6. Незаконченное дело

      — Где?.. — лицо Оокурикары ничего не выражало, но его глаза, цвета расплавленного золота, отливали алым и это выдавало его волнение и гнев.       — Никкари Аоэ остался прикрыть наше отступление, — тяжелая и обжигающая рука Миказуки Мунечика легла на плечо Оокурикары, — Он сказал, чтобы мы возвращались без него.       — Это моя вина-а, — стоящий поодаль Акита Тоширо разразился плачем.        — Ну-ну, не надо так убиваться, — Мунечика в мгновение оказался рядом с танто и уже гладил его по голове, прижав в себе, — Это не твоя вина…       Оокурикара зыркнул на представителя пятерки великих мечей и прищурился. Старый лис очевидно знает больше чем говорит. Вопрос только, почему он скрывает это? В другое время и с другим мечом, учигатана бы даже не стал задумываться о происходящем, принял бы все на веру и продолжил бы операцию, а точнее повел бы отряд, за который он был в ответе, как командир, обратно в цитадель. Но не сегодня, не в этот раз, когда с ними был Никкари. И уж тем более, когда тот решил погеройствовать.       — Возвращайтесь, — Оокурикара глянул на группу мечей, а затем развернулся и зашагал в обратную сторону.       — Кара! — Цурумару Кунинага схватил учигатану за плечо, пытаясь остановить, — Мы вернемся позднее и поможем, но сейчас наше время заканчивается. Надо возвращаться в цитадель… — Оокурикара убрал руку с плеча и глянул на тати.       Цурумару отшатнулся, увидев глаза друга. Они не могли принадлежать человеку. Казавшиеся огромными, на пол-лица с вертикальным зрачком, золотисто-алые, глаза ящера. Цурумару сглотнул. Он никогда не видел такого Оокурикару, хотя слышал от Шокудайкири о подобном. Как меч он бы не придал значения, но как человек — испугался. В такие моменты тати жалел, что получил человеческое тело, а вместе с ним человеческие слабости и страхи. В большинстве случаев это, без сомнения, вызывало интерес и даже удовольствие, но вот сейчас хотелось снова стать холодным стальным клинком, не знающим чувств и эмоций.       — Возвращайтесь, — повторил Оокурикара. Голос учигатаны был на удивление спокоен и не нес агрессии, как ожидалось.       Цурумару согласно кивнул и отошел, а его место занял Когуцэнумару.       — Ему надо завершить то, что начал давным-давно и это он должен был бы сделать в одиночку. Но он же теперь не один, так? — беловолосый тати мягко улыбался и смотрел хитрым взглядом.        Он похлопал Оокурикару по плечу и положил в руку учигатаны что-то тяжелое. После чего вернулся ко всем и скомандовал выдвигаться. Кара раскрыл ладонь, на ней лежала круглая печать для возвращения домой. Он взглянул на удаляющиеся спины. Удивляться поступкам мастера меч не переставал. Дать тати эту печать мог только он, но как узнал, что она им понадобится? Неужели это существо (считать его человеком уже не представлялось возможным в силу его возможностей) может видеть будущее? Или его предчувствие настолько развито? Сколько раз он вот так спасал цукумогами? Не счесть.

