Глава 1. Синяя лилия

Chase Atlantic — Empty

             Столица Кореи никогда не спит. Почти на каждой улице города есть круглосуточный магазин или забегаловка, где можно перекусить и зарядить телефон. Но у заведений в самом центре Сеула статус куда более высокий, а именно — ночные клубы. И после заката именно они притягивают к себе всю элитную молодежь города, где парни и девушки спускают чуть ли не миллионы вон за одну ночь.       Но парень по имени Хван Хенджин может потратить куда больше. Музыка — самый мощный драйв для этого юноши. Особенно, когда деньги считать не нужно, ведь Хенджину повезло родиться в самой богатой семье Южной Кореи. Поэтому, стоило ему ступить на порог любого клуба, бармены и официанты начинали аплодировать, потому что хорошо знали о его щедрости. Тем более, если Хван уже успел где-нибудь выпить. Не то чтобы он постоянно был пьян и разбрасывал деньги направо и налево, но хорошенько отдохнуть очень любил. Хороший отдых любил и его лучший друг — Хан Джисон, с которым Хван познакомился еще в детском саду. Эти двое могли превратить самую громкую вечеринку в самую незабываемую. Это вошло у них в привычку уже в школьные годы и с тех пор ни одна шумная тусовка не проходила без их присутствия.       Так одной ночью, примерно в начале марта, Джисон вместе с барменом мешал разные коктейли, так как это был один из его лучших талантов, а Хенджин, уже полностью заправленный всеми шотами какие предлагал его друг, оттягивался в самом центре танцпола. Его рубашка уже едва держалась на последней пуговице от быстрых и ритмичных движений под энергичную музыку. Это всегда было гвоздем любой вечеринки, его танец. Хван еще в детстве увлекся танцами и к двадцати двум годам его хореография стала очень хороша. Люди наблюдали за его танцем, не отводя глаз, и снимали на видео, а после выкладывали в свои соцсети, где просмотры тут же переваливали за несколько тысяч, а лайки и того больше. Хенджин двигался быстро и уверенно, хоть и танцевал под незнакомую музыку, но его движения были точными и красивыми. Плавные пируэты сочетались с дерзкими степами и наоборот.       Поддавшись музыке, Хван даже не замечал людей, только звук. Его кожа покрылась влагой от быстрого танца, макияж расплылся, а волосы прилипли ко лбу. Говоря о волосах — это была прическа маллет, парень недавно осветлил волосы, но потом несколько раз красил их розовым тоником, а сейчас они отросли и помимо темных корней его волосы были светлого персикового цвета. Каждый день собирался перекрасить, но его отвлекали клубы и другие развлечения золотой молодежи.       Хенджин уже почти не различал никого вокруг, так сильно поддался музыкальному гипнозу. Еще несколько поворотов и выпадов и песня закончилась, а вместе с ней и Хван, который упал на колени и тяжело дышал. Танцпол взорвался аплодисментами, а главный диджей приглушил музыку и взял микрофон.       — Вау! Это было феерично, как всегда у Хенджина! — произнес парень, а зал поддержал его свистом и новыми аплодисментами. — Но, как ни прискорбно, уже почти шесть утра и наш клуб закрывается. Леди и джентльмены, спасибо всем, что пришли сегодня к нам, ждем вас снова после заката!       Парни и девушки снова похлопали диджею и начали расходиться. Хенджин кое как поднялся с пола и прошел к бару, где его ждал Хан с его пиджаком и бокалом шампанского в руках. Сам Джисон так же едва стоял на ногах — за эту ночь он выпил не мало игристых напитков.       — Молодец, Хван, — произнес Джисон. — И когда только тебе надоест выпендриваться перед всеми подряд?       Хан хотел выпить содержимое бокала, но Хенджин его опередил, резво отобрав бокал.       — Когда станешь выше меня, — усмехнулся парень и выпил шампанское.       Джисон шикнул на него, но улыбнулся. Хван использовал любую возможность, чтобы подколоть друга по поводу его роста, ведь был не только старше на год, но и выше почти на десять сантиметров. Джсион был красивым молодым человеком спортивного телосложения с подкачанными мышцами и узкой талией. Его волосы были выкрашены в светлый блонд, что придавало его лицу мягкости при всей его утонченности, даже когда он был пьян.       — Пошли домой, — сказал Хан и тихо икнул, — а то я скоро свалюсь.       — Да, пошли, потому что я не собираюсь тебя тащить, — ответил Хван.       Старший надел свой пиджак и качающейся походкой покинул клуб вместе с Ханом. Водитель Хенджина ждал их ровно у выхода всю ночь. Точнее, дремал на заднем сидении, ведь хорошо знал, что эти двое раньше рассвета не выйдут. Мужчина открыл им дверь, а они завалились назад и о чем-то смеялись. Водитель тронулся с места, а Хван вперил свой взгляд в уличные огни, которые от сильного опьянения превращались в одно мутное пятно.       Машина остановилась рядом с дверью высокого дома в одном из элитных районов. Там была квартира Джисона, который уже почти заснул. Хенджин хлопнул его по плечу, а Хан встрепенулся.       — Твоя остановочка, Джисонище, — прохрипел Хван, а сам тоже почти спал. — До двери то дойдешь?       — Дойду, не переживай, — ответил младший и открыл дверь машины. — Смотри сам не рухни по пути до подушки. Всё, сайонара, хорёк.       — Адьё, белка, — Хенджин пожал парню руку в их манере и вытолкнул его из машины.       Джисон попрощался с водителем и направился к дверям, а Хван поехал к себе домой. Парень напевал какую-то песню, чтобы не заснуть, ведь не хотел, чтобы водитель тащил его на себе. За окном все так же светились фонари и магазинные вывески, а Хенджин пытался вспомнить, как они вообще оказались в клубе. Но спустя пару минут это перестало его заботить, потому как кайф уже заполнил все тело и парень просто расслабился.       Через несколько минут они приехали в красивый жилой комплекс, где каждый дюйм говорил о том, что здесь живут очень зажиточные люди. Это были высокие светлые дома с панорамным остеклением и яркой подсветкой, а внутри и вокруг домов была красивая парковая зона с фонтанами и скульптурами.       Машина заехала на подземную парковку. Водитель остановился на привычном месте и открыл дверь Хвану. Парень ему улыбнулся и показал класс. Кое как выйдя из машины, Хенджин похлопал мужчину по плечу и направился к лифту.       — Спасибо, Пак, можешь идти, — сказал Хенджин.       — Может, вас проводить? — спросил мужчина.       — Не, не надо. Уж до квартиры я дойду, спасибо.       — Хорошо, господин Хван.       — Сколько раз говорил, ик, зови меня Хенджин.       — Спокойной ночи, господин Хван, — сказал Пак и поклонился. — Точнее, доброго утра.       Хенджин засмеялся. Он помахал Паку ладонью и вызвал лифт. Хван нажал кнопку и чуть не упал, когда лифт тронулся. В машине он ещё смог справиться с укачиванием после пьянки, но в лифте это было сложнее, особенно когда ехать нужно было на тридцатый этаж.       