Глава 30. Иголка в стоге сена

Я слышу, как недовольно бурчит Вито, не застав меня на рабочем месте. Усмехнувшись этому, я вижу, как распахивается дверь в его кабинет. Он замирает на пороге явно не ожидав меня увидеть у себя. Я сижу за его столом, удобно устроившись в кожаном кресле босса. На столе лежит вся рабочая документация, которую он мне поручил. Закинув ножки на стол, я улыбаюсь. — Добрый вечер, мистер Пазо или… — я поворачиваю острым носом туфли часы к себе, — лучше сказать, доброй ночи… Витторио молчит. Он неспеша подходит к столу, попутно снимая с себя пиджак. — Я выполнила всю работу, — говорю сладко, тяну каждое слово, — абсолютно всё… Поднявшись из кресла я делаю шаг в его сторону и облокачиваюсь об угол стола. — Но только вот… Я ушла со своего рабочего места без вашего разрешения, — я наигранно охаю, — какая же я плохая сотрудница, Вы ведь приказали мне ждать Вас. Он ухмыляется. Подойдя ко мне в плотную, он шепчет. — Ты играешь с огнём. — Ты тоже, — я улыбаюсь. — Боюсь кому-то придётся проиграть, милая, — его тело касается моего, — кому-то придётся подчиниться. — Ну так попробуй. Подчини меня себя, — во мне бурлит желание, — давай поставим точку. — Давай, будь готова быть в моей власти… — его шёпот горяч. Ухватив меня за талию, он резко разворачивает меня спиной к себе и укладывает на стол. Его ладони скользят по моим бёдром, а потом резко вверх. Пальцы мужчины обвивают мою шею. — Ждёшь наказания, да, дорогая? — он шепчет у самого уха, прижимая меня грудью к столу. — Давно этого ждешь? — простанываю я, когда чувствую, как Вито крепко сжимает мою шею. — Очень, — тихо тянет он, — за все твои шутки… Подняв меня со стола, Витторио целует меня в шею, а его руки сжимают мои бёдра с такой силой, что мне и больно, и приятно одновременно. От его горячего дыхания по коже бегут мурашки. Я таю в его руках, чувствую, как он расстегивает мою блузку и с нетерпением отбрасывает в сторону, стянув с меня. Усадив меня на стол, смахнув все документы на пол, он продолжает целовать меня. Усыпает всю мою кожу поцелуями, а после касается губ. Так горячо и сладостно от этого напора. Я не отступаю. Путаюсь в его волосах пальцами, не позволяя отстраниться от себя ни на секунду. Я хочу его… Хочу всего… Он поспешно расстегивает свою рубашку, и я помогаю ему её снять. Его губы касаются моей шеи, потом всё ниже и ниже… Сняв с меня брюки, я чувствую его поцелуи внизу живота и уже не сдерживаю стоны. Я знаю, что дом пуст. Я могу себе позволить, как следует расслабиться. Когда звенит бляшка его ремня, я уже настроена, как следует. Ему хватает пары движений, чтобы я расплылась в удовольствии на этом чёртовом столе. — Да, боже! — стону я. Пусть он всегда так вымещает свою злобу на мне. От каждого нового толчка я теряюсь в омуте блаженства. Я чувствую, как напрягаются его мышцы, как его горячее тело касается моего. Его хриплые стоны, которые возбуждают меня ещё сильнее. Слегка приподнявшись я шепчу мужчине. — Пошли в комнату, я хочу показать тебе всё… Он лишь ухмыляется моим словам, но просьбу выполняет. Я лежу на груди Вито, вырисовывая на его коже узоры кончиком пальцев. Мужчина курит, поглаживая меня по голове. Тишину комнаты нарушает лишь тяжелое тиканье часов. — Поли… — шепчет Вито, потушив сигарету. — М? — Не спишь? — После такого не заснёшь, — улыбаюсь я. Он усмехается. — Я хотел спросить тебя. — Конечно, спрашивай. — Кто я для тебя? Я задумчиво молчу. Действительно… Кто? — Ты, мой босс… — растерянно отвечаю я. — Всего лишь босс? — А кто я для тебя? — я приподнимаюсь, прикрыв оголённое тело одеялом, и смотрю на него сквозь темноту, — всего лишь секретарша или просто девочка, которую ты смог утянуть в свои сети? — А я смог? — он ухмыляется. Я вздыхаю и сажусь в кровати, отвернувшись от мужчины. — Лисёнок, — его теплые пальцы касаются моей оголённой спины. — Да? — Я люблю тебя… Я замираю. Эти слова словно током проходятся по всему моему телу от чего я даже вздрагиваю. — Что? — Говорю, что люблю тебя, лисёнок, — он поднимается следом, и я смотрю на него. — Ох… — растерянно тяну я и смущённо улыбаюсь, — ты первый. — О чем ты? — он недоумевает, — в каком смысле первый? — Ты первый, кто сказал мне эти слова… Обычно мужчины говорят мне о том, как хотят меня или какая я горячая… — Ни за что в это не поверю, — Вито приобнимает меня за плечи и укладывает на подушку, — Ты ведь такая девушка… Неужели даже Алекс не говорил, что любит тебя? — Алекс… Это что-то неземное для меня. Он был нежен со мной, ласковым и заботливым. Говорил мне много теплых слов, но я никогда не слышала этой фразы… Я люблю тебя. Знаешь, я привыкла быть желанной, а не любимой. Я сильнее прижимаюсь к мужчине. А могу ли я любить? Может я тоже могу лишь желать? — Вито, прости… Я пока не могу сказать тех же слов в ответ. Мне нужно подумать. — Я не тороплю тебя, лисёнок. Это довольно важные слова, — он обнимает меня, — спокойной ночи, милая. — Спокойно ночи, Вито. Остаток ночи я так и не в состоянии уснуть. Все эти мысли словно душат меня.

