Часть 4

Первое занятие с Ким Тэхеном — Чонгук наконец-то запоминает его имя — проходит быстро. Многие из сотрудников узнали, как они воспринимаются другими, получив неожиданные комплименты в процессе игр и упражнений. Работник из рекламного отдела даже выделил внимательность к деталям, как одно из качеств Чона. Другие делали акцент, в основном, на внешности друг друга, из-за чего посреди занятия приглашенный психолог дал рекомендацию узнать друг о друге больше вещей, касающихся личности, чтобы они не обманывались поверхностной интерпретацией того, как кто выглядит. Сам ведущий воздерживался от оценочных суждений. Как бы Уилл ни пытался его спровоцировать. Какой прок был делать подобное для этого парня — никто не знал. Однако расходились все точно под впечатлением. Чонгук догадывался, что возле кофеаппарата соберутся, как минимум, трое за «рефлексией», — спасибо Тэхену за новое слово для некоторых чонгуковых коллег. — Понял, что он сделал? — Чимин, кажется, начинает рефлексировать даже первее Чонгука. Уже долго держит задумчивый взгляд на Киме. — Тонко подвел всех к теме. Используя меня. — Как самокритично, — Уилл. Чон нехотя обернулся: — Чего тебе? — Не ожидал, что ты будешь таким смелым, — сначала парень не понимает, что аналитик подразумевает. — Я про анкету. Чимин посмотрел предвзято. Чонгук следом. — Ты к чему ведешь? — Признаю, ты крут, Чонгук, — крут? Уилл мерился крутостью, как, типа, подросток? — Но Ким тебя сделал. Это не мог быть комплимент изначально, да, так они и думали. В любом случае, Чонгук продолжит его игнорировать, и этот выскочка отстанет. Даже сейчас, не получив реакции, он уходит. — Токсичный, — добавляет Чимин между собой и Чонгуком. — Нет, просто у него демонстративный тип личности, — слышится позади. — Почти у всего населения Японии и Южной Кореи тоже, — когда Чимин с Чонгуком смотрят на Тэхена, последний вкладывает руки в карманы и ведет себя непосредственно. — Нет, это не связано с генетикой и этносом, просто так сложилось. Вообще, везде встречается. — Вы разве можете разглашать личную информацию? — с незамеченной за собой едкостью, Чонгук заговаривает следующим. Ему — можно. У него есть обстоятельства язвить: к примеру, Уилл. И, допустим, нежелание делать другим приятно, когда его заставляют это делать. Выполняя упражнения, которые давал инструктор, он во многих переступал через себя. Тэхен замечает его сопротивление. — Насколько, по-вашему, это секретная информация? — и делает вид, что смотрит по сторонам. — Все слепые и его не видят каждый день? Чимин подавляет смех: черт, Ким — гений. — Хорошая работа, — он решает, что хотя бы ему стоит побыть вежливым, и пожимает чужую руку, как при встрече. — Тебе спасибо, — мужчина улыбается: сейчас он уже знает, что они с Паком одного возраста; переводит глаза на Чона, ждет. — Вы тоже хорошо постарались, Чонгук. Чимин, как ему кажется, начал чувствовать загривком исходящее от друга напряжение. Стоит Киму выйти из конференц-зала, забрав с собой все анкеты и использованные в процессе упражнений другие листы, он хлопает рекрутера по плечу: — Чего ты, льдина? Я сейчас замерзну. — Он мне не нравится.       

