Ее секрет..

Палатка Тутберидзе Женя лежала и обнимала родное тело со спины женщины, пытаясь хоть как-то успокоиться сама. Она долго обдумывала свои поступки рядом с тренером, понимая, что нельзя же так доводить человека. «Она в ответе за меня, а я что? Я должна быть в ответе и за нее, но делаю какую-то фигню. Детский сад, не иначе. Этим я её расстраиваю» Но, с другой стороны, так девушка хотела привлечь к ней свое внимание все больше и больше. Тем самым, она нарушала спокойствие всех окружающих, требуя повышенного внимания к себе, в то время как сама того абсолютно не заслуживает. Так и думала Женя в эти нежные минуты рядом с Тутберидзе. По очередному не удержанию себя и своей воли, дурости, она перестала рыдать той в спину и слегка отодвинулась. Ещё раз тихо извинившись, она выпрыгнула из палатки, где сразу налетела на не менее обеспокоенного второго тренера. — Ну что, помирились? — спросил Глейхенгауз, внимательно смотря на помятое лицо брюнетки. — Наверное, я не заслуживаю, даже этого. Можно я пойду к соседнему пляжу, мне хочется посидеть одной? — спросила девушка, чтобы никто ее не потерял. — Только приходи через час, ладно? Сергей Викторович приедет, будем кушать. И аккуратно, Женёк! Я доверяю тебе. «А она нет… Видимо… Не знаю» Девушка, кивнув, взяла полотенце и пошла по тропинке в другую сторону, на соседней пляж. Там, слава Богу, никого не было из посетителей и девушка могла побыть в своей тишине со своими тараканами. *** Этери, конечно же, не спала. Однако она совсем не ожидала оказаться в объятиях своей подопечной. Она не переставала думать, что же произошло с её малышкой. Женя всегда была веселой, с огоньком в глазах. Но он внезапно потух. И теперь, не стесняясь даже слёз, которые Женя пыталась все время скрыть, она от бессилия плакала ей в спину. Даже зная, и без того, что у тренера чуткий сон, она не смогла совладать с эмоциями. Сейчас Женю не волновало, чувствовала что-либо физически женщина или нет. А вот Тутберидзе это ещё больше напугало. Их отдаление действительно стало под угрозу. Теперь женщина недоумевала как с ней общаться, что говорить и как взаимодействовать. И все это граничило ещё с ее какой-то тайной любовью. Вот тебе и трудный возраст. Её отвлёк стук в палатку. — Этери, надо поговорить. Плюс, сейчас Серёга приедет, а ты из палатки не можешь вылезти, — деликатно постучался Даня и спокойно объяснил всё женщине. Даже после того, что видел минуты назад. *** Даниил удосужился нарушить личное пространство девушки, из любопытства. И не заметно пошел за ней. Для него была важна истинная история всего происходящего. Он считал, что если все так страшно, как передает это Женя, то хотя бы один человек из общей массы обязан знать в чём дело. Не доходя до места дислокации Медведевой, он притаился в кустах и наблюдал. У девушки началась истерика с самой собой. — Ну почему? Ну почему именно ты? Почему я тебя люблю? Почему я так делаю с тобой? Почему я не могу удержать свой эгоизм! Не могу я больше так, без тебя дышать не хочется, а с тобой ещё хуже. Это какой-то пиздец. Я приношу тебе боль и разочарование, так не должно быть. Она зарывалась в песке, валялась и била конечностями в землю. Сердце рассыпалась на осколки. Последние слова тренера вообще стояли комом поперек горла. — Ну что я за дура! Что со мной не так? Может ты мне скажешь, Тутберидзе? Хотя, о чём я, ты только скажешь, что я конченая, посмеешься надо мной. У тебя же нет сердца, теперь его нет и у меня… Девушка вдруг вспомнила одну из их бесед в кабинете главного тренера. Разговор от любопытной Жени зашёл в личные дерби блондинки. Но Женщина закрылась от подобных вопросов, и лишь сказала, что не умеет любить, что может у нее сердца нет. Тогда Женя начала