Люблю. любовь…

Эти слова, эти чувства крутятся вокруг меня словно пчелиный рой. Когда стрелка часов едва переваливает за пять, я осторожно выскальзываю из объятий спящего Вито и выхожу из комнаты. Собрав свои вещи почти по всему дому, я ускальзываю из него вслед за ночной дымкой. Холодный душ помогает взбодриться, а раскрытый шкаф, открывающий вид на мой беспорядок, заставляет отодвинуть чувственные мысли в сторону.

Что же мне надеть?

Этот вопрос всегда перекрывал все остальные мысли в моей голове. Посмотрев на серый мир за окном, я достаю из ящечка красные плотные колготки и того же цвета водолазку, а следом откапываю из небольшого завала черную шерстяную мини юбку. Посмотрев на часы, понимаю, что любовь оно конечно дело важное, как и секс, но никто вчера в порыве страсти не удосужился дать мне выходной, поэтому пора на работу. Накинув на плечи черную шубу и натянув ботфорты, я выхожу на улицу. Мелкие снежинки уже начали свой хоровод, плавно спускаясь на землю, укрывая всё вокруг белоснежным ковром. Витрины магазинов уже начинают пестреть рождественскими украшениями, а из кофеин уже доносится аромат глинтвейна. Сев на своё рабочее место, я отсчитываю пять щелчков секундной стрелки и в кабинет входит Вито. — Доброе утро, — он останавливается у моего стола. — Доброе, — киваю я, отводя от него взгляд. — Почему ты ушла? Даже не предупредила… — в его голосе слышится лёгкая обида, но вида он не подаёт. — Ты так крепко и сладко спал, что мне не хотелось тебя будить, — я улыбаюсь, стараясь разрядить обстановку. — А мне, показалось, что ты просто сбежала, — он фыркает. Я пожимаю плечами и слегка кручусь на стуле. — Какой мне толк? Ты ведь из-под земли меня сможешь достать. Положив передо мной блокнот, Вито слегка наклоняется ко мне: — Займёшься им? — Конечно, — я улыбаюсь. В ответ Витторио быстро касается моих губ, утягивая меня в свою нежность. Боже, ну зачем ты так делаешь? Зачем ты дурманишь меня, мой дорогой? Мне не хочется отстраняться от него, не хочется прекращать это плен. В кабинете босса раздаётся звон телефона. — Пора идти, — от тихо шепчет, тяжело вздохнув. Я лишь киваю и отворачиваюсь, чтобы вновь не попасть в его капкан. День сегодня, как в тумане. Люди снуют туда сюда, мелькая в моих глазах словно тени. В голове шумят мысли, они бьют меня по вискам, заставляют забыть о себе и обо всём вокруг. Я даже не сразу понимаю, что осталась совсем одна. Проходящие люди и приходящие звонки хоть немного отвлекали, а сейчас я совсем наедине с собой. Вновь вспоминаю прошедшую ночь и слова Вито. Люблю… Такое громкое слово. Он правда чувствует это ко мне? Может, если бы не любил, то и не терпел бы так? Я любила Алекса. Он был первым к кому я испытала это искреннее чувство, но та любовь была другой. Она вызывала другой трепет, другие мысли… Что же Вито? Мы с ним катаем друг друга на этих чертовых качелях, пытаемся уйти, но не уходим. Нас тянет друг к другу, и эта тяга вызывает во мне совсем другие чувство. Большее, чем просто привязанность… Я не поднимая головы, расписываю ежедневник босса. Услышав тихое шуршание рядом, я невольно отрываю взгляд от страниц и замечаю на столе большой букет розовых лилий. — Боже… — Нравится? — Вито улыбается, забирая блокнот из моих рук. — Красота, — восхищенно вздыхаю я, — Спасибо. — Я не смог выдержать твоего удручённого настроения. Решил хоть немного поднять его. — У тебя хорошо получается, — я достаю из-под стола стеклянную вазу, — куда бы поставить… Он не отвлекает меня, пытается уйти. — Вито…— я прижимаю вазу к груди. — Да? — он замирает в дверях, с лёгким трепетом, смотря в мои глаза. — Я люблю тебя…— я шепчу эти слова и чувствую, как от смущения горят мои щеки. Он улыбается, а я стеснительно отвожу взгляд. — Я тоже люблю тебя, милая, — Витторио преклоняется через стол и целует меня в лоб. Сказав это, он удаляется к себе. Боже, я это сказала… Сказала ему эти слова. Смотря на Вито, я