Глава 2. «Стрим».

      — На самом деле я до сих пор удивлён тому, что ты согласился, — признаётся Марш и почёсывает заросший волосами затылок. — Ну, типа, реально удивлён.       — Не понимаю, с чего моё согласие тебя так удивило, — бурчит Кайл, мешая пластиковой трубочкой остатки кислородного коктейля.       Брофловски почему-то такой коктейль сразу приглянулся, когда он попробовал его впервые во время большого перерыва между парами. Теперь только кислородный и берёт, после учёбы заглядывая в безалкогольный бар, расположенный рядом с главным корпусом университета. Говорит, что польза есть и вкусно, а про вред тактично умалчивает, закатывая глаза. Про «вкусно» Марш готов подискутировать. Когда Стэн попробовал этот коктейль в первый раз, то со жгучим стыдом сблевал в туалете для персонала, пока над ним кудахтала официантка, поэтому ныне ограничивался токмо фруктовым пуншем и жаловался на то, что в этом заведении нет ничего «покрепче». Кайл напоминал, что бар безалкогольный.       — Кажется, раньше ты относился к Кену с пренебрежением, — хмыкает Стэнли и подставляет раскрытую ладонь под подбородок. — Рассказывал, что шутки у него тупые и что общество деградировало, раз уж большее количество людей интересуются ими, а не твоей научной ерундой. — На «научную ерунду» Кайл пренебрежительно фыркает. — Что же изменилось теперь?       — Ничего не изменилось, — уверяет хмурый Брофловски и закатывает глаза к правому верхнему углу. — Кен просто не так уж и плох. Недавно я наткнулся на стрим одного парня, и вот он — мудак. Этот чувак говорил отвратительные вещи в прямом эфире на твиче, используя бан-ворды, и называл евреев жидами!       — Полагаю, тебя это задело.       — Естественно! Я отправил жалобу на его трансляцию.       — И?       — Его стрим сразу же слетел.       — А, ну и правильно, — кивает Стэн и опускает свой взгляд. — Нечего…       — Нечего таким мудилам стримить! — несдержанно прерывает его Кайл.       — Да, вот-вот. — Марш, поддакивая, соглашается и дополняет: — Раз уж этот чел такой мудила, то вряд ли много фанов наберёт.       Кайл неожиданно сжимает ладонью пластиковый стакан, фыркает и мямлит.       — Чего? — Марш смотрит на Кайла.       — У него больше миллиона зрителей и хороший онлайн, — шипяще повторяет Кайл и отодвигает от себя смятый стаканчик в сторону.       — Сколько?       — Твою мать. Больше миллиона, Стэн.       — Охуеть. — Это единственное, на что Стэнли способен сейчас. Он широко распахивает глаза и чуть ли не давится слюной.       — Да, это «охуеть». Вот только не говори мне, что теперь хочешь коллаб с этим антисемитским куском дерьма. — Кайл смотрит на него с неприкрытой злобой.       Стэн отводит взгляд в сторону:       — Да не хочу, конечно. Мне важна моя репутация.       — Только из-за репутации?       А вот это явно вопрос с подвохом.       Марш вздыхает. Он думает пару секунд, прежде чем ответить, чтобы не оплошать. Кайл ведь может прицепиться к ответу, который его не устроит, или к вырванным из контекста и сомнительным словам, а потом задушит разъярёнными нотациями и обвинит в поддержке «всяких мудил».       — Не только. Мерзкий же чувак и всякое такое.       — Что-то не очень убедительно, — укоряет его Брофловски и скрещивает свои руки на груди. Стэн подмечает, что Кайл смотрит на него так же, как и мама, которая увидела табель успеваемости за прошедший месяц — ни знака на милосердия в этих глазах.       — Не знаю, чувак, — Стэнли пожимает плечами, вдруг вспоминая, что у него, вообще-то, есть яйца. И, как минимум, своё мнение. А ещё он уже окончил школу, и его табель успеваемости никому не интересен. — Мне кажется, что ты слишком категорично к нему относишься. Может быть, он добрый чел, а вот это мудачьё, которое он из себя строит — всего лишь образ. Ты ведь его даже не знаешь.       — Ты тоже его не знаешь, — разумно отмечает Кайл. — И я не верю, чтобы кто-то специально придерживался именно такого гадкого образа для достижения успехов.       — Ну, у каждого собственный подход. — Стэн чешет нос. — Я не вижу в этом ничего плохого.       — А я — вижу. Его аудитория — отбросы общества, которым смешно оскорблять других. Это разве правильно?       — Неправильно, но…       — Вот именно.       — Ладно, у меня нет желания с тобой спорить. Давай поговорим о чём-нибудь другом.       — О чём, например?       — Не знаю. Как поживает твоя мама?       — Стэн, — Кайл выдыхает, — ты серьёзно?       — Я не могу спрашивать о твоей маме, или что?       — Нет, — Брофловски хватается за лоб и мотает головой, — просто… Чел, единственное, что ты смог придумать — это спросить про мою маму?       — А-а-а, — понимающе протягивает Стэн. Вряд ли он, конечно, действительно понимает. — Как ты?       Кайл хлопает глазами.       — И как твоя мама?       — Ты идиот, — заключает Брофловски и поднимается из-за стола.       — Ты что, уходишь уже?       — У меня через два часа парочка частных занятий, и мне нужно подготовиться, так что да, я ухожу. — Кайл кивает, аккуратно заматывает на шее шарф и перебрасывает ремешок сумки через плечо. — Мы хорошо провели время. До встречи, Стэнли.       — До встречи… Кайл. — Марш прощается немного неуверенно и фырчит.       Неужели он снова сделал что-то не так?       Стэн мотает головой, избавляясь от мысли, и провожает взглядом Кайла. Кайл выходит за дверь. В последнее время их встречи всё реже и короче, и это Стэна беспокоит.       Да, возможно, в этом есть его вина. Но не исключено, что Брофловски просто взбесился ни с того ни с сего: у него есть проблемы, которые требуется решить. Да и Стэну как-то не по себе. Неприятное ощущение разрастается раковой опухолью изнутри и не даёт покоя.       Марш барабанит пальцами по деревянной столешнице и раздумывает над тем, что было бы неплохо написать песню о том, что гложет. Тривиально и по-пидорски, но многим, может быть, зайдёт. Попробовать, в общем, стоит.       Он встаёт из-за стола, застёгивает молнию лёгкой куртки и уходит прочь.       Улица встречает его осенней свежестью, затянувшимся хмурыми тучами небом и привязанным к велосипедной раме псом. Стэн не удерживается от того, чтобы не присесть на корточки рядом с входом и не потрепать пёсика за ухом. Собака гавкает, высовывает язык и оставляет мокрый след на руке. Губы Марша мелко трогает улыбка, а в следующую секунду в его бок прилетает открывающаяся дверь.

***

      Вряд ли Стэн когда-нибудь сможет признаться самому себе в том, что завидует лучшему другу.       Он считает, что испытывать нечто подобное к Кайлу — неправильно, и очень сильно стыдится этого, пытаясь сначала отвлекаться на одно, потом — на другое. Во-первых, зависть — сама по себе штука коварная и неоднозначная. Во-вторых, это, блять, в конце концов, Кайл.       Именно поэтому Стэн не может ему завидовать, не так ли?       А это чувство, что периодически возникает и приводит с собой непонятную злобу, обрушенную строго на Кайла, не считается. Стэн иногда устаёт, а Кайл иногда может быть занозой в заднице — вот и всё. Завистью даже не пахнет. Ага, ага.       Будучи «выращенными» за одной партой, Марш и Брофловски сильно отличались друг от друга характерами: один ー целеустремленный вундеркинд, в планах которого поступить в престижный вуз, другой ー безнадёжный придурок, растрачивающий бесконечно ценное время на бессмысленные посиделки за бутылкой пива в компании других идиотов со школы. Пожалуй, единственное, что было общее у друзей детства ー желание ворваться в медийность, набрать аудиторию и заработать на этом. Пускай сначала воротили нос от подобного, называя стримеров не очень хорошими словами, но потом-то они всё-всё поняли.       Свою особенность можно превратить в деньги и открыть дверь с ноги в светлое будущее, где можно жить припеваюче и совсем не напрягаться.       Кайлу повезло с этим изначально, потому что далеко не у каждого есть прирождённый талант и тяга к знаниям. Брофловски усердно работал над поступлением в университет ещё со средних классов. Марш же, наоборот, не занимался ничем, кроме саморазрушения и игры на гитаре.       