Парень доехал до пентхауса с молитвами, чтобы ему не стало плохо и боженька его услышал. Двери лифта открылись прямо в квартире, где было темно. Это была просторная двухуровневая квартира с видом на город и реку. На первом этаже была гостиная, кухня, обеденная зона, библиотека, кабинеты, а на втором спальни и ванные. Светлый интерьер и дизайнерская мебель делали помещение визуально больше, будто огромные окна с этой задачей не справлялись, а на большой террасе были столики, стулья, диванчики и шезлонги. Через террасу был проход в помещение с бассейном, так же с большими окнами. В квартире был светлый паркет, высокие потолки и много декораций. Весь интерьер свидетельствовал о том, что у хозяев очень хороший и утонченный вкус.       Родители Хенджина ещё спали, поэтому парень очень тихо снял обувь и оставил её возле двери. Хван шел на цыпочках до своей комнаты, которая, на его благо, была в противоположной стороне от спальни родителей. Хенджин держался за стену, дабы не упасть от головокружения, и все-таки дошел до своей комнаты. Он стянул с себя рубашку и бросил ее на пол, а сам так же свалился на кровать. Его комната представляла собой большую спальню с панорамными окнами во всю стену и с выходом на террасу. Кровать стояла аккурат напротив окон, так что парень потянулся к тумбочке за пультом, который закрывал шторы, потому что солнце уже начало восходить и мешать сну. У стены справа стоял письменный стол с ноутбуком, какими-то блокнотами и ручками. От стола был проход в гардеробную, где можно было потерять счет всем дизайнерским вещам, обуви и украшениям. Рядом стоял журнальный столик, диван и два мягких кресла с бархатной обивкой. На столике были журналы, книги и прочая мелочь, а в кресле лежала черная гитара, на которой Хенджин иногда играл от скуки. Стоило Хвану коснуться подушки, как он тут же заснул.       Проснулся парень уже после обеда, не в состоянии точно вспомнить все, что произошло за ночь. Но главное он проснулся у себя в комнате, а не где-нибудь в неизвестной квартире с незнакомыми людьми рядом и этого было достаточно. Хенджин протер глаза и валялся еще около получаса. Собрав все свои силы после крутой ночки, парень поднялся и направился в ванную.       Приведя себя в порядок, он вернулся в комнату и услышал рингтон сообщения. Хван взял свой красный айфон и увидел сообщение от Джисона:              «Йоу, хорёк, надеюсь, ты жив. Я вот не очень. Но я знаю, что поможет нам воскреснуть. Сегодня в клубе у реки будет вечеринка с каким то местным рэпером. Накрась свои реснички и выдвигайся ко мне, повеселимся»              Хенджин усмехнулся и направился в гардероб, где надел черные кожаные штаны, красную свободную майку и черный шелковый пиджак. Добавил множество цепей на штаны и подвесок на шею, украсил руки разными кольцами и браслетами. Хван затонировал лицо кремом, скрыв родинку под левым глазом и несколько пятнышек на правой щеке. Он всегда их скрывал косметикой, так что почти никто из его знакомых не знал о том, у парня есть родинки. Глаза он подвел темным карандашом и слегка растушевал. Надел серьги и надушился своим парфюмом. Волосы он уложил назад и закрепил их лаком. Парень рассматривал свой образ, сделал несколько селфи в зеркале и, выложив их в инстаграм сторис с подписью «Что-то будет», вышел из комнаты.       Хенджин почувствовал, как в животе урчит, поэтому решил перекусить перед уходом. Он прошел на кухню, а за столом Хван увидел своих родителей и улыбнулся им. Отец Хенжина был высоким статным мужчиной с короткой стрижкой и в дорогом костюме, звали его Хван Дэхен. Он руководил очень крупной компанией, занимающейся разработкой техники, компьютеров, автомобилей, строительством жилых домов и коммерческих зданий в разных странах мира, помимо Азии, и многим другим. А мама Хенджина, Хван Юджин, была верным помощником своего супруга. Она была стройной высокой женщиной с нежной внешностью. Они вдвоем возвели свою компанию с нуля и теперь спокойно пожинали ее плоды.       — Мам, пап, доброе утро! — резво произнес младший.       — Уже третий час дня, — прохрипел Дэхен, попивая кофе, а женщина усмехнулась, не отрывая взгляд от планшета, в котором что-то читала.       — Тогда добрый день, — ответил Хенджин, а мужчина кивнул.       Хван подошел к холодильнику, где взял все нужное, чтобы сделать сэндвич. Сделав несколько бутербродов, парень положил их на тарелку, заварил себе кофе и присоединился за столом к родителям.       — Как дела? — спросил младший и принялся завтракать.       — Думаю, этот вопрос лучше задать тебе, — произнес старший Хван. — Во сколько ты вернулся?       — Хм…да какая разница, главное, что вернулся, — в легкой манере ответил Хенджин.       — И, по всей видимости, ты снова куда-то уходишь? — добавила Юджин, взглянув на сына.       — Да, на концерт.       — А что за концерт?       — Не знаю, на месте разберемся.       — Даже не знаешь, куда собираешься?       — Да неважно, главное, чтобы было весело.       Хенджин улыбнулся матери и доедал свои бутерброды, а женщина тяжело вздохнула и посмотрела на супруга. У них обоих уже давно был в планах разговор, который нужно было осуществить.       — Джинни, — мягко обратилась женщина, — скажи пожалуйста, ты бы не хотел заняться чем-нибудь?       — У меня сегодня весь вечер уже расписан. Сперва ресторан, потом концерт, клуб.       — Нет, я не об этом. Ты бы не хотел заняться какими-нибудь важными для себя делами? Может, заняться своей жизнью?       — Я и так ей занят, — сказал младший и пожал плечами, подарив все внимание сэндвичу. — Каждый день занят тем, что живу.       — Это мы знаем, — вздохнула Юджин. — Но ты бы не хотел уже отнестись к этому более серьезно?       — Как, например? — спросил Хван и все-таки посмотрел на мать, хоть и немного безразличным взглядом.       — Например, начать работать в нашей компании, — ответила она. — Ты хорошо разбираешься в делах, недаром же ты отлично закончил бизнес школу.       — Мам, я и так серьезно ко всему отношусь. Я серьезно отношусь к тому, что хожу на концерты и в клубы.       — Твои занятия совсем противоположны этому, — добавил Дэхен. — Это, конечно, весело и, может быть интересно, но пора бы задуматься о чем то более серьезном и важном.       — Мне все это очень важно, папа, — ответил младший. — Мне очень важно сходить сегодня на концерт и послушать композиции современного исполнителя.       — Но это ведь не все, чем тебе хочется заниматься? — спросила Юджин. — Пора бы уже задуматься о том, что действительно важно для тебя, в чем смысл твоих действий.       — О чем, мам?       — Ну как, о чем? О работе, например. О своей жизни в целом. Может, найти себе пару и подумать о семье.       — Подумаю попозже, — произнес Хван, встал из-за стола и торопился покинуть помещение, предвкушая не очень комфортную беседу. — Я пойду, а то опоздаю. Потом вам все расскажу. Все, Au revoir, я побежал, увидимся!       