действительно понимаю, что люблю его. Да, наша любовь странная, но может ей просто нужно ещё время? Набрав воды, я ставлю букет в воду. — Ой, какая красота, — в кабинет заходит Лиза. — Привет, дорогая. — Приветик, — я с теплотой улыбаюсь девушке и крепко обнимаю. — Наконец-то выбралась из офиса. Уже не могу там сидеть. — От серой массы нужно иногда отвлекаться. Будешь чай? — Не отказалась бы. А босс у себя? — Угу, — я достаю чашки из ящечка. — Пойду передам ему, — она указывает на папку в своих руках, — а то никак не могу с командировок донести. Через пару минут мы уже пили чай, сидя в столовой. — Кстати, а от кого такая роскошь? Ты нашла себе очередного поклонника? — Элизабет хитро улыбается. Вот же, а мы ведь совсем не обсуждали можно ли говорить об этом… — Да, поклонник. Не забивай голову, — отмахиваюсь я, — а как у тебя дела на личном фронте? Лиза смущённо пожимает плечами. — Не знаю… — Крис говорила, что ты была в Эдинбурге, — я много значительно подмигиваю. — Не спрашивай… — девушка печально опускает взгляд, — мне, кажется, я просто много надумала себе. — О чем ты? Мне, казалось, мистер Рид очень заинтересован тобой и Пазо не препятствует ему, значит доверяет. — Я пробыла в Эдинбурге почти неделю. Мы увиделись раз, выпили кофе и всё… Он толком даже не смотрел на меня. Через пол часа он уже уехал, и я осталась с Эваном. Всё эту неделю я с ним и пробыла. Хотела поговорить с Марком, но он даже не уделил мне минуты. — Вот как… Думаешь у него кто-то есть? — я подливаю ещё чай. — Уверена, — постучав ноготками по чашке, она неожиданно воодушевилась. — Да и черт с ним. Я молодая, красивая девушка. За мной толпы бегают, а я зациклилась на каком-то хмуром дядьке. — Вот и правильно, — я киваю, — это мужчины должны забивать нами головы, а не мы ими. От разговора нас отвлекает спустившийся Витторио. — Отдыхаете, дамы? — босс явно куда-то собирается. — Обеденный перерыв, — ухмыляюсь я. — А Вы куда уезжаете? — Лиза задумчиво хмурится, смотря за спину босса, где Альфред спускает небольшой чемодан. — Мне позвонил мистер Рид, сказал, что нашел двоих из нападавших на Поли. — В Шотландии? — удивляюсь я. — На границе. Нужно съездить. Не хотите, девочки? Мы с Лизой переглядываемся. Я вижу, как мысли о встрече с Марком её душат. Вряд ли ей хотелось бы сейчас побывать рядом с ним да ещё и при таких раскладах. — У меня завал в редакции, — отнекивается она. — А я поеду, — поднимаюсь я из-за стола, — мы можем заехать ко мне? Я соберу вещи. — Конечно, — кивает босс, — Лиза, дорогая, давай мы отвезем тебя домой. Я давно не ездила на поездах. Стук колёс убаюкивающе дурманит. Я подвигаюсь к Вито, который что-то читает. Заметив это, мужчина приобнимает меня за талию и притягивает к себе. — Как себя чувствуешь? — Всё хорошо… Слушай, я хотела спросить… — Конечно, милая. — Так мы, получается, теперь… пара? — чувствую какое-то детское смущение от этих слов. — Получается так, — он говорит непривычно серьёзно, — ты моя девушка. — Это так странно звучит, — замечаю я и сажусь ровнее. — Почему же? — Витторио посмеивается, видно повеселевший от моего недоумения, — ты слишком молода, чтобы я назвал тебя своей женщиной. Я ухмыляюсь. — Просто неожиданно. Не находишь? — Поли, милая. Жизнь столько раз провожала нас разными дорогами, а что в итоге? Вывела вновь на одну тропу. Я не считаю наш союз странным. Я считаю его хорошим итогом этого сложного года. Мы оба столько натерпелись, разве не можем быть просто счастливыми? Я смотрю в его глаза. В лучах солнца они напоминали туманную дымку, в которой было легко заблудиться, но я осознала, что совсем не прочь в них плутать. Я очень даже счастлива заблудиться в туманной чаще, ведь там я не одна, там я спрятана от опасности. Спрятана от тревог и забот, спрятана от боли и переживаний. — Заслуживаем, — шепчу я. Он улыбается и крепко обнимает меня. Утопая в его объятиях, я кладу голову ему на плечо и смотрю в окно. Там