реджина. А всё началось с того момента, когда Свон оказалась первый день в няньках, и на её удивление, Нил был слишком спокойным и тихим ребёнком. — Мне скучно! — Поиграй с ним в приставку, — крикнула Миллс сквозь шум воды, наклоняясь к экрану телефона, чтобы её ухмылку было видно в кадре. — Очень смешно, ха-ха! — Эмма поставила свой телефон напротив детского кресла, где обедал Нил, и села рядом на стул, приступая к своей порции спагетти. — Что ты готовишь? — Хочу запечь овощи, — ответила Миллс, выключая воду и выкладывая кабачок на доску для нарезки. — А знаешь, вы с ним похожи, — усмехнулась она. — Он ест так же неуклюже, как ты. — Эй, ему почти три, и он скоро научится, — возмутилась Эмма. — А тебе почти тридцать, и твои шансы уже не так велики. Сдерживая улыбку и сохраняя невозмутимый взгляд, Миллс нарезала овощи, пока Эмма вытирала своё лицо от соуса, обиженно надувая губы. — На носу немного осталось, дорогая. — Да я всё равно ещё не доела, — фыркнула Эмма, откидывая салфетку. — Твоя соседка на работе? — Да, так что кухня в моём полном распоряжении, — Миллс переставила телефон на коробку из-под тостера, чтобы не забрызгать его мякотью от помидора. — Как тебе живётся в такой маленькой квартире? — Ты знаешь, привычно. Не уверена, что готова сейчас для большего пространства, да и пока не продастся дом, я буду довольствоваться своей малюсенькой комнаткой. — После выхода я месяц спала на полу, потому что моя кровать была слишком мягкая… — А я не могла носить нормальную одежду и ходила в старом рабочем комбинезоне, оставшемся после ремонта. Обменявшись понимающими улыбками, они продолжали разговаривать до тех пор, пока Нил не закатил истерику, требуя свой дневной сон. От: Реджина. 01:13 Ты спишь? От: Эмма. 01:13 Нет От: Реджина. 01:13 Почему? От: Эмма. 01:13 Потому что мне не пять, и я могу позволить себе рубиться в плойку всю ночь От: Реджина. 01:13 А утром ты будешь ныть, что не выспалась! От: Эмма. 01:14 Не буду! От: Реджина. 01:14 Будешь. От: Эмма. 01:14 Мэри сказала, что Нил не просыпается раньше десяти, у меня есть время. А почему ты не спишь? От: Реджина. 01:14 Соседка пришла домой с парнем. От: Эмма. 01:14 Оу От: Реджина. 01:14 Тут очень тонкие стены… От: Эмма. 01:14 Оооооуууууу От: Реджина. 01:14 Да, именно такие звуки я и слышу. От: Эмма. 01:15 Прости, но это очень смешно :))))) От: Реджина. 01:15 Смейся на здоровье… От: Эмма. 01:15 Не обижайся! От: Эмма. 01:15 Реджина? От: Эмма. 01:16 РЕДЖИНА? От: Реджина. 01:16 Да здесь я! Просто наушники искала. От: Эмма. 01:16 Что слушаешь? От: Реджина. 01:17 «Kiss» От: Эмма. 01:17 ООО! I was made for lovin’ you, baby От: Реджина. 01:17 You were made for lovin’ me От: Эмма. 01:17 And I can’t get enough of you, baby От: Реджина. 01:17 Can you get enough me?* От: Эмма. 01:17 Никогда… От: Реджина. 01:18 Эмма? От: Эмма. 01:18 Реджина? От: Реджина. 01:18 Я хочу потанцевать с тобой. От: Эмма. 01:18 Тогда я приглашу тебя на танец. От: Реджина. 01:19 Эмма? От: Эмма. 01:19 Реджина? От: Реджина. 01:19 Они перестали спариваться… От: Эмма. 01:19 Боже, тебе надо было испортить момент, да? От: Реджина. 01:19 Да :) Доброй ночи! От: Эмма. 01:19 Доброй. От: Реджина. 01:23 Не сиди допоздна. От: Эмма. 01:23 Отстань! От: Эмма. 6:00 Нил проснулся От: Эмма. 6:01 Я не выспалась От: Реджина. 07:03 Я же говорила! С раннего утра Эмма погрузилась в заботы о маленьком ребёнке, который сегодня был максимально активным, и только к обеду ей удалось одеть его, посадить в коляску и выйти на улицу. — Это что, помпон? — Перестань придираться к моим вещам, Реджина. Я люблю эту шапку. А ещё у меня не было времени отмыть голову от персикового пюре… Тихий смешок донёсся из динамиков телефона, и на экране появилась картинка. Миллс сидела на кровати с полотенцем на голове, удерживая устройство одной рукой, пока вторая что-то активно делала за кадром. — Чем занимаешься? — с интересом спросила Эмма. — Пытаюсь вспомнить пароль от ноутбука… Удивительно, что он вообще включился, спустя три года спячки. — А поменять через учётную запись пробовала? — Я похожа на первобытного человека? — Миллс изогнула идеальную бровь. — Ты слишком красивая для дикарки с дубинкой и в шкуре гепарда. Хотя, тебе бы явно пошёл этот образ. — Хочешь увидеть меня в чьей-то шкуре? — Ты права, без неё будет ещё лучше. — Ты флиртуешь со мной, Эмма? — смакуя, она протянула её имя и подняла телефон чуть выше, предоставляя больше обзора на тоненькую майку, слегка открывающую вид на красивую грудь. Эмма практически перевернула коляску, облокачиваясь на ручку, чтобы рассмотреть всё в деталях. — Я определённо флиртую с тобой, Реджина! — Хочешь увидеть больше? Да! — Нет! — Уверена? Реджина вытянула руку и медленно начала оттягивать майку, но до того, как в кадре появилось что-то большее, чем верх округлой груди, Эмма отключила видеосвязь и сбросила звонок. От: Реджина. 