И оно, быть может, дало свои плоды: в стримерской среде Стэн заимел популярность именно благодаря своей музыке и депрессивно-меланхолическому настрою; этот образ действительно повлиял на его успех. Пускай Брофловски не мог похвастаться огромной аудиторией, но, кажется, для него твич ー всего лишь хобби; так, чтобы было чем заняться в свободное от учёбы время.       Кайл не целился в топы площадки, не пытался делать из себя того, кем не является. По крайней мере, это то, как он сам описывал свою деятельность. Нужна ли Кайлу популярность? Стэн очень сомневается. Но, когда у твоего лучшего друга в реальной жизни и так есть всё необходимое — хорошая съёмная квартира, место в престижном высшем учебном заведении, помощь со стороны родителей, — возможно, твич действительно не может быть для него чем-то иным, кроме как простой забавой.       Для Марша ситуация была несколько тягостнее. Реальная работа, хоть и приносила деньги, но всего лишь гроши. Хватало только на то, чтобы оплатить дерьмовую аренду, на большее — нет. Шиковать не было возможности, даже раз в год. Рекламодатели не шибко хотели ассоциировать свою продукцию с образом, что выстроил вокруг себя Стэн, пускай он и был весьма успешен среди определённого, но широкого круга лиц. Деньги с донатов тоже быстро улетали, как только появлялись на счету.       Всё, что оставалось Маршу ー коллаб, способный привести платежеспособную аудиторию, чтобы, хоть и ненадолго, но предоставить ему возможность расправить крылья.       Стэн лежит на неаккуратно расстеленном одеяле, лениво перебирая пальцами по тонким струнам новой гитары. Пожалуй, самая дорогая его покупка, состоявшаяся лишь ввиду необходимости развития на стримерской площадке. Он бы ни за что не потратил тысячу долларов на музыкальный инструмент.       В глуши полупустой квартиры возникла приятным эхом спокойная мелодия. Она успокаивала Марша каждый раз, когда тот задумывался о чём-то важном и таком гнетущем. Такие мысли всегда терзают его, а музыка — настоящий бальзам для струн его ранимой души.       Стэн часто вспоминал, как именно к нему пришла вечная любовь к музыке, а виной ей ー Кайл и глупая игра на старой консоли. Контроллер в виде гитары быстро сменился на настоящую, а листы блокнота заполнили черновые варианты песен. Только вот, Брофловски, кажется, эти перемены не совсем пришлись по вкусу: музыку он забросил, хотя сейчас они могли играть вместе. Иногда.       Лирика песен Марша, наверное, ー отличительная деталь его творчества. Простая, на первый взгляд, мелодия всегда сопровождалась текстами, полными душевных переживаний, так сильно вдохновлёнными «Radiohead», «The Cure» и «Nirvana». Повлияли ли отношения с родителями в юном возрасте на музыкальный вкус Стэна? Вполне. I`ll take a quiet life A handshake of carbon monoxide No alarms and no surprises       Телефон, разразившийся мерзким трезвоном, нервирует Марша, но парень не прекращает петь: No alarms and no surprises       Ещё одно уведомление. No alarms and no surprises       И ещё. Стэн ловит себя на мысли, что в следующий раз ему следует оставить режим «не беспокоить». Всё равно он редко бывает кому-то нужен.       ー К чёрту, ー кряхтит музыкант, отбрасывая дорогой инструмент на мягкую подушку. Он заглядывает в экран, и его взору открываются сообщения:       «во сколько сёдня подрубаем?» ー Это Кеннет.       Стэнли вовсе забыл о предстоящем стриме, который сам же и назначил. В этом и заключался весь Стэн. Кайл же не зря называет его безответственным, когда злится.       «я немного в ахуях что ты и тот ботан решили провести трансляцию именно со мной типа реально в ахуях чел» ー Второе сообщение.       «просто знаеш аудитория у нас никак не пересекается но оно наверна и к лучшему. можно устроить обмен, так сказать ;) »       Марш, не отрывая голову от твёрдого бортика старой кровати, берёт телефон и печатает:       «Ну, я так и хотел»       Немного поразмыслив, отправляет и следующее сообщение:       «Давай сегодня в восемь?»       Ответ не заставляет себя долго ждать.       «как скажешш братан!!!!!»       