ПЕРВАЯ ЧАСТЬ: “Интерес и смущение”.

Тёмная комната, освещенная ярким, белым, лунным светом. Прерывисто лучи луны уходил из поле зрения, так как ветер игрался с кроной деревьев и лунными лучиками. В данной комнате проходил очень важный обряд, как для меня, так и для Орочимару. Санин использовал запретную технику Тобирамы Сенджу — Второго Хокаге, которая называлась: “Эдо Тенсей”. Если проще: “Техника Частивого Воскрешение”. Я была явно поражена силами и умениями Орочимару, ведь этой техникой могли пользоваться далеко не все шиноби. Комната была расписная. В ней красовались различные рисунки, надписи и росписи. Помещение, в котором состоялся весь обряд, была уже убита жизнью. На вид она была загадочной и таинственной. Камни изредка сыпались на холодный пол, тем самым создавая мистическую и немного пугающую атмосферу. И вот, передо мной появились все люди которых я ждала... Первый Хокаге — Хаширама Сенджу, мужик с которым можно повеселиться наповал. Разговорчивый и добрый человек. Бог Шиноби. Второй Хокаге — Тобирама Сенджу, младший брат Хаширамы. И господи, какой он идеальный и великолепный... На внешний вид и характерные черты. Не каждая девушка сможет такого увидеть и в принципе поговорить с ним. Какой же он прекрасный, изумительный! Исключительная личность среди всех остальных. Правдивый, серьезный, харизматичный и суровый политик Конохи. Божечки, как же я его люблю! Третий Хокаге — Хирузен Сарутоби, здравый мужчина, в уме и в форме. Очень мудрая и важная личность. Можно поговорить на различные темы и мысли. Четвёртый Хокаге — Минато Намикадзе, молодой мужчина, красивый и очень-очень умный! Как-никак Желтая Молния Конохи. Великолепный и прекрасный деятель. Смотря на всех мужчин, я поражалась каждой секунде. Не могла поверить самой себе. И тут же я тихо-тихо, неуверенно промолвила... - Здравствуйте, судари. Вы пришли в мир живых для очень важного дела. Все Хокаге постепенно оклемались и глядели то на меня, то на Санина. Орочимару же стояли позади меня, на него падали белоснежные лунные лучи. Он глядел с ехидной улыбкой на все события. Намеренно скрывал свое удивление, не хотел показаться сильно эмоциональным. Тут же кое-кто, а именно Хаширама Сенджу неторопясь ответил мне. Я впервые услышала голос Первого Хокаге... Он был изумительным и здравым. - Здравствуй-здравствуй, девчонка. Как видно, я воскрес, как и другие. Хах, какое важное дело у тебя, что нас аж воскресили? И вообще, где я... Чуть слипшиеся веки открылись сквозь такое количество времени. Повязка, тело и все обмундирование потрескалось. На удивление мех и волосы остались светлыми и относительно чистыми. От поднятого ветра пряди немного колыхались, а взгляд остался все таким же непоколебимым. Тяжёлая длительность жизни в боях. Военные миссии с кучей атак, измотанные пустые договоры. Наконец создание единой, мирной, процветающей деревни и, кажется, покой. Период наставника, своя команда, целостная власть. О чем можно мечтать дальше? Разве что благородная смерть. Такую получил Тобирама на своём последнем задании. Спасая своих товарищей, он — Тобирама Сенджу, был награждён верной смертью. И не больше и не меньше. Это золотая награда лично для него... “Пора, брат, пора. Туда где за тучей белеет гора...”. И вот опять, спустя пару десятков лет глаза вынуждены открыться. Осознание своего положения, тела и каждой клетки работает все реже. Мозг насыщается забытым вкусом кислорода. Светловолосый и другие начали оглядывать мрачное помещение контрастом. Двигаться не получалось, словно забылось, каково это. Орочимару, что смирно наблюдал, получил и свою дозу внимания от всех Хокаге. Тобирама единственный, кто впервые минуты, после возрождения ничего не произнёс, как его предшественник и приемники. Он будто совсем не удивился происходящему, угрюмость и нахмуренные брови не сходили с его лица. Парень лишь стоял и наблюдал, скрестив руки на груди. Его позабавило, как его старший отреагировал на информацию о том, что пятым