Часть 15

      -Ха-ха-ха!       Безумно хохоча, тем самым пугая своих немногочисленных последователей, капитан Рурк с огнем в глазах наблюдал за раздающимися под его ногами взрывам. Опираясь на борт люльки воздушного шара, мужчина чуть ли не вываливался, чтобы насладиться картиной разрушения и буйства стихии.       Подрывные заряды с легкостью выполнили свою задачу — разбудив вулкан и отправляя по туннелям огромные потоки раскалённой породы. Как бы Лайл ни относился к предателям, но одно он с легкостью признавал — профессионализм. Игрушки Винни оказались настоящим чудом.       -Думаю, военные Кайзера неплохо за них заплатят, — сплюнув вниз, Рурк встал ровно, расправляя плечи и задирая подбородок. Мужчина уже хотел привычным движением поправить китель, но вспомнил, что оставил его в одном из грузовиков внизу, — плевать, автор сего замечательное изобретения всё равно скоро превратится в кучку пепла.        Ярко-алый свет отражался от стен, придавая атмосфере больше ужаса, доводя до дрожи в коленках последних солдат Рурка. Они сверлили его спину взглядом, но вместо привычного гордого вояки и харизматичного лидера видели чудовище, помешанное на деньгах.       Люди боялись издать даже звук и привлечь к себе внимание командира. Каждый из них подсознательно понимал, что назад пути нет, кроме как падения вниз в бурлящую магму.       Нервно теребя рукава и ружья, мужчины и женщины провожали взглядом удаляющиеся по туннелям волны огня. На линзах их противогазов мелькали яркие вспышки света, а кожа под одеждой обильно потела из-за поднимающейся в пещере температуры.       Многие переглядывались, пытаясь молча донести свои мысли и решить, как быть дальше.       -Всё как ты и говорил, Таддеус! Если упал — единственный выход наверху!       Зайдясь новой порцией безумного смеха, Рурк с наслаждением прикрыл глаза, пока на его лицо падали первые солнечные лучи. Поднимаясь всё выше, он представлял, как будет праздновать свой успех и как посмеётся над трупами своих бывших коллег, у которых вдруг заиграли принципы.       -Даже хорошо, что они решили остаться — нам достанется больше…       Едва договорив, Лайл почувствовал, как его со всех сторон обхватывают многочисленные руки подчиненных.       -Что вы делаете? Ублюдки! Вы тоже…       Протяжный крик падающего с большой высоты капитана быстро прекратился, едва он соприкоснулся с расплавленной породой. Не чувствуя боли и страха, Лайл неверяще смотрел на удаляющийся воздушный шар, который величественно исчезал в пробитом на поверхность туннеле. Его тело медленно погружалось вниз, пока кожа и волосы сгорали, создавая мириады болезненных ощущений, но бывший командир экспедиции не проронил ни слова. Протянув руку вверх в последней отчаянной попытке, Рурк попытался задать вопрос предателям, но не смог издать ни звука, ведь лава поглотила его с головой.              -И какой план?       Перекрикивая шум механизма, опускающего нас в подземелье под дворцом, я оглядывался по сторонам, вспоминая наше прошлое посещение этого странного места. Маленькая пещера с прудом, в центре которой жил механический спрут, убивающий всякого, кто не носит кристалл на шее.       Джинни не говорил точно, сколько времени мы здесь провели после перемещения. Иронично, что столько времени проторчали под королевским дворцом, но выбираться пришлось через подводный канал.       Передёрнув плечами от воспоминаний о заплыве, я вновь обратил внимание на единственного и вечного обитателя этого странного места. Очередное маго-научное чудо древних атлантов.       Меня всегда восхищала их износостойкость. Ведь прошли тысячелетия, а эти странные механизмы до сих пор продолжали функционировать и выполнять поставленные задачи.       Сразу в голове промелькнул момент, как местный «барин» пытался утащить меня под воду.       Мерзкая тварь не пугалась никого, с легкостью нападая даже на джина и когда мы подошли к берегу небольшого озера, то оттуда снова показалось такое знакомое, но позабытое щупальце.       -Даже ностальгией повеяло…       Пока я предавался воспоминаниям и рассматривал механическое чудо под новым углом, Кида, не долго думая, упала на колени, зачитывая молитвы духам-хранителям Атлантиды. В её словах часто проскакивали просьбы о помощи и выполнении долга.       Первое время я думал, что всё это бесполезно и лучше ещё попытать счастья наверху, пытаясь убежать от надвигающегося цунами из лавы…       Но когда я удостоверился в полной бессмысленности молитв, под нашими ногами раздался грохот. Противный металлический скрежет эхом пронесся из глубин пещеры.       Дрожь набирала обороты, вынуждая нас держаться друг за друга. Маленькие волны в пруду омывали наши стопы, а огромные каменные лица предыдущих правителей Атлантиды начали медленно заливаться светом.       Покрытые традиционными узорами, они освещали всё вокруг себя, разгораясь с каждой секундой всё ярче.       Наконец дрожь достигла своего пика и отхлынувшая от центра пруда вода показала нам очередное чудо из прошлого. Огромный пылающий синим пламенем шар. Невероятное чудо поднималось из недр озера на специальной подставке, которая расталкивала воду и не давала ей попасть внутрь. Некое подобие стекла защищало его по бокам, ограждая от лишней влаги.       Только я успел обдумать этот механизм, как новая порция треска и скрежета металла привлекли наше внимание. Конструкция, удерживающая шар, распадалась на части, освобождая своего величественного пленника из заточения.       Едва получив свободу, это маленькое синее солнце взмыло вверх, привлекая к себе каменные маски предыдущих правителей. Его пугающее пламя разгоралось все сильнее, а длинные протуберанцы вылетали за границы, созданные масками. Задевая стены и потолок, оставляя на них огромные проплавленные борозды.       Маски вокруг кристалла сдерживали его мощь, постепенно гася недовольство могущественного артефакта и успокаивая его. Проходили минуты и в конце концов синее солнце засияло стабильным мирным светом, заливая нас своей силой.       Я почувствовал, как все мое тело наполняет энергия, а боль, усталость и умственная слабость отступают. Заливая меня с головы до ног своей силой, кристалл позволил мне впервые за тысячи лет вздохнуть свободно.       Подверженный мучениям и страданиям разум воспрял с былой силой, позволяя мне по-новому взглянуть на вещи. Я дышал, как загнанная лошадь или утопленник, наконец вдохнувший свежего воздуха. Не находилось слов, чтобы описать это чувство легкости, обретенное спустя столько лет заточения в собственном теле.       Хотелось бежать и прыгать, рассказать каждому, о чём я думаю и мечтаю, какие мысли крутятся у меня в голове и облечь всё это в замысловатые конструкции, недоступные мне последние тысячелетия.       Я желал говорить, говорить, говорить! С любым! С каждым, кто захочет слушать!       Перед глазами проносились годы моего безумия, будто кинематографическая картина, которые мы так любили посмотреть с Джинни и женой. Я видел свои слова и поступки, поведение человека, которому самое место в лечебном доме. Мне стоило извиниться перед столькими людьми, дорогими мне людьми, которые не отвернулись от меня в момент моей слабости, а, наоборот, поддерживали и помогали.       Моим первым желанием было вытащить лампу и яростно натереть, чтобы призвать моего старого друга и товарища. Нам столько всего нужно было обсудить, но я вспомнил кое-что гораздо более важное.       Жена…       Буря чувств и эмоций пронеслась в голове. Целые столетия, наполненные искренней любовью девушки, о которой только можно мечтать.       В горле запершило от эмоции, я хотел обнять её. Поцеловать и прижать к себе, чтобы снова почувствовать то забытое тепло из воспоминаний. То приятное чувство, что помогло мне не потерять себя в годы безумия.       