Хоря

      По небольшой однокомнатной квартирке эхом разнеслись два щелчка стандартного запирающего механизма, и входная дверь отворилась. Внутрь, едва стоя на ногах, ввалился мужчина средних лет, вяло переругиваясь с проводками, змейкой выглядывающими из перчатки на его левой руке.       - И всё-таки, Сергей, я настаиваю на том, что нужно поесть! За сегодняшний день ты только выпил кружку чая с булочкой, а калорий на задании потратил уйму!       - Завались, Харитон! Завтра поем, нет у меня сил сейчас!       - Товарищ майор! - мужчина нахмурился. Он не любил, когда напарник формально обращался к нему дома, - Пожалуйста, - уже мягче добавил он, - Тебе нужно поесть. И отдохнуть.       Нечаев вздохнул. Он знал, что Захаров прав. В конце концов, это его желудок сворачивался в трубочку и завывал раненным зверем всю дорогу до дома. Сегодня, вообще-то, должен был быть его заслуженный выходной, но Дмитрий Сергеевич вызвонил его ни свет ни заря из-за того, что какой-то молодой учёный-энтузиаст из Вавилова, несанкционированно оставшийся в ночную смену, умудрился вывести новую формулу удобрений и сдуру из любопытства решил опробовать её на хищных растениях. Как итог - ожившая флора. И разбираться с этим, кроме него, конечно же, было некому.

***

      По-солдатски быстро собравшись и впихнув в себя чашку чая да завалявшуюся в недрах холодильника плюшку, Сергей отправился на место происшествия. По прибытии агент П-3 не получил особо тёплого приёма (не то чтобы он на него надеялся), однако, представившись и предъявив удостоверение, получил полную свободу действий. Противники не были особо сильными - хватало пары уверенных ударов Паштета или 2-3-х точных выстрелов, чтобы отправить их на покой. Но их было много. С момента сигнала тревоги от охранной системы комплекса до прибытия на место Нечаева, они успели захватить почти целый цех. Благо, работники ночной смены, остававшиеся на службе, смогли вовремя среагировать - эвакуировались из поражённой зоны и заблокировали все входы и выходы из селекционного. По первой задание казалось проще некуда - стандартное "пришёл, зачистил, ушёл". Однако, "чем дальше в лес...", как говорится. Чем глубже в цех продвигался майор, тем меньше становилось патронов. А поток противников и не думал прекращаться. ПМ давно отстрелял всё, что было. От запасов дроби осталась едва ли половина. Радовало лишь, что Калаш лежал в инвентаре с несколькими полными магазинами в запасе, да родимые Паштет и Швед, не нуждавшиеся в патронах вовсе, всегда при нём. Но вот закончились последние снаряды дробовика, а мужчина не проделал и половины пути к очагу всей этой котовасии. Видимо, дальше придётся работать руками, стоило оставить на всякий случай Калашников про запас. Выхватив Паштет, Сергей продолжил продвижение вперёд, шинкуя в салат попадавшуюся на пути мелочь.       Энное количество времени и несомненно ценных указаний и подсказок ХРАЗа спустя, они таки добрались до центра всея хаоса и, по-видимому, виновника творящейся вокруг вакханалии, чьё тело стало питательным ресурсом для впечатляющих размеров растения, во все стороны раскинувшего свои тентакли конечности.       - Ну и чё это за херня такая? - Нечаев многое повидал за жизнь, хоть и не помнил большей части, однако светлые умы Предприятия из раза в раз умудрялись подкидывать всё новые и новые сюрпризы.       - Согласно анализу, могу предположить что это некая дикая смесь из Дарлингтонии калифорнийской и Росянки, - спустя несколько мгновений тишины резюмировал механический голос.       - Ебучие пироги - резюмировал майор. Не то чтобы он понял, что это значит. П-3 уж хотел было предъявить напарнику, чтобы тот объяснил по-человечески, как вдруг до этого спокойная "херня" пришла в движение. Стремительный удар мощного щупальца, и на месте, где только что находился агент, остались лишь трещины в полу. Чуть менее чем в метре от этого места, чудом успевший уйти в сторону от траектории атаки рывком с перекатом, Сергей поднимался на ноги, врубая сканер и судорожно раздумывая о тактике боя с этой "некой смесью" чего-то там. Но долгой передышки ему не дали. Расстроенная промахом громадина привела в движение все свои отростки беспорядочно ими размахивая, считая видимо, что так у неё будет больше шансов попасть по противнику.       - А насчёт дикой ты в точку! - уклоняясь, на ходу подметил Нечаев.       - Товарищ майор, настоятельно рекомендую отступить и перегруппироваться!       - С чего вдруг?! - не переставая двигаться, П-3 призвал из инвентаря Калаш и всадил в ближайшие конечности твари сразу пол магазина. Эффекта это, впрочем, не возымело.       - Огнестрельное оружие едва ли здесь поможет! А сражаться с противником такого размера в ближнем бою - безумство! Нам нужно вернуться к ближайшему рем-шкафу и как минимум запастись огненными кассетами! - агент вильнул в сторону, однако на этот раз твари удалось зацепить его плечо, - Запасы непрема также на исходе!       - К чёрту! Не пойду я назад! К тому же, откуда ты знаешь, что эта хрень не пойдёт за нами?! - "хрень" тем временем подлейшим образом поставила мужчине подножку, и тот кубарем покатился вперёд.       - Товарищ майор! - вот только серьёзных травм им сейчас не хватало.       - Порядок, - отозвался Сергей, вставая, - Хей, ты же сказал, нам нужен огонь, верно?       - Так точно.       - Тогда есть идейка, - Нечаев перекинул Калаш через плечо, на время оставив висеть на спине, и взял Паштет, - Пусти-ка на него своей жижи, да побольше, не жалей.       - Жижи? - ХРАЗ не сразу понял о чём речь, но подумав о связи с огнём, сообразил, - Полимерную струю?       - Да, не тормози, блять! - прикрикнул майор, отбиваясь от окружающих его щупалец. Несколько ему даже удалось отрубить, но это не мешало двигаться оставшимся от них культяпкам. Да уж, боли эта дрянь явно не чувствует. Аж завидно. Тем временем перчатка, не отставая от напарника, работала на максимум, извергая такое количество жидкости, что сама себе диву давалась. Но для победы этого явно было мало, даже если всё это разом поджечь. К тому же, в какой-то момент, - Какого хрена?! - несколько отростков потянулись к чудом уцелевшим колбам с зелёно-голубоватой жидкостью, стоявшим ближе к "телу" чудища и, окунувшись в неё, начали медленно, но заметно отрастать заново.       - Регенерация, - П-3 даже показалось, словно ХРАЗ пытается отдышаться после того потока, что только что вылил в окружение, - Оно использует полимерные удобрения, чтобы восстанавливаться.       - Хреново. Ну, тогда мы усилим натиск, - с этими словами агент снял со спины Калаш, вставил в него огненную кассету, что до этого преспокойно лежала в кармане и пустил очередь по облитым полимером конечностям. Те мгновенно вспыхнули, через некоторое время опадая наземь, и вскоре совсем перестали подавать признаки жизни.       - У вас была огненная кассета? - ХРАЗ был искренне удивлён. Сосредоточенный на содержании инвентаря, он умудрился упустить из виду припрятанный боеприпас.       - Да я сам о ней вспомнил только когда ты про огонь сказал, - признался агент, осторожно двигаясь в направлении тела растения, - Нам же середину поджечь надо, да? Ещё сможешь сделать? - почувствовав приближающееся поражение в схватке, тварь стала ещё яростнее атаковать оставшимися отростками. Пришлось уклоняться. Снова.       - Дайте мне минутку, майор. На "перезарядку".       - Понял, - в этот раз мужчина не стал ехидничать или огрызаться. Он просто хотел закончить уже поскорее. И если его напарнику нужна минутка, что ж. Минутки, впрочем, и не прошло. Слегка "придя в себя", перчатка вновь начала поливать окружение полимером.       - Нам нужно подойти ближе, товарищ майор!       - Да ебучие пироги, я пытаюсь, блять, погоди! - пробиваться через яростно мечущиеся из стороны в сторону щупальца было делом непростым, - Отсюда достанешь?       - Вытяните руку! - Нечаев послушался. Но произошедшего далее не ожидал. Вместо жидкой струи ХРАЗ... Распылил полимер на растение? - Товарищ майор, отходим! - мужчина не сразу понял, что от него хотят, но помедлив секунду, сообразил и, уклоняясь от беснующихся вокруг конечностей, отбежал настолько далеко, насколько позволяли стены лаборатории. Один прицельный выстрел - и раздался рёв огня. Распылённый в воздухе горючий полимер на удивление хорошо воспламенился. Казалось, даже лучше, чем ранее разлитый вокруг. И пламя принялось жадно пожирать монстра.       - Внимание! Пожарная тревога! Всем сотрудникам покинуть здание комплекса согласно планам эвакуации! Внимание! Пожарная тревога! Всем...       По помещению раздавался женский механический голос. Из устройств на потолке полилась жидкость, явно не являющаяся обычной водой.       - Твою ж! - Сергей забеспокоился. Он израсходовал единственный кассетник, и если эта хрень сейчас потушит монстра...       - Не волнуйтесь, товарищ майор. Противник более не подаёт признаков жизни, - устало ответил ХРАЗ. Да уж. Охуенный у них вышел выходной.       Сразу после "весёлого" приключения напарники направились домой. П-3 честно попросил у Дмитрия Сергеевича разрешение задержать отчёт до завтра. Тот сразу же понимающе согласился и даже извинился, что дёрнул агента в его заслуженный выходной. Закончив разговор по передатчику, напарники наконец выдохнули и направились к ближайшей станции Маглева.

