Праздники и Планы Лечения/Celebrations and Treatment Plans

Квартира Каямы-сэнсэя была очень красивой: стены выкрашены в бледно-лавандовый цвет, полы из черного дерева, мебель — серебристо-белая. Все было выдержано в холодных тонах, но от этого казалось таким теплым. Над кофейником висели кружки с изображением животных, на журнальном столике лежала раскрытая книга по теории причуд, на дереве сидел маленький черный котенок, свернувшийся калачиком рядом с белым котом гораздо большего размера, висели фотографии Каямы-сенсея и других учителей, мальчика с голубыми, как облака, волосами и кота в смокинге. Изуку это даже понравилось. «Вот мы и дома, малыш! Дом, милый дом! Эти сонные малыши — Милк и Шоколад, Милк — маленький черный ангел, который будет обнимать тебя всю ночь, Шоколад — злобный белый ублюдок, за которого я готова умереть. У Шо и Заши есть Шоколадкина сестра Сажа. Где-то здесь есть Джинджерснап, он маленький оранжевый табби, у него нет глаза и лапки, но я уверяю вас, он может победить в рукопашном бою Всемогущего». «Каяма-сэнсэй, я уверен, что сильный ветер может победить Яги-сэнсэя в рукопашном бою». Каяма-сэнсэй тепло рассмеялась и взъерошила волосы Изуку. Она напомнила Изуку о том времени, когда Инко еще была Окаасан. Вся такая теплая, любящая и нежная, и он боялся, что все закончится так же. «Э-э, сенсей, я должен вам кое-что сказать». Он не мог скрывать это от нее, не мог рисковать, что она откажется от него из-за этого после того, как он будет привязан. «Это касается моей причуды, как я ее получил. Я не совсем ложноотрицательный». «Что ты имеешь в виду, малыш?» «Я просто отрицательный. Я без причуд, эту причуду мне дал кто-то другой». «Ты имеешь в виду…» Изуку прервал Каяму-сенсея, прежде чем она успела закончить фразу. Он никогда бы не стал работать с Все За Одного, и ему очень не хотелось думать о том, что она может поверить в это. «Нет! Нет, это не так! Я никогда не встречал Все За Одного до Камино, клянусь. Моя причуда называется «Один за всех», это передаваемая по наследству причуда, которая передавалась из поколения в поколение в надежде собрать достаточно сил, чтобы победить Всех За Одного. В день вступительного экзамена ее подарил мне Всемогущий. Он не хочет, чтобы я кому-то рассказывал, об этом опасно знать, но я не хочу обманывать тебя, если ты собираешься сделать все это для меня. Я не хочу привязываться к тебе, а потом потерять тебя из-за этого». Изуку смотрел себе под ноги, боясь реакции Каямы-сенсея на его слова. Он почувствовал, как чья-то рука нежно провела по его волосам, заставляя поднять голову и посмотреть на Каяму-сенсея. «Изуку, малыш, ты никогда не потеряешь меня из-за этого. Не сейчас, не через год, не через десять, не через двадцать, если бы ты не сказал мне об этом, если бы ты никогда не сказал мне. Мы теперь семья, а значит, ты привязан ко мне. Я никогда не оттолкну тебя, я взяла на себя обязательство, когда согласилась усыновить тебя, теперь ты под моей ответственностью. Мой сын, моя семья, ты сразу перешел к самому важному в моей жизни, и это не изменится. Я дала клятву любить тебя, заботиться о тебе, поддерживать тебя, несмотря ни на что. Я не нарушу эту клятву. Ничто и никогда не изменит, Изуку». Изуку не мог поверить в это, не мог понять: Инко бросила его при первой же возможности, но Каяма-сэнсэй не собиралась уходить? Что изменилось? Она знала, что он без причуд, знала, что «Один За Всех» — это просто факел, который он несет, и ей было все равно. Может быть, дело было в ней? Может быть, Каяма-сенсей была другой, не такой, как Инко, которая была доброй, любящей и замечательной, пока вдруг он не оказался недостойным. Может быть, Каяма-сэнсэй действительно была здесь, чтобы любить его беззаветно, как должна была любить Инко. Изуку не знал, как на это реагировать. Он никогда раньше не оказывался в подобной ситуации, когда его любили безоговорочно. Даже Каччан отказался