Стэнли замечает, что его губы невольно растянулись в лёгкой улыбке. Марш вздыхает и возвращает телефон на тумбочку. Он немного потягивается в кровати, ложится на правый бок, а потом, резко почувствовав тупую и назящую боль, поворачивается на левый. Хорошенько же ему дверью возле бара влетело. Гематома точно расплывётся. Главное, что псу не досталось. Хотя, вероятно, пёс бы заметил, что дверь открывается.       В конце концов, он же не Стэн — невнимательный, зевающий и считающий в небе ворон. В голову наряду с подобными мыслями почему-то лезет Кайл, и становится дискомфортно.       Стэнли прикрывает глаза и трёт пальцами веки. Он, если честно, чувствует себя уставшим и непригодным для видеоигр, которые сейчас считает жутко энергозатратными. Было бы шикарно отказаться от проведения совместной трансляции, ссылаясь на плохое самочувствие, но так поступить было нельзя. Стэн уже откладывал стримы и пропадал из социальных сетей, что дюже ударило по его имиджу, и ему теперь необходимо восстановить репутацию в ближайшее время и — желательно — закрепить её. Если он не проведёт эту чёртову трансляцию, которую сам и организовал, то пробьёт очередное дно и останется бестолковым и ни на что не годным не только для знакомых, но и для себя самого. Пускай окружающие люди настолько привыкли к его неудачам, что не ожидают чего-нибудь другого, то Стэн по-прежнему надеется на свой успех.       Это, может быть, глупо — стремиться к тому, что не никогда не исполнится, — но у Стэна ничего больше нет и вряд ли будет, когда он сдастся.       Марш не посмотрел на время, когда складывал телефон на тумбочку, о чём пожалел сейчас. Даже такие простые махинации утомляли его до бескрайности, а тем и доводили почти до белого каления. В последнее время раздражало вообще всё, и Стэн никак не находил себе места. Просто не мог. Сказывались усталость, ухудшение отношений со всеми и…       Будильник.       Телефон снова разразился трелью, только уже звонкой, и Стэн вспомнил, почему сегодня не поставил режим «не беспокоить». Сегодня суббота, а это радовало.       Силы появляются из ниоткуда. Марш, вдохновлённый, резво хватается за телефон и отключает будильник, указывающий, что 19:00 уже наступило. Настроение постепенно улучшается, а в голове закрепляется мысль — полчаса на приятный отдых. А всё потому — Стэн спешно надевает наушники и поудобнее устраивается в постели, когда приходит уведомление о новом твите, — стрим запускает Он.       Он до безумия популярен, Он до безумия красив, Он до безумия эстетичен. У Стэна Он вызывает щекочущее чувство между рёбрами, когда выходит в эфир, и является «последней станцией», куда безвозвратно улетает большинство его сбережений.       «Несколько минут до эфира ;)» — гласит Его последний твит, и Марш, естественно, тыкает на сердечко, подмечая, что и его сердце начинает пульсировать чаще. Ну конечно, Марш уже думает о том, что будет видеть на экране, и от этого, как и всегда, перехватывает дыхание. Зато ему удастся расслабиться перед собственным прямым эфиром, и это, к слову, очень вовремя.       Минуты тянутся вечностью, прежде чем «Нутро» запускает закрытую трансляцию. То же приглушённое освещение, тот же фон и тот же ракурс — ровно до подбородка. Нутро никогда не показывал своего лица, и на то действительно были причины, в том числе и необходимость в полной анонимности из-за бизнеса. Стэн понимал это, но и понимал фанатов, которые желали увидеть всё — от головы до ног.       Лицезрея, как Нутро длинными и изящными пальцами расстёгивает две верхние пуговицы обтягивающей чёрной рубашки, Стэн ловит себя на мысли, что он твёрдо убеждён, что парень перед ним — красавчик. И совсем необязательно видеть его лицо (после личного сеанса, на который Марш слил почти две тысячи баксов и на котором Нутро наотрез отказался показываться даже после клятвы в строгой конфиденциальности), просто знает и всё.       Стэну едва удаётся сглотнуть тяжёлый ком, застывший в горле, когда он видит частички острой ключицы и слышит соблазняющий, томный полушёпот в своих наушниках:       — Кто же из вас разденет меня на этот раз?       Пальцы сами по себе поддевают резинку домашних штанов, а ладонь спешно ныряет внутрь.