***

      Так что, да, мужчина знал, что его полимерный друг прав, и ему действительно стоило бы поесть. Но знать о чьей-то правоте и признавать её - разные вещи, считал Нечаев. Так что, вместо кухни он направился в ванную.       - Серёж? - тот расстегнул комбинезон и спустил его с плеч, снял водолазку, - Сергей!       - М?       - Что ты делаешь? - водолазка отправилась в стиральную машинку. Мужчина скептично посмотрел на левую руку. Проводки молча смотрели в ответ. Нечаев вздохнул.       - Сначала душ. Я весь потный и грязный, на кухню я так не пойду.       - Резонно, - после некоторого молчания был вынужден признать Харитон. Осторожно отсоединив и сняв перчатку, оставив её на стиралке, Сергей полностью разделся, распустил волосы и залез в ванну, задёргивая шторку. Из душевой лейки полилась тёплая вода, и Серёжа блаженно выдохнул, проходясь массажными движениями по постепенно расслабляющимся шее и плечам. Словно вместе со всей грязью вода смывала с него напряжение сегодняшнего дня. Простояв под тёплыми струями ещё порядка десяти минут и вымыв шампунем волосы, мужчина решил, что еда, в принципе, может и ещё чуток подождать и заткнул пробкой слив. Через пару минут, заподозрив неладное, Захаров высунул проводки и посмотрел на шторку.       - Серёж? - Нечаев отдёрнул занавеску и, уже сидя по пояс в воде, вопросительно посмотрел на перчатку. Последовало молчание. Затем тяжёлый вздох.       - Не нуди. Сам сказал, мне надо отдохнуть.       - Но перед этим я рекомендовал поесть.       - Еда никуда не денется.       - Ванна тоже.       - Заткнись.       Ни у кого из них не было сил спорить, так что дальнейшее напряжённое молчание разбавлялось лишь журчанием воды.       - Можно к тебе? - учёный тут же пожалел о заданном вопросе. Во-первых, из-за подавившегося воздухом от удивления Сергея. Во-вторых, из-за собственного мгновенно нахлынувшего смущения.       "Ну кто меня за язык потянул, ебучие пироги?", - подумал он.       - Ко мне? - откашлялся Серёжа. Ответа не последовало, - А тебе это не навредит? - в голосе был явно различимый интерес и нотка волнения.       - Вода может повредить электронику внутри перчатки, но для моего полимера она безвредна, - спокойно пояснил Харитон.       - Ну... Ладно, - Захаров завис. Нечаев серьёзно? - Не хочешь уже? - не дождавшись реакции, смутился мужчина. Может, учёный пошутил?       - Эм. Н-нет, я... С-сейчас, - великий атом, он никогда не был так смущён. Слава богу, что он не мог покраснеть, срывающегося голоса было более, чем достаточно.       Из отверстия-звёздочки по центру перчатки выползло полимерное... нечто. Серёжа наблюдал за этим с почти детским любопытством. Полимерный комочек тем временем подполз к самому краю стиральной машины и прыгнул в сторону ванны, и тут же скатился с бортика прямо в воду. Сергей на автомате подставил руки в попытке поймать Харитона, пока тот не погрузился на дно. Подняв полимерный сгусток на уровень глаз и разглядывая его, мужчина чувствовал поднимающуюся внутри волну веселья. Сдерживать смех вдруг стало очень сложно, и его плечи невольно затряслись.       - Что? - Захаров не понимал, что вызвало у напарника смех.       - Н-нет, - говорить сквозь судорожно сдерживаемый хохот было непростой задачей, - П-просто. Пх-ах-ха-хах, блять, я знал, что ты, по сути, кусок полимера, но... Ебучие пироги, - и Нечаев расхохотался. Теперь учёный точно жалел, что открыл метафорический рот, - Б-бля, прости, - Серёжа тем временем пытался отдышаться, - Извини, сопля, - с усмешкой выдал он. Если бы Харитон мог, он бы задохнулся от негодования. Как его только что назвали?!       - Какая я тебе сопля, чурбан ты неотёсанный?!       - Пф, да самая настоящая.       - Ах ты! Да я! Да как ты! Хмф! - обычно богатый лексикон светила советской науки сейчас свалил куда-то в закат, и он не нашёл решения лучше, чем оскорблённо отвернуться (если это действие было к нему применимо) и замолчать.       - Ты что, обиделся? - Сергею по-прежнему было весело. В таком виде Захаров выглядел забавно и даже, в какой-то степени, мило. Н-да, с ним явно что-то не так: вряд ли нормальный человек мог счесть полимерную соплю с сознанием одного из величайших учёных СССР "милым". Но с другой стороны, последние несколько часов он провёл уничтожая ожившие кровожадные растения. Мысленно попытавшись вместить свою жизнь в рамки "нормального", мужчина поморщился и фыркнул. Не, даже в их прогрессивное время, когда чудиков хватало, он явно выделялся из и без того колоритной толпы. Не обложкой, так содержанием.       - Харитон, - позвал Нечаев. Ответа не последовало, - ХРАЗ? Харитон Радеонович! Захаров, мать твою полимерную! - ни одно обращение не возымело эффекта. Полимер объявил молчанку. Тишина длилась с минуту. Сергей, до этого недовольно хмурившийся, вдруг почувствовал себя неловко. Обычно ему не было особо дела до чужих обид, однако в этот раз от осознания, что он неслабо задел своего, пожалуй, единственного друга, всё внутри затопило чем-то холодным и неприятно липким. Конфликт надо было решать, однако выход из подобной ситуации всего один. Ох, не любил этого Серёжа. Однако, ради напарника... Можно и стерпеть разок.       - Прости меня, Хорь. Я не хотел тебя обидеть, честно. Не дуйся на меня, я больше не буду так тебя называть, обещаю.       Несколько секунд учёный обдумывал, простить ли всё-таки этого грубияна. Но прокручивая в голове слова мужчины, он вдруг застыл. Как-как его назвал Нечаев теперь?       - Как ты меня только что назвал? - может, ему послышалось? Ему вообще может изменять слух? Сергей насторожился, но, не уловив неприязни или возмущения в голосе Захарова, повторил:       - Хоря?       Полимер слегка вздрогнул. Интересно.       - Хоря, - с улыбкой проговорил Серёжа слегка понизив тональность. По поверхности "тельца" учёного прошла рябь. Словно мурашки.       - Больше не злишься, Хоря? - последнее слово мужчина буквально выдохнул, поднеся напарника ближе к лицу. Почти к самым губам.       "Ещё чуть-чуть", - подумал Харитон, но, осмыслив возникший в голове образ, одёрнул себя. Буквально. Он шарахнулся в сторону от лица Нечаева и, неловко кувыркнувшись, вывалился с его ладоней. Теперь обидно стало Сергею.       - Тебе так неприятно моё лицо? - спросил он у барахтающегося в воде полимерного сгустка. В ответ получил только бульканье. Вряд ли полимер мог утонуть, ему и дышать-то было не нужно, но попытки Захарова оставаться на поверхности воды выглядели довольно жалко. Так что, Серёжа, снова подхватив того одной рукой, усадил на выглядывающее из-под воды колено.       - Спасибо. Плавать в этом теле оказалось сложнее, чем я предполагал. И нет, мне не неприятно, просто... - учёный не знал, как объяснить свою реакцию, не выдав при этом недостойных гражданина Союза мыслей. Хоть и причислить его к этим гражданам можно было с трудом, - Просто не ожидал, - мужчина лишь хмыкнул в ответ.       