проносятся города, леса и поля. Мы проезжаем по мостам через реки и небольшие озера. Я смотрю на серое небо, там через густые облака пытаются пробраться солнечные лучи. Они уже не греют, но зато дают надежду на лучшее. — Вито, — тихо зову я. — Да? — А мы будем говорить им? Он молчит какое-то время. — Давай сохраним небольшую интригу? Они узнают, я уверен. В этом доме всегда нужно быть начеку. Мы приезжаем в Эдинбург ближе к ночи. Марк предоставил нам небольшую квартиру вместо отеля, где мы и располагаемся. — Никогда не была в Шотландии, — я оглядываю тёмную улицу, пока мы дожидается когда подготовят автомобиль. — Здесь, довольно мрачно. Англия более красочна, — Вито поправляет воротник моего пальто, прикрывая шею, — у тебя есть время надеть шарф. — Ну он сюда не подходит… — А ходить с голой грудью на морозе очень подходит? Поддавшись его строгому взгляду, я всё же заматываюсь в шарф, и мы отъезжаем дальше. Через полтора часа мы оказываемся в приграничном городе Гранта, где в одном из проулков среди старых домов нас дожидаются Марк и Эван. — Доброй ночи, — улыбается Марк, выдыхая сигарный дым, — как доехали? — Дорога была прекрасной, — отвечаю я с приветливой улыбкой. — Смотрю полиция здесь уже поработала, — Вито кивает в сторону жёлтой ленты и пожимает Риду руку, — трупы уже увезли? — Да, как только нашли, — Марк указывает в сторону проулка, приглашая к месту преступления. Пока Марк и Вито что-то обсуждают я чувствую, как Эван подхватывает меня под руку. — Всё так плохо? — тихо спрашиваю я. Тусклого света фонарей хватает, чтобы увидеть весь ужас этого темного закоулка. — Одного буквально замуровали в стену, — Эван указывает на дырку в стене, прикрытую мусорным ящиком, который в свою очередь заляпан кровью. — А второй? — чувствую, как по затылку бегут мурашки. — Сейчас собирают в морге, как пазлы…— он крепче прижимает меня к себе, — нормально себя чувствуешь? — Да…— подойдя немного ближе к жёлтой ленте и потянув за собой парня, я чувствую, как в нос ударяет запах сырости и гниющей плоти, от которого начинает воротить. — В стене осталась часть ноги, — заметив мой помутневший вид, отмечает парень, — гниёт уже… — Ужас… — Так-так, хватит страшилок на ночь, — приподняв меня за талию, Витторио отставляет в сторону подальше от злополучного места, — я так понимаю, намёка на третьего нет? — Нет, — Марк устало вздыхает, — мы всё тут перерыли. — Ладно, поехали тогда в морг, — Вито тянет меня к машине, но я упираюсь. — А можно я не поеду? Не нравится мне это место. — Можешь остаться в машине, дорогая, — Марк открывает заднюю дверь своего авто, — мы не будем заставлять тебя. — Или ты лично хочешь покопаться в том баке? — усмехается Эван, кивая в сторону окровавленной мусорки. — Эван, — строго осаживает Марк племянника, — я смотрю в тебе слишком много инициативы. — А может я лучше отвезу Поли в бар? Здесь есть одно хорошее место, а вы пока поработаете? — Не много тебе отдыха? — усмехается Рид, — Ты вообще должен был уже отправиться домой. Если твоя мать узнает оторвёт голову и тебе, и мне. — Эван прав, Поли хватит страшных картинок. Пусть пока отдохнут. А мы послушаем заключение…— Вито кидает парню ключи от машины, — на тебе вся ответственность, дружище. — Не волнуйтесь, джентльмены, дама будет в полном порядке, — открыв мне переднюю дверь машины, которую предоставили нам с Вито, Эван жестом приглашает меня. — Позвоните, как будете свободны, — тихо прошу я, смотря на Вито, — и прошу вас… Будьте осторожны. Зная вас, попасть в неприятности шансы у нас довольно равные. Они посмеиваются, и мы разъезжаемся в разные стороны. Эван привёз меня в бар «Голова Королевы», где царит суматоха. Мужчины и женщины громко обсуждают свои планы на грядущий день, результаты прошедшего матча и бытовые проблемы. — Голодна? — спрашивает меня Эван. — Не особо. Хочу выпить, — я улыбаюсь, и парень тянет меня к барной стойке. — Дружище! — парень подзывает