Сердце исчадия ада.

      Отряд стоял в раздумьях перед разрушенным мостом, обсуждался вопрос перемещения на другую сторону. Если Уилл и Гейл могли воспользоваться заклинанием "Туманный шаг", то остальные рисковали украсить своими телами дно ущелья, некогда бывшее речкой. - Я мог бы попробовать сотворить Пространственную дверь, - медленно проговорил Гейл, задумчиво потирая подбородок. - Мне показалось, - Натрезима с сомнением посмотрела на волшебника, - или это прозвучало неуверенно? - Из-за паразита, - Гейл помялся, будто собираясь с духом, выдохнул и продолжил, - многие мои способности стали, скажем так, менее доступны. Так что, да, я не уверен, если у меня и получится открыть Дверь, то не знаю сколько я её удержу открытой. - Или мы можем просто спуститься вниз по веревке, - высказался Астарион, с откровенным презрением глядя на потупившего взор мага. - Внизу мелкий ручеек, даже наш великий волшебник сможет его перейти. - А что нам делать на той стороне, гений? - Огрызнулся Гейл, его глаза сузились, не суля ничего хорошего зарвавшемуся вампиру. - Я вижу как нам подняться, - вклинился в начинающуюся перепалку Уилл, хлопая волшебника по плечу и указывая куда-то вправо. - Вон там уступы, вполне можно пройти по дну ущелья и подняться. - Значит решено, - Натрезима встала между все ещё сердитым Гейлом и нахально улыбающимся Астарионом. Волшебник с грустным сожалением взглянул на тифлинга, мотнул головой и пошел готовиться к спуску. Бард обернулась, встречаясь с багровыми глазами вампира: - Прекращай это! - Зло прошипела девушка. - Что мне прекратить, радость моя? - Астарион сделал шаг к ней, оказавшись очень близко, он прекрасно слышал как участился пульс лидера отряда при его приближении, ухмылочка превратилась в собственнический оскал. - Хватит задирать Гейла! - От нахлынувшей ярости хвост Натрезимы начал сам собой вилять, как у рассерженной кошки. - Чего ты хочешь добиться этим? - Твоего внимания, разумеется, - эльф склонился к её уху, продолжая говорить почти шепотом. - Долго ты собираешься избегать меня, дорогая? - Я тебя не избегаю, - тифлинг открыто посмотрела в лицо плута. - Не ты ли каждую ночь навещаешь меня? - Это другое, - его рука проскользила вдоль её спины. - Тебе же нравится то, что мы делаем. И я знаю, что ты хочешь меня. - Давай обсудим это в лагере, - после долгого выдоха быстро говорит Натрезима. - Я ловлю тебя на слове, моя радость, - Астарион продолжал смотреть на неё своими очаровывающими глазами сверху вниз. - Если ты не придешь ко мне, то я сам приду к тебе не только за твоей вкуснейшей кровью, если ты понимаешь о чем я... - Эй, голубки! - окликнул их Уилл, закончив готовить веревки к спуску. - Наворкуетесь ещё вечером! Нам стоит поторопиться, скоро налетит буря. На горизонте и правда собирались темные тучи, а вдали раздавались глухие раскаты грома. Натрезима ещё раз смерила вампира взглядом и направилась к другим спутникам, мысленно ругая свою слабость к чарам плута, Астарион так же окинул взором надвигающуюся непогоду прежде чем присоединиться к остальным. К моменту как тифлинг, спускающаяся последней, ступила на дно не такого уж и глубокого ущелья, компанию нагнали первые резкие порывы ветра. - Уже начинаю жалеть, что не остался в компании шаритки и гитьянки, - лениво проговорил Уилл, сматывая оставшуюся веревку, рассматривая нагоняющую их бурю. - Сам вызвался, - весело подразнила Натрезима, зябко поводя плечами, всё-таки следовало взять с собой теплый плащ. - О, наш доблестный Клинок Фронтира, просто боится, что я уведу тебя у него, - в своей нахальной манере протянул Астарион, в упор глядя на колдуна тяжелым взглядом, голос его сочился ядом. - Астарион! - На этот раз бард потеряла терпение окончательно, яростно подлетев к нему и