Особенность души

«Я жива? Но почему? Я чувствую боль... Кто эти люди? Где моя сестра и Хань Юншен? Почему такое опустошение? Моё сердце... Я не чувствую его, почему? Почему я ничего не чувствую, кроме страха и боли? Почему я всё ещё здесь?» — Да какой смысл с ней возиться? Сейчас «скорая» приедет, нам бы разобраться с тем, оформлять ли нам возврат, — цинично проговорила девушка в чёрном, что сильно ударило по ушам, а после произнесла, — я Сюнь Киолиан. Можешь обращаться ко мне так до тех пор, пока мы не уведём тебя. — Я Шао Янлин. К сожалению, мы недостаточно знакомы, чтобы ты знала моё домашнее имя. А тебя как зовут, милашка? — голос Шао Янлин был нежен и мелодичен, — полная противоположность её подруги. — Я... Вин Синь, — безжизненно произнесла она, запинаясь и прожевывая некоторые буквы. Язык не слушался своего хозяина, заплетаясь и не давая сказать своё имя нормально, из-за этого «Синь» получилась очень сжёвано, что-то вроде «Щинь». — Я говорила, что вырывать сердце плохая идея?! Конечно, что нам до Янлин! У нас ведь только Сюнь Киолиан самая умная! Она ведь знает явно больше, чем я! — по и без того болевшим ушам ударил громкий крик Шао Янлин. — Помогите... Помогите мне... — кряхтя, изо всех сил стараясь попросить о помощи как можно громче, Вин Синь лишь сжалась ещё сильнее, не в силах поднять даже руку, чтобы ухватиться за кого-нибудь из находящихся здесь «людей». Последнее, что уловил слух Вин Синь, стал замах. По её голове прошлась настолько сильная боль, что ей показалось, будто череп раздробило, но после сознание снова отключилось. Темнота и больше ничего. Было очень холодно и страшно. Всё тело было скованно, не давая возможности даже пошевелить пальцами. Девушка была будто в невесомости, в полёте. Странное чувство. — Проснись... — послышался приглушённый женский голос. Он не был похож на голоса тех девушек, он был другим... Более грубым, холодным и отстранённым, словно в нём было сконцентрировано безразличие всего мира. — Проснись, — голос стал говорить громче, словно пытался достучаться до кого-то, возможно, и до самой Вин Синь, а возможно, до кого-то иного, кто тоже находился близко. — Проснись! — сразу после этой фразы, Вин Синь распахнула глаза, ничего не понимая в происходящем. Голос казался знакомым и отчего-то стал немного мягче, без того огромного равнодушия, скорее напротив, возможно даже с чувством вины. В глазах на пару секунд стали появляться образы: люди, какая-то толпа, здание и что-то странное, с щупальцами... Но всё резко потухло и перед глазами всё так же не было ничего, кроме кромешной темноты. Глаза словно не по собственной воле стали открываться, но в них не ударил какой-либо яркий свет, а наоборот, он был мягким и тёмным, так что глаза спокойно распахнулись, а перед взором предстали бескрайние звёзды. До них было словно рукой подать, и в какой-то момент Вин Синь сама потянулась к ним, но рука вновь упала близ тела, не дав распрямить даже локоть. — Вин Синь, прошу взгляни на меня! — голос был очень знакомым, но холодным, пускай и с ноткой беспокойства. Похоже, это Вин Шэнь. — Я... Я жива? — тихо проговорила Вин Синь, медленно поднимаясь, закрывая глаза. — Хватит нюни пускать. Умерла ты, как и сестра твоя, задавайте вопросы, — с некой усмешкой прозвучал голос девушки с чёрными волосами, Сюнь Киолиан. — Милашка Синь, твой череп размозжило. Это ты так с лестницы упала? — из уст Шао Янлин прозвучал добрый смешок. — Мы скоро узнаем детали твоей смерти, а ты пока можешь отдохнуть в твоём новом «доме». Вин Синь окинула взглядом всё окружение и, посмотрев под ноги, поняла, что парит, но парит не просто над землёй, а над облаками, сквозь которые и была видна земля. Где она? Что произошло? Почему с ней Вин Шэнь? Почему она находится в такой невесомости? Какого