***

День второго занятия

Чонгук видит на тэхеновом лице растерянность, когда психолог заходит внутрь кабинета, где недавно провел ознакомительное занятие. Чон знал, с чем это связано. Например, в помещении присутствовало лишь 5 из 11 человек. — В компании что-то не так? — первое, что спрашивает Ким. — Упс, похоже кто-то не хочет нас посещать, — если Уилл планировал разрядить напряженную обстановку, то у него это явно не получилось. — Почему ты не с ними? Чонгук уверен, что задал вопрос века, интересовавший всех присутствующих, кто все-таки повелся на речи Кима, что эти встречи будут полезны для каждого своим. Выходит, Уилл тоже хотел что-то получить? — Детка, я всегда там, где ты, не замечаешь? — Кхм-кхм, — Тэхен прерывает нежиданное признание в тот момент, когда лицо Чона собиралось скривиться, и опирается на стол в комнате, погрузившись в телефон. — Давайте немного подождем. Они могут быть заняты работой. В голове Чона слова Уилла крутятся около десяти минут к ряду. Мысленно он рассматривает их со всех сторон, разбирает на составляющие, слоги… и думает, почему это так странно звучит. Нет. Почему это так ужасно звучит?! — Мне не нравится, какой стала обстановка, — шепчет Чимин у плеча. — Да, насильно мил не будешь. Я уверен, что он это знает. Чонгук кое-как выбрался из своей головы мрачной, чтобы переспросить «Кто?» и увидеть, что Пак кивает в сторону мужчины и покидает кресло. Только зачем? — Давай принесу кофе, — слышит Чонгук, когда неуверенно приближается к парням. — Спасибо, Чимин, но я не пью его. — Чай? — вырывается из Чонгука, и старшие обращают на него внимание. Недолго, но Тэхен анализирует его взглядом. Снова. — Спасибо, но… Не дожидаясь его, Чонгук подталкивает Пака в сторону выхода почему-то подрагивающими руками: — А, ну тогда ладно. Мы с Чимином выйдем ненадолго. Посмотрим, где остальные.        Тэхен вдумчиво смотрит в пространство, где эти двое только что стояли.               — Чонгук, что это было? — Я первый хотел это спросить. Он, что, тебе нравится? Чимин хлопает ресницами, перебирая в мозгу варианты: о чем сейчас его друг. — Во сколько ты лег спать сегодня? Он видит, что Чонгук в усиливающемся напряжении. — Как обычно. Серьезно: если ты би или гей, я пойму. Я первее отца догадался, что мой брат… — Чонгук, стоп! — руки Пака на его плечах громче пощечины. По крайней мере, они приводят Чонгука в чувства, его маниакальный взгляд спадает словно пелена. — Что случилось? Остановившись и подумав, тонсен говорит тише, не веря самому себе: — Похоже, Уилл флиртует со мной. Когда он это произносит, то нервничает до боли. Опуская взгляд на собственные руки, видит, как те сжимаются в кулаки. Бей или беги. Чимин замечает скатывающийся с лица друга пот. — Ты и сам знаешь, Уилл прикалывается, о чем бы ни говорил. Дыши. Кажется, теперь пережитый на семейном ужине «Ад», как выразился Хосок недавно, обретает для него новое обличие. Чонгук прячет лицо в ладонях. — Хен, мне нужно уйти. Я напишу менеджеру. — Да, конечно. Тогда я замолвлю за тебя перед Кимом.

***

Он лежит в своей постели, как минимум, три часа, как максимум — до вечера. Не спит. Размышляет. Думает. Рационализирует, и все равно поддается глубокому ощущению ужаса. Оно не проявляется налицо, но постепенно съедает каркас, на котором держался работающий над собой Чонгук, словно большой термит. Началось это примерно в его подростковом возрасте и до сих пор отравляет жизнь. Ведь Чонгук вращается посреди остальных людей, с их собственными чувствами, желаниями и свободой. Он помнит, как с самого начала его мир крутился вокруг брата, а потом — отца: Когда Хосока выгоняли из семьи, потому что старший начал переживать кризис ориентации не так тихо, как хотелось бы родителям, тот много с ними разговаривал, доказывая, что он — все еще их сын. Младший видел все это, слышал, но не знал, как отнестись. Ориентация брата его не касалась, даже когда он узнал о ней. Хосок оставался его старшим братом до конца. Однако Чон уехал. Чонгук остался один на один с отцом, матерью, а также их ожиданиями. Наверное, они делали все, лишь бы младший сын не стал таким же, как брат. Тот самый брат, которого он любил даже в тот момент, когда родители посадили его в клетку, а Хосок не приехал, чтобы вызволить его из нее… Да и разве он должен был? Старший выстраивал свою жизнь заново после того, как она разрушилась. В это же время жизнь Чона-младшего продолжилась, а маленький внутренний мир против воли перестроился на орбиту возле отца. — Чувствую себя овощем, — бормочет Чонгук и трет лицо, когда договаривается с самим собой привстать с постели. Затем с ноющей болью в груди понимает, что это некому услышать. Квартира пуста. Он не знает, каким именно образом вынуждает себя встать поесть. Очевидно, у него стресс. Нет, не так. У него проблема. Чонгук может вернуться в офис и снова закрыть ее под семью замками, проглотив целиком, сославшись на то, что у него нет выбора. Вот только выбор есть всегда.              

