Сделка

Воротник, завязанный бантом, классического кроя белое платье, расшитое тонким узором маленьких тёмно-зеленых цветов, воздушная укладка чёрных волос, падающих на спину мягкими волнами, нежные прядки, обрамлявшие лицо, алмазный блеск серёг и бордовая помада на губах — образ у меня сегодня, как всегда, был и элегантным и ярким. Я понимала, отчего Гон Ин У оглядывает меня с таким интересом, хотя его взгляд вызывал отторжение. Которое я без труда скрывала. Я прервала беседу Чон Бома с художником, вернее даже, завершила её своим появлением. Тишина вмиг воцарилась такая, что по всей галерее слышался лишь стук высоких каблуков моих серебристых туфель. Заложив руки за спину, я неторопливо подошла к Гон Ин У, которого, схватив за грудки, к стене прижимал Чон Чон Бом, и окинула собравшихся надменным взглядом. На душе было спокойно вопреки предчувствию, которое вопило об опасности. Впрочем, воры и убийцы меня никогда не пугали. Сама о том не догадываясь, я слишком много времени провела в их окружении. — Джи Чоль, ты пригласил на нашу встречу такую красавицу, — ржаво посмеиваясь, протянул наконец Гон Ин У. — Кто она, твоя новая возлюбленная? Я не удивилась тому, что художник назвал Чон Бома другим именем, мои мысли занимало другое. Отвечать я не торопилась, знавший о том, что я приду, молодой человек тоже молчал, так что вперёд выступил Кан Ду Чоль, который находился здесь же, и вежливо сообщил: — Это главный редактор «Style Log», Ли Агнесс, я вам про неё рассказывал, учитель. Помните? — владелец галереи перевёл взгляд на меня. — Вы хотите приобрести его картины? Я снова оглядела мужчин, быстро сосчитала их. Коротко посмотрела на Хана. Тот кивнул. Отпустив художника, отошёл от него Чон Бом: он знал, о чём я собираюсь просить. — Я пришла не как покупатель, — начала я и посмотрела на Гон Ин У с вежливой улыбкой. — А как дочь Ли Чон Джэ. Художник криво улыбнулся одним уголком губ. Глаза его словно застила пелена. Сейчас, при личной встрече, он показался мне ещё более дряхлым, чем на снимках. Пошатываясь, Гон Ин У сделал шаг в мою сторону. Одновременно с ним шагнул ко мне Чон Бом, удивив меня явным порывом защитить от монстра в человеческом обличии, характерный звук за спиной подсказал, что Хан поправил оружие в кобуре. Липкий интерес в глазах художника меня не пугал: я сильно переживала в эту секунду не о своей жизни. — Я многим обязан господину Ли, — поведал Гон Ин У. — Если от меня что-то нужно, я помогу его дочери. — Рада слышать, — бесстрастно ответила я. — Мне известно о том, что вы предложили отцу, — продолжила я. — Но я хочу попросить вас не возвращать ему долг подобным образом. Художник неприятно засмеялся: — Ты боишься, что это убийство свяжут с именем господина Ли? Знаешь ты, как хорошо мои люди заметают следы? «Нашёл, чем хвастать», — мысленно фыркнула я и спокойно проговорила: — Я настаиваю. Секунду-вторую Гон Ин У разглядывал моё лицо. Я прищурилась, чтобы скрыть отвращение, которым отозвался во мне его полный жадного восторга взгляд. — Мы можем заключить сделку, — предложил он наконец. — Нет! — вырвалось у Чон Бома. Хан промолчал, я тоже была спокойна. Имя моего отца имело слишком много веса для таких, как Гон Ин У. — Какую? — холодно спросила я, вскинув бровь. — Мне купить одну из ваших картин? — Представь на своей выставке те, что я отберу, — ответил художник. Представлять его работы мне хотелось не больше, чем запивать оливки бензином, но я слабо усмехнулась с равнодушным: — Как пожелаете. — Я пришлю их вам через Ду Чоля, — довольно проговорил Гон Ин У и кивнул стоявшим вокруг мужчинам. Комната опустела в несколько мгновений. Я оглянулась на Хана, тот ответил ободряющей улыбкой. Зато Чон Бом был недоволен. — К чему было так рисковать? Я ведь предупреждал о том, как он опасен! — подошёл он, с трудом сдерживая возмущение. — Полегче, студент, — с сарказмом посоветовала я, — иначе я решу, что ты обо мне беспокоишься. Хан, — оглянулась я. — Понял, — улыбнулся телохранитель и схватил Чон Бома под руку. — Пойдём, есть разговор. — Постой, — вырвался студент и, выудив из кармана маленький диктофон, протянул мне. — Передайте Ким Су Хёку, — вложил он устройство в мою ладонь. Я только кивнула, рассеянно гадая о том, какую часть своей беседы с художником мог записать Чон Чон Бом. Едва ли заметила, как Хан увлёк студента прочь. Сердце в груди запело, стоило мне осознать, что я только что отвела от прокурора Кима опасность. Я улыбнулась, чувствуя почти эйфорию. Ждала я Ким Су Хёка недолго. Обернулась, услышав его решительные шаги. Не ожидавший увидеть меня здесь, прокурор несколько мгновений выглядел удивлённым. Я усилием воли спрятала