Часть 9: Эпилог

Со дня казни Блэйда минуло уже более двадцати лет, но к его могиле всё так же протаптывали тропу памяти. Впрочем, большая часть экипажа постепенно охладела, их визиты становились всё реже и короче. Даже жизнерадостная Март перестала тосковать с прежней силой. Дань Хэн наведывался лишь два-три раза, словно отдавая долг вежливости. И только Стелла, девушка, ради которой он был готов на все, оставалась верна его праху. А Блэйд, после свершения правосудия, пробудился в самом сердце тьмы — в Седьмом круге Ада, в Преисподней, где властвует Минотавр, — обители насилия. Круг этот расчерчен на три зловещих пояса: Первый пояс, Флегетон, — кипящая геенна для тех, кто поднял руку на ближнего, посягнул на его имущество и достоинство. Тираны, разбойники, грабители — все они корчатся в багровом рву раскаленной крови. Кентавры, словно мстительные тени, обстреливают стрелами каждого, кто осмелится вынырнуть из клокочущей бездны. Второй пояс — Лес Самоубийц. Здесь, в траурном сплетении ветвей, находят вечное пристанище души, оборвавшие нить жизни, а также те, кто безрассудно растратил свой удел, — игроки и моты, спустившие все до последнего гроша. Транжир терзают адские гончие, а самоубийц рвут на части гарпии, словно вестницы отчаяния. Третий пояс — Горючие Пески. Здесь томятся богохульники, посягнувшие на святыни, и содомиты, извратившие саму суть естества. Их вечное наказание — бесплодная пустыня, опаленная огненным дождем, льющимся с безжалостного неба. Вы спросите, что он забыл в этом проклятом месте? А я отвечу: Блэйд — человек, на чьей совести столько смертей, что любая мировая война покажется детской забавой. Его пытали день за днём, во всех трёх поясах, изощренными методами, но он оставался невозмутим. В его душе царил покой, ведь он знал, что та девушка, Стелла, что сумела растопить его чёрствое сердце и озарить тьму его души, жива и уготована для неё совсем иная участь! Место, где цветут сады и царит вечное счастье. О себе же он не заботился. Минотавр? Кто это? Гарпии? Пустяк! Адские гончие? Да хоть сорок! Сам Люцифер? Что ж, милости прошу! Дверь всегда открыта! Пусть прихватит виски! Главное, чтобы Стелла, девушка, ради которой и умереть не жалко, была жива! А на меня — плевать! — повторял он раз за разом, и на его устах играла улыбка, даже когда его, прикованного к пыточной доске, окунали в раскаленный ров крови. Он был счастлив, и демоны взирали на него в недоумении. А что же Стелла и экипаж? Они прожили свои жизни, полные новых приключений, но их существование было неполным. В сердце Стеллы всегда жила память о Блэйде. Март, Дань Хэн, Вельт, Химеко, Пом-Пом — все они пытались утешить ее, но она лишь рыдала. Годы шли, они старели и умирали, обретая покой в Раю. Стелла ждала, жаждала встретить его там, но этому не суждено было сбыться. Она в Раю, в блаженном царстве Господнем, а он — в царстве Люцифера, подвергаемый пыткам изо дня в день. Вот он, конец этой истории, конец, что разделяет судьбы: праведнику — Рай, грешнику — Ад! Но это был Ад спокойствия, Ад, где можно не волноваться, даже будучи подвергаемым пыткам, ведь ты знаешь, что жнец, тот, о ком говорят в ужасе, и Ад последовали за ним! Ты провел того, ради кого стоило прожить эту жизнь, в райские сады, и теперь можешь быть спокоен!

— Конец. —

...И в конце моего повествования я хотел бы спросить у тебя, да, у тебя, мой дорогой читатель: что такое жертва? Стоит ли жить воспоминаниями о том, кого ты любил, зная, что он счастлив, даже если тебя нет рядом и ты находишься в ужасном месте? Стоило ли жить ради этого человека, ради этих глаз?!