отрицать сказанное всеми аргументами и примерами что были. Женщина лишь посмеялась и нежно обняла младшую. — Хоть убей меня, Этери, но я никогда не скажу, что чувствую к тебе. Потому что эта слабость, дурость… Но ты все это возродила во мне, ты во всем виновата, ты меня возненавидишь потом так, как я люблю тебя сейчас! Очень сильно… Да… Девушка выдохнула как в последний раз, и закрыла глаза, лёжа на горячем песке и смотрела в небо. — Лучше бы меня вообще не было в твоей жизни… Чем я мучаю тебя так… Это всё, что Даня сумел расслышать из всего монолога Медведевой. Девушка постоянно обращалась только к одному человеку, причитая все своими чувствами. И хоть мужчина не все смог услышать, но многое стало понятно. «Действительно? Но как это произошло, Этери?» — мужчина явно не верил во всё это. Может быть все не так как есть. Может Тутберидзе просто где-то сказала что-то грубое, чувство любви и доверия именно как к тренеру у спортсмена испарилось. Пока он не сильно в это вникал. Надо будет теперь наблюдать за действиями девушки постоянно. Что они решил делать. *** Ко всему прочему и происходящему вскоре подъехал ещё один член команды Тим Тутберидзе — Сергей Викторович. Он привез ещё парочку учеников с собой за компанию. Ими оказалась танцевальная пара Девис и Смолкин, которые по случаю приехали в гости, но так и не нашли нигде главного тренера. Тутберидзе увидев дочь, сразу ожила, забыв, наверное, об всех проблемах, с которыми пришлось столкнуться. Для Жени же было радостью видеть любимого человека таким безгранично счастливым. Но мысль извиниться перед тренером все же была. Да, ну и может совершить рыцарский подвиг какой-нибудь. Ближе к вечеру обстановка была радостная. Все собрались у костра за ужином, вначале кто-то с кем-то шептался, а потом Сергей приложил пару интересных игр. Одной из них, что очень веселило всех, оказалось простая древняя игра «Угадай слово» из разряда правил игры «Поле чудес». Все собрались в полукруг и на земле рисовали ячейки для букв. По нескольким описанием слова, все по очереди пытались угадать буквы. Даниил был первым испытателем, и ничего разумного не придумал, как-то, что первое попалась на глаза. — Слово из четырёх букв. Называете букву, а я говорю есть она или нет, — он взял палку, провел ногой по земле для сглаживая поверхности и начал чертить квадратики. Спустя пару минут угадали букву «С», и ещё назвали «Е», получилось «СЕ» — Слово можно сказать? — поднимая руку Медведева решила рискнуть. Ну и заодно, ей была интересна реакция рядом сидящего человека, который непринужденно обнимал дочь. Весь день Тутберидзе будто бы шарахалась от ученицы, да и обнимая дочь, мысли были далеко не здесь. — Да, говори. — Секс, — с невозмутимым лицом произнесла девушка. Все тут же обернулись на неё. Морис начался ржать. — Медведева! — воскликнула блондинка, чуть ли не подлетая с шезлонга. Девушка перевела медленно взгляд на женщину, обведя ее глазами. Женщина очень густо покраснела. — А что? Что это не слово что ли? — возмутилась Женя. — Правда, Этери, что ты так реагируешь на секс? Слово как слово, — посмеивался мужчина. — Даня! Екарный бабай! Тут дети. — А то они это слово не знали, никогда не слышали. — Ещё скажи, что ты это и загадал! — Нет, это не секс. Так что играем дальше. Женя заметила, как на произношении именно этого слова, Этери поменялась в лице. С другой стороны, возможно, Женя так открыто даёт понять тренеру, что уже не ребенок. По описанию загаданного, тут явно это не подходит. Поэтому и тут Тутберидзе загналась. Все в это время так и не могли успокоиться, смеялись. Даня пробежался взглядом по девушке, которая улыбалась и так же продолжала смотреть на профиль Тутберидзе. — буква «О» есть? — спросила