Глава 14. Пурпурный лотос

Taylor Swift — Paris

      Следующим утром Йен проснулся первым. Хван крепко спал и тихо сопел, обнимая младшего. Чонин улыбнулся его виду и осторожно коснулся кончиками пальцев щеки старшего. Йен аккуратно водил пальцами по коже, рисовал узоры. Младший не мог сдерживать улыбку от того, что видит перед собой такого красивого человека, а от воспоминаний прошлого вечера улыбался ярче. Не мог не ощущать растущее тепло при взгляде на Хенджина, как и вспышки радости, когда он был рядом. Не мог контролировать свое сердце, которое с ума сходило в груди.       Чонин гладил густые волосы, а старший слегка зашевелился. Младший подумал, что он проснулся, но Хенджин только причмокнул губами и продолжил сопеть. Йен обернулся к тумбочке и увидел на часах ранние семь утра. Поняв, что после вечеринки Хенджин вряд ли проснется рано, Ян осторожно выпутался из его объятий и накрыл парня одеялом.       Пока Хван спал, Чонин сделал утреннюю зарядку. В Сеуле то он проходил упражнения в больнице, но, чтобы не терять форму и тонус сердечных мышц, парень занимался каждое утро, пока старший не проснулся или в ванной. Закончив с упражнениями, Ян думал, чем себя занять, ведь не хотел завтракать без Хенджина. Юноша ходил по номеру и дошел до кабинета, где они хранили все купленные вещи и сувениры.       На письменном столе, помимо фотоаппарата Хвана и оригами ласточки, лежал его блокнот для записей. Это был блокнот с кожаной обложкой, ремешком и держателем для ручки. Раньше Чонин не особо придавал ему значения, но сейчас все стало другим, даже мелочи, вроде записей или предпочитаемых заколок для волос. Все изменилось, стоило лишь сказать несколько слов.       Яну стало до невозможного интересно узнать о том, что Хенджин записывает, о чем думает, пишет ли что-то личное в этом блокноте. Пишет ли о нем. Йен быстро подошел к столу и потянулся рукой к блокноту, но остановился, едва коснувшись обложки. Парень резко убрал руки, но мял пальцы, борясь с желанием узнать, что пишет Хван. Чонин одновременно чувствовал огромный интерес и порицал себя за любопытство, а после поймал себя на мысли, что свой скетчбук еще ни разу старшему не показывал, хоть тот много раз просил. Ян почувствовал себя вдвойне неловко, поняв, что Хенджин раскрывал всего себя, а сам Чонин до сих пор замыкался.       Йен сел на стул и смотрел на блокнот, пока в мыслях носились разные моменты, начиная со дня их знакомства. Все эти события были яркими, как солнечные лучи, и такими же теплыми. Парень улыбнулся от воспоминаний и даже покраснел, думая о том, что пора бы уже и свое сердце открыть.       Ян подвинул кресло ближе и аккуратно открыл блокнот. На первых страницах были спонтанные записи, вроде интересных мест, которые можно посетить, а далее Хван начал вести записи своей работы в больнице. Список отделений, их заведующих и их просьбы. Несмотря на свое изначально ленивое отношение к навязанным обязанностям, Хенджин выполнял их довольно ответственно.       Чонин листал дальше, прочитал о том, как идет финансирование больницы, какие на нее затраты и прибыль. Рабочие моменты, если проще. Раньше Ян совсем не вникал в этот процесс, но сейчас начал понимать, что Хенджин делает по настоящему сложную работу. Но это вызывало только больший приток тепла, ведь почти в каждом абзаце Хван упоминал отделение, в котором лечился Чонин.       После отчетов старший писал о втором желании Йена, побывать в кино. Хенджин оставил список хороших кинотеатров, записал заметки об их преимуществах, но амфитеатр был выделен восклицательными знаками и маркерами. Чонин улыбнулся и перевернул страницы до третьего желания — полет в Париж. Хенджин записал каждый пункт их путешествия, начиная с вылета из Кореи и даже сейчас был не конец списка.       Пропустив планы на каникулы, чтобы не портить самому себе сюрприз, Ян заметил, что в середине блокнота тоже есть записи. Чонин перевернул до середины и на одной из страниц прочитал свой диагноз, который ему поставили, когда он только появился на свет. Сердечная недостаточность. Блондин слегка нахмурился и почувствовал легкий укол в груди, но продолжал читать описание своего недуга.       Хенджин записал определение данной болезни, его классификацию, типы, симптомы и что было характерно для человека, который этим болеет. Какие нагрузки допустимы в таком состоянии, рацион питания, что можно и что нельзя. Ян читал об этом в таком изумлении, словно впервые узнал данную информацию. Сердце колотилось очень быстро и даже тяжело, а в голове совсем пропали мысли кроме той, что Хван все это время изучал все до мелочей ради него.       Чонин закрыл блокнот и вернул на место, как будто боялся, что его накажут за чтение. Парень приложил ладонь к груди, а сердце внутри билось очень быстро, отчего рука тряслась. По всему телу быстрыми волнами распространялось тепло, а в грудной клетке слегка покалывало от тех ярких вспышек. Сейчас Ян начал понимать, откуда старший так много знает о том, что ему полезно есть, а что вредно, почему постоянно спрашивает о давлении и состоянии в целом. Это все было не просто так. Чонин внезапно улыбнулся, а его щеки покраснели. Ян перевел взгляд на оригами и понял, чего желает сейчас. Возможно, желал уже давно, но боялся это признать. Йен достал из ящика цветную бумагу и взял лист пурпурного цвета, чтобы сложить новое оригами.       Через пару часов Хван начал возиться в кровати и искать младшего руками. В мягких подушках и одеяле он его не обнаружил и сразу открыл глаза, ведь уже отвык просыпаться один. Хенджин сел и осматривал комнату, но в спальне больше никого не было. Парень тут же поднялся и почти побежал к выходу из комнаты, а когда открыл двери, то с облегчением выдохнул.       В гостиной за столом сидел Йен и что-то записывал в скетчбук. Младший обернулся и улыбнулся, когда увидел Хенджина, а старший улыбнулся в ответ. Хван подошел к Яну и обнял его за плечи.       — Привет, Йен-а, — сказал Хенджин и поцеловал его в макушку.       — Привет, — ответил младший и накрыл его руки своими.       — Ты уже позавтракал?       — Нет еще.       — Давно проснулся?       — Два часа назад.       — И все еще не ел? Почему?       — Тебя ждал.       Хван улыбнулся и снова поцеловал парня, а после заметил на столе оригами яркого цвета. Это был лотос из пурпурной бумаги.       — О, новое оригами? — спросил старший.       — Ам…да, — ответил Йен и почему-то покраснел.       — С желанием?       Йен кивнул. Хенджин потянулся к цветку и сел на стул рядом, глядя на Яна с улыбкой, а тот опустил взгляд на руки, которые прятал в рукавах кофты. Хван рассматривал оригами со всех сторон. Лепестков было много, но ни на одном старший не увидел какую либо надпись. Хенджин крутил изделие в руках и заметил внутри цветка какой-то текст. Хван округлил глаза и приоткрыл сердцевину лотоса, готовый улыбнуться новому желанию, но застыл с такими же большими глазами. Парень читал и перечитывал написанное много раз и все еще не мог понять, кажется ему это или нет. В лотосе было написано:              «Я желаю провести с тобой ночь»              Пока Хван отходил от шока и пялился в оригами, младший смотрел на него краем глаза и дрожал всем телом. Сердце билось тяжело и каждый удар сопровождали легкие уколы, но в этом было что-то приятное.       Наконец, когда Хенджин вспомнил, как дышать и моргать, он медленно повернулся к Яну и заметил как он побледнел и весь трясется. Старший и сам слегка дрожал, но контролировал это лучше.       — Ам…кхм, — тихо прохрипел старший, у которого пересохло в горле. — Чонин, я правильно понял, что ты...хочешь…со мной…близости?       Ян отвел взгляд, а свои ладони сжимал крепче. Парень так дрожал, что колыхались его волосы. Но дрожал не от смущения, а от страха, что данное желание старший сочтет непристойным.       — Д-да, все верно, — тихо ответил Йен.       — То есть…физической близости? — уточнил Хван.       — Да.       — Ага…       Хенджин кивал головой и смотрел на оригами, а на вид был таким задумчивым, словно пытался вспомнить как говорить слова. Младший почти не смотрел на Хвана, ощущая, как быстрое сердцебиение отражается дрожью в ребрах.       — Если…если ты не против, — быстро сказал Ян, — но если ты не хочешь, то ничего, я придумаю что-нибудь другое.       — Нет! Конечно я хочу! — сразу воскликнул старший. — То есть…не пойми неправильно, я…ох, боже…       Хенджин весь раскраснелся и взъерошил и без того растрепанные волосы. Он встал на колени рядом с Йеном и взял его за руку так аккуратно, словно боялся причинить младшему боль. Старший держал холодную ладонь, разглядывал рисунки вен на бледной коже и думал, как описать свои чувства, ведь они готовы были взорваться фейерверком.       — Я очень этого хочу, но это…не из-за того, что произошло вчера? — спросил Хенджин и посмотрел Яну в глаза, потирая его мягкую ладонь.       Младший снова опустил взгляд на их руки, а от тепла ладони старшего согревался. Но, на самом деле, не думал, что Хенджин запомнил прошлый вечер.       — Нет, то есть…не только поэтому, — ответил Чонин.       Хван улыбнулся. Он поднял ладонь парня и поцеловал несколько раз, а затем приложил к своей щеке и посмотрел блондину в глаза.       — Дашь мне время, хорошо? — сказал Хенджин.       — Да, конечно, — ответил младший. — Я не говорю, что хочу сделать это прямо сейчас. Я просто…хотел бы, чтобы это было в идеальном месте, а идеальнее Парижа сложно что-то придумать.       Старший улыбнулся, потянулся к щеке Яна губами и оставлял мягкие поцелуи. Чонин улыбался и тихо смеялся от щекотки. Хван отпрянул и снова поцеловал ладонь парня.       — Только…можно мне спросить кое что? — слегка неуверенно произнес Хенджин, покраснев.       — Да, можешь, — ответил Йен.       — Это…это не опасно для тебя? То есть, в твоем состоянии это…не повлияет на твое сердце?       — При ХСН это не запрещено.       — Значит, риска нет?       — Нет. Во время…ам…близость не провоцирует сердечные приступы, — ответил младший, покраснев еще ярче Хенджина.       — Понятно…и еще кое что.       — Да?       — Это…это будет твой первый раз или…       Чонин как-то неровно вдохнул и слегка закашлял. Он прикрыл лицо рукой и отвернулся, бегая глазами по комнате.       — Ам…да, первый, — тихо ответил Йен, не глядя на старшего.       — Понятненько… — протянул Хван, поджав губы. Он заметил нерешительность со стороны блондина и потянулся рукой к его лицу и аккуратно повернул к себе. — Спасибо.       — За что? — спросил Ян.       — За то, что доверяешь мне.       Чонин улыбнулся, опустив взгляд.       — Только тебе, — совсем тихо сказал младший.       Хенджин улыбнулся шире и оставил еще один поцелуй на мягкой щеке.       — Куда хочешь пойти сегодня? — спросил старший.       — Не знаю, а что в планах? — с улыбкой произнес Ян, вспоминая записи Хвана.       — Думал поехать на остров Сите. Там сходим в Нотр-Дам, Сент-Шапель и просто погуляем. Там очень много красивой архитектуры, так что рисуй сколько влезет, а я буду фотографировать тебя.       