ткнув в грудь когтистым пальцем. - Поверь не все здесь такие озабоченные плотскими удовольствиями ублюдки, как ты! Знаешь что? Я отвечу на твой вопрос прямо сейчас! Нет! Я ни за что не стану спать с тобой! - Ох, дорогая, ты ранишь моё сердце... - Сердце? - Хвост тифлинга к этому моменту уже должен был оставить характерные продолговатые синяки на ногах девушки, настолько быстро и яростно он хлестал во все стороны. - У тебя нет сердца, Астарион! Ты эгоист до мозга костей, тебе плевать на всех, кроме себя, даже если те, кто тебя окружает искренне желают тебе добра и хотят помочь, не ожидая ничего взамен. На мгновение лицо эльфа исказилось, словно ему действительно больно слушать барда, однако, он очень быстро вернул самообладание и похабно растянул губы в улыбке: - Как угодно, моя радость, можешь притворяться сколько хочешь. Это твой выбор, я уже получил свою долю удовольствия, - Натрезима была близка к тому, чтобы от души дать вампиру по морде, когда Астарион вдруг перестал улыбаться и резко поднял руку, призывая к тишине. - Слышите? Гейл и Уилл, стоящие в немом ступоре от разворачивающийся сцены, отрицательно замотали головами, они ничего не слышали. - Что ты слышишь? - Тихо спросил Клинок, осторожно читая заклятие Брони Агафиса. - Стоны боли, рёв пламени, - Астарион закрыл глаза и повернулся правым ухом к налетевшему ветру, - стук железа... Мы явно здесь не одни. Прости, моя дорогая, нам придется перенести выяснение наших отношений на более спокойное время. Может быть ночью, м-м? - Нет никаких отношений, - зло прошипела тифлинг, развернулась и довольно быстро пошла в направлении откуда чуткое ухо вампира услышало странные звуки. - Не повезет тому, кто попадется ей под руку сейчас, - прошептал Уилл на ухо волшебнику, тот лишь молчаливо кивнул в ответ, соглашаясь. В полном молчании отряд следовал за своим разгневанным лидером, все ещё дергающийся из стороны в сторону хвост ясно давал это понять. В полном равнодушии тифлинг прошла мимо распластанного на земле мертвого тела, которое быстро обшарил шедший последним плут, прикарманив пару колец и какой-то старый массивный ключ. Мужчины даже не пытались заговорить с бардом, молча следуя за ней и давая время остыть. Переступив очередную лужу запекшийся крови и большое черное пятно, похожее на старое остывшее кострище, Натрезима подманила отряд ближе, жестом приказав молчать, положила ладонь на плечо Уилла и указала на заросли на другой стороне ручья - спиной к ним, полыхая огнем, сидела краснокожая демоница, стонающая от боли, колоссальных размеров топор валялся у её ног. - Обломанный рог. - Уилл выступил вперед, обнажая оружие, он выплевывал слова, будто проклятия. - Смрад Аверно. Advocatus diaboli. - Чтоб меня разорвало, - демоница обернулась и встала, но за оружием не потянулась. - Клинок Фронтира, я так и думала, что это был ты, на мозгоедском корабле. - Ты, Карлах, верно? - Натрезима встала рядом с колдуном, незаметно взяв его за руку, удерживая от необдуманных поступков. Что-то с этой "дьяволицей" было не так. - Именно, а ты... - внезапно женщина схватилась за голову, негромко взвыв от боли. Личинки связывали их пятерых воедино, показывая истину без шелухи слов и недомолвок. Видения показывают, что существо перед ними не враг всего живого, не стремящаяся развязать войну демон. Она тифлинг... - Уилл, - предостерегающе позвала бард, всё ещё удерживая мужчину за запястье, что не укрылось от иных спутников, - остановись. Мы должны выслушать её. - Это обман! - Живой глаз колдуна метался между лицом тифлинга и "демоницей". - Какой-то трюк! - Взгляни мне в глаза, Клинок Фронтира! - отчаянно вскричала Карлах. - Ты убил много чудовищ, жаждущих власти и крови. Присмотрись, я не из их числа! Я готова всё вам