Кусючий и зубастый.

      Был обычнейший день ранней весны, когда все еще было прохладно, но и не слишком, и тепло грело солнышко, но не дай боже дунет ветерок, и ты тут же сляжешь с температурой и кашлем. Обычный день, такой обычный, какой мог только быть в этом городе, и посреди этого дня, посреди того времени и пространства, в котором он находился, стоял ты, протаптывая жухлую прошлогоднюю траву. С минуты на минуту обещал появиться виновник твоих уже больше месяца продолжавшихся бессонных ночей (к сожалению, в самом буквальном смысле этого слова), с которым вы договорились в твой редкий выходной, коих раз два и обчелся, вдоволь нагуляться и вообще потрогать травы, чтобы не оправдывать обидные стереотипы про каждого первого 'геймера' (ты-то еще ладно, но вот Дава со своими тысячью часами в Доте реально нуждался в свежем воздухе). Ты, конечно, каждые 30 секунд нервно зыркал в свою мобилу - вот минула одна минута, другая, третья; Стрекалова все нет. Вот мимо тебя вальяжно, перекатываясь с лапы на лапу, продефилировала ворона; Стрекалова нет. А вот твой сосед снизу возвращается домой с мешком из пятерочки, от которого ты в спешке отворачиваешься, лишь бы не заметил; а Стрекалова все еще нет.       Дава появляется только через добрые десять минут, когда ты повидал уже всех знакомых, оказался облеплен стаей ворон и пропекся на солнце, бившем тебе в самые глаза. Не один; его голос ты узнаешь до того, как слышишь что-либо еще, но когда оборачиваешься, оказывается, что твой тупорожий мангуст перся в компании аж из четырех человек, всех разных, цветных и совершенно тебе не представленных. Среди них ты замечаешь и знакомое лицо - Розу, элегантно шагавшую чуть поодаль с другой, слегка на нее похожей девушкой, но всех остальных угадываешь только с давиных слов.       И, бля, ты в такой панике! Конечно, ты о них слышал - наверняка это те самые друзья Давы, а ты, ты... Взгляд метается на собственную одежду, обычную и максимально удобную: свитер в катышках, подарок Кати, гордо минувший целые три года носки, джинсы с дыркой на коленке с прошлогоднего похода на горку, кеды, потерявшие и намек на белизну, ветровка - не твоя даже, ты ее у мафиозного придурка-опекуна стащил под шумок, - и это был твой лук для встречи людей, имевших прямое влияние на Даву, украдите, если посмеете! Холодный пот облепил ладошки, ты попытался прикрыть хотя бы свитер ветровкой, но тщетно - долго ты провозился, стоя на том же месте, а участь быть обсмеянным по самые яйца только неминуемо приближалась, и... — Йо, Киткат! – Знакомое прозвище знаменует твой проигрышь в этой эстафете.       Медленно, потупив сперва морду в землю, ты поднимаешь глаза и делаешь самый что ни на есть суровый вид. Перед тобой - Дава, и теперь ты замечаешь, что и он неловко жмется в компании друзей, пока те едва ли не волочат его за собой против всякой воли. А еще ты замечаешь, что среди их компании парень со странными зубами, в очках и синей толстовке; девочка с длинными, кучерявыми волосами и двумя высветленными височными прядями, вьющимися из под шапки с волчьими ушами; знакомая Роза в аккуратном фиолетовом пальто и строгой юбке-карандаше и, наконец, девушка рядом с ней - в розовом свитере и с короткими волосами, уложенными в завитки. Все - смотрят на тебя, как на диковинку, неловко улыбаются, потому что, да ты сотку ставишь, Дава им тоже нихерашеньки о тебе не сказал, а по роже смотря так и вовсе не собирался - это его конек, а тебе, невинной душе, разгребать, чтобы там ни было. Ты надеешься только, что у тебя тоже вышла улыбка, а не переломанный почтовый ящик вместо ебальника. — Привет. – Просто здороваешься ты, потому что ничто другое на ум не приходит, а все остальные выжидающе молчат и, о блядство, сверлят тебя взглядами.       