hard not to fall for you

      — Да, вот так хорошо, — Эрен сидел на деревянном барном стуле, заправляя волосы назад так, будто хотел их завязать. Выглаженные брюки, хлопковая рубашка и кожа меняли цвет под вспышками импульсного света в студии. — Уберите стул, сделаем еще несколько кадров без него, — ассистент фотографа суетливо вошла в кадр, а дежурившая на съемочной площадке визажист схватила кисть и пудру, чтобы пройтись ими по лицу модели, матируя заблестевшую на лбу, подбородке и носу кожу.       — Снимите на мой телефон бекстейдж, пожалуйста — следя за тем, куда показывает рукой Эрен, помощница менеджера взяла его телефон, чтобы снять несколько видео и сделать пару фотографий.       Когда фотограф дал добро на продолжение съемки, Эрен сделал пару шагов назад к белой стене, едва касаясь ее спиной. Расслабив шею и убрав руки за спину, он слегла приподнял плечи и немного подался ими вперед, чтобы сильнее выделить ключицы. Опустив подбородок, он направил взгляд чуть ниже софтбокса, что подсвечивал его лицо.       — Эрен, посмотри вниз, пожалуйста, — он опустил глаза, смотря на носы начищенных туфлей, переданных на съемку каким-то брендом.       Леви бы они точно не понравились. Не припомню, носил ли он вообще когда-нибудь такие? Может, я просто ни черта не знаю о его вкусах, поэтому он не носит ничего из того, что я ему подарил?       — Отлично! Все, кажется, мы закончили, — съемочная команда оживилась, хлопая друг другу в знак благодарности окончания работы. Фотограф подошел пожать руку Эрену и, обменявшись любезностями и комплиментами, Эрен вышел в гримерку, чтобы поскорее снять с себя одежду, умыться и придумать, куда сходить на обед.       — Твой телефон, — просовывая руку в дверь, помощница отдала его Эрену и тут же удалилась.       На экране висело непрочитанное сообщение от Жана с предложением пойти на открытие нового клуба сегодня ночью.       — Не будет проблем с тем, что тебя могут узнать? — Жан докуривал сигарету, стоя у мусорного бака недалеко от входа в клуб.       — Да кому я сдался, Жан? Я же не селебрити, — Эрен лавировал из стороны в сторону, чтобы сигаретный дым, распространяющийся ветром, не попадал на него.       — Это пока, — поднимая указательный палец вверх, Жан затянулся в последний раз и затушил окурок о металлический корпус мусорки. — А уже выглядишь так, будто тебе нужна охрана, — поправляя воротник на объемной, ассиметричной куртке Эрена, Жан довольно улыбнулся одному ему известной мысли. — Идем, побуду твоим охранником сегодня, — смеясь, он зачесал волосы назад и пошел в сторону очереди в клуб, куда десятки людей сегодня нарядились так, словно вели самих себя на продажу к витринам магазинов.       Отстояв очередь на фейс-контроль, они оставили верхнюю одежду в гардеробе, и Эрен тут же взял за руку Жана, ведя их обоих к бару. Оглушительная музыка, толпы людей, сквозь которых они с трудом протиснулись к барной стойке. Заказав пару коктейлей, они отошли в сторону и облокотились на край барной стойки, приглядывая за своими напитками. Эрен, на всякий случай, взял стакан в руки, накрывая его ладонью. Говорить было невозможно, а переговариваться криками в ухо стало трудно уже спустя несколько минут — голос садился, а речь становилась все менее различимой. Оставив попытки, они наблюдали за людьми — одни перетаптывались с места на место, пытаясь пританцовывать в такт музыке и общаться, другие снимали видео в фотозоне, а третьи то и дело проносились мимо глаз, выбегая на перекур и обратно. Немного скучающе оглядев плотно забитый людьми танцпол, Эрен проводил взглядом парня, идущего в сторону выхода. Он узнал в нем своего коллегу — модель, которого он видел несколько раз в агентстве. Смотря ему в спину, рука Эрена, державшая стакан, дернулась, увидя вошедшего Эрвина, а за его спиной Леви.       — Хочешь чего-нибудь выпить? — Эрвин приобнял Леви за талию, ограждая его от толкающихся на входе людей.       