Глава первая. Один

Лучи света, пробивающиеся сквозь воду, — одна из последних вещей, которые наблюдала Вилланель перед тем, как в глазах потемнело. Ослабевая, она задалась безмолвным вопросом: «Неужели это конец?» Холодная, мокрая смерть, с примесью крови, которая просачивалась сквозь одежду, формируя тёмно-красные облака, похожие на ореол вокруг её головы. Как минимум, последнее, что ощутит Вилланель перед неизбежным — крепкое касание руки Евы, нависшей над ней, и ласкающие уши едва слышимые отзвуки воображаемых фейерверков. По крайней мере, Вилланель получила то, чего желала больше всего на свете: Еву. Навсегда. Навечно. «Твоя навеки, Ева». Резкие толчки в области грудной клетки вырвали Вилланель из объятий блаженных воспоминаний. Струйки мутной воды выходили из приоткрытых губ наружу, а затем она жадно вдохнула свежий воздух. Однако ликование длилось недолго — тело насквозь пронзила жгучая боль вместе с пульсирующей головной болью. Расплывчатая физиономия напротив двоилась в глазах, вращаясь по кругу — вероятно, давала о себе знать потеря крови, исказившая восприятие Вилланель. — Какое счастье, что ты очнулась, — весело комментировала загадочная фигура. Затем минутное брюзжание, и картинка Вилланель сменилась на заднее сидение неприметного внедорожника. Дверь напротив открылась, и появилась брюнетка — вероятно, обладательница голоса, вернувшего её в реальность ранее. Вилланель наблюдала за быстрыми движениями ловких рук. Действительность расплывалась перед глазами — слабость давала о себе знать. Вилланель едва различала медицинские принадлежности, которые оказывались в руках её спасительницы, среди них кислородная маска, которая прилипла к лицу Вилланель, несколько длинных игл, от внушающего вида которых она была не в состоянии даже поморщиться. — Быстрее, нет времени на раскачку, — женщина окликнула водителя впереди. С небольшим рывком внедорожник тронулся с места — и Вилланель поняла, что её сейчас вырвет, и содержимое желудка за последние сутки вперемешку с кровью окажется снаружи. Заботливая рука сняла маску и вытерла её лицо, а затем быстро приложила к губам сильно ароматизированную ткань, чтобы убрать приступ рвоты. — Всё будет хорошо, — успокоила брюнетка, столкнувшись с вялым сопротивлением девушки. — Это для твоего же блага, Вилланель. «Кто ты?» — прежде чем встретиться с всепоглощающей темнотой успела подумать Вилланель.