Хван отправил родителям воздушный поцелуй, захватил последний бутерброд и почти убежал к выходу, а старшие лишь тяжело вздыхали и качали головой. Юджин посмотрела на мужа, который был во взгляде не менее опустошен, и вернулась к чтению статьи.       — Думаю, пора нам предпринять другие меры, — произнесла женщина.       — И самые действенные, — поддержал Хван и допил свой кофе залпом.       Хенджин тем временем спускался в лифте и смотрел на свое отражение. В зеркале он видел молодого человека, красивого, богатого. Но на этом всё. Он не знал, кем является на самом деле, что хочет от жизни и даже что ему делать. Он получил хорошее образование и был весьма умен. Но после учебы он и правда не знал, чем себя занять. Все казалось каким-то бессмысленным. Поэтому серьёзные разговоры не только быстро утомляли его, но и пугали. И он предпочитал забывать обо всем этом на хорошей тусовке, заливая их вином и шампанским.       И сегодняшняя тусовка выдалась даже лучше, которая была накануне. Весело и так шумно, что разгонять всю эту громкую молодёжь приехала полиция. Хенджин и Джисон едва успели выбежать через запасной выход, где их ждал водитель Пак. Быстро заняв пассажирские места, парни крикнули Паку гнать как можно быстрее, а сами громко смеялись.       Время было не самое позднее или раннее, немного больше полуночи. Ребята проголодались и Хенджин попросил Пака остановить рядом с макдональдсом. Хенджин заказал три пакета еды и вернулся в машину.       — Держи, Пак, — произнес парень и отдал один из пакетов водителю.       — Спасибо, господин Хван, но не стоило, — улыбнулся мужчина.       — Ешь давай, — ответил Хенджин и махнул рукой.       — Куда вас отвезти? — спросил Пак. — В другой клуб?       — Может в Pistil? — предложил Джисон. — Там наверняка сейчас самый разгар.       — Да, наверное, но…что-то мне не хочется в клуб, — ответил Хван, разглядывая стаканчик с колой в руке.       — Может, есть афтерпати этого сборища? Или по любому есть какой-нибудь ночной концерт.       — Да нет, я…я никуда не хочу, — ответил Хенджин.       — Чего это? — спросил Хан. — Еще только пол третьего, вся ночь впереди.       — Что-то не хочется.       Джисон весьма удивился такой реакции. Обычно именно Хенджин тащил их в новые клубы, когда в одном им надоедало. Хван таскал за собой Джисона всю ночь напролет, даже если младший уже с ног валился и спал на ходу. А сейчас старший сам отказался от дальнейшей гулянки. Это было даже не удивительно, а скорее странно.       — Что это с тобой? — спросил Хан.       — Ничего, — ответил Хенджин. — Что за вопрос?       — Вполне ожидаемый, ведь ты еще даже не в стельку пьян! — усмехнулся Джисон. — Нужно еще как минимум литра два, чтобы ты был полностью заправлен.       — Вот съем свой сытный ужин и заправлюсь, — ответил Хван и достал из пакета бургер.       Джисон пожал плечами и принялся поглощать свой хэппи мил.       — Вас отвезти домой? — спросил Пак.       — Нет, давай…давай к реке, — ответил Хенджин. — Куда-нибудь в парк.       — Хорошо.       Машина тронулась с места и через несколько минут они приехали к реке Хан. Это был небольшой парк с лавочками и столиками. Никого не было, оно и понятно, ведь ночь на дворе. Хенджин вышел из машины и прошел к смотровой зоне со своим пакетом еды, а там сел на лавочку. Джисон последовал за ним, а водитель Пак сел на капот машины и открыл свой паёк, который ему дал Хван.       Хенджин разглядывал ночную реку, которая освещалась яркими городскими огнями. Хван был на вид весьма задумчивым, и Джисон совсем не понимал его состояние, потому что видел парня таким поникшим ну очень редко, даже не мог вспомнить, когда такое было в последний раз.       — Эй, что с тобой? — снова спросил Хан и сел рядом. — Ты не заболел?       — Я полностью здоров, доктор Хан, — ответил Хван. — Здоров и чист.       — Да ладно тебе, я же серьезно, — буркнул младший. — Что-то случилось?       — Нет, все в порядке, — ответил старший, покручивая кольца на пальцах. — Просто…родители днем загрузили, вот я и думаю об этом.       — А что они тебе сказали?       — Сказали, что пора бы уже найти работу и взяться за ум.       — Пфф, нашел о чем париться. Чего ты так загрузился то?       — Просто они, по сути, спросили в чем смысл моей жизни, а я…я не знал, что им ответить, ведь…я реально не знаю, в чем этот самый смысл.       Хан хмуро смотрел на друга, который совсем поник. Было похоже, будто старший словил экзистенциальный кризис.       — Капец, чувак, ну ты даешь! — воскликнул младший. — Сходи к психологу, он быстро найдет тебе смысл за любые деньги.       — Да иди ты! — усмехнулся Хенджин. — Я просто…я правда не знаю, чем заняться. В бизнес мне не очень охота, особенно в продажи. Для дизайна я учился не там, а для музыки недостаточно хорошо играю и пою.       — Да ладно, ты же хорошо рисуешь и поешь нормально. Можешь выбрать, что захочешь. Просто выбери то, что больше нравится.       — Легко сказать. Мне быстро все надоедает.       — Ну, бухать тебе не надоело.       Старший засмеялся, но продолжал задумчиво смотреть вдаль. Хан заметил его растерянность и положил руку на плечо и тихонько похлопал.       — Не грузись, хорёк, — произнес младший. — Найдешь ты свой смысл. Может сегодня, может завтра. Так и работу найдешь. Может, я возьму тебя в свой ресторан официантом.       Хенджин снова засмеялся. Он расслабился и глубоко вдохнул, чтобы прогнать все эти давящие мысли.       — А ты что, уже нашел место для своего ресторана? — спросил Хван.       — Пока нет, но я верю, что найдется место в городе, желательно в центре и не в каком-нибудь подвале, где квадратный метр стоит дороже твоей квартиры.       — Что ж, удачи тебе с этим.       — Спасибо. Вакансия официанта всегда будет открыта для тебя.       — Класс.       — Или стриптизера. Я еще не решил, может открою ночной клуб-ресторан.       Хван громко засмеялся.       — Все, чувак, хватит, — произнес Хан. — Завтра, точнее уже сегодня вечером сходим куда-нибудь и оторвемся, чтобы все эти мысли вылетели у тебя из головы, о-кей?       — О-кей, а куда идем?       — Да неважно. Напьемся и напляшемся, остальное тебя не должно волновать.       Парни еще несколько минут посидели на лавочке, а затем отправились к машине.       — Ты наелся? — спросил Хван у водителя.       — Да, спасибо большое. Куда вас отвезти?       — Отвези нас по домам, пожалуйста.       Пак кивнул и открыл дверь, а парни завалились на заднее сидение. Хенджин попрощался с Джисоном и водитель отвез его домой. Хван пожелал Паку спокойной ночи и поднялся к себе, где свалился на кровать и долго смотрел в окно, думая не только о предстоящей вечеринке, но и о разговоре с родителями. Их слова все никак не покидали голову.                     Хван проснулся рано по своим меркам. Всего лишь около десяти утра, а не как обычно после обеда. И даже не знал, чем себя занять до вечера. Поэтому решил начать с завтрака.       