Чонин усмехнулся. Хенджин еще раз поцеловал Яна в лоб и отпустил его.       — Я пойду умоюсь, — сказал Хван. — Закажешь нам завтрак?       — Да, конечно.       Хенджин отошел к ванной, но остановился у двери и обернулся к младшему.       — Йен-а, — позвал старший.       — Да?       — Я люблю тебя.       Чонин вздрогнул, но в следующее мгновение ярко улыбнулся и покраснел. Хвану такая реакция всегда нравилась. Он и сам улыбнулся и тихо засмеялся.       Они позавтракали и отправились на остров Сите, где располагались знаменитые памятники архитектуры. Парни добрались на машине до острова, а уже там гуляли пешком. Они посетили знаменитый Нотр-Дам-де-Пари, где пробыли больше двух часов. Ян не переставал рассматривать величественный собор, который своим видом вызывал чувство благодати. Думая о том, что когда-то в стенах этого собора ходили завоеватели, короли и императоры, парень с трудом верил, что сам теперь ходил в тех же залах. Яркие витражные розы сильно привлекли младшего, поэтому он делал зарисовки в своем скетчбуке, а старший фотографировал его, осторожно заглядывал в его рисунки и со звездочками в глазах слушал новые истории о соборе от младшего.       Хенджин выложил в инстаграм свое фото на фоне собора, а после они отправились в Сент-Шапель. Капелла была также знаменита своими прекрасными большими витражами, которые никого не оставляли равнодушным. Парни долго рассматривали витражи, а после отправились гулять дальше.       По пути на Площадь Дофина Чонин решил позвонить родителям, пока в Сеуле еще не слишком поздно. Йен болтал с мамой и папой, а Хван тем временем так же сделал пару звонков, выстраивая новый план.       Парни провели весь день в городе, гуляли по улицам и посещали новые магазины и места, где так же делали много фотографий, под стать настоящим туристам, а вечером просто свалились на диван и смотрели фильмы. Хенджин обнимал Йена со спины, поэтому младший не видел, как Хван что-то ищет в телефоне, продолжая планировать.                     Следующим утром Чонин проснулся и сразу учуял аромат свежей выпечки и ягод. Парень открыл глаза, а в этот момент к кровати подошел старший с подносом в руках, на котором были круассаны, чай и клубника.       — О, ты проснулся, — произнес Хенджин, поставил поднос на тумбочку и сел рядом с блондином. — Доброе утро.       — Доброе, — с улыбкой сказал младший и присел. — А что это?       — Завтрак в постель, — ответил Хенджин, поцеловав Яна в лоб.       Чонин улыбнулся и слегка покраснел.       — И еще кое-что, — произнес старший.       — Что?       — А вот, — Хенджин потянулся к подносу, где помимо завтрака был еще и белый конверт.       — Что это? — спросил Ян, когда старший передал ему конверт.       — Открой и увидишь, — с улыбкой ответил Хван.       Чонин медленно открыл конверт и заглянул внутрь с легкой опаской, будто ожидал увидеть что-то страшное, но когда увидел, что внутри, то распахнул глаза. Парень достал два билета в оперу.       — Это же… — младший поднял взгляд на старшего, а тот кивнул.       — Да, сегодня вечером мы идем в оперу Гарнье, — ответил Хенджин. — Я там был всего один раз, но мне там очень понравилось. Это еще одно место, которое нельзя не посетить.       Чонин ярче улыбнулся и покраснел. Сперва он накрыл руками свои горячие щеки, а затем потянулся к Хвану, чтобы обнять.       — Спасибо! — радостным голосом воскликнул младший.       — Не за что, — ответил Хенджин, крепко обняв Чонина. — Если ты не против, то давай останемся в отеле до вечера, чтобы не тратить силы, хорошо?       — Да, конечно, — ответил Йен.       — Хорошо, спектакль начинается в семь вечера, но поедем пораньше, чтобы погулять по опере.       Чонин с улыбкой кивал головой, а затем посмотрел на билеты и от радости засмеялся. Хенджин ощущал яркое тепло каждый раз, когда видел Яна, но когда он был с улыбкой на лице, да еще и смеялся, парень чувствовал, как от жара замирает сердце. Было до невозможного приятно видеть младшего таким.       Хван и Чонин провели день в отеле, а ближе к вечеру начали собираться в оперу. Хенджин сделал Йену красивую укладку и легкий макияж, выделив хищный взгляд, а после вышел из комнаты, чтобы парень переоделся. Йен долго думал, что надеть. Такой вечер может многое обещать, учитывая грандиозность места, в которое они собираются. Думы привели Яна и к его последнему оригами, которое он отдал Хвану. Сердце сразу разогналось от этих мыслей и парень старался его успокоить. Будь что будет, решил Чонин и выбрал белый костюм — прямые брюки и пиджак с глубоким вырезом. Он по-прежнему носил цепочку с бриллиантом, которую ему подарил Хван, так что подвеска дополняла белоснежный образ сиянием.       Ян взглянул на себя в зеркало и не хотел вновь портить вид трубкой, поэтому оставил её и вышел в гостиную. Там его ждал Хенджин, одетый в черный костюм, ткань которого была в легких черных блестках. Его волосы были убраны назад в аккуратный пучок, а из украшений на нем были небольшие золотые серьги и бриллиантовый кулон. Увидев Йена, старший застыл на месте и даже рот слегка приоткрыл. Младший казался еще светлее, когда улыбался от явного смущения, ведь Хенджин так пронзительно смотрел на него, словно увидел сошедшего с картины мифического персонажа.       — Что ты так смотришь? — спросил Йен, опустив взгляд.       — Потому что ты прекрасен, — ответил Хенджин и подошел к парню ближе.       — И это говорит самый красивый человек в мире?       Хван усмехнулся.       — В твоем свете я меркну, — ответил Хенджин.       Чонин улыбнулся шире, но все равно не поднимал голову.       — Ты отлично выглядишь, — сказал Хван. — Но чего-то не хватает.       — Чего? — спросил младший и сразу выпучил глаза.       — Этого, — старший достал из кармана пиджака бархатный черный мешочек, завязанный летной.       — Что это? — Ян поджал кулаки и еще шире раскрыл глаза.       — Посмотри.       Чонин дрожащими руками потянулся к мешочку и развязал ленту. Парень заглянул внутрь, а после посмотрел на Хвана испуганным взглядом. Старший улыбнулся и достал из мешочка браслет из белого золота с большим бриллиантом в оправе из таких же камней, а после потянулся к ладони Яна. Хван застегнул браслет на тонком запястье младшего и мягко его поглаживал.       — Хенджин, не нужно было, — тихо произнес Йен.       — Я не удержался, — улыбнулся старший.       — Ты сошел с ума.       — Возможно, — сказал Хван и притянул Йена к себе за талию. — Но я очень этому рад.       Чонин улыбнулся, а Хенджин мягко поцеловал его в губы.       — Спасибо, — сказал Ян, глядя на браслет. — Он такой красивый.       — Сколько повторять, что красивый здесь только ты? — хмыкнул Хенджин и вновь поцеловал парня.       Младший засмеялся в поцелуй. Чонин взял Хвана под руку и они покинули номер. Доехав до оперы, парни отправились гулять по её залам. Хенджин вел Йена за собой, а он разглядывал главный вестибюль и большую мраморную лестницу. Не обошлось и без новых фотографий. Хенджин фотографировал Яна со всех ракурсов в его белоснежном образе, а после попросил работника театра сделать несколько их совместных фотографий. В инстаграме тут же появился новый пост с фотографией того, как парни, держась за руки, поднимались по лестнице и в камеру смотрел только старший.       Посетив другие залы и фойе, они прошли в театральный зал, потому как прозвенел первый звонок, извещающий о скором начале представления. Гости шли к главному залу, а Хван вел Яна за собой к балкону. Парни прошли к вип местам и вышли на лоджию. Они сели на места, а младший рассматривал окружение. Их лоджия была рядом со сценой, так что можно было даже увидеть музыкантов, готовящихся к началу выступления. Места в зале и на балконах напротив занимали гости, а в лоджию к парням никто больше не заходил. Йен оборачивался каждый раз, когда слышал посторонний шум, думая, что к ним так же зайдут другие зрители, но никого не было. Хван заметил его беспокойство и потянулся к его руке.       — Йен-а, все хорошо? — спросил старший.       — Да, все хорошо, — ответил Ян, смыкая их ладони. — Просто тут еще пять мест, когда остальные придут?       — Они не придут, здесь будем только мы, — улыбнулся Хван. — Я купил все места в этой лоджии.       — Зачем? — удивился Йен.       — Чтобы нам никто не помешал, если я захочу тебя поцеловать, а я захочу.       Чонин улыбнулся, а Хенджин потянулся к его губам, ведь уже захотел это сделать. Оставив мягкий поцелуй на губах Йена, Хенджин отпрянул, а Ян улыбнулся, крепче сжимая его ладонь, и сам приблизился к лицу старшего и подарил несколько таких же мягких поцелуев.       Свет в зале погас, остались только софиты, освещающие сцену. Музыканты начали играть тихую мелодию, а занавес поднялся, открыв сцену с прекрасными декорациями. Музыка стала громче, а на сцену вышли первые артисты и начали свои партии. Младший буквально замер, глядя на то, как певцы исполняли арии, а Хенджин был заворожен лишь одним видом — парнем в белом костюме. Хван смотрел на него и порой забывал дышать, весь разум заполнил Ян. Звук затих, а свет падал лишь на блондина, освещая его темные глаза. И в этих глазах Хенджин, казалось, видел все, что так долго искал.       Представление закончилось в десять вечера и парни отправились в отель. Ян был под сильным впечатлением от оперы и не переставал говорить о том, как все было здорово, а Хван с улыбкой слушал его, радуясь тому, что младшему все понравилось. Зайдя в номер, они оставили сувениры на столе, а Хван отошел налить воды.       Ян наблюдал за юношей в черном костюме, а сам сжимал кулаки и начал глубже дышать. Хван ощутил его взгляд и развернулся к нему. Оба смотрели друг другу в глаза в полной тишине, ожидая, что кто-то сделает первый шаг. Хенждин отважился первым наружить затишье, и ступил к блондину медленно, не сводя с него глаз. Оказавшись в полшаге от Йена, старший потянулся к его ладоням и взял в свои. Парень поглаживал их пальцами, водил вдоль выступающих косточек и поднялся к запястью, где был браслет с бриллиантом. Хенджин ощутил, как по коже Яна пробежали мурашки, и поднял взгляд к его глазам. Хван улыбнулся ему и тепло поцеловал в щеку.       — Пойдем спать, — сказал Хван. — Нам завтра нужно пораньше встать.       — Мы куда-то поедем? — спросил младший.       — Да, поедем.       — А куда?       — Это секрет, — с хитрой улыбкой ответил Хенджин. — Ты сам все увидишь.       Чонин улыбнулся и кивнул. Младший ушел в душ, а старший провожал его взглядом, думая о завтрашнем дне.       Они легли спать. Йен быстро заснул, а Хенджин обнимал его со спины и тихонько гладил ладонь, не прекращая думать о тех с ума сводящих чувствах, которые он испытывал лишь рядом с Йеном. А сейчас младший разжигал это пламя еще ярче, согревая каждую клеточку в теле. Без этого тепла старшему уже было не выжить. Под эти мысли он и заснул.                     