Обернувшись лицом к Киде, я уже хотел ринуться к ней, но увиденное заставило широко распахнуть глаза, пока в голове звучали рассказы старого Кашекима и самой принцессы.       Моя дорогая супруга зависла в воздухе напротив кристалла. Её тело ярко светилось, пока вокруг них яростно раскручивались каменные лица царей прошлого. Синий свет заполонил всю пещеру, не давая даже возможности взглянуть на любимую мной женщину.       -КИДА!       Мой крик тонул в угрожающем гуле кристалла. Воздух вокруг крутился и нагревался, образуя настоящий шторм. Вступив в воды озера, я, с трудом разбирая дорогу, бежал вперёд, пока волны и ураганный ветер толкали меня обратно.       Новый грозный гул кристалла сопровождался выскочившими из воды щупальцами защитника. Десятки механических конечностей пытались схватить меня, подцепить, остановить любым способом, но подаренное кристаллом здоровье сыграло против них.       Щупальца обвивались вокруг моих рук и ног, пытаясь оттащить обратно, но наделенный магической силой организм упрямо пер вперед. Я чувствовал, как хватка становится всё сильнее, а мои кости протестующе скрипят. Кожа в месте захватов превратилась в труху, обнажая красные мышцы.       Вода медленно окрашивалась в алый цвет, пропитывая мой незамысловатый наряд.       Огибая проклятую тварь и уклоняясь от неё, я уже по пояс забежал в воду, когда особенно сильный удар в грудь отправил меня обратно к берегу.       Хруст в груди и болезненный вздох не дали мне вернуться к погоне, но и чертов кристалл закончил начатое.       Раскрутившиеся маски слились в энергетическое кольцо, которое быстро сужалось, обхватывая Киду и соединяя её с синим солнцем. Пламя ласкало её кожу, открываясь перед ней, будто объятия давно потерянной матери.       Мои глаза слезились и болели, жгучий свет кристалла сжигал сетчатку. Тело протестующе ныло, уже моля об отдыхе, но упрямо уперевшись в землю поломанными руками, я все равно полз вперед, протягивая руки к моей жене. Цвет пламени сменился на ярко-алый с вспышками обычного огня — пугающий и такой злобный, словно то проклятое Око с вершины башни зла.       В голове звучал наш разговор с Кашекимом:              -В день великой угрозы, когда народ Атлантиды в опасности, Великие Владыки прошлого избирают одного из нас, чтобы наделить силой кристалла и защитить наш народ.       -Кристалл избирает любого? Какие критерии, или может есть какой-то принцип отбора…       Прервав мой словесный понос, король вскинул руку, остужая мой нетерпеливый нрав. Пожилой мужчина сгорбился, становясь ещё старше и болезненнее в один миг.       -Кристалл выбирает женщину из королевского рода. Как мужья навсегда становятся хранителями нашей великой реликвии, так и наши спутницы приносят жертву в час нужды.       -Значит мать Киды…       -Да, — покачав головой, старик прикрыл глаза. Пожевав сухими губами, он поднял на меня белесый взгляд слепых глаз, — когда-нибудь я займу свое место в Великом кругу древних. Мой отец и дед уже давно ждут меня к себе.       Тогда я даже не обратил внимания на его состояние и эмоции. Меня интересовал практический подход, только мысли о жене помогли собраться и отнестись к горю старого правителя по-человечески.       -А как же Кида?       -Я буду молить кристалл и всех Богов до конца своей жалкой жизни, чтобы ей не довелось познать судьбу своей матери…       -КИДА!       Странное непривычное чувство одолевало меня. От макушки до самых кончиков пальцев. Неприятное жжение, которое быстро распространялось по моему внезапно уставшему телу.       После мимолетной эйфории, что настигла меня буквально минуту назад, сейчас мне казалось, что тело распадается на куски.       Моя рука, тянувшаяся в сторону жены, начала менять цвет, потихоньку сменяясь с привычного коричневого, на более черный и будто застаревший оттенок.       Живые мускулы, наполненные силой, усыхали на глазах, а ногти желтели и скручивались.       -Кида…       Мой голос, который был со мной ещё на далеких улицах Аграбы, пугая конкурентов и облизывая эго партнеров, подвел меня, становясь неузнаваемым и чужим. Сиплые нотки, которые я часто встречал у отца принцессы, сейчас проскальзывали в моей речи.       Веки наполнились свинцом, а восставший из пепла безумия разум требовал сна и отдыха. Упав на землю, я с трудом перевернулся на бок, смотря на остановившийся кристалл. Прежний мягкий цвет заполонил пещеру, но теперь он исходил не от этого сраного камня. Теперь сияние поглощало мою жену, делая её кожу похожей на сам кристалл.       Бросив на меня единственный взгляд, то, что было раньше моей боевой принцессой, улетело через пробитый в потолке проем.       -НЕЕЕЕТ!       Последние силы ушли на этот полный боли вопль. Картины нашей совместной жизни мелькали перед глазами, пока я смотрел, как затухает свет в пещере. Последние лучи, что падали через пролом, исчезли, оставляя меня одного в темноте.       Горячие слёзы стекали по обветрившимся и покрытым морщинами щекам. Проведя пальцами левой руки по лицу, я даже не почувствовал прикосновения к себе, только мелкое эхо былой чувствительности.       Боль в спине и других частях тела нарастала, а в груди разрастался комок из мерзкого, никогда не известного мне чувства. Схватившись за грудь другой ладонью, я почувствовал, как острые осколки впиваются в мою плоть.       С трудом поднял шею и моим глазам открылась причина моего нынешнего состояния. Разбитый на кусочки мой кристалл-амулет мерцал красными затухающими огоньками. Их мистический блеск завораживал и пугал одновременно. Перемешиваясь с моей густой, практически чёрной, кровью, он затухал, моргая — будто насмехаясь.       -Ублюдок…       Откинувшись назад, я со стоном схватил впадающий живот. За секунды мое тело превратилось в развалины и вряд ли снова станет прежним. Пальцы тряслись, будто в безумном танце, а изо рта потекла вязкая слюна. В уголках моих губ она скапливалась, мешая нормально говорить.       -Забрал мою жену, а теперь ещё и это…       Моя рука беззвучно скатилась на землю, а по всей левой стороне тела пошло онемение. Жизнь покидала моё тело. С каждым мгновением я проживал столетия, которые мне даровала сила кристалла.       -Какая тупая смерть, — прокашлявшись, я тихо сипел себе под нос, с трудом разбирая слова, — сраный кристалл, правильно Джинни говорил, что ты просто кусок говна…       Мысли заворочались с новой силой.       -Идиот, — вспомнив, что лампа с джином осталась у Киды, я потерял всякую надежду, но подозрительное шевеление со стороны озера не осталось без моего внимания, — вот только тебя не хватало. Хотя, лучше уж так, чем медленно разлагаться…       Бульканье воды прекратилось, но недалеко от меня о землю ударился металлический предмет. Задорно позвякивая, он прокатился по земле, останавливаясь рядом, упираясь золотым носиком в мою руку.       -Чертова каракатица, не жди от меня благодарности, — проклиная всё, что есть на свете, я из последних сил, не обращая внимания на треск кожи и костей, протянул руку, чтобы потереть лампу, — давай же…       Моё дыхание становилось слабее, но пока я ласково потирал лампу большим пальцем, мой мозг работал подобно машине, помогая вспоминать все рассуждения Киды и Джинни о моем следующем желании. Чего только не предлагала эта заинтересованная в моем здоровье парочка, но только один из вариантов показался мне достаточно безобидным и реалистичным в моем нынешнем положении.       Пальцы скребли золотое покрытие лампы, надламывались ногти, застревая в мелких трещинках, но боль сейчас не волновала меня, да и казалась она далекой и мелкой.       Видя перед собой лишь темноту, я чувствовал подступающую хватку смерти, поэтому боялся не успеть.       -Пока я ещё жив, чтобы тебе не пришлось воскрешать меня, ведь я помню, что ты не любишь этого, — не знаю сколько прошло времени, но я просто начал говорить желание в слух. Мой голос был для меня недосягаем, а зрение покинуло глаза, — джин, моё второе желание, я хочу…