от него из-за его причуд, когда они были маленькими, и его ненависть к Инко не пересилила его растерянность из-за причуд Изуку. Так что у Изуку не было ни прецедента, ни плана, которому он мог бы следовать. Он обнял ее. Без всякой причины, без продуманного ответа, просто так захотелось. Она обхватила его руками, и они прижались друг к другу между диваном и кухонным островом. «Нем!» Изуку позвал Немури с места, где он сидел с кошками, его ноутбук стоял на скрещенных ногах, чтобы он мог просматривать свою рабочую почту. «Да, Зу?!» Немури ответила из кухни, высунувшись из-за кухонного гарнитура, чтобы увидеть Изуку, но при этом не сводя глаз с кастрюли с макаронами на плите. «Филиал в Великобритании одобрен! Как только все будет готово, нам нужно будет отправиться в путешествие! Скорее всего, я буду выступать в Англии, так как мой английский лучше французского, и на данный момент это будут самые крупные филиалы». Немури улыбнулась Изуку, как всегда радуясь его успехам. «С нетерпением жду, когда все твои новые сотрудники увидят ужас, когда узнают, кто их босс~!» «Нем!!!» Изуку хныкал, но на самом деле он был не менее рад, хотя и по менее мазохистской причине. Это всегда было хорошей возможностью для обучения, чтобы показать новым сотрудникам, насколько ужасной стала дискриминация, пока им отказывали. Трудно отрицать, что дискриминация по причудам стала кошмарной, когда твой босс — взрослый человек с девяти лет. «На этот раз мы возьмем Бакуго?» На открытие южнокорейского филиала они не приехали, тётя и дядя в последний момент попросили о помощи, и Изуку не хотелось тащить Каччана в чужую страну вместе с Мэй без старших Бакуго в качестве барьера. «Так и должно быть! Мэй в этот раз не приедет, в британском филиале будут в основном медицинские и фармацевтические учреждения, наиболее продвинутой техникой Usamidori будет несколько протезов, они еще не одобрили ничего из линии поддержки, так что мы ждем этого.» «А у Hatsume Industries вообще есть филиал в Великобритании?» «А, нет, они так и не получили одобрения. Но если учесть, что они прислали несколько разработок Мей-тян, то, возможно, это их и отпугнуло». «Да, так и есть». Немури звонко рассмеялась. Прошло всего несколько месяцев, но Изуку чувствовал себя здесь как дома, и он полагал, что это результат того, что Немури действительно любит его. Прошла всего неделя, и Изуку сидел в самолете между Немури и Каччаном, его рабочий ноутбук был открыт и показывал письмо от Нацу. Нацу не узнал никого из троицы, но хотел спросить совета у своего коллеги, как справиться с ожогами. Изуку, конечно, узнал бы Тодороки Тойю и Тогу Химико где угодно, даже по тому неясному описанию, которое дал Нацу. Изуку, честно говоря, ожидал, что Тойя не скоро покинет Лигу: его мораль во времена самосуда не совсем совпадала с тем, что хотела сделать Лига, и Химико последует за ним, если он уйдет. Это означало, что Игучи и Сако, скорее всего, тоже покинули лигу или сделают это в ближайшее время. Бубаигавара был скорее дикой картой: то, что может заставить Тойю уйти, не обязательно будет беспокоить его, но его одержимость Химико может привести к тому, что он все равно уйдет. Конечно, оставались еще неизвестные игроки, которых Шигараки мог бы использовать, но, похоже, что его легкомысленное отношение к идеалам команды привело к тому, что он оттолкнул от себя большую часть сильнейших игроков. Курогири был арестован, Всех За Одного ждала казнь, Гигантомахия был навсегда переведен в психиатрическую лечебницу для людей с неконтролируемыми причудами. Единственным членом команды, который, безусловно, оставался у Шигараки, был его Доктор. Хорошие новости продолжали поступать: линия поддержки была предварительно одобрена в большинстве стран Великобритании, Франция попросила немного времени, чтобы договориться со своими техниками поддержки, но они надеялись. Изуку отправил Нацу примерную схему ухода за