***

      ー Всем привет! ー произносит Кеннет, по привычке махая рукой в сторону когда-то стоявшей на этом месте камеры. ー Угораздило же меня снова разбить вебку. Думаю, это не помеха!       Маккормик не любит врать своей аудитории, но, как ему кажется, будет намного лучше, чтобы люди ссылались на его природную неуклюжесть, чем знали правду. Оборудование выходит из строя подозрительно часто, можно сказать, с завидной регулярностью. Кенни всегда относился к технике трепетно, с любовью и заботой, ведь не каждый день появляется возможность её заменить. Кажется, его увлечения поддерживает лишь младшая сестрёнка; матери даже повод не нужен, чтобы втайне от сына перепродать имеющиеся у него вещи. Надо же на что-то пить.       ー В любом случае, ー продолжает Кеннет, ー сегодня я не один! Стэн и Кайл решили присоединиться к нам, ребят!       ー Привет, ー сдержанно произносит Марш, чем заявляет о своём присутствии, и чат просто взрывается. Полетели первые донаты. ー Так… Во что мы будем играть?       Пожалуй, глупо запускать трансляцию, не обговорив план действий с остальными, но, честно, не до этого было как и ему, так и «некоторым остальным». Стэн и Кенни знакомы уже довольно продолжительное время, успели пообщаться в сети, поэтому Марш знал наверняка ー Маккормик был занят тем же, чем и он сам парой десятков минут ранее. Они определённо оба были в замешательстве, когда Нутро — без каких-либо предпосылок или предупреждений — просто взял и продемонстрировал свои губы тысяче людей, а затем отключил трансляцию как ни в чём не бывало, породив ещё больше вопросов. Неужели это была случайность? Или, быть может, спланированный ход, чтобы привлечь к себе больше внимания и зрителей?       Кажется, Стэн завидует Кенни и его сломанной веб-камере в данный момент намного больше, чем тому же Кайлу; сейчас Марш у всех как на ладони. Любая эмоция, отражающаяся на его лице, будет замеченной.       Больше сдержанности. Ни в коем случае нельзя выходить из образа.       ー Я за викторины, ー подаёт голос Брофловски, до этого сидевший с выключенным микрофоном. ー Не хочу париться с установкой игр.       В чат полетели смайлики; какой-то умник запустил цепную реакцию, спамя словом «душнила». Кайл старается не обращать на это внимания, но, признаться честно, он не думал, что когда-либо окажется на трансляции с подобным активом. Когда чат не стихает ни на секунду, приходит осознание, что тебя смотрят действительно живые люди. Это воодушевляет!       ー Сломанный планшет? ー предлагает Кенни. ー Устанавливать ничего не надо, да и не скучно вроде.       ー Ритм игры? ー Марш отводит взгляд от собственной камеры на ноутбуке, стараясь выглядеть максимально непринуждённо, словно и не было никакого Нутра двадцать пять минут назад; словно его вообще никогда, в целом, и не существовало. ー Ребят, я только в музыке хорош.       Кайл закатывает глаза. Чат снова разрывается, повторяя предыдущую спам-атаку оскорблениями по отношению к Брофловски.       ー Думаю, зрители сами должны решить. Ну, вы там это, напишите в чат идеи! ー произносит Маккормик оптимистично.       У Стэнли невольно появляются мысли: как же Кенни удаётся держать себя в руках после того, что совсем недавно произошло с Нутром? может, он пропустил эту трансляцию? Однако, как правило, пропускать эфиры Нутра казалось чем-то невообразимым. Лично Стэн смотрел их при любых обстоятельствах. Скорее, Кеннет такой расслабленный только потому, что он и не скрывает, что смотрит нечто подобное и чуть ли не возглавляет фан-клуб Нутра.       