чёрта здесь вообще творится?! — Отпустите меня! Я ни в чём не виновата, опустите меня немедленно! — завопила Вин Синь что было мочи и в попытке спуститься лишь возвращалась назад, — её словно держали здесь, подобно животному в загоне. — Тише, милашка, иначе я заклею тебе рот и весь путь мы проведём в тишине. Давай лучше ты успокоишься сама и мы... — Нет! Какой тут успокоиться?! Вы меня убить хотите? Куда вы меня несёте? Это сон? Это сон. Пожалуйста, ущипните меня. Пожалуйста, верните меня к Хань Юншену! — Угомонись, малявка. Тебе сказали помолчать, а то рот заклеят. Здесь тоже друзей не хочешь возыметь? Мы находимся где-то в межмирье, как мне пояснили, и нас куда-то ведут. И так как мы с тобой вдвоём в одном месте и умерли, поэтому мы с тобой вместе сейчас и находимся, — огрызнулась Вин Шэнь, даже не смотря на свою сестру, а лишь идя вперёд. — И ты так спокойно приняла свою смерть?! Ты будто и не сожалеешь о том, что умерла! А как же наша жизнь? Как же твои друзья? Тебе правда неважно это? Твоя жизнь, которая оборвалась прямо сейчас? Тебе всё настолько безразлично? Почему ты тогда пришла ко мне?! Почему пошла меня искать?! Почему напала на него?! — кричала Вин Синь не в силах остановиться. Она даже представить себе не могла, что хоть кто-то может так легко говорить о смерти, а тем более её сестра, которая настолько сильно боялась смерти, что поклонялась почти каждому богоподобному герою из мифов и легенд. — Приняла и что? Ну, поскорбила чуть-чуть и ничего, даже в мёртвом состоянии я всё ещё не ною, как ты, и не борюсь за право вернуться назад. Мы же не знаем, что после смерти что-то есть, так почему бы не посмотреть? — Вин Шэнь было будто противно говорить с Вин Синь, хотя только что она очень хотела увидеть её в живом состоянии. И такое не в первой. — Я тебя не понимаю. Более того, ты меня раздражаешь своим поведением. И вообще, опустите меня вниз, если надо, я сама пойду, лишь бы подальше от неё, — Вин Синь прорычала на сестру, но тут же оказалась на твёрдой поверхности. Стоило Сюнь Киолиан щёлкнуть пальцами как Вин Синь рухнула на «землю». У них есть сверхспособности? Как странно... Но даже с такими мыслями Вин Синь тут же забыла всё, о чём думала, и просто встала и пошла рядом с Сюнь Киолиан, поскольку с противоположной стороны шла сестра, которая своим поведением в кои-то веки заставила задуматься Вин Синь о том, что сестрица у неё ни капельки не здоровый человек, что, наверное, можно было бы понять давно, не носила бы Вин Синь свои розовые очки. Остальная дорога прошла молча, никто ничего не пытался разбавить шутками или разговором о погоде. Ни Вин Синь, ни Вин Шэнь толком ничего не объяснили. Всё могло так и продолжаться, если бы в какой-то момент Вин Синь не заметила странное строение вдалеке. Оно было из некого мусора или чего-то подобного. — Извините, а что это там? — вполголоса спросила Вин Синь, обращаясь к Сюнь Киолиан и одним только взглядом указывая на объект. — Будем продолжать идти тихо и мне, к счастью, не придётся тебе рассказывать. Да и я бы предпочла не думать об этом. Для меня большой вопрос, что «они» здесь делают? — так же тихо для Вин Синь проговорила девушка и начала аккуратно вести Шао Янлин в противоположном направлении от того странного здания. Теперь их шаг резко ускорился, а в какой-то момент перешёл на бег, поскольку до места, что напоминало город, оставались жалкие десятки метров, куда одновременно вбежали все четверо. — Пускай идут по своим номерам, а я к Верховным, — быстро проговорила Шао Янлин и стремительным шагом ушла вглубь города, скрывшись за толпой. — Идём, девчат, нам надо узнать, какие у вас номера и заодно вас надо в базу забить. Город был невероятно красив. В нём было столько архитектуры и целая куча народа. Всё это Вин Синь видит