Тойей и попросил его рекомендовать назначить Изуку встречу с ним самим. Он также, надеюсь, вскользь, попросил предоставить больше информации о мальчике, которого он не смог идентифицировать. У него было ощущение, что именно он стал причиной раскола в группе. Он не ожидал, что получит в ответ имя, да еще такое, которое узнает. Но то, что он получил, дало ему ответы на все вопросы. Он был беспричудным, Шигараки, скорее всего, намеревался превратить его в ному, а Тойя этого не потерпел бы. Только не тогда, когда ему было всего пять лет, и у него были пушистые белые волосы и большие серые глаза, слишком похожие на одного из родных братьев и сестер Тойи, когда они были маленькими. Его мама собиралась сжечь остатки лиги дотла. Хотя Тойя, похоже, просто купил себе защиту Мируко, ограничив свои злодейства. Изуку было интересно, сколько времени пройдет, прежде чем он поймет, чьего ребенка он спас. «Что-то случилось дома?» Каччан наверняка заметил, как Изуку слегка усмехнулся. Но Изуку ничего не мог с собой поделать: такие маленькие связи всегда радовали его, свидетельствуя о том, что мир за пределами тебя продолжает двигаться и принимать собственные решения. «Лига злодеев только что самоуничтожилась из-за Усагиямы Хару. Я даю Шигараки еще час, пока его голова все еще прикреплена к телу». Каччан рассмеялся: Руми не брала пленных, когда дело касалось ее сына. Они оба знали, что на самом деле она его не убьет, его заберут к ночи, но она не станет его убивать. Это не оставило бы ему возможности научиться по-настоящему сожалеть о своих поступках. Новое письмо от Нацу заставило его нахмуриться: хорошие новости должны были где-то заканчиваться. «Химико потеряла сознание от голода, пока Нацу разговаривал с Тойей, она так и не поняла, что ей нужна кровь, чтобы жить, или ее специально морили голодом? Шигараки держал ее на грани голодной смерти, чтобы она не достигла достаточно здравого ума, чтобы понять, что она делает?» «Ботаник, что за херню ты несешь?» «Мы собираемся добиться оправдания Тоги Химико по всем ее преступлениям на основании жестокого принуждения и временного помешательства, и вы нам в этом поможете. Нам также придется найти решение проблемы ее потребности в крови, поэтому я собираюсь начать исследования в этой области. Возможно, мне удастся придумать синтетическую кровь, которая ей подойдет, но, как вы понимаете, это всегда зависит от конкретного случая. Надеюсь, ей нужны только питательные вещества, а не ДНК или квир-фактор, но суды могут не согласиться на более дорогое решение, даже если я буду покрывать ее постоянно». «Ты собираешься использовать начальную школу в качестве примера, не так ли?» Каччан оскалился, но Изуку знал, что он легко согласится, он не хотел, чтобы Химико страдала, как он до того, как Изуку придумал, как нейтрализовать большую часть нитроглицерина в его организме. Отделить химическое вещество и позволить сахару рассеиваться, пока он не выпотевает, казалось таким простым решением, но ни один консультант по причудам не додумался до этого, ни один врач, ни один ученый, ни одна компания поддержки не додумалась до этого, а Изуку нахмурился и сказал: «Разве нитроглицерин не похож на обычный сахар? Вот почему от тебя всегда пахнет карамелью». Все деньги, которые его родители бросили на решение проблемы, и все забыли о простом решении. Открытие прошло без сучка и задоринки, и все сотрудники были приглашены на праздничный ужин в новом месте. Все новые точки последовали их примеру, а в старых точках в течение недели устраивались собственные праздничные обеды — это всегда было популярно. Женщина, ответственная за это место, специализирующееся на протезировании и физиотерапии, в основном для лечения после травм, произнесла короткую речь о том, как она рада работать вместе со всеми, помогая людям, а затем представила Изуку. Изуку встал, улыбнулся толпе и слегка помахал рукой. «Приятно познакомиться с