Совет

Я устало сняла очки, закончив читать статью о новой линейке шарфов от «Hermes». — Пусть отредактируют, — подала я тонкую кипу ассистентке. — Включим в следующий номер. В нынешнем оставьте снимки с той фотосессии со стюардессами. — Как скажете, госпожа Ким, — с поклоном приняла статью Хе Джин и вышла. Я слабо улыбнулась, как и каждый раз, стоило услышать ласкавшее слух: «Госпожа Ким». Новость о моём замужестве переполошила мир высокой моды, потому что гадания о том, который кандидат окажется достойным главного редактора «Style Log», зачастую были в газетах главной темой выпуска. Я не могла показаться в свете с кем-то из сильной половины человечества, чтобы об этом не начали трезвонить на всех мало-мальски приличных новостных платформах. Так, что порой мне даже хотелось потребовать свой процент с продаж — судя по их объёмам, рекламу моё имя делало нешуточную. Ныне же пошлые заголовки вроде: «Таинственный возлюбленный Королевы стиля» вызывали у меня такое раздражение, что я радовалась занятости Су Хёка, у которого просто не было времени на такую ерунду, как чтение новостей. — Я добился встречи с Ким Ён Джуном, — радостно прощебетал Нам Чон Ри, входя в мой кабинет. — Он прилетает в эту пятницу — говорит, назначили фотосессию с ребятами из «PR57»… Дже Хи спрашивает, не будешь ли ты менять концепцию. Она боится, что не успеет с образами двух главных моделей… Я позвала ассистентку, чтобы отдать несколько поручений, и приняла у заместителя последний альбом знаменитого фотографа и сценарий намеченной фотосессии: — Пусть Дже Хи возьмёт в помощницы ту стажёрку из отдела красоты, её последние образы мне понравились, — невозмутимо проговорила я, пробегая взглядом текст сценария. — И попросите, чтобы подготовили студию на полдень субботы — думаю, у Ким Ён Джуна работа с айдолами отнимет львиную часть пятницы. От беседы с редакторами меня отвлёк звонок Су Хёка; я вышла из конференц-зала, оставив работников совещаться о теме будущего выпуска, и сняла трубку: — Я задержусь в офисе, — без приветствий начал муж. — Переночуй сегодня у себя, Джи На. Мне показалось, или я расслышала тревогу в его голосе? — Готовишься к слушанию? — предположила я: обычно самый напряжённый день у адвокатов бывал как раз накануне суда. — Просто нужно подтвердить несколько версий, — суховато ответил Су Хёк. Я помолчала. Он не клал трубку. — Я не могу переночевать в нашей квартире? — наконец спросила я. — У тебя безопаснее, — лаконично пояснил муж. Я улыбнулась. Позволила себе лукавое: — А есть повод для беспокойства? Те несколько секунд, что Су Хёк не отвечал на неловкую шутку, показались мне очень долгими. — Нет, — наконец успокоило меня твёрдое. — Тогда до встречи, — попрощалась я. О своём решении я пожалела на следующий же день. Приехала я домой поздно, легла без ужина, обняв подушку мужа. Не будь я вымотана за день, вряд ли бы уснула: я слишком привыкла к тому, что Су Хёк спит рядом, к его ровным глубоким вздохам, к его запаху. Проснулась с мыслью, что совсем не отдохнула, и начала готовиться к работе. Оглядела в зеркале свой наряд: длинный приталенный пиджак и узкую безрукавку одного чёрного цвета, надетые поверх тонкой майки, ниспадавшую ярусами пышную юбку из светло-серой ткани в едва заметную чёрную клетку, сдвинутую набок чёрную фуражку, серебристые туфли. Этот наряд напоминал мне о Париже: я купила его именно там. Светло улыбаясь приятным воспоминаниям, я захватила сумочку и спустилась на подземную парковку. Вчера я отпустила водителя Мина, намереваясь поехать на работу сама. Дойти до чёрного седана я не успела, остановленная липким: — Госпожа Ким? Странно, как вообще можно было произнести это с такой неприятной интонацией. Обернувшись, я увидела низенького и плотно-сбитого молодого человека в тонкой куртке непонятного цвета и потёртых джинсах. До машины оставалось всего десятка два шагов, так что я не стала задерживаться — интуиция вопила об опасности — и, едва ли оглядев незнакомца, продолжила свой путь. Следующие слова застали меня уже возле седана. И прозвучали пугающе-близко: — Ты не уделишь мне немного времени, красотка? Развернулась я на чистом инстинкте: когда говорят в спину, лучше не испытывать