Хенджин, одетый в пижаму, вышел на кухню, а там снова были родители и выглядели весьма серьезно.       — Доброе утро, — улыбнулся младший.       Его родители тихо ответили тем же. Они пристально следили за своим сыном, пока тот шел до холодильника, взял йогурты и сок и сел за стол. Старшие смотрели на Хвана не отводя глаз и под этим напором юноша почувствовал себя слегка неуверенно.       — Что-то не так? — немного робко спросил Хенджин, дрожащими руками открыв йогурт.       — Все хорошо, сынок, — ответил Дэхен. — Просто мы с твоей мамой хотим поговорить с тобой.       — О-кей... — протянул Хенджин. Он съел ложку йогурта и выпрямился, чувствуя, что разговор будет весьма серьёзным. — О чем вы хотите поговорить?       — Мы хотим поговорить о твоём будущем, — сказала Юджин.       Хван тяжко сглотнул, думая о том, что не зря его полночи беспокоило какое-то странное предчувствие.       — И…что конкретно вы хотите обсудить?       — Мы хотим начать с того, что тебе уже двадцать два года, а ты до сих пор ничем не занят, — произнес отец Хвана. — Мы понимаем, ты молодой, охота повеселиться и развлечься. Но ты уже достаточно развлекался. За последние два месяца ты ни разу не приходил домой раньше полуночи.       — Ну… — протянул младший. — Считайте, что я сова.       — Вот только совы во время бодрствования трудятся, а не тратят деньги родителей куда попало, — добавила Юджин с легкой улыбкой.       Хван отвел взгляд и слегка смутился.       — Вы, вроде, достаточно для этого зарабатываете, — ответил Хенджин.       — Тут дело не в размере нашей зарплаты, Джинни, — снова подал голос Дэхен. — Тут дело в ответственности. Пора тебе ей научиться.       — В каком смысле? — спросил Хван и нахмурил брови.       — В самом прямом. Если хочешь, чтобы мы и дальше пополняли твой трастовый фонд, то, будь добр, заслужи это. Начни работать в нашей компании.       — Что…подождите, — прохрипел Хенджин и серьёзно посмотрел на родителей. — Вы что, лишаете меня денег и наследства?       — Пока нет, — ответила Юджин. — Но мы будем вынуждены это сделать, если ты и дальше продолжишь губить свою молодость на бессмысленные развлечения. Ты взрослый и умный парень, тебе пора уже отбросить все эти детские забавы и подумать о серьёзных вещах.       — Какие серьёзные вещи, мама?! — воскликнул младший. — Я просто наслаждаюсь этой самой молодостью, что в этом такого?       — Если честно, то много чего, и в последнее время я всерьез задумываюсь о здоровье твоей печени, — задумчиво произнесла женщина, а мужчина усмехнулся. — Сопьёшься так.       — Да не сопьюсь я, мам! Я же не какой-то алкаш, который пьёт без остановки!       — Дело все ещё не в этом, Хенджин, — произнес старший. — После того, как ты закончил школу бизнеса, ты только и делаешь, что бездельничаешь. Уже почти год прошёл с выпуска, а ты так ничего и не делаешь. Ты мог сразу вступить в нашу компанию, в любой отдел, но ты предпочёл вечеринки и гулянки.       — И что в этом такого? Мне просто хочется отдохнуть и повеселиться с друзьями.       — Твоим друзьям, между прочим, тоже не мешало бы подумать о своём будущем. Джисон, например, уже присоединился к делу своих родителей, что тебе мешает?       Хенджин продолжал возмущаться, отчего глубоко дышал и поджимал губы.       — И что вы от меня хотите? — все же, спросил он. — Чтобы я начал работать в вашей бухгалтерии или в отделе продаж? Или, ещё хуже, в клиентском отделе?       — Нет, сынок, — улыбнулась мама. — Мы начнём с более простого. Ты хорошо разбираешься в спросе и предложении, поэтому мы отправим тебя к нашим партнёрам.       — Каким ещё партнёрам?       — К тем, кого мы спонсируем, — ответил Дэхен.       — Вы спонсируете половину страны, говорите конкретнее.       — Мы хотим, чтобы ты начал лучше разбираться во всей схеме инвестиций и лучше познакомился с теми, кто действительно нуждается в финансах. Поэтому ты поедешь в больницу, познакомишься с врачами и узнаешь, что им нужно для лучшей работы больницы.       — Ч-чего? — видом полного опустошения произнес Хван.       — В районе Содэмунгу есть большой медицинский центр и мы бы хотели стать полноценными спонсорами. Поэтому ты пойдешь туда, познакомишься с председателями больницы и узнаешь, что им необходимо. Оборудование, новые специалисты, в общем, все, что нужно.       — Что?! Мам, что за бред! — выкрикнул младший.       — Это не бред, Джинни, — спокойно ответила женщина. — Это будет твоим началом. Ты начнешь заниматься действительно важными вещами.       — Ходить и спрашивать, на что я должен потратить деньги? Реально?       — Реально, — ответил Дэхен. — Собирайся, Джинни. Пак отвезет тебя в больницу.       — Пожалуйста, только не в больницу! — громко взмолился Хван. — Вы же знаете, как я ненавижу больницы!       — Да, мы это знаем, — ответила Юджин. — Поэтому и отправляем тебя именно туда.       — Да за что! Что такого в том, что я просто отдыхаю? За что вы отправляете меня на каторгу? — наиграно захныкал младший и развалился на стуле, глядя в потолок жалостливым взглядом.       — Мы хотим, чтобы ты научился ответственности и понимал, куда важно тратить деньги, а куда нет, — сказал старший Хван. — Клубы и развлечения подождут.       — И что, мне теперь даже в ресторан нельзя с друзьями сходить?       — Рестораны можешь себе позволить, но только в обеденное время, а если надумаешь заглянуть в клуб, то помни, что все уведомления о списаниях с твоих карт приходят нам.       Хенджин снова тяжко вздохнул, выдавая этим свое недовольство.       — Пришло время поработать, — сказал старший.       — Это не работа, это пытка, — пробурчал Хван.       — Тогда чем раньше начнешь, тем быстрее закончишь, — произнес Дэхен и встал из-за стола. — Собирайся. Мы предупредили главного врача, чтобы он ждал тебя. Пак заберет тебя вечером и не смей уходить раньше, если не хочешь, чтобы твой счет обнулился уже сегодня.       Хенджин продолжал валяться на стуле, а в это время к нему подошла его мать.       — Не волнуйся, Джинни, — сказала мама, — может так ты найдешь свое призвание или еще что-нибудь.       — Что?       — Что-то, что перевернет твою жизнь.       — Разве что подцеплю какую-нибудь инфекцию.       — Не переживай. Инфекцию можно вылечить, в отличие от лени.       Юджин чмокнула сына в лоб и погладила его по волосам. Хван снова тяжело вздохнул и смотрел в никуда. Это казалось ему каким-то розыгрышем, который полностью вышел из-под контроля. Он идет работать в больницу. За что он заслужил такую ссылку в ад? Больше всего на свете Хенджин не любил больницы. Там всегда полно больных и несчастных людей, которые давят на жалость, спорят за место в очереди и наглеют со своим «Мне только спросить». Все вокруг кашляют, чихают и сопливят. Просто рай бактерий и заразы, а для Хвана это настоящая преисподняя.       — Хенджин, поторопись! — крикнул Дэхен.       — Иду… — еле выдавил из себя Хван и потянулся к своему йогурту.       