вами, меня зовут Каяма Изуку, и, как только что сказала Элиза-сан, я основатель Usamidori. Я знаю, что я, вероятно, не совсем такой, как вы все ожидали, я должен быть, по крайней мере, на несколько лет моложе, чем все предположения». Это вызвало несколько смешков, и он усмехнулся. «Я произношу эту речь каждый раз, когда мы открываем новое место, так что простите меня, если она покажется вам немного отрепетированной. Это время праздника, и мы все должны быть счастливы, что продвинулись дальше в достижении нашей цели — помогать людям. Но это не повод забывать, откуда мы пришли, закрывать глаза на коррупцию, которая царит вокруг нас. Для некоторых из вас эта коррупция становится очевидной каждый день, для других, я надеюсь, это откроет вам глаза». В зале раздалось несколько смущенных возгласов и несколько торжественных кивков, как и всегда. «Первый офис Usamidori Support открылся в Орландо, штат Флорида, около восьми лет назад, мне было девять лет. Из-за намеренно дискриминационных законов в Японии, которые действуют и по сей день, я также был юридически совершеннолетним. Дискриминация не умерла с рассветом причуд, как говорили вам ваши учителя истории. Расизм, гомофобия, сексизм — все они за последние несколько сотен лет резко изменились и практически перестали существовать. Но вместо них общество захлестнула безудержная дискриминация по квир-характеру. Детям внушают, что их ценность заключается только в их причудах, их называют будущими героями и будущими злодеями, бесполезными и даже нечеловеческими только из-за их причуд. Когда мы стали считать нормальным, что уровень самоубийств среди людей без причуд с каждым годом приближается к 100%? Когда мы допустили, что 90% детей получают информацию о том, какую работу они могут выполнять, основываясь на их причудах, а не на их навыках или интересах? А оставшиеся 10% пишут, что им сказали не искать работу, потому что их причуды или их отсутствие ничего не стоят. Когда это стало нормальным, что дети должны сами латать свои раны или прибегать к услугам нелегальных клиник в заброшенных магазинах? Когда мы позволили причудам стать важнее людей, которые их имеют? Чем больше добра мы сделаем здесь, в Usamidori, тем лучше, но это напоминание о том, что мы только начали. Мы не можем успокаиваться. Мы живем в такое время, когда законы о защите не распространяются на людей без причуд, когда совершенно законно можно убить человека из-за диагноза, который может быть даже не точным, когда ценность ребенка определяется героическим применением его причуды, когда пропадают дети в приемных семьях, и никто не задает никаких вопросов из-за их причуд. Мы должны это исправить. Давайте работать вместе и сделаем мир лучше для всех нас. Мы прошли долгий путь от дешевой красной краски на стеклянных дверях, символизирующей всю ненужную пролитую кровь, но нам еще предстоит пройти долгий путь. Я надеюсь, что однажды красный цвет Usamidori станет напоминанием о прошлом, а не о том, что еще происходит. Спасибо, что уделили мне время. А теперь давайте поедим, мы же не хотим, чтобы вся эта вкусная еда пропала зря». К тому времени, как они вернулись в Японию, Тойя и Химико должны были встретиться в клинике, и пока Немури и Каччан вернулись в общежитие, чтобы отоспаться от перелета, Изуку отправился в клинику. Сначала он встретился с Тойей, дав Химико немного времени, чтобы оправиться от голода. В данный момент она получала постоянную порцию крови из больницы, но Изуку был уверен, что придумал синтетическое решение, которое ей подойдет. Когда он вошел в палату, где находился Тойя, то не удивился, увидев, что молодой человек нервно оглядывается на дверь. «Добрый день, я доктор Каяма Изуку, рад видеть, что вы наконец-то получили помощь от своих травм». «Что за… Ты же пацан! На которого вечно жалуются! Какого хрена ты… Изуку оборвал его, он не любил обрывать пациентов, но видел, что Тойя накручивает