Следующим ранним утром Хенджин проснулся первый, чтобы сделать несколько звонков, а после быстро умылся, заказал завтрак и отправился будить Яна. Он лег рядом с блондином и аккуратно потянулся рукой к его талии под одеялом, а губами к шее.       — Йен-а, проснись, — прошептал Хван, оставляя мягкие поцелуи за ушком. — Проснись, малыш.       Чонин глубоко вдохнул и приоткрыл глаза, почувствовав теплое дыхание на своей шее, а сразу после поцелуи. Ян повернул голову, а Хван улыбнулся и поцеловал его в носик.       — С пробуждением, — сказал Хван. — Выспался?       — Да, выспался, — тихим голосом ответил Ян и улыбнулся.       — Завтрак на столе. Покушаем и поедем.       — Но куда?       — Это тайна.       — Это какое-то особенное место?       — С тобой все места особенные.       Ян усмехнулся.       — Скажи хотя бы, как одеться.       — Не важно, как ты оденешься, ты все равно будешь выглядеть прекрасно.       Чонин хихикнул, а Хван поцеловал его в щеку и встал с кровати, зазывая парня за собой. Они позавтракали и начали собираться. Йен не понимал, куда они направляются, но наверняка в какое-то красивое место, потому как Хенджин выбрал из одежды черные брюки, белую рубашку, черный галстук и черную джинсовку, а волосы аккуратно уложил. Йен тоже решил выбрать что-то классическое и надел бежевый клетчатый костюм, белую рубашку и бежевый галстук, а пиджак затянул ремнем. Новый браслет он не снимал с прошлого вечера.       Парень взял коричневый кожаный рюкзак, куда сложил баллон, ведь чувствовал, что сегодня ему лучше не ходить без канюли. Прошлый вечер хоть и был прекрасным, но дыхание порой сбивалось. Он вышел к старшему, который смотрел что-то в телефоне, но обернулся, когда заметил младшего. На его лице сразу появилась улыбка.       — Я никогда не устану говорить, что ты прекрасен, — сказал старший.       — Спасибо, — ответил Ян со смущенной улыбкой. — Ты тоже прекрасно выглядишь.       — Но смотреть все будут только на тебя.       Чонин засмеялся. Хенджин взял его за руку и повел за собой. Парни сели в машину и отправились в путь. Они ехали около часа и выехали за пределы Парижа. Чонин смотрел в окно, любуясь видами, и держал старшего за руку. Спустя некоторое время они заехали в небольшой городок, где архитектура была похожа на ту, что в Париже. Были такие же классические здания, маленькие магазинчики с красивыми вывесками, а прохожие спешили по своим делам. Но вдруг Ян увидел впереди высокий памятник — мужчина верхом на коне, а позади него огромное здание со светло-розовыми стенами, синими мансардами и позолотой на крыше.       — Мы…мы что… — прохрипел младший и обернулся к Хвану.       — Да, мы в Версале, — улыбнулся старший.       Хенджин свернул к парковке и вышел из машины, чтобы открыть Йену дверь. Чонин смотрел на величественный дворец, казалось, еще более завороженно, чем на все предыдущие места. Высокие стены, белые колонны, яркая позолота на ограждении — от всего этого блондин только больше погружался в транс. Хенджин улыбнулся его виду и взял за руку.       — Красиво, да? — спросил он.       — Невероятно, — тихо ответил Ян. — Ты уже бывал здесь?       — Я был в этом городе, но во дворец так и не сходил. Поэтому это и для меня новое открытие.       — Ты знал, что в восемнадцатом веке в этом дворце, помимо балов и развлечений, проводили и научные исследования?       — Нет, не знал, — с улыбкой ответил старший, предвкушая новую невероятную историю.       — Это была эпоха Просвещения и короли собирали здесь множество научного оборудования, а ученые приезжали со всей Европы. Здесь так же был большой зверинец и это позволило ученым изучать анатомию животных, что впоследствии привело к созданию ветеринарных школ, а огромные оранжереи внесли большой вклад в развитие ботаники. Здесь выращивали даже ваниль и кофе.       Хенджин улыбнулся еще шире и обнял Яна, а после поцеловал в лоб. Эти истории и интересные факты стали неотъемлемой частью их приключений.       — Идем скорей посмотрим на все это, — сказал Хван и потянул младшего за собой во дворец.       Парни прошли ко вратам замка и зашли во двор. Хенджин как обычно был в роли фотографа младшего, поэтому успел снять несколько фотографий еще на подходе к главному входу, которые тут же оказались в инстаграм сторис. На их везение, посетителей было не так уж много, так что можно было спокойно погулять.       — Так как дворец очень большой, мы вряд ли сможем увидеть все, — сказал старший. — Но самое главное мы посмотрим.       — Я всегда мечтал увидеть зеркальную комнату, — произнес Чонин, не отрывая взгляда от окружения.       — Я тоже, она будет на нашем пути, не волнуйся. Сегодня ты принц, так что любое твое желание исполнит твой верный слуга — я.       Чонин засмеялся и ярко покраснел. Он взглянул на старшего, а после обнял за талию, положив голову на плечо.       — Сделаем селфи? — предложил Ян.       — А я уж думал буду просить об этой милости у его высочества, — ответил Хенджин, а младший засмеялся громче.       Хван взял телефон и они сделали несколько селфи на фоне дворца. В сторис старший выложил фото того, как Йен ведет его за собой ко входу.       Парни зашли во дворец и начали свое путешествие. Они шли по главному экскурсионному пути, начиная от королевской часовни и покоев. Интерьер был поистине королевским — яркие цвета, преобладание золота, бархата и шелка, а на потолках в каждой комнате была хрустальная люстра. Младший чуть ли не на цыпочках ходил по залам, внимательно разглядывая каждый уголок.       Через несколько коридоров они вышли в знаменитую зеркальную галерею. Прекрасный интерьер, созданный во времена короля-солнца, никого не мог оставить равнодушным, поэтому даже Хван рассматривал все, затаив дыхание. К их большому везению, в галерее почти никого не было, только они, смотритель и несколько туристов, поэтому получилось сделать красивые фотографии без толпы на фоне. Хенджин выкладывал в сторис весь их путь по дворцу, как и селфи в больших зеркалах.       Парни отправились дальше и прошли еще несколько комнат, бальные залы, библиотеку и картинные галереи, а после вышли к саду. Парковый ансамбль славился своими прекрасными прогулочными зонами, фонтанами и клумбами. Когда они вышли в сад, Ян застыл, глядя на водоемы и оранжереи. Хенджин прошел немного вперед, разглядывая невероятной красоты парк, а младший стоял и смотрел словно в никуда. Блондин поддался потоку мыслей, быстрому течению, которое унесло слишком лихо в открытые воды, где почти не было возможности выбраться.       — Так красиво, — произнес старший, рассматривая парк. — Правду говорят, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, да, Йен-а?       Хван ждал ответа, но младший молчал. Старший развернулся к нему и заметил, что блондин почти не двигался, а на вид был таким задумчивый, будто пытался вспомнить что-то важное. Хенджин слегка нахмурился и подошел к парню ближе.       — Йен-а? — позвал Хван и прикоснулся к его ладони.       Чонин вздрогнул, когда ощутил прикосновение теплой ладони, но сразу схватился за нее.       — Да? Что такое? — выпалил Ян.       — Все хорошо?       — Да, да, все в порядке, я просто…задумался.       — О чем, если позволишь спросить.       — Да так, ни о чем.       — Мне можешь все рассказать. Интересное и не интересное. Абсолютно все.       Йен опустил взгляд на их руки, сжимая теплые ладони крепче. В голове было столько разных мыслей, которые он никогда не озвучивал, ведь слушать было некому. Родители всегда заняты, а брат вряд ли поймет хоть что-то. Но этот парень, который заставлял сердце биться быстро и мягко, действительно хотел все услышать, а его слова до сих пор громким эхом звучали в голове.       — Просто…никогда не думал, что увижу это место, — ответил Ян, подняв голову. — Никогда не думал, что окажусь дальше больницы и увижу другой мир. Это всегда было только мечтой.       — Мечты имеют свойство сбываться, — произнес Хван с улыбкой.       — Все мои мечты сбылись с тех пор, как я встретил тебя.       Сердце Хенджина начало трепетать быстрее, разнося горячую кровь, а она окрасила щеки в яркий розовый оттенок. Чувства и до этого были сильны, а сейчас рвались наружу с удвоенной силой.       — Тогда мечтай новые мечты, — сказал Хенджин, обняв Яна за талию. — Я исполню их все.       Чонин ярко улыбнулся, а затем потянулся к губам Хвана и поцеловал мягко и нежно. Младший отпрянул и обнял Хенджина за плечи.       — Спасибо, — тихо ответил Йен.       — Не за что, а теперь идем дальше, — Хван отстранился и взял Яна за руку. — Нам еще много чего нужно увидеть.       Парни отправились гулять дальше. Сад был огромным и чтобы осмотреть все его красоты им понадобилось много времени, а учитывая, что Хван хотел фотографировать блондина в каждой локации, прогулка растянулась на несколько часов. Но благо на территории парка был ресторан, где они смогли подкрепиться.       После обеда парни вышли к большому каналу и прошли к Малому Трианону, который служил личной резиденцией последней королеве Франции. Сейчас здесь были такие же прекрасные сады и строения, где можно было спокойно погулять. Сделав достаточно фотографий, Хенджин и Чонин дошли до деревни Амо де ля Рен, которую возвели специально для отдыха и развлечений королевы. Причудливые хижины, маленькие пастбища, мельницы и сады создавали впечатление игрушечного домика.       Время уже близилось к вечеру, а парни все еще не обошли весь парк. Но Хенджин понял, что Чонин устал. Старший уже научился это определять по его тяжелому дыханию.       — Йен-а, тебе все понравилось? — спросил Хван.       — На этот вопрос я не смогу ответить, потому что невозможно описать то, как сильно мне все понравилось.       Хенджин засмеялся и обнял блондина.       — Покорный слуга рад устроить для своего принца хорошее путешествие, — сказал Хван, а Йен засмеялся. — Но оно еще не закончилось.       — Нет? — удивился младший.       — Нет. Есть еще кое что.       — Что?       — Увидишь.       Хенджин поцеловал Йена в губы, а после взял за руку и повел за собой. Они вышли из сада к проезжей части и поймали такси, чтобы добраться до дворца, ведь он был в нескольких километрах. Парни доехали до своей машины и пересели в нее.       — Куда мы едем? — спросил блондин.       — Обратно в Париж.       — А что там будем делать?       — Потерпи, все сам увидишь.       Чонин и представить не мог, что еще задумал старший, поэтому просто спокойно ждал и держал Хвана за руку. Парни вернулись в город, точнее, в коммуну, которая находилась в пригороде столицы, и проехали к реке. Они остановились рядом с пристанью, а младший увидел впереди теплоход. Хенджин помог парню выйти из машины и повел к пристани, где их ждали мужчина и девушка.       — Добрый вечер, господа, — с улыбкой произнес мужчина в темно-синей форме моряка. — Рады приветствовать вас.       — Добрый вечер, — ответил Хван. — Спасибо, что встречаете нас.       — Мы рады принять вас этим вечером, — к ним подошла девушка в синем платье и мило улыбнулась. — Проходите на борт, ваш столик вас ждет.       