Тутберидзе, быстро переводя всю эту неловкую ситуацию. — Есть! — На жопе шерсть! Сено! Все снова начали смеяться. — Ну, Этери Георгиевна, тут дети! — прокомментировала Загитова. — А то вы слово жопа не знаете, не слышали! — спародировала блондинка Глейхенгауза. — И тем не менее ты выиграла, Этери. Поиграли они ещё, пока полностью круг участников не прошёл, ну и пока все по очереди не стали зевать. *** На следующей день ребята быстро оприходовали Сергея Викторовича и повели на место, которое нашли Морис и Женя. Там был тоненький пляж, окружённый скалистыми обрывами. Заход в воду был сразу глубокий, только для тех, кто умел плавать. Как-будто его специально вырыли для тарзанки, которая была подвешена сверху. Первыми обследовали берег и глубину сами открыватели, прикинув примерно куда их будет уносить прыжок с каната. Квиталашвили решил, что будет прыгать первым, на что получил статический взгляд от Сергея. По его мнению, вся эта конструкция казалась и высокой, и опасной. Чтобы дотянуться до ровно висящей веревки, Женя залезла на дерево, к которому как раз и крепилась конструкция. Не без труда она быстро подала парню конец каната, где были прикреплены ручки для удобного хвата. — Морис, осторожно! Вы точно дно проверили? Ноги он не переломает? — уточнил Дудаков, посмотрев вначале на Медведеву, а затем и на всех стоявших вокруг него, — близко к обрыву не подходим, а то мне потом ноги оторвут! — У кого-нибудь есть телефон с собой? Снимите это на камеру, вдруг это мое последнее видео. — Если его увидит Этери Георгиевна, тогда точно будет последним. Морис, кивнув, ещё раз подошёл к обрыву и посмотрел вниз. Убедившись в своем будущем прыжке, он передал привет на камеру и отчаянно смело разбежался. Разбег был сильный, толчок от края земли мощный, тем самым он и опробовал силу тяжести и состояние тарзанки. Уже в конце пути, он отпускает руки, и камнем летит вниз, стараясь сгруппировать себя в воздухе. Когда Морис вошёл в воду, все подошли к обрыву поближе, а Женя тем временем словила тарзанку, чтобы потом за ней не лезть. — Супер! Даже полёт ощущается! Женёк, давай, ты следующая! — кричал восторженный парень из воды. — Ты дна достал? — Нет! — он попробовал ещё раз достать до дна, ушел под воду с поднятой рукой. Но тело быстро подняло его вверх. — Ноги не сломаете, но можно хорошо шваркнуться о воду, высота приличная! Может вы просто покупаетесь? Жень, я тебя прошу не надо! — последние он сказал, когда Медведева уже отдавала ему в руки свой телефон, крепко ухватившись за конец тарзанки. — Я готова, снимайте, — предупредила Женя, — А без разбега, я долечу? Или надо прям сильно отталкиваться? — крикнула она парню, что ждал ее снизу. Ведь снизу был небольшой берег, в виде пляжа, метра в два. Поэтому необходимо было не только зацепиться хорошо, но и долететь до воды. — Долетишь! Давай, я ловлю! — подбадривал Морис. Жене всё же было страшно. Тут играл инстинкт самосохранения, но и ещё она обещала Тутберидзе, что с ней больше ничего не случиться. И раздумывая о том, какая Этери будет злая, не попади она в воду, и что будет вообще тут, когда её будут увозить вперёд ногами скорая, если ещё врачи, конечно, а не катафалк. Можно сказать, что она волновалась не за себя в первую очередь, а за чувство Этери. Как показывала практика, эта женщина хоть и «гроза всех районов», но очень ранимая и чувствительная натура. Никто так не будет переживать, как она. Но, с другой стороны, у Жени похоже по жизни была нехватка адреналина, и уж очень хотелось полетать ещё. А напоследок и от пиздюлей Тутберидзе. Пока она раздумывала, инициативу занял Глеб, который как рыцарь без страха и раздумий прыгнул за Морисом, демонстрируя девушкам свои рыцарские способности, пока все стояли