себя. «Да, я тоже ваш врач и хороший друг двух ваших братьев. Нацуо еще не понял, что я его начальник, а я работаю здесь с шести лет, и я не надеюсь, что он сам догадается, кто вы такой. Здесь вы в безопасности, мы обязаны помочь, несмотря ни на что. Мы относимся к этой клятве гораздо серьезнее, чем большинство современных врачей. Что касается твоих ожогов, то тебе, вероятно, не очень понравится мое основное решение, но на данный момент это единственный выход. Тойя, как только ты выздоровеешь, я порекомендую тебе хороших консультантов по квиркам, которые помогут тебе безопасно использовать их, но до тех пор ты должен дать своему телу отдохнуть. Прекращение использования причуд не подлежит обсуждению, но кроме этого у тебя есть несколько вариантов лечения. Мы можем сделать пересадку кожи — с помощью небольшого образца кожи у нас есть технология, позволяющая, по сути, вырастить вам новый участок кожи. Мы можем удалить поврежденную кожу и позволить вашему организму попытаться вырастить ее заново, это будет более длительный и болезненный процесс, но он обойдется дешевле. Для меня, а не для вас, я не беру с вас денег за лечение, если Нацу еще не сказал вам об этом. Мы также можем оставить вашу кожу как есть, есть несколько очень хороших кремов от ожогов, которые я могу порекомендовать, у вас все равно останутся очень сильные шрамы, но это будет менее болезненно, и вам не придется находиться здесь так долго». Изуку закатал левый рукав, обнажив два одинаковых шрама от ожогов, один из которых совпадал с цветом его кожи, а другой был совершенно белым. «Вот как выглядят первые два шрама после полного заживления: более темный — недавний и является примером первого варианта. Светлый — более старый, пример второго варианта. У меня нет таких серьезных повреждений, как у Вас, которые я оставил бы без лечения, поэтому у меня нет примера третьего варианта, кроме фотографий. Вы хотели бы увидеть несколько сравнительных фотографий, пройтись по процедурам, поспать или просто принять решение сейчас?» Скорее всего, Каччан никогда не перестанет переживать по этому поводу, но именно поэтому Изуку был благодарен Каччану за те несчастные случаи, которые происходили с ним в детстве. Как правило, это помогало людям чувствовать себя спокойнее, когда у них был реальный пример того, чем может обернуться их выбор. «Я, блин, думаю, не могли бы вы объяснить процедуру? Не про крем, если я могу от них избавиться, то я хочу». «В любом случае, мы поместим вас под наркоз и будем делать все по частям. У вас слишком много поврежденных тканей, чтобы рисковать и делать все сразу. Для первой процедуры мы возьмем небольшой образец кожи, проанализируем его, чтобы увидеть все эффекты, которые ваша причуда оказывает на вашу кожу, и сможем воспроизвести их или уменьшить, в зависимости от того, что мы найдем, затем мы используем своего рода генетический 3D-принтер, чтобы сделать листы кожи, максимально приближенные к вашей собственной. С тех пор как я использовал себя в качестве подопытного, мы добились гораздо более точного определения цвета кожи, так что внешне она должна быть практически идентичной. После того как каждый лист будет готов, мы удалим поврежденные ткани и заменим их напечатанной кожей. Поскольку напечатанная кожа имеет практически идентичный с вашей собственный состав и поддерживается в живом состоянии в процессе ее изготовления, ваш организм сможет практически без проблем интегрировать ее в уже существующую кожу. По сути, это своего рода комбинация другой процедуры и трансплантации органов. При второй процедуре мы все еще будем печатать тип искусственной кожи, которая будет накладываться партиями, но она будет предназначена для прикрытия необработанной плоти на время заживления, а затем будет удалена. Так как мы будем использовать синтетическую кожу, это займет гораздо меньше времени и будет стоить значительно дешевле, но поскольку ваш организм