Часть 1

Сегодня в особняке Меттханан необычайно тихо: нет никаких следов присутствия хозяев, нигде не видно и не слышно обычно трудящихся тут и там незаметных слуг. Молодой мужчина медленно входит в знакомую гостиную, оживляя в памяти воспоминания шестилетней давности. Он все же решился... Горнхин Патапи вернулся в родной Таиланд из холодной и далекой Англии, на долгие годы ставшей его вторым домом. Но почему вокруг так тихо? Даже на кухне не видно хлопочущих людей, и его мама не следит за порядком, встречая гостей на пороге. Куда все пропали? Хин медленно идет по гостиной, через распахнутые двери проходит в столовую, заглядывает на кухню и далее последовательно проверяет все комнаты на первом этаже особняка. По широкой лестнице поднимается на второй этаж... но там тоже слишком пусто и слышится только гулкое эхо его собственных шагов по длинным коридорам. Все двери закрыты. Он помнит каждую из них, но не решается открыть без приглашения. Шесть лет прошло, он больше не слуга дома Меттханан. Сейчас он здесь гость. Спускаясь обратно на первый этаж, Хин видит свое отражение в зеркалах - хорошо одетый, красивый, молодой с налетом ранней зрелости мужчина, который почти не изменился с тех пор, как это место было его единственным домом. А еще человек в зеркале взволнован и немного испуган, он постоянно оглядывается, словно ищет кого-то... Покинув последнюю нижнюю ступень лестницы, гость сразу направляется к наружной двери, чтобы выйти на улицу и попробовать поискать кого-нибудь в саду и в домике для персонала. Неожиданно дверь резко распахивается ему навстречу, и в него почти врезается растрепанная и взволнованная госпожа Кли Патапи. - Мама! Что случилось?! - шокирован ее видом сын, не видевший мать все эти годы. - Хин? Ты... ах..! - растерявшаяся в первый момент женщина, кидается к своему мальчику, крепко его обнимая. * * * * В конце рабочего дня Тул Меттханан покидает офис компании, чтобы сесть в машину и ехать домой, как он делает это каждый день. Вади давно нет в его жизни, но Тул по-прежнему, словно заведенная механическая игрушка, выполняет одни и те же действия не заботясь о том, чтобы как-то изменить и разнообразить свое существование. С тех пор, как его лишили возможности дышать и любить, его мир потерял краски, превратившись в однотонную серую череду теней и событий, не имеющих цвета, вкуса и запаха. Но это не мешает Тулу выполнять свой долг послушного уважительного сына, заботливого брата, хорошего отца и успешного руководителя семейного бизнеса. Он делает все, чтобы люди вокруг него стали счастливыми... он обещал. О своем собственном счастье Тул не думает. Вдох... почему сегодня так трудно дышать... труднее, чем обычно... вдох... Машина быстро едет по окружной, руки водителя спокойно и уверенно лежат на руле. Эту дорогу Тул может проехать с закрытыми глазами, механически выполняя нужные действия и внимательно следя за дорогой. Что не мешает ему в то же время обдумывать текущие дела и не только. Сейчас он внезапно вспомнил то самое путешествие, в которое он увез Хина на его день рождения. Три дня... целых три бесконечных прекрасных дня, когда Тул еще не вполне понимал, но чувствовал... все то, что теперь ему осталось лишь вспоминать. Та длинная прогулка по пляжу... и то, как они потом любили друг друга, когда Хин впервые сам потянулся к нему... он просил и требовал, даря тем самым Тулу абсолютно новые, но такие живые и горячие, настоящие чувства... Там они впервые назвали друг друга фэнами, а Тул из ревности к не вовремя позвонившему придурку Накропу заставил Хина нырять в бассейн, напугав фэна и утопив его телефон. Потом он, разумеется, купил ему новый - еще лучше, назло женщине, которая позже по дикой несчастливой случайности стала его женой и матерью его сына... он был должен... он обещал... обещал сделать ее счастливой... нет, все, что было потом лучше не вспоминать. Прощальный подарок Хина - обточенный водой и ветром кусок гальки, обычный гладкий черный камень с того самого пляжа... Тул с ним никогда не расстается. - Так долго... шесть лет... шесть бесконечно долгих лет я живу, словно мертвец... заблудившийся, потерянный и не знающий покоя призрак... почему ты заставил меня делать это так долго..? Нет, Тул давно разучился плакать - с тех пор, как маленький Пху застал его рыдающим на полу. Малыш испугался и всеми силами старался утешить папочку, обещая наказать всех его обидчиков. Наказать... ребенку не стоит думать о подобных вещах... Тул никому не желает повторения своей собственной судьбы. Но с тех самых пор его глаза всегда остаются сухими, какая бы сильная боль не терзала его измученное, оставленное без надежды сердце. Вдох... слишком тесно в груди, воздуха опять не хватает... вдох... - Я не знаю, как мне дышать... я задыхаюсь... эта бесконечная пытка... Внезапно он чувствует сильное желание прикоснуться к тому, что хранило в себе отпечаток самого важного для него человека. Одной рукой он принимается шарить в небрежно брошенном на соседнее сиденье пиджаке. Там в боковом кармане лежит тот самый черный гладкий камень, подобранный ими на пляже шесть лет назад. Этот простой кусок гальки в руках Тула становится живым и теплым, создавая невидимую связь между ним и человеком, которого он всегда любил, самым важным человеком в его жизни. Найдя нужное, Тул машинально сжимает его в ладони, впитывая в себя ощущения ответного тепла, которое имело для него лицо Хина... запах и вкус Хина... прикосновения... Человек, который когда-то хотел доказать всем, что он - достоин, забрав все, что у него отняли с рождения... теперь он получил это. Но теперь же он не имеет ничего, что могло бы сделать его живым и счастливым. Шесть лет назад он понял, наконец, свое сердце, он был готов отказаться от мести, от гордости и достоинства, забыть о боли и муках, через которые его заставили пройти - только ради того, чтобы Хин оставался рядом... ...Но... ...С тех пор не было ни единого дня, когда бы Тул был счастлив. Не было ни единого дня, когда бы ему не пришлось страдать, потому что самый важный в его жизни человек, его дыхание... - Почему, уходя, ты оставил меня в живых? Почему просто не убил? Почему ты позволил мне существовать без тебя? Почему? Почему... Я родился проклятым, верно? Я проклят, и я не заслуживаю счастья... Вдох... в груди что-то ноет, и кажется, что весь воздух в салоне автомобиля внезапно закончился... выкрутить кондиционер на полную... вдох... Тул сжал зубы, направляя машину по левой полосе, увеличивая скорость. - Ты был моим дыханием... без тебя я не... я должен, но... больше не могу... жить... без тебя... Глаза жгло и щипало, но слез не было. Шесть лет назад Тул не хотел той жизни, которая была у него сейчас. Он не хотел... Внезапно... ...Острая боль пронзила его грудную клетку, заставляя выгнуться и закричать. Он уже не видел, как потерявшая управление машина закрутилась на скоростном шоссе и вылетела за ограждение эстакады, несколько раз кувыркнувшись в воздухе. Чтобы с противным грохотом и скрежетом упасть на каменный склон и покатиться вниз, подпрыгивая при каждом ударе. Тул не видел, как машина в последний раз врезалась в камни и застыла бесформенной уродливой кляксой искореженного металла. Он не видел, как от нее в разные стороны потекли разноцветные ручейки, а после прогремел взрыв... Тул Меттханан всего этого уже не видел.