Кайл вновь переводит взгляд на панель с сообщениями от зрителей; сверкнув очками, он вчитывается в бесконечный поток разнообразных и несерьёзных предложений: «го в доту», «может, among us», «нахуй игры, ребят, лучше скажите, какого хуя вы вместе стримите?», «роблокс», «роблокс», «роблокс», «роблокс». Брофловски понимает, что трансляция идёт не по плану, и отмечает для себя, что он ошибся, когда согласился. Естественно, нельзя сказать, что это было удивительно: учитывая образ Кена и его аудиторию, что-то детское и идиотское было ожидаемо.       ー Роблокс, отлично! ー улыбается Маккормик. ー Я в вас не сомневался, лол. Вы всё ещё мои тупые придурки. — Он говорит это беззлобно, ясно даже по интонации.       Стэнли кивает, соглашаясь с выбором зрителей. В любом случае кривые детские игры помогут отвлечься, в отличие от тех же викторин, где пришлось бы напрягать свои извилины. А Марш, как ни странно, думать не очень любил.       ー Нет, ー категорично заявляет Брофловски. ー Нет, нет, нет и ещё раз нет. Я не для этого высшее образование получаю. ー Кайл поправляет очки в изящной оправе и скрещивает руки на груди. ー Мы не договаривались идти в какой-то «роблокс». Вы что, издеваетесь? Может, всё же в викторины?       ー Согласен. ー Неизвестный голос застаёт врасплох как Брофловски, так и Марша; Кенни, кажется, тоже удивляется, неловко пискнув в микрофон. ー Вам бы мозги прокачать, иначе эта хуйня окончательно превратит их в кашу. Пиздец, играть в роблокс ー это быть говноедом.       ー О, Эрик, ты пришёл! ー оживлённо вскрикивает Маккормик, подпрыгивая с удобного кресла. ー Камеру принёс?       ー Эрик? ー переспрашивает Брофловски, недоумённо пялясь в окошко, где красуется задумчивое лицо Марша. ー Это ещё кто такой?       Стэнли хочет что-то сказать, но не успевает произнести ни слова, как его перебивают:       ー Принёс-принёс. Ты, бля, перестань ломать вещи. В следующий раз выручать не собираюсь. Я тебе не ёбаный дилер веб-камер.       ー Кенни что, без наушников стримит? ー полушёпотом произносит Кайл, совершенно позабыв о том, что находится в прямом эфире и все его прекрасно слышат; Марш только пожимает плечами.       ー Окей, мам, ー в шутку бросает Кеннет и кратко хохочет, запрыгивая в скрипучее игровое кресло. ー Камера появилась, но я пиздец как не хочу ебаться с её настройкой сейчас. Тогда… Завтра тоже подрубаем, но с вебками?       ー Только без меня, ー насупившись, произносит Брофловски.       ー Правильный выбор, ー одобряюще усмехается Эрик. ー Хоть один здравомыслящий человек.       ー Ты вообще кто?       ー Да так, ー отмахивается от ответа нежданный гость, ー просто посмеяться над вами зашёл.       ー Это не ответ.       ー Ответ.       Раздался тошнотворный звук, напоминающий крик адских мучеников, ну, или давно не смазанную маслом дверь. Стэн поёжился, а Кенни завопил:       ー Твою мать, не смей жрать свою хуйню на моей кровати! ー Громкое шуршание открывающейся пачки «какой-то хуйни» заглушило недовольство Маккормика. ー Да бля! — Он стенает.       ー Плата за услугу, ー ехидничает Эрик, удобно располагаясь на старой, повидавшей жизнь раскладушке.       Маккормик не намерен спорить с Картманом во время прямого эфира, поэтому переключается в режим игнорирования и запускает игру. Кайл перестал следить за чатом, в этот момент разрывающимся от бесконечного количества бессмысленного спама. Он лишь тяжело вздыхает, когда ребята наконец открывают столь ненавистную его тонкой натуре игру.       