Хокаге была его внучка - Цунаде. Тобирама не разделял той настольгии, счастливых или не очень воспоминаний о прошлом или настоящем, как его ближайший родственник. И тот факт, что Хаширама старший, и носит гордое звание "Бог Шиноби"- не мешает Сенджу заткнуть ему рот, и не один раз. Взгляд Тобирамы зацепился за девушку, которая говорила всем воскресшим для важного дела. Тоби расслабил мышцы лица и рассмотрел незнакомку буквально за несколько секунд. Девушка показалась ему ну уж очень миниатюрной. Внутри Хокаге посмеялся, насколько она, вероятно беспомощна. Тобираме не составило труда подметить, в каком непередаваемом восторге была незнакомка от всего происходящего. Говорила с каким-то восторгом, взволновано и смотрела на Всезнающих горящими глазами. Возможно, это заметил только один из возрождённых. Через время когда все Хокаге оживились и начали с друг другом разговаривать, я впервые услышала голос Второго — Тобирамы Сенджу. Голос был изумительным и очень серьёзным. Было видно что Второй Хокаге был здравым мужиком. Я же опять каждую секунду покрывалась лёгким, слегка видным румянцем. Мне было тяжело стоять и дышать, так как чувства были полностью смешанные. Божечки, как же я в своей душе сейчас кричала! Даже не так сильно и ярко когда Сакура или Ино видели Саске Учиху. “Я вижу и слышу Второго Хокаге! Он на меня только что посмотрел! Какая удача! Божечки!” — И это все думала пятнадцатилетняя девочка, как видно она была без ума влюблена в сорокалетнего мужчину. “Когда же мой брат уже закроет свой рот… Эта девушка… Никогда раньше не видел её. Хотя сколько меня здесь не было, я много кого не видел… Судя по внешности и одежде она из клана Нара… Должно быть, умная и хитрая девчонка. Интересно. Голос у неё дрожит ну уж очень забавно”. Второй Хокаге легко читал интонацию людей, и решил проверить к кому из всех восставших у неё особое отношение, и есть ли оно. Он редко заострял внимание на ком-то. Был сдержан, холоден, прагматичен. Полная противоположность старшего брата. Также Тоби разграничивал время, которое он тратил на людей. Если человек не представлял для него выгоды, либо же избранным, которых можно посчитать по пальцам одной руки. Холодность стен в гробнице можно было сравнить с суровостью лица и температурой сердца Второго Хокаге. Его закрытая поза и взгляд были непоколебимы. Через время, когда все Хокаге с друг другом познакомились, я решила тоже представиться, ради приличия. - Меня зовут Изумо Нара, я джинчурики восьмихвостого — Гьюки, мне пятнадцать лет. Мне очень приятно с вами познакомиться... Вы сюда пришли для одного дела... Повторюсь. Сейчас идёт Четвёртая Мировая Война Шиноби. Так же, Мадару Учиху воскресили. Младший Сенджу внутренне "порадовался" своей интуиции, ведь до того, как девушка представилась, он думал о клане Нара. Было в ней что-то… Похожее на эту их сомнительную рассудительность. “У всех бывают в жизни сложные моменты. Но быть джинчурики восьмихвостого в столь малом возрасте… Сколько же в ней силы… У неё определённо либо большое будущее, либо она загубит свой талант, и потратит его на бесполезные вещи”. “Интересно, она в курсе, что я отчётливо вижу её реакцию на мой взгляд? Хах… Похоже я не безразличен ей больше остальных. Или она просто заинтересована моим внешним видом. Забавно”. Таким же обыкновенным взглядом я смотрела на всех Хокаге, за исключение одно из них. Я глядела на одежду, позу, глаза, рот Тобирамы... Все это мне казалось таким необычным и интересным. А особенно я хотела разгадать что у этого мужика в душе и в голове. Что он вообще по настоящему сейчас чувствует? В особенности меня... Мои румяна с каждое секундой становились все краше и краше, все краснее и краснее! я попросту не могла сдержать свое смущение на шлейке, такова была я и мой характер. Хотя при желании этот её интерес мог заметить любой, ведь на бледноватой коже румянец был видео отчётливо. Когда по лицу девушки покатились слëзы, Тобирама поднял левую бровь, не