со страхом в глазах. «Ну нет, я тоже рыцарь. Я сейчас всем покажу», — прошептала Женя и двинулась на стартовую площадку. Алина сразу начала снимать этот героический момент, третьего космонавта. Белка, Стрелка и Медведь. Этот визг слышало, наверное, половина округа, им она и разбудила всех, кто остался в палатке с утра. *** Тутберидзе проснулась чуть позже после того, как все ушли купаться. Ну, как все, только бесстрашные. Даниил со спокойной душой отправил всех с Сергеем, а сам занялся обустройством их лагеря. А ещё надо было придумать как уговорить Этери остаться тут ещё на недельку. Поэтому пришлось приложить максимум усилий, чтобы создать комфорт и условия для дальнейшего прибывания. Но вроде бы и дочь приехала её, и всё к лучшему, поэтому шанс есть. К тому же, надо ещё понаблюдать за Медведевой и её влюбленностью. Поэтому у Глейхенгауза было много задач, а также аргументов для Блондинки. — Господи, когда уже мы будем дома! — вылезая из палатки, как помятый уличный кот, думала женщина. Ей срочно надо было хотя бы умыться, и что-то сделать с волосами, чтобы придать будничный вид. Даниил слегка улыбнулся такому виду тренера. — Я выгляжу как драная кошка! — Почему как? — переспросил Даня и начал смеяться. Тутберидзе лишь закатила глаза и села на рядом стоящую табуретку. Было уже тепло. Посидев так и потупив несколько минут женщина ушла по делам личной гигиены, а Даня продолжал копаться с уютом на поляне и параллельно жарить мясо. Этери спустилась вниз к берегу реки в надежде увидеть всех детей и свою дочь, но там квакали только лягушки. Вернувшись, она в растерянности подошла к мужчине. — Дань, а где все то? — удивлённо произнесла женщина. — Ушли с Сергеем куда-то туда… Там, говорят, что-то интересное есть. Все поели, ты завтракать будешь? — отчитался Маркович перед начальством. Хотя какую тут кто имел должность, все были на отдыхе. Можно просто сказать, что все свои, семья. — Кофе есть? — Три в одном в пакете только, — всё предусмотрено было и для заварки чая, и для кофе. Даже свет ночью горел. Тутберидзе с горечью посмотрела на этот пакетик, который положили ей перед носом. Другого варианта не было, а она очень любила кофе по утрам. — Сиди, вот ешь, я сам сделаю тебе кофе! — так же брюнет положил ей перед носом пару булок и сосиски жаренные на костре. — Как благородно с твоей стороны, ухаживаешь за мной? — в удивительном тонне посмеялась блондинка. «Тут она заметила ухаживание, а со стороны других людей не замечает. Вот дура то. Лучше бы за Женей так наблюдала» — выразился про себя Глейхенгауз. Он все утро мусолил тему, сам с собой, вспоминая какие-то моменты их взаимодействия. Он, конечно, мало верил в то, что слышал. Прокручивая все возможные варианты, он сопоставил некоторые моменты. «Женя смелая девушка, по поступкам. Морис вот он рядом, неужели она бы проебала шанс сказать ему просто о своих чувствах. Неужели она бы так терзала себя из-за этого? Значит, тут кто-то весомый, кому действительно нельзя сказать о чувствах. Да и вообще нельзя сказать о своих переживаниях. Возможно, кто-то взрослый, старше ее.» — в мысли падала связь тренер-ученик, так как раньше Даня и сам наступил на эти грабли, влюбился в свою учительницу. Ну и тут действительно не расскажешь, не то, что ей, да вообще никому. А тут ещё оставались варианты. Про любовь между однополыми людьми Даня тоже знал. Ну знал, что такое есть, а вот лично не встречался. И относился к этому, нормально, нейтрально, да никак. «Ну Этери точно не из этих, но похоже влюбляет в себя всех подряд.» Ему хотелось понаблюдать за развитием этих событий, именно за Женей к Тутберидзе. Что-нибудь, да должно выплыть на глаза. — Просто дружеская помощь, нельзя? — ответил он. — Нет, мне