Парень ел его как можно медленнее, чтобы отсрочить эту неизбежную реальность, но родители снова его окликнули, так что пришлось закончить завтрак быстрее. Хенджин направился в свою комнату и зашел в гардероб. Он решил, что если и отправляться в ад, то делать это стильно. Хван надел черные классические брюки, белую шелковую футболку с логотипом Celine и белый пиджак. Уложил аккуратно волосы, заправив их за уши, подвел глаза коричневым карандашом, а на шею надел тонкую серебряную цепочку. Надушился своими духами и вышел к лифту, где его ждали родители.       — Ну наконец-то! — с хмурым видом сказал Дэхен. — Как будто на свидание вырядился!       — На свидание со своей судьбой! — улыбнулась Юджин, а Хенджин закатил глаза и зашел в лифт вместе со старшими.       Они сели в машину и покинули парковку. Первой остановкой была компания Хван — высокое красивое здание с современной архитектурой. Родители вышли из машины и пожелали сыну удачи, а он все вздыхал и старался готовиться к неизбежному.       Через несколько минут они подъехали к большой больнице, на которую Хенджин посмотрел и только больше наполнился отчаянием. Он просидел так несколько минут, пока к нему не обратился водитель.       — Не волнуйтесь, господин Хван, это еще не самое страшное, — произнес Пак.       — Может, поменяемся? — предложил младший.       Мужчина усмехнулся, а Хенджин, казалось, был абсолютно серьезен.       — Давай ты пойдешь туда, скажешь, что ты это я, а я буду весь день возить родителей куда им нужно, что скажешь?       — Я бы с радостью, но, к сожалению, слишком стар, чтобы быть сыном ваших родителей.       Хенджин снова вздохнул и откинулся на спинку кресла. Он просидел еще несколько минут, а затем, все же, открыл дверь машины.       — Удачи вам, — вдогонку сказал Пак.       — Спасибо, она мне пригодится, чтобы ничем тут не заболеть, — пробубнил парень.       Пак усмехнулся и поехал дальше, а Хван нехотя подошел к двери больницы и нерешительно шагнул вперед. Он осмотрелся вокруг. Все как он думал — полно больных людей, врачей, медсестер и санитаров. Все бегают туда сюда с каталками, носилками и медицинскими приборами. Хенджин поджал губы, спрятал руки в карманах брюк и почти не двигался, будто боялся, что если пошевелится, то все микробы этого места налетят на него одновременно.       Хенджин простоял в таком положении несколько минут, пока к нему не подошла молодая медсестра с рыжими волосами, собранными в хвост, и в голубой униформе. Она широко ему улыбнулась и слегка поклонилась.       — Доброе утро, вы, должно быть, Хван Хенджин? — спросила она и пристально смотрела на парня.       — Да, это я, — нахмурившись, ответил Хван. — Откуда вы знаете?       — Ну, я вас узнала, — ответила девушка, но сразу округлила глаза. — Ам, то есть, меня предупредили, что вы придете. Прошу, идите за мной.       Медсестра быстро развернулась и поспешила в нужную сторону, а Хван только сильнее загрузился, подумав о том, откуда девушка его знает, но отправился за ней следом. Они прошли к лифту, где девушка взглянула на Хвана и снова ему улыбнулась, а парень ответил легкой улыбкой.       — Можно спросить, по какому делу вы прибыли к нам? — поинтересовалась медсестра.       — Ну, я…я хочу стать спонсором этой больницы, — ответил Хенджин.       — О, как здорово! — бодро произнесла девушка. — Вы не представляете, как много нужно такой большой больнице, как наша.       — Буду рад помочь, — ответил Хван и уставился в телефон.       — Если будет нужна помощь, то я тоже буду рада помочь. Меня зовут Мин Сухи.       — Приятно познакомиться, — Хенджин кивнул и продолжал смотреть в экран, а девушка тем временем сделала шаг ближе к нему.       — Кстати, у нас довольно хороший кафетерий, если у вас будет свободная минутка, можем выпить кофе.       Хенджин сразу поднял взгляд на Сухи, а она снова ему улыбнулась. Девушка подвинулась еще ближе, почти закрыв дорогу Хвану, но, на его благо, лифт, наконец, приехал на нужный этаж.       — Ам…может быть, — произнес парень. — Мне пора идти, пока.       — До свидания! Кабинет главврача второй справа!       Хенджин кивнул, а лифт закрылся. Он усмехнулся. Парень привык к повышенному вниманию со стороны девушек, но чтобы так сразу, даже для него было забавно.       Хван поправил волосы и направился к кабинету главного врача. Он постучал в дверь, на которой прочитал имя директора — Ким Санхо, а следом услышал «Входите».       Хенджин зашел в кабинет, где рядом со столом стоял невысокий мужчина лет пятидесяти в сером костюме и перебирал бумаги. На лице у него были очки, волосы слегка тронула седина, на вид был опытный и немного уставший человек. Мужчина обернулся к вошедшему и сразу улыбнулся и округлил глаза. Он отложил бумаги и быстро подошел к парню.       — О, господин Хван Хенджин, я полагаю? — спросил Ким.       — Да, это я, — ответил юноша и поклонился. — Могу я зайти?       — Да, конечно! Проходите!       Директор пригласил Хвана сесть в кресла рядом с журнальным столиком. Хенджин сел в кресло, а напротив присел Санхо и чуть ли не дрожал, будто у него в кабинете был президент страны.       — Господин Хван… — начал старший.       — Называйте меня просто Хенджин, — сразу произнес младший. — Господин Хван это мой отец.       — Хорошо, ам… Хенджин, вы не хотите кофе или чаю?       — Нет, спасибо, — ответил парень. Как и сказал его отец, быстрее начнешь, быстрее закончишь, поэтому решил так и сделать. — Я пришел сюда, чтобы, так сказать, помочь вам. Точнее, вашей больнице. Поэтому я бы сразу хотел перейти к делу. Расскажите мне, пожалуйста, об этой больнице.       — Ох, вот так сразу, ам… Прежде хочу вас поблагодарить, что выбрали нашу больницу как потенциального партнера. Мы будем вам очень благодарны и признательны!       — Я пока ничего не сделал, поэтому скажите, что я могу сделать.       — Что ж, наш медицинский центр это не только клиника, где лечат обычную простуду и кашель. Ведущие отделения в нашей больнице изучают онкологические заболевания и неврологию. У нас проходят практику студенты и в дальнейшем становятся ординаторами.       — Интересно, а что вашей больнице необходимо?       — Ох, тут просто нельзя ответить. В каждом отделении нужна помощь. Сейчас все силы уходят именно на онко отделение, а вот в той же кардиологии и специалистов мало, и оборудование довольно старое. Думаю, гораздо проще будет, если вы познакомитесь с нашими заведующими и напрямую у них все узнаете!       Хенджин еле-еле улыбнулся, лишь бы прикрыть то, как громко кричал у себя в голове. Он рассчитывал быстро поговорить с директором, выписать чек на нужную сумму и свалить как можно раньше на тусовку, про которую говорил Джисон. Но сейчас намечалась загвоздка.       — Вы так думаете? — через силу произнес Хван.       — Конечно! — ответил Ким. — Я то конечно могу сказать, что нам нужен новый аппарат МРТ и несколько аппаратов ИВЛ, но это даже не десятая часть того, что нужно больнице. Поэтому, если вы планируете дальнейшее партнерство, то вам лучше лично узнать у заведующих, что нужно в отделениях. Так сказать, на перспективу.       День у Хвана становился хуже с каждой минутой. И, казалось, парень только сейчас понял, что его наказание продлится дольше, чем он ожидал. От этого он взвыл у себя в голове еще громче.       — Что ж…отличная идея, — тихо произнес Хенджин с легкой улыбкой.       — Прекрасно! — воскликнул Ким и вскочил со своего места. — Тогда идите за мной, я покажу вам нашу больницу.       Хенджин вздохнул и встал с кресла, а Ким открыл ему дверь.       — Пожалуй, начать стоит со второго этажа, там находится педиатрия, — произнес старший и вызвал лифт.       — А сколько тут у вас этажей? — поинтересовался Хенджин.       — Шестнадцать, на каждом свое отделение.       — Понятно… — прохрипел младший, окончательно поняв, что застрял он тут надолго.       Они спустились на второй этаж, где уже на выходе из лифта в Хвана врезалось двое детей и он чуть не упал, но Ким его подхватил.       — Дети, вы же знаете, что вам нельзя бегать! — громко произнес старший.       Ребятки извинились и поклонились, но потом все равно убежали в другую сторону.       — Прошу прощения, Хенджин, — сразу сказал Ким.       — Ничего все в порядке, — ответил парень и снова спрятал руки в карманах.       — Идите за мной, заведующая должна быть у себя в кабинете.       Они прошли пару коридоров и остановились у двери. Ким постучал, а женский голос дал добро. В кабинете за столом сидела женщина средних лет в темно-синем платье и белом халате и что-то печатала. Она сразу встала с кресла, как только увидела главврача.       — Директор Ким! — женщина поклонилась и подошла к нему ближе. — Рада вас видеть! А кто ваш спутник?       — Доктор Сонг, познакомьтесь, это Хван Хенджин, — сказал мужчина. — Он планирует стать нашим партнером.       Младший подошел и поклонился, а после пожал женщине руку. Доктор Сонг большими глазами смотрела на молодого парня и не спешила отпускать его руку.       — Приятно познакомиться, — улыбнулся Хенджин, пытаясь убрать свою ладонь и женской руки.       — Хван, говорите? — повторила доктор Сонг. — А ваши родители, случайно, не владельцы компании Хван?       — Да, все верно, — ответил Хенджин, наконец, освободив свою руку из крепкой хватки женщины. — Доктор Сонг, скажите, что вам необходимо для вашего отделения?       — Что, простите? — спросила доктор.       — О, Хенджин довольно прямолинейный юноша, сразу к делу переходит, — вмешался директор. — Он прибыл в нашу больницу, чтобы помогать финансово, поэтому сейчас я провожу ему экскурсию, и Хенджину интересно, как он может помочь нашим отделениям.       — А, понятно. Ну, если кратко, то в нашем отделении уже устарели инкубаторы и столы реанимации. Не мешало бы также заменить кровати и тренажеры. Если вы поможете нам с этим, это будет невероятная помощь нашему отделению.       — Так, значит кровати, тренажеры, инкубаторы, я понял, — произнес Хван. — Что-то еще?       — Об этом можно говорить весь день. Уже будет хорошо, если начнем хотя бы с этого.       — Хорошо. Что ж, не будем вас больше отвлекать. Спасибо, доктор Сонг, — сказал Хенджин и поклонился. — Директор Ким, идем дальше?       — Да, конечно!       — А, подождите, господин Хван, — окликнула его женщина.       — Да?       — Я была бы не против обсудить ещё что-нибудь за чашкой кофе, если у вас найдётся время. Например, сегодня после обеда.       Хенджин ошарашенно хлопал глазами. Второе приглашение на кофе за десять минут — новый рекорд.       — Да, конечно, увидимся, — ответил Хенджин и чуть ли не выбежал из кабинета.       Директор поклонился женщине и поспешил за младшим, который уже ушел.       — Что у вас на третьем этаже? — спросил Хван.       — Травматология, — улыбнулся Ким. — Очень интересное отделение.       Хенджин с улыбкой кивнул, а про себя думал, что это действительно будет пыткой, пройти всю больницу и улыбаться каждому встречному.       Они прошли ещё несколько этажей. Хван проявил свои лучшие навыки актёра, пожимая руки и мило улыбаясь врачам. Выслушав новых заведующих о том, что же так необходимо в их отделениях, Хенджин так же устал подтверждать, что его родители владеют знаменитой компанией. Но парень сумел хоть как-то скрасить это время — притворился, что записывает перечень медицинских приборов в телефоне, а сам листал ленту сетей.       Когда Ким и Хван ушли от очередного заведующего, Хенджин получил звонок от Джисона, и поспешил отойти и ответить, чтобы хоть как-то отвлечься от своего наказания.       — Йоу, хорёк, ты где? — бодро произнес Хан. — Вечеринка скоро начнется. Накрасился уже?       — Я в полной заднице, Джисон, — прошептал старший, прикрывая рот рукой.       — Опять с бывшим сошелся что-ли?       — Нет, мать твою! Ты просто нахрен не поверишь, где я сейчас!       — Да где, скажи уже.       — Я в больнице в Содемунгу, узнаю у врачей, что нужно купить, чтобы им работалось лучше.       — Чего? В каким смысле?       — В самом прямом! Помнишь, как я говорил, что вчера родители загрузили меня своими разговорами о будущем, работе и все такое?       — Помню, и?       — И сегодня они мне сказали, что либо я начинаю хоть как-то работать, либо они лишают меня денег, и отправили в больницу, чтобы я тут благотворительностью занимался.       Пара секунд и Хан громко рассмеялся, а Хенджин от этого только больше злился.       — Ты закончил? — шикнул старший.       — Чувак, ты реально в заднице! — продолжал смеяться Джисон. — И угораздило же тебя!       — Это просто адище, Джисон! Я тут целый день и мне хочется наглотаться всех здешних таблеток, лишь бы это закончилось.       — Так свали оттуда, чего ты там торчишь?       — Не могу. Если уйду, родители все карты заблокируют.       — Ну ты попал конечно. Ладно, тогда не буду мешать тебе творить добро, а я пошел собираться.       — Вот ты хоть и белка, а сейчас как крыса себя ведешь.       — Они все грызуны. Чао, Хенджин-щи, отправлю тебе фоток с вечеринки.       Хан посмеялся напоследок, а Хван быстро скинул звонок, лишь бы не слышать этот смех, который только больше бесил. Он сделал пару глубоких вдохов и мило улыбнулся, чтобы вернуть себе облик заинтересованного благодетеля, и вернулся к Киму, который что-то печатал в телефоне.       — Извините, что пришлось ждать, — сказал Хван, — звонили из компании. Идем дальше?       — Вы поднимайтесь на следующий этаж, там кардиология, а я вас догоню. Подождите меня у кабинета заведующего, хорошо? Возник неотложный вопрос.       — Да, конечно, — уже по настоящему улыбнулся Хенджин, обрадовавшись перерыву. — Можете не торопиться, не буду вас отвлекать.       