***

      Найти Никкари оказалось не так-то просто. Пришлось несколько часов прятаться в проулках, подслушивая разговоры патруля. Ближе к рассвету наконец повезло натолкнуться на группу самураев, обсуждающих странный случай, произошедший днем. По их рассказам выходило, что из тюрьмы сбежал какой-то важный человек. Это Оокурикара как раз знал, так как это и было их заданием — вызволить очередного, важного для движения истории, человека из застенков, куда его заточили благодаря ренегатам истории, с намерением лишить жизни и повернуть течение истории в другое русло.       Отряд мечей, возглавляемый Карой, успешно справился с поставленной задачей. Часть цукумогами отправилась вызволять цель, а другая часть осталась на подступах к городу, пытаясь предотвратить приток новых воинов противника. Именно в этой группе и находился Оокурикара с тати, Никкари же с Когуцэнумару и маленькими юркими танто отправились вызволять самурая. Задание не должно было стать проблемой. Кара со своей группой справились довольно быстро, без потерь и повреждений, а так же ждали группу Никкари с тем же успехом, но…       Их заметили, правда уже после того, как цель скрылась, но факт остается фактом. Сражаться с людьми или наносить им увечья запрещено правилами экспедиций и группа должна была скрыться, согласно плану в случае неудачи. Вот только она оказалась окружена. Никкари вызвался перехватить внимание людей на себя, тем самым дав шанс товарищам прорваться и скрыться.       Вот только зачем он сдался?       Об этом думал Оокурикара, пока бежал в сторону дома местного чиновника, где содержался зеленоволосый вакидзаси. Забравшись на крышу, учигатана передвигался по ней, слушая о чем говорят внутри. Найти и само место заточения удалось не сразу и только благодаря подслушанному, Кара узнал, что Никкари содержат в подземелье. А это значит, что придется ждать до вечера, чтобы его вызволить, благо в разговорах не говорилось о том, что пленника собираются казнить. Повезло, что хозяина не было в тот день дома, он отлучился по делам в соседний город, но вот по его возвращении с нарушителем предстоял допрос, который без сомнения будет сопровождаться пытками.       Сначала Оокурикара хотел снять номер в гостинице и переждать там время до темноты, заодно поспав и поев. Но быстро отказался от идеи, посчитав, что лучше провести это время на крыше, мало ли что. На счастье учигатаны день выдался пасмурным и крыша не стала раскаленной сковородой из-за палящего солнца. Вопреки тому, что на дворе стояла осень, дни были жаркими. Кара просил небеса даровать день без дождя. Он конечно бы не оставил свой пост, но двигаться в мокрой амуниции ох как не просто, а ловкость ему была нужна — от нее зависела жизнь и не только самого цукумогами.       Развалившись на ближайшей к месту заточения Никкари крыше, учигатана не заметил, как уснул и проснулся, словно от толчка, через несколько часов, уже ближе к вечеру. Испуганно крутя головой, стряхивая остатки сна, Оокурикара прислушался к тому, что творилось внутри здания. Как он понял ранее, там находилось общежитие стражи. Бойцы здесь отдыхали и тренировались. Хорошее место, чтобы узнать последние события. И правда, скоро разговор зашел о пленнике. Хозяин поместья вернулся, но из-за усталости после дороги допрос было решено перенести на следующий день. Цукумогами облегченно вздохнул и принялся ждать, когда стемнеет сильнее и поместье погрузится в сон.

***

      — И как долго ты собираешься тут прохлаждаться? — низкий бархатный голос вывел Никкари из размышлений.       Вскинув голову, вакидзаси встретился взглядом с золотыми, горящими словно фонари, глазами. От неожиданности он отшатнулся и упал на грязную солому, расстеленную по полу.       — Еще и разлегся, — голос смеялся, смеялись и глаза, — Или это ты меня так соблазняешь?       Схватившись за решетки, Оокурикара с легкостью выдернул их из стены и умудрился сделать это, не переполошив всю округу. Никкари поднялся, но удивление не отпускало. Он никого не ждал и не надеялся. Хотя нет. Вранье. Ждал. И именно золотоглазого учигатану. Сразу после того как схватили, и потом всю ночь и весь день, а к вечеру ждать перестал, посчитав, что Кара вместе со всеми вернулся в цитадель.       — Как? Почему? — Никкари с подозрением смотрел на учигатану.       — Ты правда думал, что я могу тебя бросить? — цокнул языком Оокурикара, спрыгивая вниз, — Не смог найти тебя до рассвета, а потом ждал темноты, — ответил на все разбитые надежды Кара, — Давай выбираться. Я вообще не понимаю, зачем ты решил поиграть в героя.       Оокурикара протянул руку Никкари, но тот не торопился принимать ее. Вместо этого он со странным выражением смотрел на него.       Кара был прав — никаких причин оставаться не было. На первый взгляд. Но не все было просто. Акита Тоширо зря убивался, думая, что стал причиной раскрытия своего отряда. Настоящей причиной стал призрак. Так уж вышло, что шум, устроенный им, исходил из места, рядом с которым стоял танто. А так как не каждый цукумогами способен видеть ёкаев — закономерно, что малыш посчитал себя виновником. Опять же, и в этой ситуации Никкари не было резона оставаться, вот только этот самый призрак оказался старым знакомым вакидзаси — его давнее незавершенное дело.