бармена, и скоро перед нами оказываются закуски и пиво. Эван выбирает безалкогольное, ещё ведь за руль. — Расскажи, что там такого интересного есть? — спрашиваю я, сделав глоток из бутылки. — От них явно избавлялись, как и от прошлых. Но у того, которого разрубили на части не до конца уничтожили татуировки. — У них тоже татуировки? — удивляюсь я, — вот почему этих людей нет в базах… Стерильны, чтобы нельзя было отследить. — Да, часть какой-то банды… С символом птицы. — Птицы? — Угу, не знаю, что за птица, но на его руке точно было крыло. Перья и всё такое. — Вот как. Очень интересно, — я задумчиво катаю в пальцах орешек, — как думаешь, где их база? — Черт знает… По всей Англии разбросались. И что же у нас есть? Банда избавляющаяся от своих людей если они плохо сделали свою работу и остались замечены, их символ это птица, а в числе этих людей есть те, кто хорошо знают каждого из нас. Я стою у зеркала, причёсывая волосы. В квартире нам подготовили две комнаты, но я выбрала комнату Вито. Почему-то у него всегда теплее и кровать удобнее. — Боже, наконец-то сон, — из ванны выходит мужчина в одних лишь пижамных штанах, а на его плечах висит сырое белоснежное полотенце, на которое падают мелкие капли с ещё мокрых волос. Я хитро провожаю его взглядом через отражение и ухмыляюсь. — Знаешь, ходить в таком виде рядом со мной, всё равно, что дразнить тигра куском свежего мяса. — Тоже самое я могу сказать и о твоём наряде, — он усмехается, кивая в мою сторону. Я смотрю на свою шелковую сорочку на тонких лямках, которая наверняка тихо молилась Богу с трудом прикрывая мою пятую точку. — Схватила, что первое попалось под руку, — оправдываюсь я — В таком даже спать стыдно, — фыркает Вито. — Хочешь я буду спать голая? Так будет совсем не стыдно. Бог нас создал нагими. Он посмеивается и, расправив постель, хлопает по подушке. — Я хочу, чтобы мы легли спать, лисёночек. Уже светает, а мы ещё ни в одном глазу. Отложив расческу, я скольжу в холодную постель, но в его объятиях на холод простыней мне совсем наплевать. Мы пробыли в Эдинбурге ещё день. Витторио с Марком встретились с Оливером. До дел и разговоров меня не допустили. Сказали, что приключений с меня хватит, но почему-то решили отправить меня гулять по городу с Эваном. Опрометчиво. — Почему и тебя не взяли? — спрашиваю я у парня, когда мы остановились в небольшой кофейне. — Знаешь, мы с тобой ровесники, но моя мать считает меня мальчишкой. — Понимаю, — я фыркаю, вспоминая отца. — Так вот, она изначально была против того, чтобы я помогал Марку в делах, а когда она узнала, что за головами верхушек идёт охота вообще сначала решила запереть меня куда подальше и побезопаснее. После сжалилась, но с Марком поругалась. А дядя мать мою любит и ругаться с ней не хочет. Поэтому ругается со мной и выпихивает меня ото всюду, лишь бы мама была спокойна. Я задумываюсь. Что если эта же причина преследует и Элизабетт? Что если Марк специально отворачивается от неё лишь бы не доставить еще больше проблем? — А тебя чего отправили в мою компанию? — А я — «хочу, чтобы ты не переживала ни о чем. Врач сказал — тебе вредно волноваться». — Ох уж эти отговорки, — фыркает Эван и протягивает мне готовый кофе, — пойдём, я покажу тебе Эдинбургский замок…

***

В столовой как всегда царят тепло и уют. Мэри заботливо разливает по изысканным фарфоровым чашкам чай, аромат которого заполняет всю комнату. — Хочешь поедем сегодня ужинать в ресторан? — спрашивает мужчина, когда горничная удаляется на кухню. — Это намёк на свидание? — Посмеиваюсь я. Он улыбается. — Что-то вроде того. Знаю, ресторан довольно банально, но зато безопасно. — В последнее время даже дома не безопасно, — грустно вздыхаю я, — кстати, как там дела с Клоузом? Его нашли? — Пока нет… Никто не думал, что он может пойти против меня. Мы с ним столько работаем вместе и тут это… — Видимо кто-то сумел предъявить ему весомые аргументы против тебя… Меня