каждый день, когда выходит на улицу, но именно сейчас было ощущение крыльев за спиной. Сверху, на этот раз, звёзды не были видны, наверное, из-за обширного освещения города. Единственное, что могло смутить Вин Синь – это то, что она не понимала, что говорят люди. Она не хотела подслушивать, но ей был непросто непонятен их диалог, ей был непонятен и язык, на котором они говорили, даже на так называемой «точке регистрации» она никого не понимала. — Две девушки. Сёстры, — сказала Сюнь Киолиан, а затем выдала обеим сёстрам по небольшой папке – это было что-то похожее на кошелёк, но кошелёк Вин Синь был не совсем обычным. Красивый дизайн с четырьмя крыльями в центре, поверх них летят лепестки сакуры, в то время как у Вин Шэнь это обычный чёрный кошелёк с маленькой красной паучьей лилией на одном из углов. — Так, там написан номер общежития и номер комнаты, а также ваш стартовый баланс, — Сюнь Киолиан улыбнулась и, взяв, двух девушек за руки, пошла прочь от регистратуры, в глубь города. В городе было, на удивление, немноголюдно. Они так быстро ушли? Или все были на этих стойках регистрации? Некоторые, правда, бежали сломя голову в дальнюю часть города, куда-то спеша. — Итак, давайте объясню: вы находитесь в межмирье и здесь вам нужно будет прожить как минимум сто лет, а после, можете переродиться или жить и служить на благо общества лет так до пятиста. Ваш возраст сбрасывается в этом мире, так что вам не четырнадцать, а условные ноль. Деньги, что у вас сейчас есть, будут с вами только сейчас, а после того, как вы всё потратите, нужно будет их как-то восполнять. Если хотите, я могу рассказать, где это можно сделать легально, — Сюнь Киолиан облегчённо выдохнула, словно такое у неё каждый день. — Есть нелегальные? Расскажи лучше про них, — буркнула Вин Шэнь, закатывая глаза. — Есть. Все они связаны с нижним миром. В основном, это казино, особенно на четвёртом кругу, и подпольные бои, — дав несильный подзатыльник Вин Шэнь, все трое пошли к нескольким высоким зданиям. — Почему так мало народу? Мне казалось, что когда мы заходили, их было гораздо больше, не так ли? — спросила Вин Синь, тут же спотыкаясь обо что-то пушистое с твёрдостью внутри. — Ох, простите, мой хвост слишком велик, — незнакомая миловидная девушка стала извиняться, за её особенность? Кто она вообще? А главное, почему она похожа лису?! — Вы тоже здесь новенькая? Где ваш проводник? — голос был грубоват, но спокоен, Сюнь Киолиан даже не может банально завести диалог, а сразу спрашивает в лоб что да как. — Простите! Мой проводник оставил меня без присмотра после того, как я получила документы... Вы не знаете, где здесь находятся какие-либо жилые комплексы? — Сколько вам лет? От этого всё и зависит, —Сюнь Киолиан пожала плечами, оглядывая девушку. — Не так много, тринадцать, — девушка замешкалась и потихоньку отошла на пару шагов назад, но тут же наступила на свой хвост. — Прошу вас, вы можете идти с нами, — старшая из всех нежно улыбнулась, что заставило Вин Синь опустить взгляд в пол, – уж больно страшно это выглядело. Теперь уже все четверо направлялись к одному конкретному зданию, по крайней мере, так думала сама Вин Синь. Это был жилой дом в несколько этажей, который выглядел довольно прилично и типично. Рядом со входом росли цветы и под окнами были деревья. Но смотрелся он блекло из-за остальных фонарей и красот города. Над этим не задумываешься, пока не подойдёшь к самому зданию. Сходу можно встретить женщину, похожу на тех, что были у регистрации. Стояла она за таким же столиком. Теперь это могло напоминать общежитие или наподобие этого. Существа живут в таких местах? Они же уже мертвы, к чему это надо? Подойдя к столику женщины, Сюнь Киолиан сказала ей что-то на том же непонятном языке. Вин Синь повернулась оглядеть