Глава 6: "Совет старейшин"

      Тьма окружает нас, неизменно сопровождает каждого по длинной дороге из циклов жизни и смерти. Полотно беспросветного мрака, стремящееся поглотить весь окружающий свет. Абсолютное зло. Так люди привыкли её воспринимать. Однако тьма не однородна. Она пугающая, давящая, натягивающая до предела тонкие струны человеческих нервов бездна и она же тепло материнской утробы обволакивающее за секунду до появления на свет.              Свет.              Он ведь тоже достаточно разнообразный, не так ли? Он обволакивает теплом нового дня, но он же…              — Планируете умереть здесь?              Он же и обжигает, испепеляет душу.              Ши Ён тяжело дыша, поднял взгляд на прославленного заклинателя, что стоял выше по тропе, в ожидании пока нерадивые адепты смогут его нагнать. Глаза старейшины Шена — густая тьма с редкими золотыми всполохами света. Удивительно, как совмещая в себе столь дуально противоположные явления во всей их многогранности проявлений этот человек взял от них лишь дурное. И оттого каждый раз, встречаясь с заклинателем взглядом Ши Ён не понимал, бросает ли его в холод от объятий черной Бездны или же испепеляет сиянием редких, но безжалостных солнечных лучей. Ощущение, в котором приятного мало. Особенно сейчас, когда от этих глаз без особых преувеличений зависела твоя жизнь.              Немного отдышавшись, Ши Ён возобновил нелегкий подъем на возвышенность поросшего густым лесом мрачного склона Тропы тигра, периодически бросая обеспокоенные взгляды на Ал Луара. Тот хоть и был бледен как полотно, держался на неплохо изо всех сил стараясь не отставать и при этом не произнеся ни слова жалобы. Впрочем, отчасти это было понятно, с Шеном особо не забалуешь. Подавляющая аура проклятого заклинателя, коя ещё разве чудом не развеялась после того как он считай из лап Яньло-вана двух учеников вырвал, была единственной их защитой от окружающих троицу демонических тварей. Самому невольному пленнику собственного пика это, скорее всего, было не столь важно. Не подавляющей аурой так мечом — что бы ни случилось, мужчина мог себя защитить. А вот ни Ал Луар ни Ши Ён о себе позаботиться были не в состоянии. Конечно, Ал Луар был главным героем. Сам мир не был устроен таким образом, чтобы не дать ему умереть. Только вот юноша об этом не знал, а потому переживал вряд ли меньше своего «старшего соученика». То, что Шен их не бросил в глазах обоих — удача. Огромная и необъяснимая. Счастливый случай, потерять который определённо не хотелось.              Тяжёлый вздох. Этот звук, наполненный разочарованным раздражением, заставил кровь в жилах замедлить бег, застывая в жилах. В какой-то момент Ши Ён поймал себя на мысли, что одно протяжное «эх…» напугало его даже больше рёва монстров. Сердце пропустило удар, надежда покидала вслед за теплом, которое этот лес беспощадно вытягивал, окутывая могильным холодом.              Однако вопреки ожиданиям… Шен скрестив ноги со всем изяществом, практически аномальным, но настолько естественным для этого конкретного человека, опустился на землю. Подперев рукой щеку, он стал скучающе сверлить взглядом двух ползущих по склону тараканов (слово, кое практически читалось в золотисто-черных глазах). Заклинатель терпеливо ждал их. И когда осознание этого достигло Ши Ёна, мир на мгновение застыл.              «Система, я точно во вселенной «Великого безумного?» — с тревогой поджав губы, поинтересовался парень. Всё это время он будто заворожённый смотрел на проклятого заклинателя не отрываясь. Словно кролик, попавший под смертельное очарование змеи.              Механический голос раздался словно откуда-то издалека с трудом пробиваясь в заледеневшее сознание:              «Да, пользователь номер два определённо находится в этой новелле».              «Тогда почему Шен?.. Ты как-то влияешь на его поведение для продвижения сюжета? По этой причине он ведёт себя, не соответствуя книжному оригиналу?»              «Система не может совершать столь значительных вмешательств».              «Но Шен ведёт себя странно!» — не выдержав морального давления неизвестности, юноша сорвался на мысленный крик. Несоответствие канону столь явное и не имевшее под собой словно никакой причины пугало.              «Отклонений в поведении персонажа Ир Шен не выявлено».              «Но!..»              «Отклонений в поведении персонажа Ир Шен не выявлено».              Ши Ён едва удержался от того, чтобы сплюнуть. Демоны бы подрали эту Систему! От неё и обычно пользы не шибко много, а сейчас и подавно. Юноша будто на автоответчик нарвался!              Скрипнув зубами, он вновь медленно поплёлся вверх. Через некоторое время и он и Ал добрались до заклинателя. Тот продолжал сидеть в позе лотоса, равнодушно наблюдая за попытками учеников отдышаться. Лишь когда мальчишки перестали напоминать рыбёшек на суше, старейшина продолжил путь. Так повторялось несколько раз. Ши Ён и Луар выбивались из сил, отставали, Шен ждал. Дорога, которая у самого проклятого обитателя пика Чёрного Лотоса заняла бы не более получаса, растянулась на долгие часы. Благо, бесконечной она не стала.              Невероятное облегчение, долгожданная возможность вдохнуть полной грудью, а не пытаться протолкнуть в легкие вязкий и тяжёлый от удушающей ауры воздух. Ши Ён не мог поверить, что всё ещё был жив.              «Неплохо для персонажа-статиста! Система, как я справился? Я всё ещё жив! Жив!»              Радость этой мысли ненадолго затмила реальность, из-за чего юноша не заметил, как идущий впереди него Шен остановился. Ши Ён абсолютно бесцеремонно врезался тому в спину. Это был конец.              «Ваша выживаемость длилась недолго», — не без ехидства отозвалась Система на прошлый вопрос, что ещё пару мгновений назад казался риторическим.              Но незадачливость мальчишки была последним, что волновало бессмертного заклинателя.              — Шен!              Откуда-то сверху на землю рядом с ними спикировал летящий на мече мужчина. И в этот раз неудачливому читателю, попавшему в роман более чем на несколько сотен глав, не понабилось много времени, дабы соотнести прекрасный и величественный образ с именем.              — Глава Шиан! — едва различимый восторженный шёпот сорвался с губ Ал Луара. Трепет и восхищение. Этих чувств тот, кто руководил всем орденом РР вызывал не меньше, чем его проклятый младший брат, старейшина пика Чёрного лотоса, однако в отличие от последнего, второй сын семейства Ир всеобщее уважение более, чем заслужил.              Великий заклинатель с добрым сердцем, но твёрдой и справедливой рукой, что праведной карой настигала злых демонов, духов и злодеев. Совершенный, он имел лишь одну, прекрасно известную всем предательскую слабость — Ир Шен, его брат, являющийся воплощением зла и порока. Тот, о ком он искренне заботился, тот, на чьей стороне он был до самого конца… Глава Шиан — великий заклинатель, что будет подло убит собственным братом.              Этот факт будто выдернул Ши Ёна в реальность заставив посмотреть на старейшину пика Чёрного лотоса прежними глазами полными презрения и открытой неприязни. Нет, определённо этот человек не был ни добрым, ни снисходительным. По какой бы причине этот человек ни помог им выбраться с Тропы тигра, в этом вряд ли была хоть толика добрых намерений.              Шиан попытался подойти ближе и обнять брата. Присутствие двух адептов пика Таящегося ветра его явно мало тревожило. А вот колючий взгляд, в котором явно читалась угроза оторвать руки главе ордена, если тот посмеет приблизиться ещё хоть на шаг, заставил помедлить, а после остановиться. Объятий не состоялось. Печальная улыбка расцвела на прекрасном лице Шиана и он спрятав руки за спину устало произнёс:              — Рад, что ты в порядке.              Невооружённым взглядом было видно, сколь сильно терзало сердце славного заклинателя холодное поведение брата. Однако Шена это вовсе не заботило:              — Проваливай! Что ты вообще здесь забыл?!              — Шен, прошу, успокойся. Я просто услышал, что ты отправился на Тропу тигра, а потому заволновался…              — Заволновался? — зло прошипел старейшина пика Чёрного лотоса, коим явно постепенно начало овладевать настоящее бешенство, ведь его хрупкое самолюбие, как и вся претенциозная, скандальная личность, обросло легендами. Потому не было особо удивительным, что даже обычные слова заботы он воспринимал как вызов, — Кто я по-твоему?! Желторотый юнец не ведающий куда нос сую?!              — Нет, Шен, я вовсе не имел этого в виду.              Видеть, как глава самого влиятельного в мире заклинательского ордена беспомощно стушевался и, примирительно подняв руки, отступил на шаг назад, было странно, практически больно. Однако вскоре взгляд мужчины потерял своё непривычно виновато-умоляющее выражение, зацепившись за два элемента, несколько не вписывающиеся в окружение. Два казалось бы незначительных элемента, меняющих все.              — Я лишь хотел сказать, было неожиданно услышать, что ты отправился на Тропу тигра не один, а в сопровождении адептов.              Глава Шиан произнёс это в упор глядя на Ала и Ши Ёна. Взгляд, от которого главный герой смутился, но при этом как-то радостно просиял. Юный ум всё проявленное внимание ещё был способен воспринять как честь, благоприятный знак и надежду на изменение. «Возможно меня наконец-то заметят», — читалось в его затравленных золотистых глазах. А вот Ши Ён… Он был старше сотоварища по учёбе и потому взгляд старейшины пика Золотой зари показался парню странно жутким.              Но это длилось лишь короткое мгновение. Вскоре Шен заметил, куда столь пронзительно откровенно пялится его брат и одним нервным движением затолкал обоих адептов себе за спину, скрывая от пробирающего до костей назойливого внимания главы.              «Пытается прикрыть очередное преступление», — зло пронеслось в голове у Ши Ёна.              Спрятанный за высокой, облачённой в мерцающее серебро изящных одеж фигурой, юноша не мог увидеть той приторной улыбки, что расцвела на губах старейшины пика Золотой зари. Казалось, только что он нашёл нечто очень, очень для него важное.              — Ты придёшь сегодня на Совет старейшин?              То сколь зло проклятый обитатель пика Чёрного лотоса скрипнул зубами, казалось, можно было услышать далеко за пределами прославленного ордена РР:              — Только если после ты наконец отвяжешься от меня.              — Пойдем вместе, брат? Или же я могу проводить этих адептов…              — Заткни. Свой. Рот. И. Иди. Уже.              Грубый ответ, который, тем не менее, Шиана более чем удовлетворил. Его брат не был похож на покладистого щеночка, но даже так, несмотря на свой противный характер, он способен иногда принимать правильные решения.              Они направились в сторону пика Таящегося ветра. Лететь на мече у Шена не хватило бы духовных сил. Ещё одна странность, о которой старейшина пика золотой Зари решил не говорить, не желая портить столь удачно сложившийся момент. А эти ученики… с ними глава может разобраться позже.              Фигуры прославленных заклинателей почти покинули поле зрения двух потрёпанных недавним путешествием адептов, как Шен внезапно повернулся. Взгляд черно-мерцающих глаз перебегал с одной фигуры на другую, и это всё ещё не казалось чем-то хорошим. Облегчение, ощущение того, что всё наконец закончилось, испарилось в мгновение ока.              — Ты, — старейшина в серебряных одеждах ткнул пальцем в сторону старшего адепта, — Сходи в мой замок и принеси шкатулку для Слёз. Думаю, ты лучше других знаешь, где она.              Заклинатели удалились, а Ши Ён внутренне похолодел.              «Неужели… Шен догадался?»              ***              В себя Ши Ён пришёл только у ворот Чёрного замка, места, куда искренне надеялся больше никогда не вернуться. И хоть юноша был в некоторой степени очарован этой архитектурной громадиной, выделяющейся на фоне светлого, ясного неба, словно монумент грехопадению некогда уважаемого заклинателя, мысль, что это место может стать его могилой не радовала. Ведь с какой ещё целью Шен мог послать его сюда, если не с намерением убить? Что-то из разряда: «Если принесёшь шкатулку — подтвердишь, что копался в моих вещах за что и умрёшь, а если свернёшь шею, заплутав в коридорах моей обители, то кончина твоя будет менее мучительной, печальной и безвинной», так что ли? В любом случае у Ши Ёна не было выбора кроме как выполнить поручение. В противном случае… Шен точно также сживёт его со свету.              «Система, а если я зайду в зал Глубинной тьмы — сразу потеряю сознание?»              «Нет. У вас в отличие от других есть небольшая сопротивляемость пагубному влиянию этого места, но задерживаться не советую».              Что ж, если подумать, то Ши Ёну это на руку. Хоть нехватка времени может сыграть и против него, но это прекрасный повод сбежать, если Ер разболтается. Слушать его нытьё бесконечно — вот как выглядит ад беспрерывных мук! Тем более, хоть вопросов у юноши к незадачливому писаке было множество, по-настоящему его волновал лишь один: какого демона Шен стал тем, кого нужно спасать?!              Только вот…              Голос Системы. Этот до неправильного механический голос, словно прочитал мысли ему не адресованные, прорвавшись в самые потаенные глубины сознания, ответил на вопрос, который вообще не должен был слышать:              «Пользователю номер два нельзя рассказывать о своих миссиях пользователю номер один».              Этот холодный, выверенный тон за последнее время стал Ши Ёну так знаком, что аж противно. Ведь дальше всегда следовало одно и то же постылое предупреждение.              «А иначе?»              «Вы умрёте».              Слова, не было необходимости повторять дважды.              ***              Как итог в Чёрном замке Ши Ён пробыл недолго. Заглядывать к Еру необходимость отпала. В конце концов, все вертевшиеся в голове вопросы, так или иначе, были связаны со странностями в поведении Шена. Кладовку, в которой старейшина пика хранил всякие проклятые артефакты, юноша отыскал благодаря подсказкам Системы, но вот целенаправленно искать шкатулку, где первоначально хранились Слёзы, не стал. Это действительно было бы слишком подозрительно и такое не получилось бы списать на простое везение. Так что, немного побродив среди паутины, пыли и проклятых артефактов, парень просто взял коробку, которая выглядела наименее опасной и по ощущениям была пустой, и со своим нехитрым грузом направился в сторону пика Таящегося ветра. Ведь именно там проходило Собрание старейшин.              Ши Ён подоспел как раз к началу представления.              — Слёзы сирены!              — Старейшина Шен, вы думаете, что носите с собой? А если бы они разбились?              — Если бы?! Да он этого и добивался! Проклятый Шен хочет нас всех убить!              Крики, которые юноша услышал ещё до того как приблизился к залу собраний. Гневные возгласы, обращённые против старейшины пика Чёрного лотоса, не были чем-то удивительным, и всё же… Его худощавая, изящная фигура в серебряных одеждах, застывшая с сияющей склянкой в изящных пальцах посреди зала, где каждый настроен против него — вот, что увидел новоиспечённый адепт ордена. И среди окружавшей его ненависти заклинатель выглядел каким-то хрупким, уязвимым, даже печальным. Однако себя он таким явно не считал.              — Чтобы убить вас, мне не нужны артефакты. Глубинной тьмы будет достаточно.              Фраза, которая казалась ничего незначащей, да вот только не из уст Шена. Ведь змея не способна произвести ничего кроме яда.              — Ты на что это намекаешь?! — вопрос, подобно раскату грома, ведь был наполнен той же пугающей прямолинейной силой.              И задал его никто иной как Муан Гай, старейшина пика Прославленных душ (более простое название пик Славы). Тот с кем старейшине Шену было суждено подраться на этом собрании. Впрочем, их стычка была неизбежна, считай всякий раз, когда обитатель проклятого пика выползал из своей норы. Ведь они с прославленным воином являли собой абсолютные противоположности. Старейшина пика славы был прямолинеен, честен, воплощённым благородством. Даже пути избранные им и Шеном были разными: один шёл по пути меча, второй изучай печати. И вот они столкнулись в одном ордене: стихи и проза, лед и пламень. И к всеобщему сожалению, нечто общее они всё же имели — взрывной характер. Который сейчас готовился проявить себя во всей красе.              Ведь Муан Гай ненавидел, когда ему напоминали о единственной слабости, а именно о том, что с Глубинной тьмой не под силу совладать никому кроме Шена.              — Ах, да, я забыл, что старейшина пика Славы слишком скудоумен для понимания намёков, — оскалившись, отозвался проклятый заклинатель, — Выражусь более ясно: ни у кого из вас не хватит сил противостоять Глубинной тьме. Но если хотите попробовать — двери моего замка для открыты.              