перебивает, забежавший в столовую, Том. — Мне только что позвонили! Сказали, что нашли третьего! — сам ошарашенный новостью парень растерянно поглядывает то на меня, то на босса, — он у нас. Живой, но покалеченный… — Боже… — пораженно вздыхаю я — Где он? — Вито поднимается из-за стола. — В доме… Нам хватило минут тридцать, чтобы добраться до небольшого загородного домика. Лес встречает нас промозглой сыростью, от чего я ёжусь и посильнее прячу нос в шарф. — Давно у нас офис в лесу? — я топчусь на месте от холода пока нам открывают дверь. — В городе не всегда уместо избавляться от людей, — усмехается Том. Замок щелкает, и мы попадаем внутрь. В доме пусто. Толком нет никакой мебели, а шторы наглухо завешаны, даже уличной серости невозможно попасть в дом. Парочка крепких мужчин заводят нас в пустую комнату, по-видимому гостиную. У окна пристегнутый к батареи сидит знакомый мне парень. Самый длинный из тех ребят. Но выглядел он… Очень ужасно… Правая часть его лица сползла в одно неразборчивое месиво, словно кто-то сжал расплавленный пластилин. Часть его губы совсем исчезла, от чего стала видна челюсть. Он болезненно мычит, выкручиваясь всем телом. — Вы постарались? — строго спрашивает босс у одного из мужчин. — Нашли таким, — пожимает плечами он. Парень в наручниках перестаёт стонать. Я ловлю его обезумевший от страха взгляд. Момент и в его глазах вспыхивает ярость. Он со всей силы дёргается в мою сторону. Испуганно вскрикнув, я прячусь за Вито. Я чувствую, как мышцы Вито напрягаются и после громкий выстрел. — Уймись, — шикает он в ответ на болезненные стоны заложника. — Тварь! — надрывается парень, — рыжая сука! Он зол на меня… Из-за того что не смог убить или из-за того, что его нашли? А может… Проблема куда глубже? Я выглядываю из-за спины мужчины. Том держа парня за шкирку усаживает назад на пол. — На твоём месте я бы не раскидывался словами, чтобы не умирать мучительно, — голос босса становится ледяным. Он слегка отступает в сторону, показывая меня парню, — знаешь эту девушку, значит? — Шалава портовая! — продолжает он кричать в мою сторону. Вито хмурится. Он делает уверенный шаг к нему, явно желая наказать за грубые слова, но я его останавливаю. — Он тогда совсем не сможет говорить, — шепчу я. — Получается знаешь… — поддаётся моим словам мужчина и останавливается, — и, наверняка помнишь, что ты со своими дружками пытался с ней сделать? Ваша инициатива или кто-то дал такой приказ?! Парень молчит, продолжая разъярённо смотреть на меня. В этих глазах видны обвинения. Они не просто из-за того, что он попался, а из-за чего-то другого. Он винит меня в смерти своих друзей? Наверняка и не только в этом… — Отвечай! — рявкает Вито. — Я убью её! Убью эту рыжую тварь! Убью так же, как из-за неё были убиты все! Чтобы ты сдохла мучительно! Он продолжает посыпать меня грязью, совсем ничего не стесняясь. — Поли, милая, — Вито приобнимает меня за плечи, — выйди, подыши свежим воздухом. — Там холодно, — шепчу я. Он смотрит мне прямо в глаза с мольбой. Он в ярости, но держится, чтобы не напугать. Стянув с себя шарф, мужчина накидывает мне его на голову. — Мы недолго, милая, — вновь тихо просит Вито. — Хорошо, — сдаюсь я и выхожу из дома. В лесу морозно. Иней покрыл траву и сырые доски ступеней. Окинув взглядом могучие сосны, я поднимаю глаза к небу. Подумать только, столько всего произошло за этот год. Каждый раз открывая глаза после сна, я боюсь, что это это может быть лишь сон. Почему боюсь? Ведь столько потрясений и перемен было в жизни, что другой человек, наверное мечтал бы, чтобы такая жизнь улетучилась дымкой с первыми восходящими лучами солнца, но… Это ведь часть моей жизни, часть моей истории и меня тоже. Страшно, больно, обидно, но ведь не всё так мрачно. В этом пугающем мире есть много счастья. Семья, любовь, друзья… Вот она жизнь, такая какая она есть на самом деле. Со взлётами и падениями. У каждого они разные, но… от этого