Мужчина и девушка прошли на борт теплохода, а Хенджин посмотрел на младшего, который вновь был как испуганный лисенок — глаза большие, кожа бледная, а губы дрожали.       — Готов к прогулке по реке? — с улыбкой спросил Хван.       — П-по реке? — прохрипел Йен.       — Да, это продолжение нашего приключения.       Хенджин потянул парня за собой к теплоходу. Сам теплоход был большим и красивым, а на его борту, помимо смотровых зон, был и ресторан. Красивый интерьер и теплый свет ламп и гирлянд создавали уютную атмосферу, а панорамные окна и потолки открывали прекрасный вид. На теплоходе больше никого не было, только они и экипаж.       Парни прошли к столику в середине зала, подготовленному на двоих. Хенджин подвинул стул Яна и сел на против него, не прекращая улыбаться, а в это время к ним подошла официантка и подала меню.       — Господа, добрый вечер, — улыбнулась девушка. — В кухне нашего ресторана готовят лучшие французские блюда, которые вам обязательно понравятся.       — Мы не сомневаемся, — улыбнулся Хван.       — Сегодня особенно хорошо будет попробовать говядину по бургундски, а в дополнение к мясу рекомендую Бароло. Если же вы хотите отведать рыбу, то советую филе палтуса и Грюнер.       Хенджин кивнул, но заметил, как Ян глубоко вздохнул. Зная, что все эти блюда не числятся в рационе парня, Хенджин улыбнулся, придумав новую идею.       — Благодарю за совет, — сказал Хван. — Но мы, пожалуй, выберем что-то полегче. Пожалуйста, два вегетарианских салата, две марсельезы и волован, а на десерт птифур и макаруны.       — Конечно, — улыбнулась девушка, записывая заказ в блокнот. — Какое вино предпочитаете?       — Никакое. Подайте, пожалуйста, клубничный сок.       Девушка слегка замешкалась и хлопала глазами, но улыбнулась и все записала.       — Хорошо, господа, — ответила она. — Ваши блюда будут готовы в ближайшее время, а пока отдыхайте.       — Благодарю.       Официантка удалилась отдать заказ, а Хенджин взял Яна за руку. Младший все еще смотрел на все большими глазами, а Хван ощутил его быстрый пульс.       — Почему здесь больше никого нет? — спросил Йен.       — Потому что этот вечер только для нас, — ответил старший и поцеловал худощавую ладонь.       Чонин покраснел ярче обычного.       — Не обязательно было бронировать весь корабль, — произнес блондин. — Одного столика было бы вполне достаточно.       — Так мы за одним столиком, — хмыкнул Хенджин. — Остальные нам не нужны.       Чонин усмехнулся, а в это время теплоход тронулся и отправился в плавание. Младший обернулся к окну и наблюдал, как меняются виды. Вечерний город светился ярким светом, освещая улицы и здания. Йен на все смотрел с улыбкой, а Хван так смотрел только на него. В ожидании еды парни успели сделать фотографии. Напоследок Чонин сделал несколько снимков Хенджина в интерьере ресторана, а тот сразу выложил пост в инстаргам.       Через некоторое время к их столику подошла официантка и принесла блюда и графин с соком.       — Приятного аппетита, господа, и хорошего вечера, — сказала она.       Парни её поблагодарили и приступили к ужину, а Хенджин наблюдал, как младший осторожно пробует еду.       — Вкусно? — спросил старший.       — Да, все очень вкусно, — ответил Ян. — Наверное, я буду скучать по французской еде дома.       — Дома тоже есть французские рестораны, так что можем их посещать когда захочешь.       Йен улыбнулся, но Хенджин заметил в его глазах грусть, какая бывала у парня много раз, и Хван понял, что его что-то тяготит. Он накрыл своей ладонью кисть Яна и мягко погладил.       — Йен-а, все хорошо? — спросил Хван.       Чонин в этот момент улыбнулся шире, так как слышал этот вопрос от старшего каждый раз, как начинал много думать. И также думал, что хорошо это скрывал. Но, казалось, старший уже научился читать его мысли.       — Я подумал о том, что мы скоро вернемся домой, — ответил младший. — А я…       — Не хочешь возвращаться? — с улыбкой спросил Хенджин.       — Мне кажется, что когда мы вернемся, то все…изменится. Не будет таким…прекрасным.       Хенджин снова улыбнулся, а затем подвинул свой стул ближе к Яну. Он взял его руку в свою и поцеловал.       — Ничего не изменится, Чонин, — ответил Хенджин. — Только город, в котором мы будем жить. Все будет хорошо, я обещаю тебе.       Йен улыбнулся, хоть его губы слегка дрожали. Он приблизился к парню и поцеловал его мягкие уста несколько раз.       — Спасибо тебе, — почти шепотом сказал Ян.       — Йен-а, давай договоримся, что ты скажешь спасибо только тогда, когда мы вернемся домой, окей? — сказал старший, а Йен хихикнул.       — Постараюсь, — ответил блондин.       — Будь так добр, а теперь кушай.       Старший налил в бокалы сок и подал один Йену. Парни закончили ужин, а после сделали несколько фотографий.       — Йен-а, теперь иди за мной, — Хван встал со стула и подал блондину руку.       — Куда?       — Идем наверх, посмотрим на город. Только сперва надо одеться, там прохладно.       Хенджин отошел к другому столику, где на стульях лежала его куртка и пальто Яна, а последний только сильнее удивлялся всему происходящему. Хенджин помог блондину надеть пальто, надел свою куртку и повел младшего на верхнюю палубу. Парни вышли на смотровую площадку и подошли к перилам. Хван обнял младшего со спины и согревал своим теплом.       Они наблюдали город и прохожих. Вечерний Париж был невероятен в своей атмосфере. Фонари освещали каменные здания и мосты желтым светом и казалось, что они гуляли не по современному городу, а по средневековому.       Их прогулка пролегала до центра города к Эйфелевой башне, которую парни уже давно заметили. Теплоход замедлил ход и пришвартовался на пристани аккурат под башней. Хенджин отпустил Яна, но взял за руку.       — Пойдем, Йен-а, наше путешествие еще не закончилось, — сказал старший.       — Идем гулять?       — Прогуляемся в одно место.       — А что за место?       Хван улыбнулся и подошел ближе к младшему. Оставив легкий поцелуй в его щеку, старший повел Яна за собой.       — Ты все сам увидишь, — ответил Хван.       Парни поблагодарили экипаж теплохода и вышли на пристань. Поднявшись к дороге, Хенджин обнял младшего и с улыбкой на него смотрел.       — Йен-а, можно я тебя кое о чем попрошу? — произнес старший.       — Да, о чем?       — Можешь закрыть глаза?       — Ам…а зачем? — насторожившись, спросил Ян.       — Хочу, чтобы то место, куда мы идем, стало сюрпризом.       — Сегодня было много сюрпризов.       — И они еще не закончились. Закроешь глаза?       Чонин смотрел на старшего с легким подозрением, но кивнул и закрыл глаза. Хван улыбнулся и поцеловал его в лоб, а затем развязал свой галстук и завязал его на глазах младшего. Чонин вздрогнул от этого и на ощупь схватился за куртку Хвана, а он мягко поцеловал его в щеку и взял за руку.       — Просто доверься мне, — сказал Хенджин.       Чонин кивнул и крепче сжимал теплую руку Хвана. Старший потянул Яна за собой в неизвестность, а Йен лишь крепче держался за Хенджина. Хван поймал такси и помог младшему сесть. Чонин ничего не видел, но чувствовал тепло старшего, который сидел рядом и водил рукой по бедру.       Через несколько минут они остановились и Хван помог Яну выйти. Младший потянулся к галстуку, но Хенджин его остановил.       — Нет, еще рано, — прошептал старший.       — Но где мы? — спросил Йен.       — Скоро узнаешь.       Хван положил одну руку парню на талию, а второй подхватил его дрожащую ладонь. Для младшего менялись только окружающие звуки и ветер. Хенджин подталкивал его дальше, а вскоре они куда-то зашли.       — Осторожно, ступеньки, — сказал Хван.       Они поднялись на несколько ступенек, а после прошли к лифту, как понял младший, потому как услышал характерный звук, когда открылись двери лифта.       — Хенджин, где мы? — спросил Йен и снова схватился за куртку старшего.       — Потерпи еще пару минут, — ответил Хван, поцеловав Яна в лоб.       — Ты задумал добить меня?       — Нет, конечно нет, — засмеялся старший. — Увидишь.       Йен сдержанно улыбнулся, но Хенджин все равно заметил его беспокойство и радовался тому, что младший не видит, как он сам сейчас волнуется.       Они поднялись на этаж и прошли вперед. Ян услышал, как Хван достал ключи и открыл замок. Хенджин подтолкнул парня вперед, а тот медленно сделал шаг.       — Уже могу открыть глаза? — спросил Чонин.       — Пока нет, — ответил Хенджин. — Еще чуть-чуть потерпи.       Хван положил обе руки блондину на плечи и вел вперед, но чувствовал, что Ян сопротивлялся. Пройдя несколько шагов, Йен внезапно развернулся и врезался в старшего.       — Х-Хенджин, г-где мы? — спросил Чонин, а дышал быстро и тяжело.       — Мы в безопасности, малыш, не волнуйся, — ответил Хенджин, поглаживая парня по спине. — Ты же доверяешь мне?       — Конечно доверяю.       — Тогда доверься мне еще немного.       Чонин хватался за куртку старшего, но глубоко вдохнул и кивнул. Он повернулся, а Хван направил его вперед. Они прошли еще немного и Хенджин остановился.       — Так, мы пришли, подожди здесь, пожалуйста, — сказал Хван и отошел от блондина. — Но пока не открывай глаза, хорошо?       — Хорошо, — тихо ответил Йен, ощущая легкий холодок без старшего.       Чонин слышал, как Хенджин бегает поблизости и щелкает выключатели светильников, а после услышал, как открылись какие-то двери. Хенджин вернулся к парню и потянулся к галстуку.       — Все, можешь открыть глаза, — сказал старший и развязал галстук.       Хван откинул ткань в сторону, а Чонин еще стоял с закрытыми глазами, сжимая кулаки. Спустя несколько мгновений Ян сделал пару глубоких вдохов и медленно открыл глаза.       Ян увидел перед собой выход на большой балкон, а там во весь рост вытянулась сверкающая Эйфелева башня. Чонин обернулся и увидел, что находится в светлой и просторной гостиной, совмещенной с обеденной зоной. Большие окна открывали вид на Марсово поле, башню и реку. Ян снова посмотрел в окно, а Хенджин подошел к нему и обнял со спины.       — Здесь достаточно идеальное место, чтобы исполнить твое желание? — шепотом спросил Хван, поцеловав Чонина в шею.       Йен вздрогнул и развернулся к старшему, большими глазами глядя на него. Хенджин ему улыбнулся и подошел ближе, чтобы взять за руку. Старший гладил холодную ладонь, согревая своим теплом. Он поцеловал его руку и посмотрел в глаза.       — Ты же не против? — спросил Хенджин.       — Нет, я же сам предложил, — ответил Йен, опустив взгляд.       Хван потянулся к щеке Яна и приложил ладонь к ней, водил пальцами по трубке, и слушал его громкое дыхание. Старший осторожно приблизился к лицу Яна и накрыл губы Чонина теплым поцелуем, а младший снова вздрогнул, но положил руки Хвану на плечи, крепко сжимая куртку. Хенджин отстранился, взял ладони младшего в свои и потянул его к дивану, а там усадил перед собой.       — Тебе нравится здесь? — спросил старший.       — Очень, — с легкой улыбкой ответил Чонин. — Что это за место?       — Я подумал, что проводить такую ночь в отеле это слишком пошло. А эта квартира сдается в аренду, я нашел объявление в интернете. Здесь и правда хорошее место и вид, который я хотел для тебя. Не знаю, почему я раньше не додумался до этого.       Чонин улыбнулся и опустил взгляд на их руки, чувствуя, как согреваются собственные ладони от тепла рук Хенджина.       — И ты все это устроил специально…для меня? — спросил Ян.       — Конечно, — улыбнулся старший. — Для кого же еще?       — Снова потратил столько сил, — говорил Йен все еще с опущенной головой.       — Я готов все свои силы ради тебя потратить, — ответил Хенджин и аккуратно поднял голову младшего. — Ты так говоришь после каждого желания, но знай, что мне нисколько не сложно их исполнять. Я буду рад исполнить еще хоть тысячу твоих желаний.       Чонин тихо засмеялся, а пока сжимал руки Хенджина, почувствовал как он сам дрожит. Хенджин сел чуть ближе, положив одну руку Яну на бедро. Парень гладил по ткани брюк и тихонько сжимал мышцы. Старший глубоко дышал, прямо как Йен, и не мог сосредоточить взгляд на лице Чонина, бегая взглядом то к губам, то к глазам. Йен чувствовал накрывающую дрожь, от которой в груди сжимались легкие.       — Я буду счастлив провести с тобой ночь, — низким голосом произнес Хенджин. Он потянулся к канюле на лице парня и аккуратно снял её. — И я надеюсь, что твой первый раз тебе понравится.       Хван медленно приблизился к губам Яна, но последний отстранился, едва старший его коснулся.       — Стой, подожди! — быстро произнес младший.       — Да? Что такое? — сразу спросил Хенджин, вздрогнув всем телом.       — Это будет…не первый раз, — ответил Йен и снова опустил взгляд.       — Ам… — Хван слегка покраснел и хлопал глазами. — Но ты же говорил, что еще не был ни с кем.       — Я так сказал потому, что мне было…стыдно.       — Почему?       — Это было по глупости.       Чонин убрал свою руку из ладони Хвана и слегка отстранился, пряча взгляд от глаз старшего. Но Хенджин подвинулся к нему ближе, положил ладонь на щеку, мягко погладил и повернул его голову к себе.       — Расскажешь? — спросил старший, а младший нерешительно кивнул.       Хван улыбнулся и взял Чонина за руку, а второй рукой гладил по волосам. Йен ощущал от этих действий покой, особенно когда Хенджин спустил ладонь на шею и теплом своей кожи позволял согреться всему телу.       — В прошлом году я проходил лечение в диспансере, — начал Ян, — и со мной в палате был один парень, с которым мы много общались.       — Он тоже лечился от сердечной недостаточности? — спросил Хван, поглаживая младшего по шее.       — Нет, у него была гипертония. Это повышенное давление, которое может вызывать много осложнений. Он был на три года старше меня, поэтому мы быстро подружились и…потом сблизились сильнее.       — Вы начали встречаться?       — Ну, если прятки от медсестер и врачей под лестницей с целью поцеловаться это отношения, то да, мы встречались. Переписывались, звонили друг другу, когда нам назначали разные процедуры, а когда нас отпускали погулять, то бегали в ближайшее кафе, чтобы поесть нормальной еды. Мне это казалось настоящим свиданием. А потом…       — Что потом? — аккуратно спросил Хенджин, заметив волнение блондина.       — Он предложил попробовать больше, а я…согласился, потому что он нравился мне. Он понимал меня и мое состояние не вызывало у него отвращение.       — И вы…       — Да, мы переспали. В самом неромантичном месте на свете.       — В каком?       — Это был склад лекарств в больнице. Точнее, его пол.       — Ну, не так уж все плохо. Бывают места и менее романтичные. Мой первый раз вообще был с девушкой, которая была старше меня.       — На сколько старше?       — На восемь лет.       — Ого…       — Да. Я познакомился с ней в шестнадцать, когда она только устроилась в нашу школу. Мы начали общаться, болтали на переменах и после уроков, а потом встретились на какой-то вечеринке и все случилось в её машине.       — Вы долго встречались?       — Пару месяцев. Я думал, что научусь чему-то у нее и повзрослею. Но ничего такого не случилось. Я понял только то, что спать с учителем не очень разумно. Если бы кто-то узнал, она бы лишилась работы на всю жизнь из-за какой-то малолетки.       — Ну, ты, все же, понял, что это все может плохо закончиться для вас обоих.       — Оу, и правда. Значит, я не такой уж безмозглый. Но нам было весело вместе. Так что желать утешения это абсолютно нормально.       Чонин усмехнулся, но отвел взгляд. Хенджин ощущал его дрожь с самого начала и старался согреть лучше. Старший пересел с дивана на пол и взял младшего за руки, поцеловал худые запястья, а затем посмотрел в глаза Яну с улыбкой. Чонин улыбнулся в ответ, а его дрожь немного утихла.       — Мне просто…хотелось прекратить одиночество, — произнес Йен. — Быть близким хоть немного и хоть с кем-то. Все мои знакомые из колледжа уже тогда нашли себе пару и были счастливы, а я не вылезал из больницы. Мне просто хотелось почувствовать себя нужным.       — И ты нужен, — ответил старший. — Ты нужен мне.       — А ты нужен мне. Я не знаю, что делать без тебя.       Хенджин улыбнулся и приподнялся к лицу Яна, а затем укрыл его губы своими. Парень тепло оттянул розовые губы и прикоснулся к его лбу своим.       — Это будет наш первый раз, — сказал Хенджин.       Чонин улыбнулся и тоже поцеловал старшего. Хенджин, не отрываясь от губ Яна, поднялся на ноги и потянул Йена за собой.       — Если почувствуешь, что что-то не так, скажи мне, хорошо? — сказал Хенджин, когда отпрянул.       — Давай на этот вечер забудем, что что-то не так, — ответил Чонин и обнял Хвана за плечи.       Йен припал к пухлым губам, которые так обожал ощущать на своих. Хван прижал Чонина к себе, сжимая его талию сквозь одежду. Младший старался устоять на носочках, но рюкзак с баллоном тянул его вниз. Хенджин отстранился и сперва отдышался, а затем отпустил Яна и встал позади него. Хван снял рюкзак со спины парня и помог снять пальто. Хенджин снял свою куртку, встал впереди блондина и потянул его к себе.       — Идем со мной, — произнес старший.       Хван тянул Яна за собой по коридору, а Йен мельком разглядывал окружение. В квартире был легкий полумрак, а свет от светильников создавал на лице Хенджина тени, которые завлекали к себе своей красотой.       Хван привел Чонина в спальню, где так же были большие окна с видом на Эйфелеву башню и выход на балкон. Чонин осматривал спальню, освещенную двумя светильниками на тумбочках — светлые стены и классический французский интерьер. В просторной комнате было очень уютно, тепло и красиво, а вид кровати заставил младшего улыбнуться и покраснеть. Хенджин тихо усмехнулся и поцеловал парня в лоб.       Хван шел дальше, не отпуская ладонь блондина, и зашел с ним в ванную. Помещение было таким же светлым и красивым. Была отдельная ванная и душевая, туалетный столик и мягкие стулья. В воздухе витал приятный аромат, напоминающий парфюм старшего.       Хенджин притянул Чонина к себе и обнял за талию, разглядывая его глаза, а руками легонько сжимал бока. Хван поцеловал младшего в лоб несколько раз. Такие поцелуи стали чем-то особенным для них обоих. Это было не просто легкое касание губами, а передача тепла, горячих чувств, выражение доверия и послание, что все будет хорошо.       Старший опускал поцелуи по лицу Яна ниже, любовал каждый сантиметр нежной кожи, щекоча не только губами, но и волосами. Йен потянулся к его волосам и заправил их назад, чем вызвал у Хвана волны мурашек по всему телу. Хенджин потянулся к ремню на пиджаке парня и расстегнул его, а после откинул на пол. Хван расстегнул пиджак Йена и аккуратно спустил его с плеч, а после потянулся к галстуку. Одновременно с этим Хенджин перешел с щеки на губы Чонина, завлекая во влажный поцелуй.       Хван оттягивал сладкие уста, смакуя их своими, а галстук упал на пол. Чонин обнял старшего за плечи, перемещая руки выше на шею и снова в волосы. Блондин расчесывал пальцами светлые пряди и щекотал затылок, а Хван не смог сдержаться и на его губах прозвучал низкий стон.       Хенджин отстранился от губ Яна и прижался к его шее, втягивая тонкую кожу с жадностью и сильным желанием. Парень прижал блондина к себе ближе и попутно тянулся к пуговицам на рубашке. Старший не отрывался от нежной шеи Йена и оставлял на ней яркие следы своих не менее ярких губ. Хенджин опускал руки вдоль пуговиц, освобождая их из петелек, и старался не торопиться слишком сильно. Но после третьей Хван вытащил рубашку из брюк и разорвал последние пуговицы, а они упали на кафельный пол.       Чонин вздрогнул, когда Хенджин дотронулся до его талии. Хван мягко целовал шею блондина, а широкими ладонями согревал бока и спину, давая младшему время привыкнуть к прикосновениям на оголенной коже, а не покрытой одеждой. Йен цеплялся за крепкие плечи Хенджина, а дышал коротко и быстро, ощущая, как от чужих рук становится все жарче. Младший начал расстегивать пуговицы на рубашке старшего, но из-за дрожи в руках не получалось. Парень срывался на шумные выдохи, а старший почувствовал его дрожь и повернулся к нему.       — Не волнуйся, — сказал Хван и взял ладони младшего в свои. — Это же я. Я не сделаю тебе больно, не бойся.       — Я не этого боюсь, — ответил Ян, крепче сжимая ладони Хенджина.       — А чего? — сразу спросил Хван, заглянув парню в глаза.       — Что тебе…не понравится.       Хенджин удивленно округлил глаза, но затем улыбнулся и поцеловал Йена в губы.       — С тобой? — спросил старший. — Я даже не сомневаюсь в том, что это будет лучшая ночь в моей жизни. Лучше с тобой будут только следующие.       Чонин покраснел ярче и тихо засмеялся. Блондин утихомирил дрожь и начал расстегивать пуговицы на рубашке Хвана. Йен освободил все пуговицы и медленно снял рубашку. Младший рассматривал тело старшего, его широкие плечи, на которых выступали тонкие ключицы, и крепкую шею, на которой проглядывались вены. Чонин следовал взглядом ниже по груди, она высоко поднималась от глубоких вдохов, далее по фигурному прессу, мышцы на котором напряглись от возбуждения. Ян потянулся рукой к телу Хенджина, но остановился в паре миллиметрах, словно старший был великолепной античной скульптурой, которой касаться запрещено. Но Хенджин накрыл дрожащую ладонь блондина и прижал к своей груди. Чонин обводил выступающие мышцы пальцами и не мог насмотреться на столь изящное тело.       — Ты…такой красивый, — произнес Чонин.       — От прекрасного слышу, — ответил старший и быстро сократил между ними расстояние, чтобы поцеловать парня.       Хенджин затянул Яна в мокрый и быстрый поцелуй, звуки которого разносились по ванной. Хван скинул с блондина рубашку, а после опустил руки Чонину на бедра и начал тихонько их массировать. Обводил округлые ягодицы большими ладонями, а Йен тихо вздрагивал от новых ощущений. Все внутри горело и сжималось от яркого огня, от чего спирало дыхание.       