ー Ты тоже, типа, роблокс не любишь? ー спрашивает он Эрика, даже не надеясь, что тот услышит его жалкую попытку завязать диалог сквозь поток неприятных для человеческих ушей звуков, доносящихся из такой же неприятной для всего человечества игры.       ー Ненавижу, ー язвительно и гласно откликается собеседник, закидывая в себя один сырный шарик за другим. Кажется, Кеннету придётся стирать одеяло после Эрика в химчистке. ー Игра для малолетних идиотов, да, Кенни? Именно это нужно твоей аудитории?       ー Завались, а! ー в шутку огрызается Маккормик.       ー Ха, ну в точку. ー Брофловски ответ загадочного Эрика порадовал, поэтому он даже улыбнулся. ー Я думал, тут только я с головой на плечах остался.       ー Да не. ー Микрофон Кеннета удивительным образом фокусируется на хрусте зловонных снеков, что начинают раздражать уже всех, за исключением Кайла, и это было, мягко говоря, неожиданным для него самого. ー Просто кое-кто в этой комнате обожает жрать говно вёдрами: на завтрак, полдник, обед и ужин.       ー А ты тоже стримишь? ー вопрошает Брофловски, склонив голову. ー Или просто друг Кенни?       Маккормик прыскает, пытаясь сдержать смех, но не вмешивается. Кайл вновь переводит взгляд на чат, который взорвался очередной волной спама, состоящей из сердечек и смеющихся эмодзи; Брофловски списывает происходящее на события в игре, за которыми он не следил вовсе.       ー Иногда стримлю, ー отвечает Эрик. ー Но теперь намного реже. Знаешь, ситуация вынуждает.       ー Ты где-то учишься? Времени не хватает?       ー Да, что-то вроде того. ー Картман смеётся в кулак. ー В Колумбийском учусь, знаешь такой?       ー В Колумбийском?! ー От удивления вскидывает бровь Кайл. ー В лучшем университете Нью-Йорка?!       ー А то. — Судя по тону, он явно удовлетворён.       ー Пацаны, мы со Стэном пытаемся развлекать народ игрой, а не вашей болтовнёй. Если вы сейчас не замолкните, я отключу стрим. ー Смеётся Маккормик, добавляя ситуации ещё большей комичности. Кажется, ни Стэн, ни Кайл не понимали, что вообще происходит и что является причиной смеха Кеннета и зрителей. Хотя Маккормику разве нужен повод, чтобы рассмеяться?       ー Ну, тогда я пойду. ー Эрик встаёт с дешёвой кровати, вновь разразившейся мерзким звуком старых пружин. Под тяжестью Картмана, кажется, даже дорогая кровать будет молить о пощаде. ー И вырубите это говно, не позорьтесь. Пусть народ развивается, а не деградирует.       ー Я тоже тогда отключаюсь, ー говорит Брофловски сразу после того, как услышал хлопок дверью дома Маккормиков. ー Зовите, когда будете чем-то нормальным заниматься.       — Отлично втроём постримили, — бурчит Марш.       — Да брось, чувак, и так нормально. Давай в хоррор какой-нибудь, а то этот режим меня заебал.       — Это потому, что ты пройти один уровень лёгкого паркура не можешь, — фыркает Стэн. — Только давай что-то не очень страшное, а то это…       — Боишься?       — Не особо, но…       — Так, чат, пишем самые отвратительные страшилки!       — Эй! — Марш смеётся. — Какой же ты ужасный, Кен.

***

      «и как тебе кайл?» ー Набирает на клавиатуре Кеннет.       «Кто?» ー В ту же секунду ему отвечает Эрик. ー «А, этот что ли. Да ничё, норм чел»       «знаешь для первого контакта с евреем ー очень даже неплохо ;)»       «ПЕРВЫЙ КОНТАКТ С КЕМ?!»