14:53 Ты очень мило выглядишь, когда краснеешь ;) От: Реджина. 14:57 Я тебя обидела? От: Реджина. 15:00 Эмма, мне жаль, я не хотела! От: Реджина. 15:10 Я идиотка! Перезвони мне, пожалуйста! От: Эмма. 15:19 Пальцы замёрзли, пришлось зайти в кафе. Извини, но статус идиотки уже занят. От: Эмма. 15:20 У меня есть некоторые проблемы с ЭТОЙ темой… От: Реджина. 15:25 Из-за меня? От: Эмма. 15:25 Да От: Реджина. 15:35 Мне так жаль! Могу я позвонить тебе? От: Эмма. 15:38 Нил проснулся, я позвоню вечером Эмма набрала Реджину уже ближе к полуночи, когда Нил перестал просыпаться каждые пять минут и просить всё, что видел в своей комнате. — Как жаль, что я не умею читать мысли, потому что его это тыканье пальцем в воздух и невнятное улюлюканье вообще не облегчило процесс… Эй, ты в порядке? — Угу. Эмма выключила свет в коридоре и прошла в гостевую комнату, выделенную Мэри и Дэвидом на время её проживания в их доме. — Реджина, ты плакала? — она села на кровать со скрещенными ногами и внимательно всматривалась в полумрак картинки с едва проглядывающим лицом Миллс. — Реджина? — Я не хотела, чтобы всё так случилось, — шмыгнув носом, тихо проговорила она. — Всё, что ты тогда говорила, оказалось правдой, а потом и Хоппер подтвердил мои… Все эти действия по отношению к тебе… Эмма… — Реджина глотала слёзы, поднимая глаза к потолку. — Я не хотела причинить тебе боль, но я не знала, как по-другому выразить всё то, что чувствовала к тебе… Эмма смотрела на экран, видя лишь едва освещённый потолок и слушая тихие всхлипы. — Реджина, — она сглотнула. — Я сейчас попробую нормально сформулировать, что чувствую… То, что происходило между нами, это было для меня в новинку. Я первый раз влюбилась в девушку и, не успев толком понять, что к чему, мы сразу перешли к… сексу. Да, это было грубо, но я хотела этого, Реджина. Я хотела тебя! И, честно говоря, это давно забылось. — Ты не сможешь это забыть… — Но смогу закрыть приятными моментами… Реджина, посмотри на меня, пожалуйста. — Я не могу. — Просто возьми телефон в руки, — мягко попросила Эмма. — Я хочу видеть тебя. Из динамиков послышался громкий выдох, и через пару секунд картинка зашевелилась, показывая заплаканную Миллс. Эмма улыбнулась, чуть наклоняя голову в сторону. — Ты очень красивая! — Ты издеваешься надо мной, да? — обиженно проговорила Реджина, вытирая слёзы. — Нет, — Эмма покачала головой. — Я говорю абсолютно серьёзно. И то, о чём я тебе писала днём, не связано с нашими отношениями там. Это связано с моими загонами насчет тебя и меня, и я… Я много раз представляла тебя и себя… Представляла нас в постели, пока… ну знаешь… трогала себя… — она сделала паузу, глядя в совершенно невозмутимое лицо на экране. — Я тоже, Эмма. В этом нет ничего постыдного. — Да, я знаю, — она запустила руку в волосы. — Но я не смогла довести себя до оргазма… Ни разу, если честно… Хотя нет, один раз, но я тебе о нём как-нибудь потом расскажу. — Это из-за того, что я сломала твою психику, когда мы занимались этим там? — Нет, Реджина! — Эмма замотала головой. — Именно об этом я и говорю! Здесь проблема только во мне, но связана она с тобой… Понимаешь, я как будто чувствую, что совершаю что-то ужасное, касаясь себя и думая при этом о тебе. Как будто я предаю тебя. После небольшой паузы, Миллс прочистила горло и нарушила тишину. — В таком случае я даже не знаю, сколько раз предала тебя за всё это время... — улыбка медленно расплывалась на её лице. Громкий смех разнёсся по всей гостевой комнате, и Эмма упала на подушки, закрывая рот рукой. — Боже, спасибо… А то мне было как-то неловко… Надеюсь, твоё предательство завершалось лучше, чем все мои вместе взятые. — Не так, как это было с тобой… Они улыбались, смотря друг на друга сквозь призму экрана, пока Эмма не вскочила с кровати. — Нил проснулся. — Ты разбудила его своим смехом. — Ты рассмешила меня! Зайдя в детскую, она взяла плачущего ребёнка на руки, укачивая на груди. — Смотри, кто тут у нас, — указала она на экран. — Реджина захотела пожелать тебе спокойной ночи, помаши ей ручкой. Сквозь детские слёзы маленький мальчик пару раз сжал пальчики перед экраном и положил голову Эмме на плечо. — Вы здорово смотритесь вместе, — тихо сказала Миллс, улыбаясь милой картине. — Он пахнет детским шампунем и памперсами, так что я в любом случае выбираю тебя! — Спокойной ночи, Эмма. — Добрых снов, Реджина. Отключившись от разговора, Свон вернула Нила в кроватку и села в кресло рядом, глядя на сладко спящего ребёнка. Она не заметила, как уснула, и даже приезд Мэри и Дэвида прошёл мимо неё, пока позавтракавший и наполненный силами Нил не вскарабкался к ней на колени, чтобы перекрасить её светлые волосы в оттенок клубничного варенья.