Йен отпрянул от влажных губ и начал целовать крепкую шею Хвана, а руками потянулся к ремню на его брюках. Хенджин даже не успел заметить, как младший быстро расстегнул ремень и начал тянуть брюки вниз, а они легко проехались по шелковой ткани нижнего белья. Хван не заставил себя ждать и быстро расправился с брюками младшего.       Парень снова припал к любимым губам и подхватил Яна на руки. Хенджин усадил его на столик и гладил его бедра, сжимал их и щекотал. Хван переместил руки выше к паху Яна, а последний отстранился от губ и быстро дышал вместе со старшим. Блондин не отпускал плечи Хенджина, глядя ему в глаза, а Хван медленно вел руками выше и накрыл ладонью возбуждение младшего. Йен не смог себя сдержать и громко простонал, уткнувшись парню в плечо и хватаясь за его волосы. Старший улыбался от нежных звуков и прижал Яна к себе ближе, чтобы блондин почувствовал, как возбужден и сам Хван. Чонин застонал громче от ощущений, которые горячим ураганом разносились по всем мышцам.       Хенджин запустил руки под резинку белья и аккуратно его стянул, полностью освободив блондина от одежды, но вниз не смотрел и целовал его шею. Чонин в это время гладил Хвана по спине, ощущая все его тепло и то, каким оно было нужным. Младший потянул белье старшего вниз, а когда оно упало на пол, Хенджин повернулся к Яну и улыбнулся ему. Чонин улыбнулся в ответ и мягко поцеловал парня в губы.       Хенджин вновь поднял блондина на руки и понес в душевую. Хван опустил его на пол и сперва смотрел в глаза несколько секунд, но более не смог выдержать соблазна и перевел взгляд ниже по телу Йена. Младший был стройным, но из-за ежедневных тренировок его мышцы были подтянутыми. Хенджин водил пальцами по его груди, обводил напряженные соски, пересчитывал ребра и гладил по животу. От его взора никак не могло укрыться сильное возбуждение Яна, от которого собственные мышцы сковывало в жаре.       — Ты такой…малыш, ты такой…боже…я с ума сойду с тобой, — произнес старший и крепко обнял блондина.       Хенджин одной рукой прижал Йена к себе, а второй включил воду и настроил теплый режим. Пока вода обволакивала их тела, Чонин положил ладони Хвану на щеки и притянул к себе, целовал легко, но очень нежно. Хенджин подстраивался под алые губы, а руками водил вдоль хрупкого тела и опустил ладони к бедрам Яна.       Простояв под водой несколько минут, Хван подтолкнул блондина к стене, закрыв собой от прямого потока воды, а далее провел пальцами от бедра к талии и щекотал чувствительные места. Йен тихо смеялся от щекотки и вздрагивал сильнее, а старший пальцами провел до пупка и спустился к члену.       Чонин застонал и вцепился в плечи Хвана. Хенджин обводил налитый орган пальцами и накрыл целой ладонью, сжимая у основания и не спеша водил выше, а стоны младшего становились все громче. Свободной рукой старший гладил по упругим ягодицам блондина и слегка развел их, а вода позволила свободно проникнуть в проход пальцем.       Йен сразу застонал и прогнулся в пояснице, хватаясь за старшего всеми силами. Хенджин целовал парня в щеку и придерживал за талию, ведь чувствовал, как он едва стоит. Хван вынул палец, а после проник сразу двумя, отчего Чонин застонал громче и уткнулся парню в шею. Ощущения заполненности были непривычными, но приятными. Мягкие движения отражались вспышками тепла и это трение позволяло все больше. С каждым проникновением младший расслаблялся лучше, а Хван ощущал, как внутри становится свободнее.       От сладких стонов Хенджин чувствовал, как каждая его мышца завязывается тугим узлом. Этот бархатный голос отражался от стеклянных стен и завораживал своим звуком. Старший задыхался от возбуждения, горячая вода только ухудшала положение, а из-за того, что Йен царапал кожу на спине и плечах, Хван едва не терял сознание. Будто вот-вот его разорвет изнутри до боли сильное возбуждение.       Хван вынул пальцы и крепко обнял блондина. Хенджин быстро нашел его губы и затянул в развязный поцелуй. Исследуя его язык своим, старший подхватил Чонина под бедра и вынес из душевой. Младший хватался за шею Хенджина, пока тот не посадил его на стол. Хван дотянулся до полотенца и укутал в него парня, а после поднял его на руки и понес в спальню.       Хенджин аккуратно положил блондина на кровать, вытирал полотенцем и целовал все его лицо. Чонин присел и перехватил полотенце из рук парня. Йен вытер тело Хвана и его волосы, а затем, бросив ткань в сторону, потянулся к старшему и крепко его обнял. Хенджин положил блондина на подушку и припал к его губам, а рукой следовал вдоль его тела, начиная с шеи. Парень медленно перемещал ладонь по груди, обводил мягкие мышцы и напряженные соски, щекотал ребра и пупок, от чего Ян смеялся прямо ему в губы. Хван провел от пупка к члену и сжимал его своими длинными пальцами. Йен отстранился от пухлых уст и застонал сдавленным голосом, а старший улыбался, глядя ему в глаза.       Хенджин массировал твердую плоть и получал в ответ новые приглушенные стоны. Парень еще несколько раз прошелся по возбуждению, а затем осторожно развел колени младшего. Старший устроился между его ног и сперва поцеловал губы, а после начал опускать поцелуи ниже по шее. Чонин громко и глубоко дышал, а руками крепко держался за спину Хвана, не в силах контролировать свое сознание. Сейчас все было на грани реальности, одно движение и блондин упадет в бездну. Но там, в этой глубине, было так же тепло, как в объятиях старшего, так что Йен был готов прыгнуть туда, не раздумывая.       Хенджин не оставлял ни единый сантиметр на груди младшего без внимания. Хван был так жаден в поцелуях, что на бледной коже Йена расцветали яркие букеты отметин, а Ян прижимал старшего ближе к себе. Его пышные губы отражались яркими и не менее мягкими вспышками по всему телу, даже в кончиках пальцев. Хенджин перешел губами на ребра, терзая тонкую кожу не только устами, но и зубами, отчего оставались следы укусов. Чонин громко застонал, когда старший укусил особо сильно, но прикрыл это рукой, а Хван вернулся к его лицу и поцеловал в щеку.       — Прости, было больно? — спросил Хенджин, заправляя белые волосы Яна ему за ушки.       — Нет, все хорошо, — с улыбкой ответил младший и положил ладони на щеки парня. — Мне понравилось.       Хван улыбнулся ему и с нежностью поцеловал его уста. Хенджин отстранился и, сделав глубокий вдох, потянулся к прикроватной тумбочке. Старший открыл ящик и достал оттуда коробочку контрацептивов и бутылек лубриканта. Хван открыл флакон и вылил немного себе на ладонь, а младший почувствовал сладкий запах земляники, который моментально заполнил легкие сахарным осадком. Хенджин приблизился к лицу младшего, одаривал его губы и щеки мягкими поцелуями, а пальцами вновь проник внутрь его горячего тела.       Проход был и без того хорошо разработан, но старший продолжал монотонно расширять горячие стенки, едва оставаясь в здравом уме. Но чувствуя, как Йен раскрывается лучше с каждым движением, разума оставалось все меньше. Ян в свою очередь еле сдерживал свой голос, потому как каждое, даже малейшее движение, ощущалось ярче предыдущего. Эти мягкие и мелкие проникновения заставляли разум пустеть и младший не до конца осозновал, что все это действительно происходит.       — Чего ты такой аккуратный? — тихо произнес Ян. — Можешь…можешь войти.       Хенджин дьявольски красиво улыбнулся и накрыл изогнутые губы младшего поцелуем, попеременно целуя то верхнюю, то нижнюю.       — Тш, не спеши, — ответил старший. — Я не хочу навредить тебе.       — Ты единственный, от кого я точно не получу вреда, хен, — тихо сказал Йен и положил ладонь старшему на щеку.       Хенджин почувствовал взрыв яркого фейерверка в своей груди. Его губы и веки начали дрожать, а от чувств, которые разжигал этот светловолосый парень, стало еще жарче. Хенджин поцеловал младшего в лоб, а после потянулся к коробочке на тумбочке, но Ян его остановил.       — Не нужно их, — сказал Йен.       — Но я…       — Я доверяю тебе. Полностью. Я…хочу тебя почувствовать.       Хван не переставал улыбаться, а Чонин в это время нашел пузырек с земляничным гелем и слегка смазал свои пальцы. Блондин потянулся к возбуждению старшего и накрыл своей ладонью. Хенджин громко застонал, прижавшись ко лбу Яна своим, а младший мягко массировал его член, распределяя сладость вдоль горячей плоти.       Хенджин больше не мог терпеть. Сейчас желание достигло своего пика. Оно было таким сильным, каким не было никогда прежде. Лисьи глаза черного цвета сводили с ума, а прекрасная улыбка соблазняла еще сильнее. Старший сел вплотную к бедрам Яна и приподнял их. Парень смотрел ровно в темные очи, а руками сжимал ягодицы, чувствуя, как Йен цепляется за плечи. Эти глаза были столь же прекрасными, как и в первый момент, когда Хван их увидел.       — Ты ведь мой, да? — произнес Хенджин и приблизился к губам Яна, но не целовал их. — Мой же?       — Твой…только твой, — ответил Чонин, прижавшись к ярко-красным устам своими.       Хенджин мягко толкнулся внутрь распаленного тела, а младший громко застонал. Ощущение заполненности не с чем было сравнить. Упругие стенки раздвигала крупная горячая плоть, а благодаря гелю твердые мышцы казались нежными. Сердца обоих парней бились громко и тяжело в этом жаре. Сахарный аромат земляники заполнял легкие с каждым глубоким вдохом и дурманил еще сильнее. Хван начал неспешно двигаться, выстраивая ритм, а Чонин обнимал его крепче и старался громко не стонать, но каждое новое проникновение ощущалось ярче и мягче, что не могло не вызвать ответ в виде большого количества звуков.       Хенджин немного приподнялся, чтобы блондину было легче дышать, ведь почти чувствовал, как сжимались его легкие. Хван начал входить глубже, с каждым разом увеличивая скорость и силу толчков. Блондин чувствовал, как старший почти задевает ту самую точку внутри, но, словно желая помучить его, отстранялся от нее. Парень прикрыл ладонью свои губы, лишь бы не кричать слишком громко от этой пытки, но Хван потянулся к его руке и взял в свою. Оставив на ладони несколько поцелуев, Хенджин скрепил их руки в замок, а после толкнулся намного сильнее предыдущего, достигнув заветного места внутри Яна, а тот оглушительно вскрикнул, выгибаясь на мягкой постели.       Хенджин задержался в таком положении на несколько мгновений, желая для Йена как можно дольше этих ощущений, но от вида такого раскрытого, горячего и пламенного парня все отходило на дальний план. Хван начал быстро толкаться внутрь любимого тела, не сдерживая и свой низкий голос, который сейчас высокими нотами распространялся по комнате. Все быстрее и быстрее, сводя с ума не только себя, но и парня под собой. А Чонин двигался старшему навстречу, хоть дыхание давно сбилось, а сердце готово было взорваться.       