9. Богатство

На озере, куда принесла их троих огромная птица, сокровищ оказалось много. Очень много. Глаза у дракончика разбегались, а лапки заплетались в попытке обойти и хотя бы осмотреть их все. И до чего они все разные! Были сокровища точно из одной кладки с Главным Сокровищем. Второе сокровище, голубое с золотом, приобретенное дракончиком на скале, оказалось с Главным в более дальнем родстве — но из коллекции дракончика, разумеется, исключено не было. Дракончик планировал в ближайшее время заявить свои права и на ту кладку тоже. Он уже видел девушку оттуда, в невидимом мире белую и сияющую, как нефрит. А еще — эльфа, скорее всего, из третьей кладки, жемчужно-алмазного, мерцавшего одновременно мягким перламутром и безжалостным звездным блеском. Никакому другому дракону он их оставлять не собирался. Но сначала следовало разобраться с сокровищами из первой кладки. Никакие ценности не терпели торопливой суеты. Тем более что собрать их в одном месте и запереть было нельзя — по Темной крепости дракончик знал, что от этого такие сокровища портятся, тускнеют и гаснут. Поэтому дракончик подошел к делу бережно и вдумчиво, изучая и запоминая свою новую сокровищницу. Одно из сокровищ, дивно-золотистое, узорчатое и многослойное, то гасло, то разгоралось, дрожало и звенело. Этот, звенящий, почти не отходил от Главного Сокровища. Один раз он рассеянно скормил дракончику почти половину тарелки каши, предназначенной для спящего, приобретя тем самым еще больше ценности в драконьих глазах. Другое сокровище, прозрачно-зеленое, как берилл, умело моментально темнеть в малахит, но так же быстро яснело. Именно он — в видимом мире здоровенный светловолосый эльф — без всякого страха выпутал дракончика из волос Главного Сокровища, уверенно повертел в руках и назвал красотой ясноглазой. Дракончик хотел плюнуть в него огнем, но передумал: всё-таки в виварии его брали в руки совсем не так. Еще одно сокровище было рубиново-красным, с постоянным свечением, по которому проходили иногда волны белого жара. В его шатре стоял сундук с разными блестящими штуками, ложными сокровищами, и дракончик полюбил туда забираться, когда уставал от блеска истинных — такое иногда случалось, если они сходились вместе и принимались спорить и сверкать друг на друга во всю силу. Самым таинственным было сокровище обманчиво-прозрачное, иногда гасшее в опаловую муть, иногда вспыхивающее алым, и изредка озаряемое изнутри восхитительными серебряно-золотыми отсветами. У этого сокровища было свое маленькое сокровище, сияющее ровным серебряным светом. Дракончик поразмыслил и решил, что сокровище сокровища — тоже его сокровище, и серебряного приписал в свою коллекцию без всяких оговорок. Звездой дракончикова собрания были двое почти одинаковых, красного золота сокровищ с прохладной зеленой сердцевиной, одной на двоих. Они быстро научились играть с дракончиком почти так же хорошо, как Главное Сокровище, не ругались, если он нечаянно их прикусывал, а еще стали брать его с собой в разъезды по лесам и лугам, удовлетворяя его неуемное любопытство. Нельзя сказать, правда, что все эти сокровища до сих пор были вовсе бесхозными. За первой кладкой присматривало одно могущественное волшебное существо. Теперь, став хозяином сокровищ, дракончик должен был решительно и безжалостно указать ему нынешнее место. Улучив момент, когда существо лежало на полу у кровати Главного Сокровища, дракончик забрался на него, цепляясь лапками за густую шерсть, и смело улегся сверху, показывая, кто тут теперь хозяин. Пес открыл один глаз, вздохнул по-собачьи глубоко и снова уснул. Дракончик был собой чрезвычайно доволен. Главное же, вокруг было еще много сокровищ. Сотни, и сотни, и сотни — дракончик не мог бы пока даже пересчитать их. Кто-то был почти таким же ярким, как в первых кладках, кто-то потусклее, но все драгоценно светились разными цветами, и каждого дракончик намерен был рассмотреть внимательно и поместить мысленно на подобающее ему место в своей коллекции. И тщательно, тщательно охранять — чтобы никто другой не забрал себе, чтобы никто не испортил! Ясноглазый стал самым богатым драконом на свете.