8. Спасение

Голубой с золотом сам немножко был как небо, и дракончик сразу понял, что он и Сокровище — одной крови. Но снова — важно было совсем не это! А вовсе даже то, что этот голубой с золотом вот прямо сейчас целился в Сокровище. И как же точно целился! Дракончик помнил, как надо. Сокровище велел прятаться, если кто-нибудь придёт, но этот новый точно был из одного гнезда с ним, поэтому дракончик выскочил навстречу. И зашипел. И плюнул огнём, и ещё раз, и ещё раз. Хочешь знать, что случится со всеми твоими стрелами, а потом и с тобой самим?! Ты что, тоже не знаешь, как ухаживать? Этот, внизу, тряхнул головой, будто бы глазам не верил. Лучше бы дальше пел. От этих звуков начало казаться, будто Сокровище снова гладит по спине. Но ему неудобно было бы одной рукой, и дракончик не требовал. А песня была хорошая. И то, что в глубине Сокровища, в его груди ещё нашлись и голос, и звук, и свет. Там всё равно не клетка. Там гнездо с водой и подстилкой. Этот, внизу, прокричал: — Ты и здесь умудрился приручить кого-то? — Ох, — Сокровище улыбался, и для того, чтобы это знать, дракончику даже поворачиваться не надо было. Он всё смотрел на этого, на нового. Ну как опять прицелится? Сияет, а туда же! Сокровище вздохнул: — Ох, дитя. Отойди, пожалуйста. Так только лучше будет. Сам он дитя! Небось не прыгал под воротами и не кусал направо и налево, и огня самого простого выпустить не мог и сейчас не может, а туда же! Нельзя уходить, пусть не смеет уходить! Кто тут из них кем обладает, в конце-то концов?! Дракончик зашипел громче и громче, а потом небо заслонила тень. К скале летела самая большая птица, которую дракончик только мог бы вообразить. Даже Сокровище про таких не говорил. Вот это крылья! Да одно такое перо можно было, забавляясь, грызть, пока детёныши нового помёта не станут почти взрослыми! Какая большая. И какая важная. И что, тоже решила, что Сокровище — её?! Дракончик зашипел так, что сам закашлялся. И зарычал, и уже подобрался, чтобы прыгнуть… Сокровище накрыл его свободной рукой и придержал. Аккуратно придержал. Загривок почесал даже. — Тихо, ты что. Орёл тоже хороший. Он оттуда, где небо голубое. Помнишь, я рассказывал? Да, так и улетишь с орлом и с этим новым сияющим, да? Попробуй меня не взять. И он забрался Сокровищу на голову и специально так запутался в волосах, что даже эта птица не смогла бы сразу вытащить. А потом тот, второй, взобрался ей на спину и подлетел прямо к ним, и спросил: — А этот твой новый подопечный — он как, смог бы пережечь цепь? Вот нашёл тоже о чём спрашивать. Дайте только вдохнуть поглубже. И пусть птица не смеётся.