Хенджин запустил руки под спину младшего и поднял его, усадив себе на бедра, а Йен ухватился руками и ногами за его тело. Хван не сбавлял скорость и проникал в блондина то резко, то мягко. Контраст таких движений сопровождался громкими и протяжными стонами от обоих. Старший так сильно сжимал тело младшего своими руками, что буквально чувствовал, как его ребрам не хватает места для вдоха, а его сердцебиение отражалось на собственной груди. Хенджин чуть ослабил объятия и положил Чонина на подушку, а губы и щеки одарил поцелуями. Парень слегка замедлил толчки, давая младшему время, чтобы перевести дыхание, но сам Йен приятнул к себе Хвана и накрыл его губы страстным поцелуем, не желая останавливаться.       Громкие стоны смешались с низким рычанием Хенджина, который совсем потерял здравый смысл. Хван прижал блондина к себе как можно ближе, лишь бы чувствовать его каждой своей клеточкой в момент, который был уже близок, ведь он чувствовал, как тело блондина в его руках сокращается. Ян крепко обнял Хенджина, а в следующий момент Хван толкнулся так сильно, что в глазах потемнело. Чонин громко вскрикнул, когда излился парню на живот, почувствовав, как внутри стало немного теснее и влажнее.       Старший словно все свои силы вогнал в Яна, так как свалился на него и безуспешно пытался восстановить дыхание, как и младший. Во рту неприятно пересохло, голова кружилась, а в ушах был шум. Хенджин весь дрожал и не мог пошевелиться, но чувствовал, как Чонин обнимает и гладит по волосам. За шумом яркого экстаза Хван смог различить невероятно громкое сердцебиение Йена и чувствовал, как каждый удар отражается на его щеке. Парень поднял голову и посмотрел на блондина, а тот мягко улыбнулся, хоть дышал по прежнему тяжело.       — Малыш…прости, я думал, что смогу сдержаться, — тихо произнес Хенджин.       Старший хотел подняться, чтобы Ян не задыхался под ним, но Йен притянул его к себе и поцеловал в губы с той нежностью, какую старший в нем так любил.       — Это было…невероятно, — сказал Йен, когда отпрянул.       — Я думал, с ума сойду, — ответил Хенджин.       — А мне показалось, что сошел, — усмехнулся младший.       Хенджин тихо засмеялся. Он потянулся в тумбочку и достал салфетку, чтобы вытереть живот Йена и его бедра.       — Ты был таким прекрасным, — сказал Хенджин, когда убрал салфетки. — Хотя нет, ты прекрасен в каждый момент своей жизни. Абсолютно всегда.       Чонин по-прежнему смущенно улыбался. Блондин обнял Хвана за плечи, а старший гладил младшего по спине и талии, глядя ему в глаза. Блаженство ярких ощущений теплыми волнами расходились по телу, успокаивая мышцы.       — Йен-а, можно я задам тебе вопрос? — спросил Хенджин, взяв Яна за руку.       — Да, конечно, — ответил Чонин.       — Но если не хочешь, то можешь на него не отвечать, — сразу добавил старший.       — Спрашивай, — улыбнулся Йен.       — А каким…каким был твой первый раз?       Чонин продолжал мягко улыбаться. Он приложил ладонь к щеке Хвана и тихонько гладил пальцами, выводил узоры и рисунки. Блондин опустил руку на его шею и гладил на ней кожу.       — Не таким…нежным, — ответил Йен.       Хенджин не смог сдержать улыбку и новый румянец. Он подвинулся к Яну ближе и поцеловал его сладкие губы.       — А…твой? — немного нерешительно спросил младший.       — Хм…если это сравнить со звездным небом, — поразмыслил старший, — то в первый раз я звезд вообще не видел, а сейчас целую галактику разглядел.       Чонин засмеялся вместе с Хваном, а последний легонько водил пальцами по спине блондина.       — А что было с твоим парнем потом? — спросил старший.       — Ничего, — ответил Йен. — Его выписали через пару дней и он забыл про меня. Не отвечал на звонки и сообщения и не навещал меня.       — О…прости, я не должен был спрашивать, — с грустными глазами произнес Хенджин.       — Все в порядке, — по-прежнему улыбался Ян. — Тогда мне было больно, но сейчас, благодаря тебе, я понимаю, что то, что было, не стоит никаких слез.       — Он не стоит даже твоего взгляда, — произнес Хенджин, крепче обнимая Йена. — Вот же…он просто…кхм, прости, я пытаюсь хоть что-то сказать, но у меня в голове нет слов, один мат.       Чонин засмеялся. Он поцеловал надутые губы Хвана и в это же время перевернул его на спину.       — Ты правда хочешь сейчас поговорить о моем бывшем? — с усмешкой спросил младший. — Или хочешь продолжить то, что мы начали?       Хенджин усмехнулся, а Ян сел сверху него и гладил его по груди.       — Определенно, второе, — ответил старший, поглаживая талию парня.       Чонин улыбнулся, а руками массировал плечи старшего. Сжимал крепкие мышцы его рук и груди. Массажные действия отвлекли Хенджина от того, что Йен сел чуть ниже парню на бедра, устроившись ягодицами на его члене. Хван тут же почувствовал, как все ниже пояса начало стягивать легкими судорогами. Ян хитро улыбнулся, ощутив это, и сам возбудился вновь. Но торопиться не стал.       Чонин ощупывал широкую грудь Хенджина, обводил пальцами выступающие ключицы и вены, которые налились кровью от жаркого томления, потому как блондин тихонько двигал бедрами, растирая тонкую кожу на горячем органе. Хенджин вцепился руками в бедра младшего и начал глубже дышать от подступающего жара. Черные хищные глаза следили за каждой эмоцией на лице старшего, который не мог их контролировать. Хван подталкивал блондина вверх, но тот лишь продолжал хитро улыбаться и дразнить тонкими пальцами его соски.       Хенджин дышал громче, а Ян щекотал его шею и грудь, оставляя искорки, которые только сильнее разжигали костер новых ощущений. Младший потянулся к лицу старшего и, поглаживая его щеки, накрыл его губы влажным поцелуем. Хван жадно схватил его уста, с силой втягивая своими. Парень словно вечность не целовал эти губы и старался насытиться как можно быстрее, но Йен сбавил его скорость мягкими движениями языка.       Чонин отлучился от разгоряченных губ и поцеловал старшего в щеку. Блондин улыбнулся Хвану, а последний от этой улыбки только сильнее поддавался жару. Изнутри словно на медленном огне закипало море, которое накрывало с головой. Чонин потянулся устами к напряженной шее Хенджина, оставляя мягкие поцелуи. Парень нежно исследовал чувствительную кожу, цепляясь за нее губами, а старший тихо стонал и сильнее сжимал тело блондина руками. Младший опускал поцелуи ниже, а на их местах оставались розовые следы. Парень следовал по шее ниже, целовал каждую родинку, которую встречал на пути, а их было много. Ян обводил их не только губами, но и языком, отчего Хван только ниже стонал и сильнее содрогался. Чонин оставлял ласковые поцелуи по всей груди Хенджина, а руками гладил до предела напряженный пресс и щекотал кончиками пальцев.       Одновременно с этим Йен растирал парню член ягодицами, а Хван поддавался вверх, прижимаясь возбуждением к проходу, но каждый раз соскальзывал. Старший был уже чуть ли не на последнем издыхании, а каждый его стон будто был мольбой прекратить такие сладостные мучения. В паху уже так гудело, что ноги сводило тягучими судорогами, а в легких не осталось воздуха.       — Йен-а…малыш…я так тебя хочу… — взмолился Хенджин. — Малыш, пожалуйста…       Йен целовал кубики пресса Хвана, а после начал поднимать поцелуи выше. Чонин припал губами к дрожащим устам старшего, целуя все так же мягко, а затем отстранился и улыбнулся. Младший выпрямился, а Хван слегка развел его ягодицы и направил свой член между них. Ян стонал вместе со старшим, а последний толкнулся вверх и вновь заполнил Йена собой. Блондин громко застонал, ощущая, как мышцы раздвигаются, и томная теснота становится только крепче. Парень медленно оседал ниже, ощущая каждый пройденный сантиметр всем телом.       Хенджин на несколько секунд забыл как дышать. От палящего огня кожа горела и покрывалась влагой. Хван вцепился в молочные бедра блондина, жмурясь от ощущений его жгучего нутра, и все-таки сделал вдох. Спасительный кислород помог слегка прояснить сознание и перед собой старший увидел самую прекрасную картину, какую когда-либо имел счастье наблюдать. Ян смотрел на него с улыбкой и глубоко дышал. Его серебряные волосы высохли после душа, но из-за влаги на лице и шее снова намокли и прилипли к вискам и лбу. Его точеные губы пылали вишневым оттенком и легко дрожали в до безумия соблазнительной улыбке. Высокие скулы отбрасывали мягкие тени на впалые щеки, а их острота тянула в себе так сильно, что старший был готов на любые раны, лишь бы коснуться такой изящности. По его бледному телу катались капельки пота и падали на такой же вспотевший торс Хенджина.       Младший потянулся к талии Хвана и мягко гладил, а вместе с этим начал не спеша двигать бедрами. Хенджин стонал от каждого его движения и двигался навстречу. Чонин сжимал мышцы широкой груди Хвана и начал двигаться чуть быстрее, заставляя старшего стонать громче и подрагивать всем телом.       Старший ощупывал каждый дюйм мягкого тела блондина. Гладил его живот и грудь, давил на соски, отчего Ян высоко стонал. Хван приподнялся и хотел перевернуть Чонина на кровать, но Ян уперся руками старшему в плечи и толкнул его обратно. Хенджин вскрикнул, ударившись о подушки, и большими глазами смотрел в темные глаза Йена, которые сейчас, казалось, полностью почернели.       Блондин несколько мгновений смотрел в ответ неистовым взглядом, словно хищный лис следил за своей добычей. Хван не переставал удивляться тому, каким необычайным может быть этот человек. Этот паренек не просто вскружил голову, а напрочь снес весь разум и полностью подчинил себе. Одного слова, даже дыхания будет достаточно и Хенджин будет готов положить весь мир к его ногам.       Ян уперся руками в грудь Хвана, ощущал быстрое сердцебиение старшего и начал активнее двигать бедрами. От сильных проникновений младший царапал кожу на груди Хенджина. Громкие стоны обоих парней смешались в тишине комнаты. Хван выгибался в сладостной истоме, ощущая невероятные волны упоения этим юношей. Движения становились быстрее, но в то же время были размеренными, заставляя ощущать подходящий взрыв наслаждения словно в замедленной съемке. Чонин склонился над лицом старшего и припал губами к его устам. Несмотря на его бурную страсть, поцелуй был нежным, как и каждое его прикосновение. Губы старшего растянулись в мягкой улыбке от понимания того, что они действительно идеально друг другу подходят, ведь стоило ему только подумать о любимых губах, как младший сразу прочитал его мысли и подарил ему поцелуй.       Ян отстранился и продолжил двигать бедрами быстрее. Хенджин скрепил их руки, поддавался вверх с силой, выбивая из младшего высокие стоны. Еще пара мгновений и блондин вместе с Хваном громко застонал, излив белесую жидкость на затвердевший пресс старшего, а тот кончил в этот же момент. Ян затих и закрыл глаза, а его руки обмякли и в следующий момент он начал падать на Хенджина, но последний быстро подхватил парня и аккуратно положил на подушку.       Сам Хван едва ли был в сознании. Он тяжело дышал и лежал рядом с Йеном, стараясь восстановить работу всех своих систем. Хенджин вытер свой живот, а после обнял Чонина и поглаживал его по груди. Старший подумал, что Чонин заснул, но Йен открыл глаза и искал глаза Хенджина. Встретившись взглядами, парни улыбнулись, а старший приблизился к Яну и мягко поцеловал его губы.       — Я был прав, когда говорил, что это будет лучшая ночь в моей жизни, — сказал Хван, поглаживая блондина по шее.       Чонин смущенно улыбнулся и усмехнулся, а его дыхание все еще было тяжелым.       — Кажется, сердце сейчас остановится, — тихо произнес Йен.       — Что? Тебе нехорошо? — старший распахнул глаза и сразу приподнялся, но младший его остановил.       — Нет, что ты, все в порядке, — с улыбкой ответил Ян. — Это я образно говорю.       — Фух, не пугай так меня, — выдохнул Хенджин и лег рядом, обняв парня за талию.       Чонин засмеялся и положил ладонь на щеку Хвана.       — Йен-а, почему ты скрывал это от меня? — спросил старший и слегка прищурился.       — Что скрывал? — произнес младший, нахмурив в непонимании брови.       — То, что ты такой страстный.       Чонин сразу покраснел и засмеялся, а Хенджин засмеялся следом.       — Я не…не страстный, — смущаясь, произнес младший.       — О, еще какой! — воскликнул старший. — Я чуть сознание не потерял, когда ты так резко меня толкнул, а потом вообще подумал, что совсем слечу с катушек!       Чонин засмеялся громче, краснея ярче. Хенджин лег сверху парня, обнял его крепче и целовал его щеки, щекоча волосами. Младший успокоился от смеха и обнял старшего за плечи одной рукой, а второй заправлял его светлые волосы за ушки.       — Готов продолжить ночь? — спросил Хенджин, оставляя невесомые поцелуи на щеках и губах младшего.       — Да, сейчас только…отдышусь, — ответил Ян и отвел взгляд. — Прости, чувствую себя столетним дедом.       — Значит, ты старше меня? Мне называть тебя хеном? Или оппой? Чонин-оппа, как тебе?       — Ужасно!       Парни вновь засмеялись. Посмеявшись, Хван приложил ладонь к груди Чонина над сердцем и мягко гладил, ощутив все еще быстрый ритм биения. Хенджин посмотрел в глаза Яну и улыбнулся, а затем поцеловал его горячие губы. Завлекая парня во влажный поцелуй языком, руками Хван следовал ниже, по груди и талии, ощупывая нежную кожу на чувствительных участках хрупкого тела. Хван отстранился от губ и потерся своим носом о носик Чонина.       — Я должен тебе кое в чем признаться, — тихо произнес старший.       — В чем? — так же тихо спросил Йен.       — Я…я хотел тебя все это время. Хотел быть с тобой в одной постели, почувствовать тебя, наслаждаться вместе с тобой. Наслаждаться нами. Но я не хотел, чтобы это снова произошло потому, что я так хочу. Я хотел, чтобы мы вместе к этому пришли.       Чонин улыбнулся Хенджину, поглаживая его щеки.       — И мы пришли, — сказал Ян. — Через дворец, лес и реку.       — Я буду рад пройти еще хоть миллион дорог, лишь бы оказаться в твоих объятиях.       Чонин почувствовал внезапный прилив тепла, будто всего прочего было недостаточно. Парень смотрел в большие темные глаза Хвана, гладил его щеки, а чувствовал только покой.       — Прости меня, — произнес младший.       — За что ты извиняешься? — удивился Хенджин, подняв брови.       — За ту мою истерику на вечеринке. Это было так глупо. Я повел себя как ребенок. И куда ушел только, в незнакомом то городе.       — Ты до сих пор об этом думаешь?       — Просто…это правда было глупо. Прости.       — Не извиняйся, — улыбнулся старший. — Ты, конечно, мой малыш, но совсем не ребенок. Нужно быть невероятно сильным взрослым, чтобы проходить все, через что проходишь ты. Я по сравнению с тобой просто первоклассник.       Чонин засмеялся, а Хван целовал его лоб, щеки и нос. Младший обнял старшего и водил руками по спине.       — Хенджин, можно тебя спросить? — сказал блондин, прикрыв глаза от поцелуев.       — Конечно, — ответил Хенджин и отстранился.       — С какого…с какого момента ты хотел близости?       Хван улыбнулся и, прижав к себе блондина, повернулся на бок.       — Наверное, с того момента, когда я снял тебя с бордюра на крыше, — ответил Хенджин, а Йен удивленно округлил глаза.       — Но это был ужасный и жалкий момент.       — Может быть. Но в тот момент я тебя и полюбил.       Ян почувствовал волну дрожи по всему телу. Парень сжимал кожу на спине Хвана и слегка царапал. В горле собрался тяжелый ком, который спустился в грудную клетку, оставляя после себя холодные следы.       — Хенджин, я… — Чонин опустил взгляд и хотел что-то сказать, но старший осторожно прикрыл его губы ладонью.       — Тш, не говори ничего, — с улыбкой сказал Хван, обводя изогнутые губы пальцами. — Давай лучше закончим нашу ночь.       Чонин улыбнулся и поцеловал пышные уста Хенджина. Парень хотел обнять старшего крепче, но тот отстранился и выпрямился над блондином, поглаживая его по животу. Чонин следил за каждым его действием, ощущая, как сердце разгоняется еще быстрее.       — Ты такой красивый, Йен-а, — сказал старший. Хван водил пальцами по впалому животу Чонина и ощущал его мелкую дрожь. — Я знал, что ты очень красивый, но чтобы настолько, даже представить себе не мог.       Хенджин опустился к груди Яна, поцеловал влажно и мягко. Хенджин облизывал кожу и втягивал ее губами, отчего были слышны чмокающие звуки. Хван глубоко дышал, всасывая бледную кожу, а затем обжигал шумными выдохами яркие следы. Чонин комкал простынь и тихо постанывал, пока Хенджин сжимал его талию сильной хваткой, притягивая к себе ближе. Парень растирал пальцами бока, оставляя на фарфоровой коже красные следы не только от губ, но и от рук.       — У тебя такая нежная кожа, — сказал Хенджин между поцелуями. — Я как будто целую бархат.       Хван приблизился к соску и накрыл его губами. Парень обводил его горячим языком, заставляя Чонина стонать громче. Хенджин отпрянул и хищно облизывался, глядя в полуприкрытые глаза Йена, а тот на мгновение испугался такого вида старшего, но в тот же момент почувствовал, как снова все мышцы стягивает узлами. Хван заметил, как парень возбудился, а у самого была такая же реакция. Хенджин потянулся рукой к возбуждению блондина и коснулся пальцами головки, отчего ноги Яна непроизвольно дернулись, а с его губ слетел пищащий стон. Хван подхватил ногу Чонина за щиколотку и поднес к своим губам.       — Хенджин… — прошептал Ян.       — Не бойся, малыш, — сказал Хенджин, поглаживая его ступню. — Я не сделаю тебе больно.       Хван мягко поцеловал щиколотку Яна и начал поднимать поцелуи выше по голени. Хенджин поцеловал колено младшего, а после наклонился к его бедру. Старший посасывал кожу на округлых бедрах младшего, сжимал их руками, а после потянулся рукой к его члену. Парень накрыл ладонью изнывающий орган и легонько водил пальцами по разгоряченной коже. Йен срывался на стоны и полукрики, крепко хватаясь за плечи Хенджина, а последний обводил языком бордовые следы на внутренней стороне его бедер.       Хенджин сжал член Яна сильнее, а блондин громче застонал. Старший начал водить ладонью вдоль ствола надавливал каждый раз на головку. Хван большим пальцем обводил кончик возбуждения, собирая естественную смазку, а затем отпустил и проник двумя пальцами в расслабленный проход. Горячие скользкие стенки легко поддавались движениям, а младший протяжно застонал, желая большего.       — Х-Хенджин…иди ко мне, — дрожащим голосом произнес Чонин. — Будь со мной. Сейчас…будь со мной сейчас.       Хван вынул пальцы и приподнялся над блондином. Хенджин с улыбкой смотрел в затуманенные глаза и заправлял светлые волосы назад.       — Я всегда буду с тобой, — ответил Хван перед поцелуем.       Хенджин сминал уста блондина и в это же время мягко вошел внутрь парня сразу во всю длину.       — Боже… — прохрипел Йен, вцепившись в спину Хвана.       Чонин быстро дышал, стараясь не потерять сознание от ощущений твердой плоти, которая своим нарастанием оставляла все меньше свободного пространства. Хенджин заполнил его быстро, но задержался в таком положении, желая как можно дольше ощущать это раскрытие.       — Внутри тебя так горячо, — прошептал старший блондину на ухо и легонько прикусил его. — Так жарко, что я, наверное, сгорю.       Хенджин целовал тонкую шею Яна, кусал мягкую кожу, оставляя красные следы, но тут же зацеловывал укусы. Хотелось покрыть все это прекрасное тело своими отметинами, подарить сотни и тысячи касаний и никогда не отпускать. Чонин приоткрыл глаза и взглянул в карие глаза старшего. Блондин сразу улыбнулся и накрыл маковые уста своими, оттягивая мягко и нежно.       — Не гори без меня, — произнес Ян, когда отстранился.       Хенджин улыбнулся шире.       — Никогда, — ответил старший и снова поцеловал парня.       Хенджин начал выстраивать ритм проникновений в напряженное тело. Но делал это медленно, каждый раз проходясь по стенкам от начала и до конца. Ян отпрянул от губ Хвана, чтобы глотнуть воздуха, потому как новые толчки сжимали все внутри и легкие в том числе. Старший не набирал большую скорость и монотонно входил в Йена, сильнее сжимая его бедра. Младший стонал протяжнее, в какие то моменты громче, когда Хенджин резко поддавался вперед, а сам Хван томительно мычал блондину в шею, на которой уже не осталось свободного места от укусов и засосов.       Хенджин слегка ускорил движения, но не позволял себе разгоняться, ведь этот ритм, схожий с волнами, накрывал их обоих. Каждая новая волна была сильнее и больше предыдущей. Пара секунд на глубокий вдох и они снова под толщей воды, которая своим блаженством обволакивает каждый участок на теле. Девятый вал совсем близко, но кажется, что никогда не настигнет. Но ни Йен, ни Хван не были против остаться в этом море как можно дольше.       Старший целовал Яну щеки, губы, нос и веки. Не оставил без поцелуя ни один сантиметр прекрасного лика. Младший все громче стонал, а упоминания всевышнего становились чаще. Хенджин толкался сильнее, но все с тем же волновым ритмом. Парень задыхался в стонах, в ушах звенело громкое сердцебиение, а царапины на спине только сильнее обжигали кожу, помимо горячего дыхания Яна, который уткнулся старшему в шею. Блондин то стонал, то шептал имя старшего, кусая его плечо, а из глаз хлынули слезы, но тут же высыхали на разгоряченной коже. Тела обоих парней начали сокращаться в пылком жаре. Мышцы сводило горячими судорогами, а дышали они с большими усилиями. Медленный экстаз накрыл парней в одно время теми самыми волнами. Блондин простонал имя Хвана, разливая на его пресс всего себя, а старший излил тепло внутри младшего, ощущая яркие вспышки новых царапин.       Оба сильно дрожали и не могли пошевелиться. Момент их эйфории казался вечным от того, что мышцы никак не отпускали судороги. Хенджин не мог вернуть сознанию ясность и единственное, что он смог сделать, это упасть рядом с Йеном. Старший еще пару мгновений созерцал любимые глаза, а после его одолел сон. Младший потянулся к нему дрожащей рукой и, коснувшись его шеи, заснул в этом море наслаждения.       Дрожь их тел прекратилась лишь через несколько минут, когда они крепко спали. Моменты этой ночи образовали нерушимую связь, которая невидимой нитью опоясывала их запястья. Эта связь более никому не подвластна, только им двоим.