объяснить, правда, это долгая и запутанная история... - У меня есть предложение, - послышался голос Гейла. - Давайте найдем убежище от грозы и обсудим сложившуюся ситуацию? Ох, простите, не представился, Гейл из Глубоководья! - В кои-то веки здравая мысль, - раздалось ленивое замечание Астариона, он не мог отказать себе в удовольствии вновь задеть мага. - На холме есть таможенная застава, мы могли бы укрыться там. - Не советую, - внезапно произнесла Карлах, все ещё держащаяся на расстоянии от группы. - Её заняли так называемые "паладины Тира". - Так называемые? - Нахмурился Уилл, так и не убравший оружия и не сводящий взгляда с краснокожей. - Да, - варвар подняла свой топор и демонстративно закинула в петлю за спину. - На самом деле это прислужники Зариэль, которых она послала за мной. Я знатно их потрепала, даже подпалила парочку, но оставшиеся продолжат погоню. - А что если мы приведем тебя к ним? - Спросил Уилл, вновь поднимая рапиру. - Подтвердят ли они твои слова? - Не будь дураком, - Карлах хохотнула, хлопнув в ладоши. - Конечно, они будут петь красивые песни о том, какая я ужасная угроза и за мою голову они готовы очень щедро заплатить. - Насколько щедро? - Тут же оживился Астарион, до того момента лениво рассматривавший свои ногти. - О, весьма, - краснокожая тифлинг подхватила с земли тощий вещмешок и посмотрела на разношерстную компанию. - Они будут счастливы заполучить мою голову, не вступая в драку. - Уилл, - Натрезима отвела колдуна в сторону и тихо проговорила, - идём на заставу, поговорим с паладинами, я постараюсь проникнуть в их разум и выяснить правду. Если Карлах права, то нам следует отправить прислужников эрцгерцогини Аверно обратно к ней. - Хорошо, - кивнул Клинок, не спеша забирать свою руку из хватки серокожей тифлингши, втайне наслаждаясь этой близостью. - Но если окажется, что я был прав... - Ты исполнишь долг, - договорила за него бард, отпуская мужчину. - Отравляемся на заставу! Карлах, ты с нами? - Если примите, - грустно проговорила варвар. - Только так мы сможем, - Натрезима запнулась, подбирая слова, - начать доверять тебе. - Ясно, - Карлах пожала плечами, словно другого она и не ждала.       Как не хотел признавать очевидное Уилл, Карлах все же была права. Чтобы это выяснить, им даже не понадобилось прибегать к дорогостоящему зелью "Чтение мыслей" - обошлись амулетом, найденным Натрезимой в руинах древнего храма Джергала. Стоило фальшиво улыбающейся девушке, прикидывающейся торговкой, покинуть комнату с якобы погибшем от рук Карлах беженцем, как бард воспользовалась артефактом. Труп оказался разговорчивым, лгать он, скованный властью медальона и самой Смертью, не мог в принципе, так что его ответы легли в основу быстрой, но яростной схватки с прихвостнями Зариэль. Запылавшая в прямом смысле слова Карлах схватилась с Андерсом, остальные занялись двумя его напарницами. Даже благословение архидьяволицы не помогло "паладинам" противостоять численному превосходству отряда Натрезимы. - А денёк перестаёт быть томным, - сверкнул клыками Астарион, в бою он сумел неплохо напиться человеческой крови с примесью могущества Аверно, что действовало на него опьяняюще. - Предлагаю выкинуть трупы и переночевать здесь. - Отличная идея, - отдышавшись, согласилась Карлах, сразу хватаясь всё ещё пылающей рукой за лодыжку Андерса, потащила тело к выходу, с легкостью выкинув его под проливной дождь к трупам гноллов, следом за главарём полетели и тела его подружек. - Пока-пока! - А она мне нравится! - Произнес Гейл с восторгом, понаблюдав за "уборкой", отправился шуршать по ящикам в поисках съестных припасов. Натрезима улыбнулась, наблюдая как варвар с наслаждением ломает стол, какие-то ящики и стаскивает их в давно остывший очаг, затем краснокожая тифлинг просто