hindsight

      — Твою мать, — прижатый щекой к оконному стеклу, Леви закусил губу, оглядываясь назад.       Эрен надавил ладонью на поясницу Леви, заставляя его прогнуться сильнее. Вдыхая и выдыхая полной грудью, он дернулся от пронзающей боли в сжатых ребрах. Член медленно входил в уже мягкую и податливую мышцу, растягивая Леви и затягивая Эрена. Двигаясь аккуратно и чувственно, Эрен гладил ладонью бледную спину, ведя рукой по позвоночнику вверх к шее, задирая футболку к плечам.       — Глубже, — Леви закусил запястье, часто дыша на уже запотевшее окно. Ноги разъезжались по скользкому полу в стороны, и он держался, казалось, только благодаря обнимающим его живот рукам.       Наклонившись вперед, Эрен собрал Леви в охапку, целуя кожу между лопаток.       — Прикуси лучше мои, следы останутся, — Леви обхватил губами два пальца, которые теперь настойчиво проталкивались глубже, скользя по языку. Он слышал, как Эрен хмыкает на каждое покусывание, заставляя Леви двигать горячим языком между, оставляя стекать выделяющуюся слюну по подбородку.       Ладонь Эрена спустилась к низу живота. Ощущая под ней движения своего члена и слыша тихие протяжные мычания Леви, ему хотелось раствориться и впитаться ему под кожу, чтобы почувствовать то, что чувствовал он.       Входя до основания, Эрен ощущал как подрагивает живот Леви, смотрел как проседают его плечи, как краснеют уши и щеки, как обнимают влажные губы его пальцы.       Заполняющие ощущения в заднице и во рту выталкивали из Леви любую мысль, кроме «еще, еще, еще». Касания членом простаты, звонкие шлепки бедрами вырывались из грудной клетки почти плачем сквозь сжатые в зубах пальцы.       Подняв Леви к себе, Эрен прижал его к груди, кладя руку на горло и немного надавливая. Он чувствовал отдающие вибрацией в ладонь стоны, что сводили с ума. Увеличивая амплитуду и скорость движения, он хотел чтобы это не прекращалось никогда.       — Соски, Эрен, — задирая подбордок вверх, Леви выгибался так развратно, что Эрену хотелось выть от удовольствия.       Держась одной рукой за острую тазовую косточку Леви, Эрен толкал Леви на себя, мокрыми пальцами сжимая, поглаживая, оттягивая соски под футболкой. Леви положил голову ему на плечо, хватая воздух губами, хныкая еще громче, подстегивая Эрена двигается быстрее, жестче, глубже, игнорируя боль и уже стекающий вниз к ягодицам пот.       — Еще, — сквозь слезы и отъезжающий разум, Леви завел руки назад, сжимая ягодицы Эрена, помогая ему проталкиваться еще глубже и задавая нужный темп.       — Я так кончу, Леви, — сводя брови, Эрен сжимал челюсти, изо всех сил стараясь не кончить уже сейчас, когда Леви так сильно, так умоляюще просит, вдавливаясь ногтями в кожу, оставляя на ней следы полумесяцем.       Прорвавшийся громкий стон, дергающееся в руках накаленное тело, сведенные в судорогах колени, распирающий член внутри и пульсация. Леви упал в объятия крепко удерживаюшего его Эрена, чье дыхание опаляло кожу за ушами. Бешено колотящееся сердце отдавало дробью в мокрую спину.       Опустившись задницей на холодный пол, Эрен подтянул Леви к себе, выцеловывая узоры на шее, выбритом загривке и дрожащих плечах.       — Еще?       Едва передвигая ногами, Леви плелся в издательство на встречу с редактором, чтобы обсудить очередные иллюстрации, но уже к январскому выпуску. Если еще неделю назад он готов был послать их ко всем чертям, вместе с тем толстопузым главой, то сегодня он сам отписался с надеждой на дальнейшее сотрудничество. Беспокоясь за судьбу Эрена, он полагал, что на восстановление и поиски нового агентства и работы уйдет время, а время это всегда деньги. Деньги, которые Эрен, конечно, никогда не попросит, но это Леви мало волновало. Он хотел позаботиться о нем.       Идя по коридору издательства, Леви еще передергивало от мурашек по коже после валящего с ног секса с несколькими заходами.       — Уже третий секретарь уволился за последние полгода, — перешептывания у кулера с водой доносились до ушей Леви.       — Я теперь к начальнику вообще боюсь ходить. Говорят, что они все уволились из-за домогательств, — девушки, не особо стараясь приглушать голоса, заставили Леви обернуться, из-за чего те сразу замолкли.       — Ой, простите, вы мистер Аккерман? — Леви кивнул и недоверчиво покосился, — Я пока исполняю обязанности секретаря. Прошу, проходите, вас ожидают.       — Угораздило же тебя снова в драку влезть, Эрен… — начальница модельного агентства пару раз цокнула, с сожалением смотря на Эрена. — Тебя ведь уже забукали на показ.       Эрен сидел в кресле руководителя, упираясь взглядом в край стола. От сочувствующих вздохов становилось тошно.       Либо предлагайте работу, либо давайте уже заканчивать.       — Извините, что подвел вас, — съезжая вниз, Эрен сложил руки, смотря на сетующую начальницу, листающую его композитку.       — Такое лицо, рост, тело… А дурак дураком, — прислоняя пальцы ко лбу, она будто оттягивала решение, которое было уже давно принято. — Ладно, что уж теперь. Мне жаль, что так выходит. Ты знаешь, мы тобой дорожили и дорожим, но вся эта ситуация… — она вымученно вздохнула, а затем подала стопку бумаг Эрену. — Я написала здесь рекомендации для тебя, там же расчет за последний месяц. Это все, что я могу.       — Спасибо вам, — на забитых ногах Эрен поднялся, чтобы обнять начальницу, которой действительно был обязан многим.       Он вышел из офиса агентства, оглядываясь назад. Вытащив расчетный листок, он навскидку прикинул, насколько ему хватит этих денег. По подсчетам, этого должно было хватить на оплату квартиры за два месяца, плюс ежедневные расходы без поездок на такси и дорогих покупок.       Хм, вот так все и закончилось. Иронично. Я так усердно рвал жопу, чтобы получить контракты. Переступал через свои принципы и гордость. А проебал все за один вечер. Больше всего меня раздражает, что я в очередной раз от кого-то зависел. Мои публикации в журналах зависели от ебанутого главы издательства. За то, что я не за решеткой я должен благодарить теперь Леви и ебаного Смита. Не сгнил в канаве я благодаря брату. Единственный выбор, который я сделал независимо — это махать кулаками. Как же мерзко. Если Леви когда-нибудь узнает…       — Эрен? — Эрен, вырванный из размышлений, повернулся на голос, раздавшийся со спины.       Жан сжал в обеих руках композитку, испуганно смотря на Эрена. С той самой ночи они так ни разу и не поговорили. Эрен, не отводя глаз, смотрел на Жана, мышцы лица которого дергались, а глаза блестели.       — Жан, прости ме-       — Ненавижу тебя! — замахнувшись папкой с фотографиями, Жан ударил ею по лицу Эрена.       Трясясь от злости, он выронил ее из рук на мокрую от растаявшего снега землю. Он выдавал Эрену пощечины одну за одной, заходясь в накопившейся боли оттого, что тот пропал, не извинился, не звонил и не писал, просто оставив его напуганным в кровати.       Удар за ударом Эрен принимал смиренно, не уклоняясь, подставляя другую щеку, стискивая зубы.       — Почему ты не сопротивляешься?! — Жан, крича себе в ноги, захлебывался в слезах, повиснув на вороте куртки Эрена.       — Я это заслужил. Если хочешь, ударь меня еще, — Эрен стоял, держа руки по швам, сжимая бумаги в руке.       — Да что с тобой не так?! — сделав шаг назад, Жан подобрал с земли композитку, прижимая ее к груди.       — Бей, Жан! — схватив его за руку, Эрен бил себя по лицу ладонью Жана, которую тот безуспешно пытался вырвать из крепкой хватки.       — Хватит, прекрати! — резко дернув рукой, он едва устоял на ногах, чтобы не свалиться задницей на дорогу.       Эрен безжизненно опустил свою руку вниз, снова видя перед собой испуганного Жана. Такого же испуганного, каким он однажды был сам.       — Надеюсь, ты сможешь меня простить. И никому не позволяй делать с собой то, что позволил себе я по отношению к тебе, — подойдя к Жану, Эрен прислонился лбом к его лбу и ушел, провожаемый растерянным взглядом в спину.