Леви недовольно оглядел клуб, противясь количеству людей на квадратный метр. Он забыл, когда последний раз находился в таком скоплении людей, отчего чувствовал себя несколько неуютно, будто он уменьшился до совсем крошечных размеров. Он уже жалел, что согласился на приглашение Эрвина, не понимая, как сам Эрвин может получать от такого времяпрепровождения удовольствие. Но идея вернуться домой прямо сейчас отодвигалась им как минимум из уважения к Эрвину, перед которым он до сих пор чувствовал вину за сказанное.       Эрен стиснул зубы от переполняющей злости и ревности. Леви наплевал на его просьбу. Просто пропустил мимо ушей.       Жан заметил в миг изменившейся лицо Эрена, с которого он сегодня не спускал глаз. Где-то внутри поднывало от того, что Эрен гуляет взглядом по клубу, а не по нему. Но он выбрал его. Он согласился провести этот вечер именно с ним, а не с кем-то другим. Если раньше этого было достаточно, то сегодня почему-то хотелось большего. Хотелось, чтобы Эрен именно сегодня смотрел только на него.       Эрен, будто услышав немое желание, повернулся к Жану, расслабляя челюсти, и улыбнулся ему, нащупывая в воздухе под барной стойкой его руку. От сплетения их пальцев Жана прошибло дрожью, что не дала ему сделать глубокого вдоха. Рука Эрена была такой прохладной, а пальцы длинными и тонкими, словно щупальцы просачивались под кожу рук.       Он чувствует то же самое?       Жан пытался проморгаться, будто все, что происходило, было просто детским сном, но Эрен сжал его ладонь сильнее, перетягивая на свою сторону так, чтобы он встал напротив него.       Эрвин, прикрывая Леви ото всех, аккуратно протискивался между людьми в сторону бара, периодически опуская взгляд на озлобленного Леви, который хмурил брови так мило, что он, еле удерживал смешки, боясь расстроить его своей реакцией.       — Ты что будешь? — прислоняя ладонь к уголку рта, чтобы лучше было слышно, Эрвин нагнулся к Леви.       — Что-нибудь некрепкое, — вставая на носочки, Леви приходилось практически кричать, чтобы быть услышанным.       Эрен подтянул Жана ближе к себе, закрываясь им и ставя стакан между ними на барную стойку. Жан, не расцепляя руки, наклонился к нему и положил подбородок на его плечо. Запах его парфюма и шампуня пробрался в ноздри, заставляя трепетать все тело. Боже, как же охуенно он пахнет. Впервые все было не так, как обычно. Впервые Эрен не отшучивался, не пытался выпутаться или ускользнуть от прикосновений, которые не были похожи на дружеские. Жан ласково поглаживал большим пальцем его ладонь, прижимаясь все ближе.       Эрен смотрел из-за плеча Жана на Леви затаив дыхание. Почему он так делает? Почему он пришел сюда вместе с Эрвином? Разве этому кретину нравятся клубы? А еще, до чего же Леви потрясающе выглядит. Этот костюм цвета хвои, перетянутый портупеями; бритый затылок, на который опускались острые, рваные пряди черных волос, что поблескивали от пробегающих по ним софитов; серебряная крупная сережка, так изящно смотревшаяся в его ухе даже сзади.       От ревности каждая венка наполнялась кровью и гнала ее с бешеной скоростью. Эрен словно хищник наблюдал за каждым движением Эрвина, не спуская глаз. Он готов был накинуться на него прямо сейчас и прямо здесь, выдрать глотку зубами, раздавить ботинком голову, чтобы никогда больше не видеть его рядом с Леви. Это он должен быть там, рядом с ним, а не этот мудак.       Леви оттолкнулся от барной стойки, что-то шепнул Эрвину на ухо и, под пристальным вниманием Эрвина и Эрена, скрылся в толпе танцующих людей. Эрен, словно сорвавшись с цепи, бросил Жану «я сейчас» и последовал за ним, акулой плывя сквозь толпу, порой задевая плавниками посетителей клуба.       Нагнав Леви, он только успел заметить рукав его костюма, проскальзывающий в дверь туалета. Зайдя внутрь, он включил воду, подставляя руки под теплый поток и смотря на свое отражение в зеркале.       