Хван быстро зашел в лифт и нажал кнопку следующего этажа. Он вышел в отделении кардиологии, где была все та же атмосфера, что и на предыдущих этажах — занятые врачи и их пациенты. Хенджин прошел к кабинету заведующего и приметил пустой диванчик рядом. Он сел, спокойно выдохнул и завис в телефоне. Несколько минут он сидел один, листал комментарии под своими постами в инстаграме, где девушки и парни признавались ему в любви и оставляли хвалебные отзывы его внешности. Но в один момент на диван сел темноволосый парень и положил что-то тяжелое рядом с Хенджином.       Хван повернул голову к предмету рядом с собой и увидел небольшой кислородный баллон серого цвета, к которому была присоединена тонкая прозрачная трубка. Хенджин следовал взглядом вдоль трубки и в итоге поднялся к лицу парня, который сидел рядом. Это была дыхательная канюля, парень заправил её за уши и прикрыл черными растрепанными волосами, которые сильно отросли. Хенджин долго всматривался в его ровный профиль, а темноволосый почувствовал на себе чужой взгляд и повернул к нему голову. Но Хван не успел отвернуться сам и получилось так, что заглянул незнакомцу в его черные глаза.       — Что-то не так? — тихо спросил парень.       Хенджин быстро отвернулся и резко смутился, только сам не понял почему.       — Нет, нет, ничего, — ответил он, поправляя волосы.       Незнакомец отвернулся и потянулся к своему рюкзаку, а Хенджин снова мельком на него взглянул. Сам парень был одет в широкие синие штаны, белую футболку и клетчатую рубашку синих, серых и коричневых цветов. Рядом на пол он поставил черный рюкзак с железными значками в виде книг, цветов, самолета и Эйфелевой башни. Из него паренек достал синий лист бумаги и принялся его складывать.       — Ты пришел на прием к доктору Кану? — внезапно спросил парень.       — Ам…нет, я не на прием, — ответил Хван и отвернулся, побоявшись, что незнакомец снова заметит его взгляд.       — Тогда не против, если я пройду вперед тебя?       — Нет, конечно нет, иди вперед.       — Спасибо.       Хенджин снова посмотрел на парня. Он показался ему весьма уставшим на вид. Под глазами Хван заметил синяки, щеки сильно впали, отчего острые скулы отбрасывали тени, а кожа была очень бледной, будто парень не выходил на солнце несколько лет. И во всей этой усталости можно было заметить тень грусти, которая тяжким весом лежала на его плечах и тянула вниз.       Хенджин опустил взгляд на его руки. Они были такими же бледными и худощавыми. Но длинные тонкие пальцы ловко складывали цветную бумагу. Хенджина это занятие загипнотизировало и он почти не моргал, пока парень собирал бумагу, складывал, сворачивал и Хван догадался, что он делает оригами, только какое — пока не понятно. Но через пару минут паренек завершил складывать бумагу и в его руках оказался цветок, а точнее лилия. Он крутил его в руке и снова повернулся к Хенджину. Хван вновь не успел отвернуться и часто моргал, лишь бы темные глаза незнакомца не прожигали собственные.       — Ам…здорово получилось, — произнес Хенджин и слегка улыбнулся.       — Спасибо, — тихо ответил парень и отвернулся.       — Тебе нравится складывать оригами?       — Это помогает бороться со скукой в больнице.       — А ты часто здесь бываешь?       — Каждый день.       Хенджину стало слегка не по себе от такого ответа. Но в то же время было интересно, почему парень так ответил.       — У тебя какое-то лечение? — немного тихо спросил Хенджин и осторожно подвинулся на край дивана, чтобы лучше видеть лицо парня.       — Да, я хожу на лечение, — ответил незнакомец, продолжая крутить бумажный цветок в руке.       — А…у тебя что-то серьёзное, раз каждый день ходишь?       Хван сам не понял, как в его голове родился такой вопрос. Ведь наверняка человек, который ходит с канюлей и кислородным баллоном, серьезно болен. Но почему-то смущение за такой вопрос отходило на второй план. На первом был интерес.       Только второй парень этого интереса не понял. Он взглянул на Хвана и смотрел какое-то время пристальным взглядом. Будто изучал его. Это изучение показалось Хенджину таким долгим, каким не был весь этот день, в течение которого он ходил по этой больнице и фальшиво улыбался всем вокруг. И внезапно Хенджину захотелось продлить это время еще хотя бы на мгновение. Но темноволосый отвернулся от него, чем жестоко прервал тот миг мечты.       — Нет, не особо, — ответил парень и пожал плечами. — Это просто ежедневные процедуры и консультации у лечащего врача, ничего такого.       — Понятно, — Хван не видел темных глаз парня, но смотрел на его тонкие руки и заметил, что они легко дрожат. — А…как тебя зовут?       — Ян Чонин, а тебя?       — Хван Хенджин. Приятно познакомиться.       Хенджин впервые за день сказал эти слова правдиво, ведь так он и считал. Он протянул Чонину ладонь для рукопожатия и ждал, пока Ян ответит ему, хотя сам Чонин только удивлённо смотрел на его руку примерно полминуты. Будто боялся прикоснуться. Или не понимал, почему незнакомый человек добровольно решил подать ему руку. Но, все-таки, протянул свою.       — Взаимно, — тихо произнес Ян.       Хван почувствовал, что рука Чонина очень лёгкая и холодная. Что было довольно странно. В помещении было очень тепло, да и на улице уже была весенняя погода. Только эта холодная ладонь была очень мягкой. Словно хлопок. Такую руку Хенджин не хотел отпускать. Хотел изучить каждый её миллиметр и вдоволь насладиться такой мягкостью.       Но Ян потянул свою ладонь назад и Хван очнулся от гипноза его глаз и снова смутился. Благо, что парень был хорошим актёром и ловко это скрыл, почувствовав, как по коже побежали мурашки от того, как чужие пальцы скользнули по собственным.       Чонин опустил взгляд на ладони, которые спрятал в рукавах рубашки, а Хенджин не прекращал думать об этих искорках, что до сих пор чувствовались на кончиках пальцев.       — Что ты тут делаешь, если пришел не на прием? — спросил Ян, скрестив руки.       Хван слегка вздрогнул от его голоса и совсем вернулся в реальность.       — Ну…я ищу свой смысл жизни, — ответил Хенджин с тяжелым вздохом.       — Здесь? — хмыкнул Чонин. — А что, других мест для поисков нет?       — Это был не мой выбор, — улыбнулся Хенджин.       — И как успехи?       — Пока не очень. А у тебя?       — Мне не нужен смысл жизни.       — Почему?       Не успел парень ответить, как в этот момент из кабинета напротив вышел мужчина в белом халате. Он улыбнулся, когда увидел Яна, и махнул ему рукой.       — Здравствуй, Чонин, проходи.       Доктор скрылся за дверью, а Чонин поспешил встать со своего места. Он накинул рюкзак на плечо, а в руки взял баллон. Ян уже подошёл к двери но, на счастье Хвана, который уже чуть ли не собирался кинуться за ним, чтобы получить ответ, остановился и посмотрел на Хенджина.       — Зачем смысл тому, что скоро закончится? — с лёгкой улыбкой произнес Чонин и зашёл в кабинет врача.       Хван был в непонятном состоянии. Ответ был чересчур странный и оставил только больше вопросов. Но самым главным был другой вопрос — почему он до сих пор ощущает прикосновение чужой руки?       