Срань, ты так хочешь закопать себя в асфальт! Слава богу, что Дава был больше готов к социальной жизни, чем ты - он, обняв тебя за плечо, представляет твою персону судьям сея заседания, засунув давешнее выражение "как я ебал это ваше социализация" подальше в дальний воображаемый угол: — Ребята, это Киря, я про него рассказывал (Ого, да неужели! - думаешь ты сердито, но на деле дергаешь только бровью в манере нервного тика, сетуя на потерю несуществующей сотки). Киря, это ребята - Женя номер один, – Тыкает он пальцем в парня в квадратных очках, что приветственно поднимает ладонь, – Женя номер два, – Теперь на девочку в ушастой шапке; та недовольно эй-кает, возмущенная нечестной нумерацией, – Роза, ты ее знаешь; и Рося. – Девушка в розовом свитере удостоивает тебя улыбки и кивка, как будто преподнося тем самым свое глубочайшее сочувствие твоей заднице. – Надеюсь, теперь-то вы довольны, черти.       И тут пошло-поехало.       Первой отмирает Женя-2, которая, судя по экспрессиям на ее лице, была главным экстровертом данной тусовки и ни капельки не смущалась вашей максимально (как ты ощущал) неловкой ситуации. Ее руки быстро перехватывают твои, наровящие под шумок спрятаться в карманах, и начинают дергать их с непонятным намерением - то ли оторвать, то ли ввести в ступор владельца. — Очень приятно наконец познакомиться! Можно же звать тебя тоже Киря, да? – И-и-и, она не дожидается ответа, – Киря, божечки-кошечки - (странно, ты думал, она определенно была морфологически как-то связана с собаками) - Я так давно хотела тебя увидеть! — Да, столько месяцев дискорд Давы занят загадочным незнакомцем, любопытство нас зажрало. – Подключается очкастый с неровным прикусом, обозванный тут же экстровертом-номер-два. — Я тут не причем. – Защищается Роза, специально стоявшая поодаль от всей группы - в нее ты впериваешь свой умоляющий взгляд. – Это Жени предложили проводить Даву до тебя и, – Ее острый взгляд проскальзывает по обоим виновникам, – Обещали не мешать.       Дава, все еще держащий твое плечо, согласно кивает, и только сейчас ты украдкой смотришь на его - черт, близковато! - красивое лицо, считывая выражение "мне жаль мужик, я пытался" с плоско сложенных губ и чутка красноватых щек. Хех, ну, знаете, раз Дава хотя бы покраснел, то может игра стоила свеч хоть чуть-чуть, а? В любом случае, когда цирк закончится и им не будут "мешать", ты обязательно узнаешь, что привело к этому плачевному исходу и каким пыткам поддался бедный Стрекалов. — Да-да, мальчики, мы как раз почти дошли до моего дома, просто проводили нашего Ди-Джей-Про-Мастера в хорошие руки по дороге. – Вторая девушка из всей гурьбы, которая, выходит, Рося - на несколько лет очевидно старше - похлопывает Женю-1 по плечу в той манере, которая подразумевает окончание матча для этого игрока. – Просто рады узнать, что он общается не с маньяком или 40-летним пердуном. — Ты довольно милый для Давиного интернет-друга, – Подмигивает Женя-2, и где-то в сторонке Роза закатывает глаза, но все равно улыбается. В общем, тебе никак не помогает, скажем так.       От их слов ты начинаешь пунциветь - то есть переходить на оттенок темнее обычного "краснеть", и сдавленно кашляешь, потому что, черт, ты все еще выглядишь как дерьмо и, соответственно, вообще никак не "милый". Время как-то слишком долго тянется - Женя и Женя о чем-то шепчутся, Роза подходит к ним поближе, чтобы ускорить процесс депортации из данной конкретной точки, Рося что-то говорит о том, что скоро к ней приедет курьер и лучше бы им к тому времени быть готовым к до до пицце, а Дава шутливо подгоняет нерадивых чертей, чтобы они "выметались и дали ему провести время со своим сладким пупсиком наедине". Эм? Постойте, что? — Ну-ну, давайте, шевелите булочками, мы договаривались, что вы только познакомитесь и тут же оставите меня наедине с моим сладким пупсиком. – Вот, что он сказал, да еще и подмигнул под очками - чего никто не видел, но все поняли по наклону головы, а ты в особенности. — Какой. Нахуй. Пупсик? – Не выдерживаешь ты, резко поворачивая голову в сторону паршивца. Моментально становится наплевать на лишние пары глаз, такой несусветной наглости ты не потерпишь!       