приятно. Спасибо. Но что-то ты маешься… — В общем что хочу сказать, тут такая тема с утра зашла. Ты спала, понятное дело. Поэтому решили без тебя. Мы остаёмся тут ещё на неделю! — ляпнул как отрезал Даня и ждал реакции. Глаза женщины округлились, давясь бутербродом, она подняла свой возмущенный взгляд. — Вы с ума сошли? — А что тебе не нравиться? Когда мы так отдыхали все вместе, так скажем семьёй. Плюс Диана приехала, плюс воздух какой, условия хорошие, как дома. Ты вообще в отдельной палатке спишь. Серёга ещё одну палатку привез для расширения, — перебив блондинку начал сыпать аргументами Маркович. — Да я… Хотела было начать свою тираду Тутберидзе, как вдруг откуда-то сзади послышался дикий девичий визг, да так, что обернулись оба. — Что это?????? — испугалась женщина. *** Обрыв. Тарзанка. Визг Жени Медведевой пронесся по всей планете, до того как она успела войти в воду, не очень плавно. Девушка успела закрыть рот, перед водой, но в полете её немного снесло, и она упала боком об воду. Выплывая через несколько секунд, девушка поднимая руки выше, начала кричать: — Я так обосралась! Но это круто, давайте! — Мы все обосрались, Медведева! — подтвердил Дудаков, и улыбнулся, — надеюсь я не следующий! В основном прыгали кто постарше. Диана маялась, но так и не решилась. Отмазалась типичной фразой «не сегодня». Из малых девчонок, прыгнула только Трусова, и то в общем-то не совсем удачно, ударившись о воду. Но это не остановило ее. Камила и Аня, просто плавали возле берега. А Сергей Викторович, плавал рядом с точкой приземления и принимал прыгающих, в случае чего, чтобы тут же подтянуть тонущего. Сергею так же успели позвонить, находящие тренера в лагере, чтобы уточнить что происходит. На что добрый тренер отмазался, стандартными фразами: никто не умер, все хорошо. *** К полудню, компания «ищем приключения на жопу» вернулась чтобы подкрепиться и погреться. В лагере оказался только один Даниил, на что Женя подумала, что Этери могла покинуть их. Глейхенгауз ещё за завтраком обещал всем, что уговорит главного тренера остаться. Медведева обошла все со всех сторон, заметив вещи, которые принадлежали Тутберидзе, и машину, на которой она и тренер приехали. Значит все хорошо, дышим дальше. Но девушка не унималась, и просто не могла не спросить о ней. Пока все смеялись за общим столом, Медведева быстро управилась с едой и подошла к тренеру, что стоял у мангала и подкрадывал лучок с мяса. — Даниил Маркович, а где Этери Георгиевна? Мужчина не был удивлен почему-то, что именно этот вопрос задала ему Медведева. Он загадочно посмотрел на девушку, что была одета в шорты и топик, плечи которого были открыты. — Ты сгорела, Жень! — Да пофиг, так где Этери Георгиевна? Вы с ней поговорили? — не унималась брюнетка. — Поговорил. Она сдалась под натиском огня, приняв поражение. Выразительные глаза очень испуганно смотрели на него, и не как не могли успокоиться. — Да, остаётся она. Что ты так волнуешься? — с прищуром ответил мужчина. Реакция была надменная. Девушка выдохнула, наверное, всей страной и сразу заулыбалась, — а сейчас пошла на пляж, загорать. Девушка кивнул, благодаря хореографа и отошла чуть в сторону, обдумывать информацию. «На пляж, загорать… " Читая её как открытую книгу, Глейхенгауз решил добавить невзначай: — взяла твой купальник, кстати, из сумки. Все букашки и тараны заскрипели в голове у девушки. Кажется, ушла земля из-под ног. Не отвечая тренеру, она подошла к своей палатке и присела внутрь. Мысли лились рекой. Но был только один шанс, и он был сейчас. Спустя время оценивая обстановку, она решилась не заметно и без вопросов скрыться от всех и уйти на пляж, к любимой… Только за всеми ходами и выходами Медведевой внимательно наблюдал Глейхенгауз…