От этих вопросов Хенджина отвлек звук уведомления. Парень посмотрел на экран и увидел сообщение от Пака:              «Господин Хван, я жду вас у выхода из больницы»              Хенджин облегченно выдохнул, обрадовавшись тому, что его пытка на сегодня закончена. Он быстро встал с дивана, но заметил кое что. На подушке лежала бумажная синяя лилия, которую собрал Чонин.       Хенджин вновь почувствовал те искорки, которые оставила холодная рука. Такие странные ощущения. Абсолютная противоположность. Ладонь была холодной, но от неё было тепло.       Хван, не долго думая, взял оригами и спрятал во внутреннем кармане пиджака. Он уже подошёл к лифту, как из него вышел директор Ким.       — О, Хенджин, извините, что задержался, — пробормотал старший. — Но теперь я свободен, можем идти к заведующему.       — У него сейчас пациент, — сразу сказал Хван. — Так что…давайте в другой раз. К тому же мне уже пора идти, дела в компании зовут.       — А как же…но мы же с вами ещё не везде побывали!       — Не волнуйтесь, я… — младший на несколько секунд завис и взглянул в сторону, где был кабинет заведующего. Точнее, туда, где он только что говорил с Яном. — Я еще приду. Завтра утром.       — Правда? — улыбнулся Ким.       — Да, конечно, — с лёгкой улыбкой ответил Хенджин, поглядывая в сторону кабинета. — Я здесь надолго.       — Что ж, тогда не буду вас задерживать! Хорошего вечера!       Хван поклонился старшему, который в свою очередь оставил несколько поклонов. Хенджин зашел в лифт, а когда двери закрылись Ким чуть ли не прыгал от счастья.       Хван тем временем вышел из больницы на свежий воздух и обрадовался ещё больше, когда увидел водителя.       — О, Пак! — воскликнул Хенджин. — Как я счастлив тебя видеть!       Парень быстро к нему подбежал и обнял за плечи, а мужчина улыбнулся.       — Я тоже рад вас видеть, — ответил Пак. — Садитесь, в машине вас ждёт кофе.       — Пак, ты просто лучший! Спасибо!       Хенджин сел в машину и они поехали домой. Хван пил свой любимый американо, листал ленту инстаграма и наслаждался покоем.       — Как прошёл ваш день? — спросил старший.       — Он закончился и слава богу! — чуть ли не выкрикнул Хенджин. — Я думал, что прямо там откинусь. Ну, тогда бы не пришлось далеко идти, морг то тоже здесь. И ко мне ещё никогда не подкатывало так много зрелых женщин…бр.       Пак засмеялся.       — Неужели всё было так плохо?       Хван убрал телефон и посмотрел в окно. В этот момент он снова почувствовал на пальцах лёгкие электрические разряды, которые, словно бенгальские огни, покалывали кожу. Парень вспоминал, какой легкой была чужая рука, легче, чем облако. Но холодная, как первый снег и в то же время такая же мягкая. И как ловко эти руки складывали бумагу.       — Знаешь, не всё, — ответил Хенджин. Он достал из кармана лилию и так же крутил её в руке, как это делал темноволосый парень.       — А что было хорошего?       Хван слегка улыбнулся, глядя на оригами в своей руке.       — Цветы, — ответил Хенджин.       Пак заметил в зеркале, как Хван улыбается, и сам улыбнулся.       Они приехали домой. Хенджин попрощался с водителем и отпустил его. Поднявшись в квартиру, Хван спрятал цветок в кармане пиджака и хотел уйти к себе в комнату, но его позвала мама.       — Джинни, проходи за стол, вместе поужинаем.       Хван помыл руки и сел рядом с родителями. Домработница подала на стол несколько блюд, а старшие поблагодарили её. Какое-то время родители обсуждали между собой дела компании, а Хенджин почти ничего не ел, лишь пялился в тарелку.       — Хенджин, как прошёл твой день? — спросила Юджин.       Хван сразу поднял голову и уставился на мать большими глазами.       — Ну…все хорошо, — ответил парень с улыбкой и пожал плечами.       — Правда? — хмуро спросил Дэхен. — Что, даже не устроишь драматическое представление о том, как тебе было плохо весь день?       Хенджин усмехнулся.       — Нет, все хорошо было.       — И тебе это ни капельки не надоело за весь день? — с лёгким подозрением спросила женщина.       — Если я скажу нет, вы поверите?       Супруги переглянусь, а затем снова посмотрели на сына.       — Нет, — в один голос сказали они.       Хенджин тихо засмеялся.       — Что было то, расскажи, — сказал старший Хван.       — Я пообщался с некоторыми врачами, они все очень-очень подробно рассказали, что им нужно, сколько это стоит и так далее.       — Захватывающе, не правда ли? — с улыбкой произнесла Юджин.       Хенджин снова засмеялся тому, как мать над ним подтрунивает.       — Да, мам, очень, — с стихотворным выражением ответил Хван. — Это ведь так увлекательно — слушать, как люди просят денег.       — Но для того, чтобы помогать другим людям. Так что ты помогаешь уже большему количеству людей.       — Да, да… — повторял младший, глядя в тарелку.       — В этом и есть бизнес, Джинни, — произнес Дэхен. — Общаться с теми, кто тебе не очень нравится. Но бывают и такие люди, с которыми хочется поболтать подольше даже о работе.       — Да, бывают… — тихо сказал Хван, задумавшись об этих словах.       — Джинни, завтра, пожалуйста, встань пораньше, — сказала Юджин. — Мы отвезем тебя в больницу.       — Да, конечно.       Старшие слегка нахмурились, глядя на своего сына. Они ожидали совсем другой ответ. Например, мольбы не отправлять его в эту обитель микробов и дать поспать подольше. Но вместо этого парень просто согласился.       — Ты…согласен снова пойти в больницу? — осторожно спросил Дэхен.       — Да, а что такого? — отозвался юноша.       — Ну…ты не будешь спорить с этим?       — А толку спорить? У вас все права. К тому же…ам… — парень сам на пару секунд задумался, чего это он так легко согласился, но тряхнул головой. — Я еще не все отделения посетил, не со всеми поговорил.       — Понятно… — протянул папа, но все равно подозрительно смотрел на младшего. — Хорошо. Тогда завтра все вместе поедем.       — Ага, — ответил Хенджин.       Они закончили ужин и младший Хван ушел к себе в комнату. Он свалился на кровать и долго смотрел в потолок. Парень думал обо всем, что произошло за день, но все эти события пронеслись так быстро и остановились на моменте, когда рядом с ним сел Ян Чонин. Хенджин потянулся в карман пиджака и вытащил бумажную лилию. Он крутил ее так же, как это делал Ян, вспоминал, как он ее собирал и снова вспомнил то, какая мягкая была его рука. Даже нежная.       Хван внезапно вздрогнул от таких мыслей. Чего это он думает о совершенно незнакомом человеке так много? Он повстречал за день десяток новых людей, но никто не оставил такой отпечаток, как тот темноволосый парень, а от мысли, что они больше не увидятся, почему то стало страшно.       Хенджин положил лилию на тумбочку рядом с кроватью и долго смотрел на нее, все еще думая о том, как тепло было от той холодной руки.