***

Ева не знала, с чего начать. Вообще-то знала — с попытки выбраться из ледяной воды, способной полностью обездвижить её медленно замерзающие конечности. Прежде чем она собрала волю в кулак, выплыла наружу и забралась на лодку, её тело сковывала неимоверная сила. Отчасти из-за холода, но больше как шоковая реакция на то, как Вилланель погружалась всё дальше и дальше в неумолимые глубины. Реакция на то, как её тело пронзили несколько пуль, одна за другой. Слишком быстро, чтобы этой участи можно было как-то избежать. Даже сейчас, при свете фонарей, Ева могла разглядеть малиновые пятна там, где пули коснулись фарфоровой кожи Вилланель. Её плечо, грудную клетку, живот — места, которыми Ева хотела бы любоваться и коснуться больше, чем за последние сутки. Еве хотелось бы, чтобы они больше смеялись, больше ссорились, больше целовались, больше разговаривали — Ева больше всего желала, чтобы у них было больше времени. Вместе. Ева молниеносно вернулась к реальности, поняв, что находится на лодке с внушающим количеством трупов. Более того, думалось ей, она намерена прибавить к их числу ещё одного: стрелка. Ева мчалась по палубе, на ходу сбрасывая промокшую до нитки куртку, которая хранила на себе прикосновения Вилланель, она пропитана ей насквозь. Поднимаясь по лестнице, Ева просматривала наиболее вероятные насесты в поисках затаившегося снайпера. Все высокие позиции, возможно, самый высокий уровень. На верхнем этаже она обнаружила лишь пару использованных гильз от снайперской винтовки. И ничего больше. — Блядь! — не сдержалась Ева. В ярости она ухватилась руками за перила балкона и затрясла ими, затем повернулась и пробила ногой глубокую дыру в штукатурке стены. Мысли, словно заколдованные, метались по кругу, в центре которого бездыханное тело Вилланель в тёмно-алой, от крови, воде и бьющий по вискам вопрос: «Где искать дальше?» Найти зацепку. Следы или отпечатки пальцев, что угодно. Проверить окрестности лодки, причал. Вилланель, медленно умирающая там, в глубинах реки. Всё смешалось, и так без конца. Вилланель. Следующая подсказка. Она умирает. Найти зацепку. Там, в холодных водах Темзы. Причал. Ева отпустила сотрясающиеся балконные перила и побежала вниз, приближаясь к корме лодки. Она всматривалась в темноту, которую тускло освещали огни причала, рассматривала яхты и здания поблизости. Затем достала промокший ствол и встряхнула его, надеясь, что этот жест поможет избавиться от лишней воды, и прицелилась. Щелчок. Мимо. Щелчок. Снова промах. Ева даже не моргнула от звуков выстрелов. Она сосредоточена как никогда. Бегущая вдалеке фигура внезапно упала, разразившись мучительным криком и схватившись за ногу. Ева поняла, что попала точно в цель. Она медленно вдохнула, чтобы успокоиться. Как минимум, во избежание обморока после того, как женщина стремительно спустится по трём лестничным пролётам и соскочит на жёсткий бетон причала. — Пожалуйста, пожалуйста…помогите! Умолял мужчина, за плечами у него снайперская винтовка, которой он не в силах воспользоваться. Ева склонилась над ним и просто смотрела на кровоточащую ногу, отчего разгневанный стрелок, собрав волю в кулак, пополз, волоча раненную ногу по бетону. Ева вдохнула и поставила ногу на место пулевого ранения, несмотря на разразившийся громкий крик. — О да, — выдохнула она, — конечно же, нога сломана, — а затем надавила на больную точку всем весом, отчего раздался отвратительный треск костей. — Нет! Нет! Пожалуйста, пожалуйста, меня наняли, просто убей меня… — снова и снова умолял снайпер, хватая её за ногу и впиваясь ногтями до крови. Ева зашипела и выстрелила ему в плечо, тело стрелка неестественно дернулось и повалилось на землю. Он вскрикнул и сорвался на плач, но уже не двигался. Ева склонилась над ним и схватила за лицо. Взглянула в его глаза, полные слёз. Стрелок пытался заговорить, но его заткнул удар кулаком в челюсть. — Кто отдал приказ? — спросила она, хватая его за грудки. Он что-то невнятно пробормотал. — Кто нанял тебя? — повторила Ева, угрожающе понизив голос. — Я не… я не знаю, — всхлипнул стрелок. Увидев, как её рука потянулась к пистолету, он тут же замолк. — Я не знаю её имени! — Он продолжил: — Но, э-э… пожилая женщина, рыжие волосы, э-э… странная такая, это всё, что я знаю. Пожалуйста! Пока Ева слушала, как он запинался на каждой фразе, её сердце всё сильнее охватывало неприятное предчувствие. Она знала имя. Всегда знала, кто это. Несомненно, Ева будет преследовать её до тех пор, пока лично не сможет всадить пулю в голову. Снайпер почти улыбался, когда Ева отпустила его лицо и отошла. Она молча смотрела вдаль. Стрелок медленно и мучительно полз по бетону, оставляя за собой кровавый след. Ева обернулась достаточно быстро, чтобы заметить, как он притворился мёртвым, лишь бы она не сделала контрольный выстрел ему в голову. — Прости, этот трюк не сработает, — произнесла Ева. Она скрылась в ночи с пистолетом в руке. Последний взгляд на воду — всё, что она могла себе позволить. Наблюдать, как отражение задних фонарей одинокой машины двигалось по воде, пока и вовсе не растворилось в небытии. Кэролин.