будет отращивать всю эту кожу заново, процесс восстановления будет гораздо более болезненным». «И вы серьезно собираетесь не брать с меня денег?» «Да. Тойя, ты уже достаточно натерпелся». «Тогда первое. Я не…» Тойя с гримасой указал на свое лицо. «Они принадлежат Даби. Я не хочу, чтобы они следовали за мной, больше не хочу. Лига зашла слишком далеко, я начинаю думать, что она зашла слишком далеко». «Так и было, но теперь ты выбрался. Теперь с тобой все в порядке. Хочешь, я приглашу к тебе твоих братьев и сестер, маму? Теперь, когда Энджи в тюрьме, он больше не может причинить вам вреда». «Нет, пока нет, пока я в таком состоянии. Просто, ты можешь сказать им, что со мной все в порядке?» «Конечно. Я собираюсь поговорить с Химико, может быть, вы хотите что-нибудь сказать?» «Не называй ее фамилию, не упоминай Лигу. Н-нацу сказал, что она не очень хорошо помнит последние несколько лет, пожалуйста, не заставляйте ее учиться». «Спасибо, всего хорошего, Тойя. Скоро придет медсестра, чтобы взять образец кожи». Прошло совсем немного времени, и медсестра направилась в палату Тойи или к Химико. Поскольку она была несовершеннолетней, всего на полгода старше самого Изуку, ее поместили в другое крыло. В каждой палате были отдельные отделения для разных возрастных групп, и их часто критиковали за то, что они ввели не только одно педиатрическое отделение. «Приятно наконец-то познакомиться с вами, Химико-чан, я доктор Каяма Изуку, и я буду заниматься вашим долгосрочным лечением». «А ты не слишком молод для врача?» «Да, я на несколько месяцев моложе тебя. Обещаю, что я полностью квалифицирован, чтобы заботиться о вас, Химико-чан, меня бы не назначили, если бы я не был наиболее квалифицирован для ваших нужд». «Хорошо, а почему доктор Нацуо больше не здесь?» «Нацуо все еще здесь, обещаю. Он, скорее, ваш лечащий врач. Я специалист, только с большим количеством специальностей. Я буду заниматься ожогами твоего друга Тойи и помогу тебе найти решение для твоей причуды, которое подойдет именно тебе». «Может, мне просто пить кровь животных?» «Теоретически это может сработать, но, скорее всего, ты будешь испытывать постоянный дефицит питательных веществ, что со временем может негативно сказаться на твоем здоровье. Ваша причуда не действует на животных, а значит, ваше тело рассчитано на работу с человеческой кровью. Я изучал ваш фактор причуды до того, как попал сюда, и, насколько я понял, ваша причуда лучше всего действует на людей с причудой, и совсем не на животных без причуды. Теперь, когда я могу увидеть вас лично, мне придется провести несколько тестов, но я полагаю, что вашему телу нужна причудливая человеческая кровь». «Значит, мне придется возвращаться сюда за едой вечно?» «Нет, Химико-чан, я делаю все возможное, чтобы ты этого не делала. Ты не единственный человек, чья причуда привела к тому, что кровь стала требовать питания, и у нас есть способы сделать синтетическую кровь, которую ты сможешь пить вместо нее. Нам просто нужно знать, какие питательные вещества нужны конкретно вашему организму, чтобы знать, что в нее добавлять, сколько вам нужно и как часто. Нам нужно будет провести несколько тестов, а затем я попрошу вашу медсестру дать вам различные синтетические образцы крови, которые я придумаю, и попрошу вас рассказать мне, как вы себя чувствуете после каждого из них и есть ли какие-либо заметные эффекты. Как только мы получим стабильный раствор и восстановим ваше здоровье, вы будете готовы к работе. Я хочу, чтобы Вы и в дальнейшем регулярно приходили ко мне, чтобы мы могли обсудить, как все работает, и убедиться, что ничего не нужно менять. Это будет работать так, как будто мы даем Вам экспериментальное лекарство, поэтому некоторое время нам придется поддерживать тесную связь, но когда мы убедимся, что все в порядке, Вам нужно будет просто забирать кровь или высылать ее по почте, как рецепт. Все понятно, все хорошо?» Химико