не уйдёшь. Оторвавшись от мыслей, я смотрю на наглухо закрытые окна, и неуютно ёжусь. Этого парня сильно потрепало. От него явно пытались избавиться, как и от других ребят, но как он сбежал? Может, его специально отпустили? Кто-то с нами играет, а может… Это нами играют? Словно фигурами на шахматной доске. Кто я в этой игре? Пешка или более значимая фигура? Какую роль исполняет этот парень? Подсказка? Я тяжело вздыхаю, выпуская пар изо рта. Шерстяной шарф Вито греет голову, но не ноги. Почему я решила, что мини-юбка это хорошая идея? Решив немного согреться, я шагаю за дом, где замечаю старенький серый Land Rover, полностью тонированный. Видимо парнишку привезли на ней. Интересно, где его нашли. Подойдя ближе, я задумчиво разглядываю автомобиль и замечаю застрявший в багажнике кусок ткани. Присмотревшись я отмечаю дорогой блеск. Шёлк? Потянув за край я достаю обрывок ткани. Небесно-голубой оттенок с элементами росписи. Черный, белый и красный цвета. Рассматривая обработанный край я понимаю, что скорее всего это был платок, но что-то я не видела ничего похоже на парне, а его явно везли в багажнике. В кармане пальто я нахожу зажигалку и, вытащив из оборванного края несколько нитей, поджигаю их. Те медленно загораются, оставляя после себя запах паленой шерсти. — Натуральный… — шепчу я пораженно и тушу нити. Платок из натурального шёлка не самая дешевая вещь в гардеробе. Помню мама привезла мне такой платок из Китая с ручной вышивкой почти за пятьсот евро, а ведь он был не особо большим. Вряд ли уличный бандит потратит на такую вещь деньги. — Поли! Я вздрагиваю от неожиданности и прячу кусок ткани и зажигалку в карман. — Вито, — я оборачиваюсь на голос, но замираю, увидев мужчину. Он был без пальто. В одной лишь рубашке. Белая ткань забрызганная кровью. — Нам нужно ехать, лисёнок, — он закуривает сигарету и я замечаю его разбитые костяшки всё так же в крови. Я молча подхожу к нему. — Не замёрзла? — он закусывает сигарету. — Ты его убил, да? — тихо спрашиваю я. Он поглядывает на свои руки и, подойдя к бочке у стены, опускает руки в ледяную воду. — Да, — отчеканивает он. — Он сказал что-нибудь? Вито кивает, пытаясь отмыть руки от крови. — Ну хорошо. Вряд ли его ожидала бы другая судьба. — Он это заслужил, лисёнок. Я его еще пожалел. Позволил умереть быстро и без мучений. Я вздыхаю и снимаю с себя шарф мужчины. — Холодно, милый, — шепчу я, накидывая шарф на шею Вито. Он улыбается. Потушив сигарету, он слегка наклоняется ко мне и целует мимолётно, но так нежно. — Ты случайно не проголодалась? Уже время обеда. — Очень сильно… Я бы съела что-нибудь из Италии. Вито посмеивается. — Я тебя понял. Поедем в ресторан. — В таком виде? Милый, ты весь в крови! — Скажем, что это дизайнерская задумка. — Босс, мы едем?! — зовёт Том, явно пытаясь нас найти. — Едем, — кричит ему в ответ Вито. Витторио переоделся в кабинете ресторана. Умиротворённая атмосфера заведения успокаивает. — Так, что он рассказал? — спрашиваю я, откидываясь на спинку кресла. — Сказал, что не знает кто их заказал. Какой-то мужчина, но он не главный, — отвечает Том. — Его семью убили, — Вито задумчиво смотрит в окно, — и тех ребят… Он сказал, что они долго дружили. Сказал, что их словно скот загнали в угол и поймали. Увезли и потом расправились над теми парнями. — Тот парень, которого нашли в баке. Врач ведь тогда сказал, что он умер намного раньше другого, — с пониманием киваю я, — а его семья? — Убили за не выполненный заказ, — вздыхает Том. — А он сам, как выбрался? — Говорит везение, — Витторио наливает себе воды, — выпал из машины, когда их везли на убой. — Кстати, ты никого не узнал в его описании? — спрашивает Том, обращаясь к боссу. — Намекаешь на Гобана? — хмурится тот. — Кто это? — недоумеваю я. — Раньше был близким партнёром Донага Хорана. Вместе работали когда Донаг делил с Оливией землю, — объяснил мне Том. — Думаете во всех делах замешан Донаг? — я достаю