отводя взгляда, слегка исподлобья. Ему была непонятна такая реакция младшей из клана Нара на происходящее. “Все такие сентиментальные, меня сейчас стошнит”. И правда, я была довольно сентиментальным человеком. Я даже сама не понимала, почему именно так..?! Ведь это ужасно! В душе я хотела быть такой же, как Тобирама-сама! Такой же серьёзной, честной и правдивой..! Но у меня, к сожалению это получалось с большим трудом, с большой натяжкой... С моих щёк начали катиться солёные реки и озера — я начала плакать, так как не могла больше сдерживать свои бурные эмоции. Достав из своего кармана маленький платочек, я начала вытирать свои горькие слезы. Не хотела показаться слабой для всех людей передо мной, а особенно для Второго. - И-извините..! Извините, простите... Я совершенно не хотела плакать. Хаширама — старший братец, внимательно следил за Тобирамой. Видел как он почти, что не отводил и взгляда от девочки. Сенджу старший думал: ”А что будет, если мой брат влюбится в эту девочку по имени Изумо? Хотя... Хотя — да, все может случиться!”. Но после мысли, что этой Наре всего пятнадцать, его мысли резко оборвались. Но один мужчина заволновался моим грустным состоянием, а это был Минато. - Ох, Изумо, девочка, прошу не плачь..! Ты несёшь на себе огромную ношу, я тебя прекрасно понимаю, так как моя жена являлась тоже джинчурики девятихвостого. И война — это очень серьёзное дельце, свои эмоции и правда сложно не скрывать, так что не извиняйся, прошу. После к словам Четвертого подключился и Сенджу старший. - Четвёртый прав, Изумо! Лучше не надо так извиняться, все хорошо. Но вот Мадара... С ним мы разберёмся. Думаю, нам уже нужно отправляться на поле боя. - Эй. Изумо. Посмотри на меня. Когда я услышала голос уже знакомого мне мужчины, я прервала, свой плачь, ведь сам Тобирама обращается ко мне! - М..? Что такое, Тобирама-сама? Я Вас потревожила..?! Тоби отгородил всех остальных Хокаге от неё. Мужчина подошёл к девушке, и присел на корточки. Разница в росте была большая, и так она заметно сокращалась. - Ну чего ты тут развела, м? - Взял он было её за влажный от стекающих слез подбородок и повернул голову к себе. У меня сразу же вспыхнуло ой как много различных эмоций и чувств! Было такое необычное чувство, как будто я сейчас упаду в обморок. Но когда Второй подошел, пристроился около меня и пристроил меня как нужно, я совершенно не возражала ему. - Оу, Вы за этим... Не заостряйте на это особое внимание... Еще немного пошмыгав, я попробовала успокоиться. Вроде как еле-еле получилось. - Сама сказала - идёт война, нужно быть собраннее, несмотря на все трудности. До тебя и после тебя будут те, кто понесёт ту же ношу, что и ты, а может и тяжелее. Ты хоть и маленькая ещё, но если здесь находишься - будь сильной. Тобирама взял из её рук платок и вытер оставшиеся слезы, после чего отдал кусок ткани обратно хозяйке. Он посмотрел на неё взглядом мягче, чем обычно, и встал в полный рост, как был до этого. - Да, Вы полностью правы, Тобирама-сама..! Я буду пробовать себя сдерживать. Так что пока я Вас вижу, я буду стараться много не плакать, обещаю. В моей легкой и беззаботной душе появился огромный комок надежды, а на лице воцарила радостная, солнечная улыбка. Взяв платочек в свои руки, я спрятала ткань цвета хаки подальше от своих рук, не хотела его лишний раз еще мочить солеными водами. - Редкий случай, когда я с тобой, Хаширама, соглашусь. Нужно выдвигаться, а то нас сюда не общаться воскресили. - Эхо голоса разнеслось по гробнице, как прямой призыв к действию. - Вот и прекрасно, тогда приступаем к самому делу! – Громко закричал старший Сенджу. Второй осмотрел всех присутствующих, немного оцепеневших от его предыдущих действий. Скрестив руки на груди, он сделал шаг к выходу. “Она определённо питает ко мне больше, чем просто интерес… Хах… “. С лучезарной улыбкой более-менее все пошли к выходу из мрачной, серой комнаты. Все пошагали на само поле битвы... Кровавое и не очень приятно место.