своих спутников и оказалось, что не одна она ничего не смогла разобрать. — Лисичка, дай свои документы,и вы двое тоже, — крикнула женщина с регистратуры. По крайней мере, так им перевела Киолиан. Грубо, но все трое послушно отдали документы, а затем в троих полетели ключи. У той лисички и у Вин Синь они совпали. Это значит, что они живут вместе? «Всё лучше, чем с сестрой!» — пронеслось в голове у Вин Синь и она быстро направилась в сторону лестницы, но даже это ей помешали сделать. Киолиан мягко прижала её к себе и обняла. — Я так рада за то, что ты не шипко ныла, спасибо! Хоть кто-то! А теперь иди, у меня дела, — быстро сказала та и ушла прочь. В центре зала стояла симпатичная лестница, которая абсолютно не вписывалась в общий интерьер здания. Эти золотые поручни и кафельные ступеньки выделялись на фоне красивых и пестрящих красками стен. Это выглядело вычурно и колхозно, будто человек, что это проектировал, пришёл из рая пьяным, спроектировал это нечто и ушёл обратно пьяной походкой. Зато комнаты были абсолютно чистыми, в них были только две кровати, стол, стулья и шкаф. Но была винтовая лестница наверх, словно то, что эта комната находится в пяти лестничных пролётов в высоту мало. — Я тебя не очень понимаю, так что я думаю, это была плохая идея, — медленно, разжёвывая каждый слог и сопровождая слова жестами, говорила Вин Синь, будто если она не понимает, то должны понять её. — Всё хорошо! Я понимаю тебя, да и ты вроде должна. Разве тебе не дали эту штучку? Мне кажется, такую выдают всем, — лисо-девушка пожала плечами и взяла в свои пальцы кулон, что висел у неё на шее. — И раз уж мы теперь соседки, то я Диана! Приятно познакомиться с тобой! — А... Прости, что? — недоумённо спросила Синь, смотря на странно улыбающуюся девушку, Диану. — Твоё имя... Ты не из Китая, я полагаю. Меня зовут Вин Синь, второго имени нет, мне ещё не исполнилось достаточно лет, — она пожала плечами и плюхнулась на свою койку. — Я приехала с родителями сюда, но, к сожалению, умерла. Я не знаю, почему я здесь с ушами и хвостом и почему я похожа на лису, но я просто надеюсь, что мне это объяснят. Желание подняться по винтовой лестнице было, пускай и большим, но не настолько, чтобы преодолеть усталость Вин Синь и встать с кровати. Она уснула почти сразу же, оставляя и себя, и, вероятно, Диану, и свои мысли самим себе и в одиночестве. — Почему всё такое яркое? — первые слова, что произнёс бы каждый человек, появившись бы он в чём-то белом, что не имеет пространства. — Это сон? Я сплю? Или это часть чего-то? — Вин Синь, щуря глаза в этой пестрящем белым месте, нащупала что-то твёрдое, похожее на кнопку, и тут же нажала. Всё стало более тусклым. Нажав ещё раз, всё потемнело и где-то в пространстве высветилось что-то вроде видео. Оно было от третьего лица, по крайней мере, так казалось. Там были актёры, которые очень напоминали... Синь, Шэнь и Юншена?! Это не просто напоминало, это и были они. Вин Синь кричит и кажется это были несколько секунд перед её смертью? На них виден топор в руках Юншена и то, как он его тупой стороной, проламывает череп упавшей Вин Синь, поэтому она и умерла... Она умерла не из-за неуклюжести, а из-за того, кому доверилась! Но запись не закончилась, дальше этот монстр пошёл на Вин Шэнь, которая уже истекала кровью. Её задело ещё тогда, пока Вин Синь не успела подбежать? Вероятнее всего, да. Этот ублюдок замахнулся раз, второй, третий и все мимо. Но в какой-то момент Вин Шэнь собиралась выбежать через окно и там её уже ждала загвоздка, что в дальних комнатах здания окна заколочены, и, будто издеваясь, этот мудак шёл медленно, с больной маньячной ухмылкой, говоря: — Я так жду, когда ты передашь моему папаше «привет», — Юйлун замахнулся и всё закончилось. Всё, но не запись. Вин Шэнь обессиленно