улыбку — сама боялась признаться себе, насколько счастлива его видеть, — и, окинув просторную комнату взглядом, невозмутимо заметила: — У вас очень много врагов, прокурор Ким. Он прищурился; подозрения, которые я у него вызвала, я почти слышала. Кивнув каким-то мысленным выводам, Су Хёк неторопливо зашагал в мою сторону. Я так и стояла, заложив руки за спину, пока он не подошёл совсем близко. Голова почти кружилась, и мне пришлось её вскинуть, чтобы не разрывать связавшего нас взгляда. В низком голосе прокурора слышалась невозможная смесь снисхождения и недовольства: — Я слишком часто встречаю вас там, где ищу преступников. — Доверьтесь своей интуиции, прокурор Ким, — мягко посоветовала я, — вы знаете, что я невиновна. — Мне обещали, что я найду здесь Гон Ин У, — в словах дрогнуло возмущение. — Он каким-то образом узнал, что вы придёте на встречу, и это его не обрадовало, — я склонила голову к плечу. — Но у меня есть для вас посылка. От Чон Чон Бома, — пояснила я и протянула ему диктофон. Видимо, сил удивляться чему-то у прокурора уже не было; он принял устройство и без лишних слов спрятал его в карман пиджака. — А это уже от меня, — я выудила из сумочки снимки Гон Ин У, на которых не было отца. — Согласитесь, вы немного потеряли от того, что не увидели его лично. Ким Су Хёк скрыл смех за коротким кашлем и резко спросил: — Откуда у вас эти снимки? — Прокурор Ким… Я вздохнула, поразмыслив. Скрывать правду от Су Хёка я не видела смысла. Тем более, что это было опасно. — Не спрашивайте, откуда я знаю Чон Чон Бома, — начала я. Ким Су Хёк нахмурился, он внимательно слушал. — Он поделился со мной, что хочет помочь вам в расследовании и потому пригласил вас на эту встречу. Но он не знал, что Гон Ин У будет ожидать вашего появления здесь. — Как Гон Ин У узнал об этом? — перебил меня прокурор. Я покачала головой: — Я не знаю. Всё, что мне удалось выяснить, — это то, что Гон Ин У планирует вас убить. Возможно, он и есть преступник, которого вы ищете. Тогда, вероятно, он просто не хочет, чтобы его разоблачили. Об этой причине я думала по дороге в галерею. Не верила, что серийный убийца собирается вернуть отцу долг. Такие, как он, могли бы только искать личную выгоду. На шокирующие вести Су Хёк отреагировал задумчивым молчанием. Так и не дождавшись от него ответа, я тихо сказала: — Для вас не новость, что Гон Ин У может быть убийцей. — Чон Чон Бом намекнул мне, что не с миротворцем собирается встретиться, — отрывисто проговорил прокурор Ким. Злился. Знать бы, отчего. — И вы пришли сюда один? — с осуждением спросила я. Он только сузил глаза, не сочтя нужным ответить, вдруг обхватил ладонью мой локоть. Я перевела беспомощный взгляд с его руки на его лицо, чувствуя, как сердце гулко стучит где-то в горле. — Вы ведь встречались с Гон Ин У? Только что? — проницательно спросил Су Хёк. Я заморгала от неожиданности, хотела было отступить. Он не позволил, притянул обратно, удерживая за руку. Говорить правду мне совсем не хотелось. Впрочем, слов и не требовалось. — Почему вы рисковали? — глухо спросил прокурор. — Почему вмешались, зная, что это опасно? Потому что боялась, что с тобой что-то случится. — Вы спасли мне жизнь, прокурор Ким, — я чувствовала себя почти лицемеркой оттого, как спокойно звучал мой голос. — Считайте, возвращала долг. Он перевёл дух. Только сдерживал в эту секунду явно не гнев. Потом в его глазах появилось странное разочарование. Он будто ждал совсем других слов. — Пообещайте мне одну вещь, редактор Ли, — резко начал Су Хёк. — Какую? Что буду писать вам время от времени? — с лукавой усмешкой спросила я. В глазах прокурора мелькнула улыбка. — Что больше не будете подвергать свою жизнь опасности, — поправил он меня. — Только если дадите мне такое же обещание. — Редактор Ли! — кажется, Су Хёк снова разозлился. Меня это не напугало. Пожав плечами, я направилась было к выходу, но меня остановили. — Почему вы так упрямы? — решительно обошёл меня прокурор, загородив дорогу к двери. — Почему вы так безрассудны? — вернула я. Прокурор даже опешил. Упрямо поджал губы: разумеется, был со мной не согласен. — Прошу вас, берегите себя, прокурор Ким, — шагнув к нему, тихо попросила я. — Тогда сегодня я не напрасно рисковала, встречаясь с серийным убийцей. Су Хёк не нашёл, что сказать. Любой бы не нашёл — для человека, с которым он знаком чуть больше недели, в моём голосе было слишком много искреннего беспокойства. А может, о Ким Су Хёке давно уже никто не переживал. Понимая, что оставаться дольше не стоит, я попрощалась и вышла. И только в машине, отпуская острые переживания последнего часа, ощутила, как в глазах колет от непрошенных слёз.