***

      Это случилось еще в ту пору, когда меч Никкари Аоэ принадлежал Шуридаю Накаджиме, прославившемуся как истребитель призраков. В одну из охот на ёкаев он преследовал двух духов умерших самураев, одного уничтожил быстро, а вот второй оказался изворотливым (поговаривали он и при жизни был умелым бойцом). В конце концов, Шуридай справился и с ним, так ему показалось. Но как показывают последние события это не так. Второй призрак был только ранен и долго восстанавливался, после чего искал своего обидчика, чтобы отомстить.       Но когда поиски были завершены оказалось, что человек тот умер и надежда на то, что тот стал подобным ему, не сбылась. Тогда призрак скитался по всей стране и мстил охотникам на ёкаев, но его злость никуда не исчезла. В какой-то момент он примкнул к армии ретроградов истории и в одну из вылазок ощутил знакомую энергию. Сперва он искал человека ранившего его, какого же было его удивление, когда он нашел меч, принадлежавший тому, который ко всему еще и стал человеком. С того дня призрак наметил своей целью Никкари, но встретиться им как оказалось было не просто.       Во время поисков призрак научился сам путешествовать во времени, правда разброс был в паре-тройке лет от начальной точки, но тот считал и это благом. И вот наконец-то он нашел того, кто стал средоточием гнева и мести. Но наносить сразу окончательный удар ёкай не спешил, решив сперва поиграть с жертвой. Все время, что Никкари находился в заточении, призрак «развлекал» его беседами. В которых готовил того к допросу. Во всех подробностях расписывая виды пыток, которые будут применены к вакидзаси, наблюдая за его реакцией.       К его сожалению, цукумогами не выказывал никаких эмоций по этому поводу, напротив, погрузился в, одни ему ведомые, размышления. На любые попытки призрака обратить на себя внимание, оживший меч раздраженно цокал языком и демонстративно отворачивался. Днем ёкай оставил Никкари в покое и вечером не появлялся, но вакидзаси даже не думал, что тот оставил его в покое, потому как тот уже предупредил, что подобного не будет. И подтвердил свои слова рассказом о том, как сотни лет искал сперва хозяина Аоэ, а затем и его самого.       Несколько раз Никкари пытался уничтожить призрака, но это не удавалось, тот не только не потерял сноровку, но еще и приобрел дополнительные навыки. Каким-то непостижимым образом он научился прикасаться к вещам и даже ими управлять в отличие от своих товарищей призраков. Конечно, и вакидзаси был не промах и много опыта получил во времена службы клану Кёгоку, когда те владели замком Маругамэ и в последующие года, став сокровищем клана и его защитником от злых духов.       К сожалению, сперва ему просто не хватило времени, чтобы разобраться с ёкаем, а затем, когда его схватили, то отобрали мечи — голыми руками с призраком не справиться. Вакидзаси рассчитывал сбежать из плена, когда его будут переводить с одного места в другое для допроса. Такая надежда появилась после рассказа призрака — наверняка он знал о чем говорит и не стал бы попросту обманывать, а так как место, где держали Никкари, было пустым, следовательно, пыточная находится в другом помещении, а еще лучше здании, как надеялся Никкари.       Не дождавшись подмоги, вакидзаси как раз обдумывал подходящие маневры, которые мог предпринять, чтобы сбежать, когда появился Оокурикара. Можно было бы сбежать вместе с учигатаной, но будучи японцем, Никкари считал делом чести закончить начатое ранее, и окончательно уничтожить призрака. И именно это он как раз рассказывал Каре, когда в темнице появился призрак.       — Так-так-так, а кто это у нас тут? — полупрозрачный мужчина одетый в старинную одежду самураев туманом проскользнул внутрь и ухмыляясь рассматривал Оокурикару, — Побег решили устроить? Нет-нет-нет. Этого я допустить не могу, — призрак дернулся в сторону окна, но что-то обжигающе горячее схватило его руку.       Обернувшись, он встретился с пылающими расплавленным золотом глазами. Они захватили все внимание, ужас сковал призрака и он не видел ничего кроме них. Раскрыв рот в немом крике, ёкай застыл в движении.       — Кто? Кто ты такой? — жжение прекратилось и призрак наконец смог увидеть, что это был человек, который пришел на выручку ненавистному вакидзаси.       — Ника? — Оокурикара обернулся, Никкари схватил его за руку, давая понять, чтобы тот прекратил воздействие на ёкая.       — Курикара кама-сама? — призрак видом не видывал дракона, но много слышал о нем.       Так же он слышал и о мече, что получил силу кама-самы. Достаточно было взгляда в золотые глаза и увидеть татуировку, покрывающую руку, схватившую его, чтобы понять кто перед ним. Первоначальный ужас отступил, и храбрость вернулась к призраку. Сам Курикара с легкостью мог бы уничтожить его, но вот этот человек вряд ли. Да, было больно от его хватки, но ничего смертельного не произошло, даже следа не осталось.       — Нет. Ты не Курикара, — ухмыльнулся зло призрак, — Подделка.       Воспользовавшись суматохой, ёкай вылетел в окно и скоро снаружи послышался громкий шум, затем крики и топот ног. Нужно было торопиться, чтобы их не схватили. Учигатана подтолкнул Никкари к окну и сделал жест рукой, призывая того карабкаться вверх.