упала, а Юйлун медленно пошёл прочь. Рядом был осколок стекла и полная решимостью отомстить душа Вин Шэнь схватила его и, найдя силы встать, она подбежала и перерезала этому ублюдку артерию, после чего он должен был скончаться на месте. Но он выжил, ведь «скорая» быстро подоспела. Скорее всего, перед тем как зайти, Вин Шэнь вызвала все возможные службы, включая пожарных и почти все приехали в одно время, но слишком поздно, чтобы спасти две невинные жизни. Зато они спасли жизнь этого ублюдка. Теперь единственное, чем движело сердце Вин Синь — это ненависть. Она готова сниться ему в кошмарах каждую ночь, каждый, мать его, день, чтобы он потихоньку сходил с ума, чтобы он тратил все свои чёртовы деньги на таблетки. А затем его кошмар бы стал реальностью и за ним бы пришла она, полная желания отомстить и убить подонка, забрав в ад. Вин Синь резко вышла из состояния сна, выпрыгивая и тяжело дыша. В ушах стоял гул, было трудно слышать свои собственные мысли, что были в перемешке с вопросами о только что увиденном сне. За окном лил дождь? Они же над облаками? Или здесь какие-то искусственные условия? Всё тело болит. Одна только рука, по ощущениям, весит не меньше двадцати килограммов. Голова трещит по швам, готовая разорваться на маленькие ошмётки кожи, мозга и подобных человеческих останков. В глазах всё плыло, она была будто после наркоза, из-за чего тошнило только сильнее. В какой-то момент ей показалось, что её стошнит, поэтому пришлось быстро лечь обратно. Вокруг было тихо, соседка ушла или просто молчит, наблюдая за Вин Синь? Долго ответа ждать не пришлось. Никто ничего так и не сказал. Она нашла в себе силы повернуть голову – с другой стороны так никто и не оказался. Возможно, она находилась выше неё, а может, и ушла вовсе. Прошло минут пять, а может десять, тело начало меньше болеть и чувствовалось в разы менее тяжёлым. Можно было спокойно встать, возможно, даже подняться по чёртовой лестнице. Подъём был пыткой. Вин Синь спотыкалась каждый шаг, почти падая. С другой стороны, всего-то чуть больше десяти ступеней, а столько боли и мук с этим. Сверху было открыто окно, и почти все капли с улицы летели в помещение вместе с холодным воздухом. Мысли о том, что Диана спрыгнула, быстро отпали в связи со слышимым пищанием, словно от мелкой лисички. — Диана?.. — кое-как произнесла Вин Синь, сдерживая рвотный позыв. Толком ничего не послышалось, кроме всё того же пищания. Из-за огромной кровати вышла маленькая лисичка, кое-как напоминавшая обычную рыжую лису, помимо того, что это один биологический вид. — Диана? — с ноткой недоумения спросила Вин Синь, глядя на лису и по совместительству соседку. — Мяв, — коротко и ясно. Ясно что? Да ничего не ясно! Что она там мяфкает?! Почему она вообще превратилась в лису?! Почему она была наполовину лисой?! — Есть два вопроса. Первый: какого чёрта? А второй: сколько я проспала, раз увидела не человека с хвостом и ушами, а буквально... Тебя? — у Вин Синь глаза на лоб полезли от увиденного. Она же не могла проспать лет тридцать, и за это время её соседка ведь не могла стать мелким животным, которого даже на шарфик может не хватить. Мелкая, но тем не менее смышлёная Диана-лиса запрыгнула на кровать, топчась на книге, которую, по всей видимости, читала. — Что ты от меня хочешь? Тебе сказку прочитать? — устало и с неким раздражением проговорила Вин Синь, подходя к кровати. Голова и без того гудела и трудно фокусировалась на объектах, а тут ещё и читать надо. Да в обычном-то состоянии Вин Синь и пару предложений в книге прочитать не может, а тут кому-то и походу в несколько раз больше, чем пару. — «Ярко выраженная особенность души»? — будто переспрашивала Вин Синь, читая заголовок книжки. — Ты поэтому лиса-девочка? А есть кошко-девочки? — с улыбкой спросила