Подбородок Давы удобненько оказался прямо под твоим носом, потому что, ну, ты уже говорил - как же, бля, близко он стоял! - и тебе это на руку, потому что без задней мысли ты цапаешь его зубами за этот самый подбородок, еще и цепляешься руками в кофту, чтобы не сбежал паршивец. Дава издает изумленное "ой-бля", дергается и тут же вступает с тобой в борьбу в попытке отцепить острые зубы от нежной кожи, при чем, имея свободный рот, занимает его пиздением в духе "Еб твою мать, Киткат, что за хуйня, а ну пусти, ебаная же ты акула!". И все это - на глазах его друзей, вот-вот собиравшихся уходить. Упс, наверное? В любом случае, теперь ты и твоя челюсть слишком заняты, чтобы приносить какие-либо извинения. — Воу. — М-да. Дава, удачи. — Да-а, мы, пожалуй, пойдем... — Не загрызи его насмерть, ладно?       Ты издаешь что-то типо "да, конечно, всем пока", но это больше "фа-пафефно-ффем-фмапа" и ни на секунду не отвлекаешься от цели загрызть Даву если не в усмерть, то хотя бы достаточно близко к летальному, чтобы отомстить за приторно-мерзотное и очень оскорбительное "пупсик". Это ты пупсик!? Ну ахуеть! А завтра кто, принцесса или тефтелька? И это они даже не встречаются! Ты даже не нравишься Даве, чтобы так тебя называть! При чем, не просто между вами - перед его друзьями, которым ты этой сценой определенно оставил красочные впечатления, но что ты мог поделать? Дава продолжает брыкаться, тоже цепляется за твою ветровку и пытается за нее оттянуть угрозу собственной жизни, но предмет одежды слишком большой для тебя и особого успеха противник не испытывает. Ты чуть сильнее сжимаешь челюсть - не то, чтобы это нанесло существенный вред, максимум след на пару часов и плохие воспоминания, но Дава - актриса, не забывайте, и он жалобно пищит под твоей мощью, продолжая матюкаться и пыхеть над освобождением.       Ох, блин. Действительно стыдно тебе становится слишком поздно, когда Давиных друзей уже и в помине нет, так что, сдаваясь под натиском совести нерадивой, ты наконец выпускаешь на волю Даву и его чертов подбородок, который тот тут же беспокойно натирает и чертыхается на тебя в не меньшем возмущении: — Черт, Кирилл, ты бы хоть предупредил, больно же. Как я это потом Бро объясню? Подумаешь, с тобой даже пошутить нельзя...       Твои руки следом отпускают ткань, в которую ты вцепился в ярой битве, и теперь несколько шагов разделяют вас. — Почему ты привел их? Почему не предупредил, блин? Я теперь для них полный придурок. – Выкуси, вина. Лучшая защита - нападение. — Слушай, я пытался от них отделаться, – Честно говорит Дава, плечи его опускаются, – Жени просто неугомонные. Ну и, знаешь, мы ведь давно общаемся - рано или поздно я бы все равно вас познакомил. А придурком ты будешь только потому, что взял и цапнул меня! — Ты не понимаешь. – Упрямо отрицаешь ты. Настроение в ноль. Прогулка вдоль речки? Ты уже не уверен, хочешь ли куда-то идти. Может, только чтобы утопиться на глазах этого шалабола. — Эй, бро. – Бодает тебя "бро" в бок. Отпечаток твоих зубов на его подбородке выглядит мега-комично. – Вот увидишь, они будут думать, что ты супер-классный. Не такой классный, как я, но точно выше среднего, это я гарантирую. А теперь, – Его рука собственнически берет тебя под локоть в походный захват и тянет вперед до того, как ты успеешь пикнуть. – Я очень пафосно заглажу свою вину двумя стаканчиками горячего шоколада, а ты в качестве извинений за мое прекрасное лицо должен мне булочку. Идет? — Идет. - Бурчишь ты, потому что, ну, знаете, горячий шоколад с местной заправки - это неплохая компенсация.       И ты все еще хочешь провести время с Давой.