Это оказалось последней каплей. Та самая искра, что породила взрыв. Вспышка духовных сил накатила волной и… Ши Ён запаниковал.              — Старейшина Шен, я принёс шкатулку как вы и просили! — закричал юноша насколько хватило силы легких.              Удивительно, но это остановило драку. Ведь теперь все присутствующие на собрании важнейшие люди знаменитого ордена РР смотрели только на него. Это было обременительно! Хоть и длилось не более минуты, за которую происходящее осмыслял Шен, первый из всех нарушивший молчание очередным недовольным:              — Ну, наконец! Мне кажется, пошли я тебя за смертью управился бы быстрее!              С этой минуты собрание стало глубоко равнодушно проклятому старейшине пика Чёрного лотоса, ибо он размашистым шагом направился к юноше, коего явно принимал за кого-то вроде посыльного. Хотя возможно он принимал его за персонального раба? Явно более подходящая формулировка. И словно послушный слуга перед жестоким хозяином, Ши Ён согнулся в поклоне, распахивая шкатулку.              Звук шагов заклинателя затих совсем рядом. По телу прокатилась волна невыносимой боли, перехватило дыхание… Зрение, обоняние, любые чувства… На несколько секунд юноше показалось, будто он выпал из этого мира, из жизни. Так ощущается подавляющая аура старейшины загубившего сотни жизней? А его жизнь? Она станет следующей?              Щелкнул замок. Лишь когда заклинатель забрал из рук нерадивого юнца шкатулку, Ши Ён смог протолкнуть в легкие обжигающе-свежий воздух горного пика, а панические мысли покинули сознание. Последнее, что осталось от этого странного наваждения — сияние серебра рукавов дорогих одежд, что мелькнули в солнечных лучах, прежде чем исчезнуть. Раствориться будто в дымке.              Когда адепт поднял глаза, то его глаза расширились от удивления. Перед ним стоял старейшина Муан Гай. И теперь юноша мог в полной мере оценить, что среди общих черт у них со старейшиной Шеном не только вспыльчивый характер, но и красота. Нет, глава пика Славы определённо был красивее Шена, хоть казалось было некуда. Но более всего Ши Ёна поразили длинные практически белоснежные волосы заклинателя, ведь… Ха-ха, смешно признаться, несмотря на все описания в новелле он почему-то представлял этого персонажа короткостриженым медведеподобным варваром.              — Шен.              — Да? — не думая отозвался на привычное имя юноша. Уже второй раз он задумался над тем, что откусить себе язык идея неплохая, но вместо потоков крови и предсмертных конвульсий он выдавил из себя учтивую улыбку, — Вы что-то хотели спросить у него, старейшина? Мне передать?              — Шен действительно послал тебя за шкатулкой для Слёз сирены?              — Да, старейшина, это действительно так, — не задумываясь, ответил юноша не в силах оторвать взгляда от благородного война перед собой. Нет, быть настолько прекрасным определённо незаконно.              Муан же услышав подобный ответ, как-то странно поджал губы и издав многозначительное «гм!», также как и Шен покинул зал собраний.              В этот раз заклятые коллеги оставили за собой не разруху и шлейф удушающей энергии, а недоумение, явственно отражавшееся на лицах всех присутствующих. И нельзя было сказать, что Ши Ён не понимал их. Хоть он и не застал начала ссоры, но видимо она началась из-за того, что проклятый бутылёк выкатился из рукава заклинателя и все подумали, что тот нашёл новый способ поставить под угрозу существование целого ордена, да вот только в этот раз всё оказалось круговоротом невезения. Шену не повезло быть обвинённым, поскольку до этого Ши Ёну не повезло попасть в эту новеллу.              — Кхм-кхм… Полагаю, за решение проблемы города Тополя взяться никто не желает? — нарушил молчание глава Шиан обводя взглядом оставшихся старейшин. Те молчали. Оно и понятно. Насколько Ши Ён помнит, жалоба города Тополя заключалась в пропаже скота. За такую мелочь браться вряд ли желающие отыщутся.              Кроме одного.              — В таком случае собрание…              Слова главы смешались с новым объявлением от Системы:              «Задание «Город Тополя»…              — …окончено.              «…принято»!