прикоснулась рукой к горке досок, поджигая их своим жаром. За окнами яростно сверкали молнии, по хлипким маленьким окнам стучал поток небесной воды, а ветер заунывно выл, так и норовя сорвать крышу и выставить смертных на суд проливного дождя. Бард оглядела своих спутников: Гейл что-то напевал, суетясь над котелком, судя по всему нашел-таки продукты для похлебки, Астарион забрался на второй этаж и сверлил оттуда лидера многозначительным взглядом, Уилл отступил в тень, шагая туда-сюда и что-то бормоча под нос. Когда еда была готова, а "счастливые" обладатели мозгоедских личинок расселись вокруг очага - Астарион в трапезе не участвовал, но всё же присоединился к остальным - варвар обвела всех взглядом, остановив взор на ещё больше понурившемуся Клинку Фронтира. - Я должна многое объяснить, - проговорила Карлах, пристально глядя на колдуна. - Десять лет назад человек, которому я доверяла больше всех в мире, продал меня Зариэль. Она могла попросить у него любую душу из Врат Балдура, но ей приглянулась я. В насмешку она заменила моё сердце адским движителем и отправила на Войну Крови. Я умела драться, но там научилась убивать не только смертных, но адских созданий. По какой-то неведомой мне причине Зариэль благоволила мне, она назначила меня своей личной гончей и натравливала на самых разных тварей. Десять лет я сражалась не во славу архидьяволицы, а чтобы просто выжить. Слабая надежда вернуться домой, давала мне силы не сдаваться. И вот я дома! Ну почти дома... - Вы не понимаете! - Внезапно поднялся Уилл, он отошел от остальных, и плечи его понуро опустились. - Если я не исполню свою роль, то меня ждёт расплата. - Так-так-так, - протянул Астарион, сверкая глазами. - Кажется Клинку Фронтира придется кое-что нам объяснить. - Я не могу, - сквозь зубы процедил мужчина. - Вам ничего не грозит, могу поклясться! А вот что ожидает меня... - Уилл? - Нахмурилась Натрезима, она не любила сюрпризы, угрожающие жизни и здоровью её друзей. - В чем дело? - Однажды вечером, - грустно проговорил мужчина, стоя вполоборота к соратникам, - я приму своё наказание, а вы... всё поймете. - Чтобы не случилось, - бард встала и положила ладони на широкие плечи колдуна, - мы будем рядом. Тифлинг обняла человека, после чего заглянула в лицо, тихо говоря: "Я с тобой!" Следом за бардом к Уиллу подошла Карлах и молча кивнула в знак поддержки, следом и Гейл встал рядом с остальными, положив руку на плечо колдуна и одобрительно улыбаясь. - О, потрясающе, - ядовито проворковал вампир, тем не менее тоже приблизился. - Стоим кружком, прям тайный культ какой-то! - Астарион! - Шикнула на вампира Натрезима. - Да, нет, он прав, - слабо улыбнулся Клинок, с благодарностью глядя на окружающих его друзей. - Со стороны мы смотримся глупо, но я благодарен за то, что вы со мной.       Вскоре стали устраиваться на ночлег, Натрезима нашла несколько спальных мешков в смежной комнате, так что ложиться на голом полу никому не пришлось. Хитрая трубадурша устроила свой спальник между очагом и ложем Карлах, оказываясь между двумя источниками тепла. Уилл и Гейл так же улеглись поближе к очагу, резонно полагая, что вампиру нет разницы где располагаться. Они, конечно, были правы, однако эльф надеялся устроиться рядом с серокожей тифлингшей, просто чтобы напоминать ей о себе. Астарион весь вечер выжидательно смотрел на их лидера, пока наконец не понял, что сегодня он не получит её внимания. Внутри шевельнулась уязвленное самолюбие - ему посмели отказать, демонстративно игнорировали и не дали шанса приблизиться. А при воспоминании как бард держала темнокожего колдуна за руку, как обняла его внутри вскипала... ревность? Да нет, глупости, разве можно ревновать того, кого ты используешь для защиты и питания? Или же нет..?