кивнула и улыбнулась. Она выглядела совсем иначе, чем та злодейка, которая столько раз нападала на него и его друзей. Ее светлые волосы были распущены и легкими волнами лежали на плечах, а несколько прядей были заплетены за головой. Она казалась намного меньше в толстовке Usamidori Medical, которая была на ней. Он почувствовал, что действительно защищает ее. Он не ожидал этого, но сейчас его уже ничто не должно было удивлять. У Изуку было много работы: компания, которой нужно управлять, пациенты, о которых нужно заботиться, несколько очень связанных судебных дел, которые нужно было начать. Но он был счастлив делать это, и он знал, что его друзья и семья помогут ему на этом пути. Вскоре Тойя Тодороки вернулся в свою семью, и вскоре семья взяла девичью фамилию Рей. Неожиданным поворотом событий стало то, что семья Химура приняла в свои ряды и Шимуру Тенко, потерявшего большую часть памяти вскоре после казни Все За Одного. По общему мнению чиновников, Все За Одного не смог так сильно развратить Тенко, как это было задумано, а использовал некую причуду промывания мозгов, чтобы мальчик вел себя так, как ему хотелось. Тога Химико была принята в семью Бакуго и зачислена на курс общего образования в качестве первокурсницы и личной ученицы Исцеляющей Девочки. Она хотела помогать людям, как это делал добрый доктор, ставший для нее чем-то вроде псевдобрата, который нашел для нее способ жить нормальной жизнью даже с ее потребностью в крови. На втором курсе, помогая Восстановительнице во время спортивного фестиваля, она пробудила в себе причуду, открыв способность определять состояние здоровья человека, когда она в него превращается. Спиннер и мистер Компресс оставались на свободе, но ни одно из зарегистрированных преступлений не совпадало с их почерком, и Изуку был почти уверен, что новый сотрудник одного из его филиалов техподдержки — это Спиннер с волосами, окрашенными в сине-зелёный цвет. Курогири, получив информацию о состоянии Тенко и своей собственной прошлой жизни, согласился на то, чтобы его перемотала Айзава-Ямада Эри, которая за последние несколько лет стала очень уверенно обращаться со своей причудой. Ширакумо Оборо был усыновлен Каямой Немури и очень избалован ею и своим новым старшим братом Каямой Изуку. Айзава-Ямада Камикири мечтала стать и про-героем, и майко, и семья ее горячо поддерживала. Хитоши наконец признался в своей влюбленности в Изуку, и хотя оба они согласились, что терапия превыше всего, они все же начали встречаться. В свой восемнадцатый день рождения Изуку провел пресс-конференцию, посвященную Usamidori, подтвердив свою роль в компании и объяснив, как она появилась. Благодаря тому, что общественность была на его стороне, были отменены сотни причудливых законопроектов и политик, проведено расследование деятельности школ, социальных работников и всего ГКОБ, и большинство из них были признаны не соответствующими стандартам. Usamidori получила лицензию на создание официальных больниц, а не многочисленных недискриминационных клиник. В ГКОБ была проведена почти полная чистка и пополнение кадров, общественность была шокирована изменением рейтингов в обществе. Было запрещено упоминать в официальных изданиях какие-либо подробности о подпольных героев, и они были полностью исключены из рейтингов. Большинство из первой десятки были либо арестованы, либо резко понизились в рейтинге, в первой десятке остались только Мируко, Бест Джинс и Ястреб. Ястреб был новым номером один в первом рейтинге, но в тот год он взял отпуск, а Мируко заняла его место и оставалась номером один в Японии до тех пор, пока Изуку не занял ее место через три года после окончания школы. Рейтинг, основанный на реальной полезности и героизме героев, резко снизил уровень коррупции среди героев, ведь коррумпированный герой теперь был разоренным героем. Мир начал меняться к лучшему, и все это благодаря одному маленькому зеленому кролику.