Третье Второе занятие

— Вы вовремя. Чонгук заходит в конференц-зал, где уже вещает Тэхен, самым последним. Минуту-другую, пока сидит и пытается вникнуть в суть, замечает взгляды последнего на себе, как будто психолог параллельно сверяется с чем-то. Возможно, Чонгуку так только кажется. — Хочешь расскажу кое-что интересное? — Чимин. — Ну, так вот: мне нечего рассказать интересного. Пак выглядит слишком уверенным, что Чон просто посмеется, как для того, кто интригует и тут же обламывает. — Хен, я не создан для того, чтобы понимать все, о чем ты скажешь, когда у меня другие функции. — После твоего ухода Тэхен отменил занятие. Да, очень интересно!.. Что? — Как это? — Сказал, что нас слишком мало, чтобы проводить эффективную работу. После чужих слов чонгуков взгляд самостоятельно находит взгляд Кима, направленный ко всей аудитории. — Очевидно, ему платят не за то, чтобы сотрудники разбегались сразу после первого занятия, — размышляет он. Чимин согласно кивает. Какой понятливый, да. Чего тогда в уно тупит все время… — А могли бы и платить, а он — забить и продолжать работу с тем же количеством. В какой-то момент они с Паком думают об одном и том же и едва ли слышат, о чем говорится на занятии. — Я попрошу Уилла поменяться местами с Чимином, — эта фраза бьет их по ушам. Чимин почти подпрыгивает на своем месте. — Вы уверены, что это хорошая идея? Старший уверен в том, что Уилл будет провоцировать рекрутера, а Чон нестабилен после неудачной встречи, — Чимин сам видел. Естественно, он переживал: Чонгук — чуть ли не самый близкий его друг в Оттаве. — Это ненадолго. На одно упражнение. Но и отказывать, мешая Киму выполнять работу… Чимин не настолько беспечен. Он знает, как Тэхен заставил всех присутствовать. Появившийся в их общем чате директор наверняка добавился не просто так. — Насколько я знаю, он не кусается. Да, Уилл? — ну, раз Чонгук так говорит… — Я справлюсь, Чимин. Последний пересаживается, оказываясь бок о бок со своей партнершей, которая недавно работала в паре с Уиллом. Удивительно, но аналитик сел рядом с Чонгуком без лишних слов и даже раздражающей коварной улыбки. Чонгук напрягся абсолютно немного. — Как я и говорил в начале, сегодня знакомимся с вашими коллегами ближе. Есть пять минут на то, чтобы вы развернуто рассказали партнеру три факта о себе, соответственно он сделает так же. По окончании презентуйте личность своего коллеги остальной группе. Когда Тэхен объясняет задание, оно кажется таким легким на словах, что плечи Чонгука немного расширяются: Пф, он это сделает, запросто. В это же время вторая присутствующая в зале девушка неловко интересуется у Тэхена, как у ведущего: — У меня нет пары. Обращая на нее внимание, Чонгук словно видит перед собой чужой плаксивый взгляд. Кейла, — то ли по женской природе, то ли из-за характера такая, выглядит беспомощной. Часто просит других сотрудников помогать с отчетами и в рядах последних предлагает какие-либо инициативы. Чонгуку иногда кажется, что она не создана для работы в стрессовых ситуациях, хотя предпринимательская деятельность — это всегда гонка стресса и рисков. С другой стороны, кто он такой, чтобы судить ее? — Не проблема, буду я, — во время обещания Тэхена что-то сверкает в глазах девушки. Чон ее на секунду понимает: когда немного полноватые губы Кима сжимаются в улыбку, а один из уголков рта поднимается, он выглядит как человек, к которому нужно прикоснуться, чтобы удостовериться в реальном существовании. Погодите. Почему он вообще обсуждает красоту другого парня с самим собой? «Наверное, потому что это нормально. Ты человек и оцениваешь его как человека с его внешними качествами, удовлетворяющими твой личный эстетический вкус». Нет, стоп, и это не то. «Я просто привык анализировать все подряд». В точку!