Несколько минут они провели в полной тишине, но некоторое напряжение, или может, недосказанность, всё же повисли в воздухе. А потом мысли Нечаева начали сворачивать не туда. Он думал о том, как Харитон отреагировал на сокращение своего имени. Это тоже казалось ему милым, как, собственно, и весь Захаров. И вот отсюда это "не туда" и началось. С каких пор он вообще считал учёного "милым"? Когда успел настолько к нему привязаться, что на просьбу Дмитрия Сергеевича вернуть ХРАЗа не смог ответить иначе, как категоричным отказом. А Харитон и не хотел возвращаться. Тогда между ними разгорелся нешуточный спор. Академик и перчатка перекрикивались, порой переходя на личности, но ни один из них уступать не хотел. В итоге, всё решил перевес. Майор Сергей Нечаев и профессор Харитон Захаров стали союзом, способным одолеть самого Дмитрия Сергеевича Сеченова, пусть только на словах. Поистине страшная сила. И вот сейчас, спустя несколько месяцев совместного проживания, Захаров, неожиданно даже для самого Сергея, в мгновение ока стал "Хорей". И он чуть не поцеловал его. От этого осознания глаза Серёжи расширились. Он, блять, чуть не поцеловал его! Чёрт. Будь Нечаев на месте учёного, он бы тоже... Что? Стоп. Нет. В смысле? Когда мужчина попытался представить, что это Харитон приблизился к его губам, а не наоборот, он не ощутил неприязни. Отнюдь. Этот момент скорее был бы... Желанным? Ебучие, сука, пироги.       Вдох, выдох. Ну что ж. Он уже признал себя "ненормальным". Гулять, так гулять. Вот только, что думал об этом сам Захаров? Он ведь тоже мужчина, как-никак. Ну, или был. И как бы теперь это узнать? Не спросишь же в лоб, верно? Может... Может просто попробовать? Словно какое-то шестое чувство, интуиция подталкивала к этому Сергея. А интуиции он привык доверять. Поэтому, недолго думая, снова взял полимер на руки и... поцеловал. По-детски невинное, простое прикосновение губ почему-то заставило смутиться и залиться краской. А учёного зависнуть.       Его только что поцеловали. Серёжа. Серёжа поцеловал его. Его, Харитона, чёрт возьми, Захарова. "Полимерную соплю". Это просто не могло уложиться в сознании. Зачем? С чего вдруг? Нечаев всё-таки заметил его реакцию и решил поиздеваться? Или есть другая причина? Какая?       - Хорь? Всё нормально? - видимо, он слишком долго не реагировал, - Прости, больше не буду, - мужчина ожидал криков, угроз, обвинений в мужеложстве, но подобная реакция, или скорее, её отсутствие, оставила его в замешательстве. Захаров настолько возмущён? Или просто шокирован? А полимер в этот момент наконец пришёл в себя. И снова "покрылся мурашками". Только на этот раз это было заметнее и длилось дольше. Он словно запульсировал на руке, и по его упругой поверхности стали расходиться волны.       - Хорь?       - А? А, да. Я... - он просто не знал, что сказать.       - Так тебе всё-таки понравилось, - не вопрос - утверждение. Сергей улыбнулся и хитро прищурился. И снова поцеловал. Только на этот раз задержал прикосновение на несколько секунд. И Харитон поплыл. Он наслаждался этим - теплом и мягкостью чужих губ, лёгким покалыванием бороды и усов. И нежностью, которой был наполнен поцелуй. Которую источал весь Серёжа. И в следующий раз уже сам потянулся ближе. Слегка надавил на нижнюю губу. Юркнул самым кончиком своего гибкого тельца в приоткрытый в позволении рот, столкнулся в танце с языком. Спустя добрую минуту они оба растеклись лужицей - Нечаев в остывающей воде, Захаров у него на груди.       - Хорь?       - М?       - Люблю тебя, - мужчина не думал, что может покраснеть сильнее чем есть, но видимо, нет предела совершенству.       - И я тебя, - Харитон снова запульсировал и пошёл рябью.