Почему сердце так безумно колотится?       — Эрен? — Эрен увидел в отражении выходящего из кабинки Леви, что застыл, смотря на него в зеркало.       — Леви, — Эрен стряхнул капли с рук и выключил воду. Переполнявшие его злость и ревность отошли на второй план, сменяясь желанием дернуться с места и притянуть Леви к себе, чтобы ни в коем случае не отдавать его в руки Эрвина больше никогда. Он сделал два неуверенных шага, сокращая между ними дистанцию.       — Не знал, что ты тоже будешь здесь, — Леви отвел взгляд и скользнул к раковине, чтобы вымыть руки. Оставшийся стоять позади Эрен сжал кулаки, будто пытаясь удержать самого себя от того, о чем может пожалеть потом.       — Ты делаешь мне это назло? — низкий голос, раздавшийся будто у самого уха, заставил Леви дернуться и испуганно замереть. Он понимал, о чем говорит Эрен, но не смог произнести и слова от обиды, что тот пытается навязать ему вину за игнорирование его просьбы, в то время как Леви достаточно было бы услышать то, что тот просил не видеться с Эрвином не только из чувства собственничества. А еще, он прекрасно видел, как Жан ласкался на его плече, разве что не мурлыкая от удовольствия. — Прости, я совсем забыл, мы же друзья. Друзья ведь так себя не ведут, верно? — схватив Леви за запястье, Эрен развернул его к себе.       — Мне больно, — дернув рукой, Леви хотел было выбраться, но Эрен сжал пальцы на запястье сильнее.       Почему он так себя ведет? Почему он так себя ведет абсолютно всегда?       Эрен смотрел в глаза Леви, в которых испуг перемешивался с печалью.       Что же я творю? Что ты со мной делаешь, Леви?       Эрен расцепил дрожащие пальцы, выпуская Леви из рук. Леви поджал губы, вытирая рукавом глаза, и направился к выходу. Эрен обернулся, шагнул и одной рукой сгреб Леви под грудью прижимая к себе.       — Отпусти меня, — толкая от себя руки Эрена, он пытался выбраться из объятий, стискивая зубы и рыча.       — Прости меня, Леви, — прижимая его ближе к телу, Эрен прислонился губами к макушке Леви, жмурясь и принимая все удары локтями в живот и под ребра. Разворачивая Леви к себе, он ощутил, каким же он был хрупким — его предплечье будто можно было обхватить пальцами одной руки. — Я снова все испортил.       Обхватив ладонями мокрое лицо Леви, Эрен нагнулся, чтобы попросить прощения еще раз. Он прижался губами к губам Леви, сводя свои брови друг к другу. Он целовал Леви так отчаянно, что сводило скулы, а руки продолжали дрожать, только теперь не от злости — от страха, что Леви снова попытается вырваться, убежать, и тогда он совсем не будет знать, что делать.       Леви било мелкой дрожью. Он сжал губы от злости, от обиды за причиненную боль за то, что этот кретин продолжает брать свое силой, а так хотелось поговорить. Но он чувствовал, как руки на его щеках дрожали, а губы Эрена становились все мягче, не такими требовательными. Леви сопротивлялся, изо всех сил пытался разозлиться на Эрена так, чтобы смочь его оттолкнуть. Если бы только у него не было чувств, он обязательно бы нашел в себе силы это сделать. Разум протестовал, а сердце билось в грудную клетку, что тряслась от снова подступающих слез. Леви приоткрыл рот, впуская язык Эрена, что сначала скользнул совсем аккуратно, пробуя на вкус, а затем глубже, и еще глубже, не давая сделать и вдоха. Спина покрывалась мурашками от затылка к пояснице от каждого переплетения языками, а ноги подгибались от слабости. Снова проявил слабость. Вкус языка Эрена, сладкий и горький одновременно, пальцы рук, что теперь вытирали мокрое лицо Леви, и остаточный привкус алкоголя на губах.       Леви нехотя оттолкнул Эрена от себя, с укором смотря в его растерянное лицо. Леви попятился назад, вытирая уже мокрым рукавом губы.       — Ты опять просто пьян, — Леви выбежал из туалета, хлопнув дверью, оставив позади Эрена, смотрящего в закрытую дверь.