хлебную палочку, — какой толк? — Вот именно, что никакого… — Фыркает Пазо. — Мы зашли в тупик… Если ещё рассматривать и нападение Клоуза, то мы окончательно укусили себя за хвост. Я задумчиво молчу, но вдруг вспоминаю о куске ткани в своём кармане. — Я нашла кусок шелкового платка. Торчал из багажника машины за домом, — я достаю маленькую улику из кармана пальто, висевшего рядом. — Интересно, — Том забирает кусок из моих рук, — никто из ребят подобным не пользуется. — Это натуральный шелк с явно ручной росписью. Китайская ручная работа очень ценится, поэтому будет стоить прилично и многие девушки заказывают их у лучших мастеров Китая. — Вот как… Каким же образом он мог туда попасть? — Вито рассматривает ткань. — А нашим ребятам точно можно доверять? — я вжимаюсь в спинку кресла. — Не они нашли парня и запихнули в багажник. Теодор вроде, — Том достаёт мобильник, — позвоню-ка я им. Пусть приведут парня на разговор. — Теодору кто-то отдал этого парня? — уточняю я, смотря в след отходящему от стола Тому. — Возможно, — кивает Вито, — как вариант — обладательница этого чудного шарфа. — Кем тогда она может быть? Самая главная или ещё одна нитка к голове? Наш разговор прерывает официант, который принёс нам обед. — Кушай, лисёнок, не забивай себе голову. Но не забивать себе голову было сложно. Ночью я сижу за ноутбуком, пытаясь найти хоть что-то похожее на найденный мой обрывок. Дело гиблое, как и поиски иголки в стоге сена, но ведь можно попытаться? Вряд-ли бы платок сделанный на заказ смогли бы так бесчеловечно порвать. — Нет… И это нет… Неожиданно я натыкаюсь на статью. — Открытие китайского бутика в Дублине… Ах! На фотографии я вижу Оливию с пожилой китаянкой. Хоран держит в руках коробочку с голубым шелковым изделием с изображением ласточки. — Подарок Вэй Луань главному спонсору Оливии Хоран… Это может быть он, но… Как об этом узнать? Откинувшись на спинку кресла, я смотрю на настенные часы. Два часа ночи. Я слишком долго над этим сижу. Может, я просто надумала себе это? Телефон гудит, а я с невольной улыбкой смотрю на розовую малютку. — Алло? — поднимаю трубку я. — Чего не спишь? — А ты? — я хитро протягиваю, — опять пьян? Вито посмеивается. — Не спится просто. Слишком много мыслей за день. А ты чем таким важным занята? Пытаешься найти шарфик? — Будешь смеяться, но да… И мне, кажется, у меня есть зацепка, — я вздыхаю, — Вито, у Оливии точно есть голубой китайский шелковый платок. Он молчит пару секунд, а потом неожиданно говорит: — Я могу приехать? — Конечно, — улыбаюсь я, — мои двери для тебя всегда открыты. — Отлично, а то боюсь, что завтра буду звонить тебе в Дублин, — посмеивается он. — Думаешь, я зря на этом зациклилась? — расстроенно отвечаю я. — Нет, не зря, но ты сильно этим увлеклась. Тебе следует отдохнуть и набраться сил, а не сидеть до поздна. — Возможно, ты прав… — Дай мне минут двадцать и я буду. Часы уже показывали четвертый час, а я всё ещё не спала. Вито, который пытался меня убаюкать уснул первым, а я так и продолжала лежать на груди, слушая биение его сердца. Не выдержав больше лежать, я поднимаюсь с постели и, накинув халат, ухожу на кухню. Налив воды, я сажусь в кресло у окна. Найстбридж — спокойный район. Тихо и дружелюбно, казалось даже птицы здесь щебечут по расписанию. Красиво, но как-то чужеродно. Глядя в окно меня часто окутывала тоска по дому. Мне его не хватало. Мне не хватало своей комнаты с видом на море, маминого сада и большой комнаты где мы все собирались воскресными вечерами. Интересно, как мои близкие отреагирует обо всём, что я пережила? О моей любви? Дядя Ди всегда говорил «Птенец когда-то улетает из отчего гнезда. Так нужно, иначе он всегда будет птенцом». И он прав. Пока я дома я остаюсь ребенком. Маленькая принцесса, милая По… Всегда нуждаюсь в помощи, всегда под опекой мамы и папы. Я должна была уехать и это факт, а моя скука по отчему дому неотъемлемая часть этого важного шага.