Вин Синь, за что тут же получила мягкой лапкой по ноге. Это даже неприятно не было. Это было настолько мягко, настолько мило, что вместо чтения, Вин Синь принялась тискать маленькую лисичку, периодически чувствуя мягкие поглаживание по лицу этими лапками. Даже несмотря на шипение, это выглядело так мило, Вин Синь думала, что прямо сейчас проломиться под этой лисичкой! Пока в руку не впились острые зубы, сжавшие кожу до крови. Это уже было больно. — Да всё-всё! Сама виновата, нечего было меня лапой гладить. Я тебя сдам в цирк, если ещё раз так сделаешь! — буркнула Вин Синь, стараясь забыть о том, что у неё есть рука в принципе, чтобы боль не чувствовалась. — Люди с ярко выраженной особенностью души имеют приближённые к ёкаям атрибуты, вроде ушей и хвостов. Большинство имеет кошачьи, поскольку в основном в межмирье попадаются люди именно с этим процентом особенности души... — Вин Синь сделала паузу, показательно зевая. — Я уже засыпаю. Давай позже, когда я руку обработаю? Ответа, разумеется, не последовало. Единственное, что сделала эта мелкая... лиса. Так это просто начала лизать рану, которую сама и сделала. — Ладно, ладно. Давай продолжим. — Прокашлявшись, шёл следующий абзац, —некоторые виды, в основном это кицунэ, способны менять свой облик и становиться животными в полной мере. В некоторые моменты, это происходит настолько непроизвольно, что даже носители могут потеряться. Тем не менее, не стоит бояться, ведь самый лучший способ избавиться от этого – выпить таблетку. Но если возможности нет, то стоит съесть противоположную мясу еду. Это может быть абсолютно любой или овощ, или фрукт, или ягода, – всё, что будет под рукой... — Вин Синь прокашлялась, откидываясь назад. Ну вот и где она этой недо-кицунэ достанет еды? Она смерть свою принять не может, а тут за продуктами в незнакомом месте с недолюдьми-недотрупами, для недокицунэ. Да это звучит глупо! Причём идти должна Вин Синь, потому что, скорее всего, ей ничего не продадут. — Может оно само рассосётся? Я так не хочу идти в дождь, с больной головой, с травмированной рукой, которую даже обработать нечем. Я знаю, что для тебя это необходимо, но может мы и без этого поживём? Да и ты же сама сходишь, если что? — Вин Синь встала с кровати, бросив книгу на кровать, спустилась на первый этаж и легла обратно на свою койку. Но маленькое создание было полно решимости, поэтому своими лапками и головой, пинала книжку до самой кровати Вин Синь, прося её продолжить чтения. — Не хочу я. Отстань и дай мне полежать, а то за дверь выставлю, — грубо и с явным раздражением проговорила Вин Синь, прошипев на Диану. Та заскулила, всё ещё сидя рядом и опустив уши и хвост, как это делают грустные собаки или кошки. — Да... Ладно, чего тебе там? Показывай, — фыркнула Вин Синь, демонстративно закатив глаза. Она быстро взяла в руки книгу, заглянув в оглавление. На то, как превращаться обратно, даже отдельная глава посвящена. — Посмотрим. Для того, чтобы превратиться обратно... Бла-бла, я это уже прочитала ранее... О, нашла. Есть ещё способ обратиться к своему внутреннему «я» и найти душевный. В скобках подписано: «не рекомендуется импульсивным и экстравертным людям». Тебе такое ни к чему. Так что, читаю дальше, — Вин Синь снова зевнула и продолжила чтение. — Варианта, что всё пройдёт само, – нет. Если вы довольно энергичный человек, можно посоветовать вам начать бегать. После пробежки и того, как вы истратите всё силы, вы, вероятно, станете обратно ёкаем с хвостом и ушами, а главное – с человеческим телом. Вин Синь наконец вздохнула, подытоживая: — Значит, наматывай круги вокруг квартирки, пока не истратишь силы, что могу сказать, — бросила Вин Синь наконец ложась в кровать. Но теперь по всей квартире лапами был слышен топот, но это уже меньшее из бед.