судьбу. Еле справилась с испугом, заметив направленное мне в голову оружие, и отступила на шаг, пытаясь нащупать ручку дверцы. Мужчина стоял очень близко, и мне не хотелось задумываться над тем, как он преодолел разделявшее нас расстояние так тихо и так быстро. — Ну, не убегай, — ухмыльнулся незнакомец, явно заметив, что я никак не могу открыть дверцу. — Это же невежливо… Я просто хочу, чтобы ты передала от меня привет Ким Су Хёку. Услышав имя мужа, я насторожилась. Мужчина продолжил: — У него передо мной должок, знаешь ли. Он не захотел защищать меня в суде… счёл, что это ниже его достоинства, — зло усмехнулся он. — Говорят, пожалел ту девушку, — вспомнил он и покачал головой с фальшивым сочувствием, которое вызвало у меня волну слепящей ярости: — Хотя я с ней всего лишь поиграл… Я вспомнила. О том, что Су Хёк отказался вести дело Чон Рё Вон, мне рассказал дядя Со. Неужели этот негодяй получил оправдательный приговор? Незнакомец опустил револьвер, шагнул ближе. Я замерла, решая, как поступить, и сглотнула, услышав тихое: — Она была такая слабая. Ты же не такая, верно? Ты же справишься? — он заглядывал мне в глаза с такой жаждой, что у меня к горлу подступила тошнота. — Потому что я хочу, чтобы ты была живая до самого конца… Ты должна передать Ким Су Хёку привет, когда я скажу ему, где тебя искать… Явное удовольствие в его глазах, понимание, что он наслаждается и моим страхом и тем, что я сейчас под его контролем, меня добили. Холодное бешенство, которое смело все эмоции, оставив сознание чистым, могло бы меня напугать, но я была слишком зла. Мысленно благословила школу отца, научившегося меня не теряться в таких ситуациях. И резким движением — отпечатанным в подкорке мозга результатом долгих тренировок — вырвала оружие у незнакомца, не ждавшего от меня атаки. Чтобы прижать его к груди мужчины и глухо потребовать: — Убирайся прочь. Ни его имя ни цель меня не волновали. Неприятной дрожью, от которой хотелось избавиться, как от назойливой мухи, меня мучило только желание уйти от опасности. Которая едва ли уменьшилась от того, что револьвер перекочевал в мои руки. В глазах незнакомца, отошедшего на несколько шагов, не было и тени страха. «Психопат», — пронеслось в моих мыслях. Но сталь оружия в руке придавала уверенности и прогнала страх. Меня подташнивало лишь от мысли, что, кажется, мне придётся сделать шаг, который мне не хотелось делать. Я проверила затвор. Затем бесстрастно проговорила: — Насколько я знаю, маньяки вроде тебя неделями следят за жертвой, исследуя всё, что о ней можно узнать… Отчего же мне достался дилетант, которому невдомёк, кто мой отец? Мужчина ответил насмешливым: — Не будь так строга. Я сломал камеры. Если он думал, что впечатлит меня этим, он промахнулся. «Идиот», — мысленно закатила я глаза. — Думаешь стрелять, красотка? — снисходительно спросил он. — Ты хоть затвор с предо… Он не договорил: его слова смешались с щелчком — я сняла затвор с предохранителя. — Что, папочка учил обращаться с пистолетом? — окинув меня взглядом, спросил незнакомец. Чёрт, он даже сейчас не испугался. Нажимать на курок мне не хотелось, пусть меня и крутило от понимания, что стоящий передо мужчина измучил и убил не одну жертву. — Право, мы с ним даже обсуждали, как мне защитить свою честь, если встречусь с насильником вроде тебя, — сама не знаю, как сдержала истерический смешок. Я перешагнула через неприятие. Жаль, незнакомец этого не понял. — И что? Он посоветовал стрелять в висок? — хохотнул мужчина. Он совсем не знал моего отца. — Нет, — холодно проговорила я. — Он сказал: «Стреляй ему в штаны». Я выстрелила до того, как до мужчины дошёл смысл сказанного. Не промахнулась. Незнакомец с истошным криком осел на плитку, выстилавшую парковку, и согнулся в три погибели. Я вспомнила про испорченные камеры. Подошла ближе и присела на корточки. Мужчина сыпал проклятиями, но то ли он решил, что со мной шутки плохи, то ли на него подействовало владевшее мной бешенство, но он тотчас смолк после моего сдержанного: — Послушай… — Тварь… — прошипел мужчина, подняв голову. Меня это не тронуло. — Ли Чон Джэ, — с расстановкой проговорила я. — Запомни это имя. Если когда-нибудь в твою голову придёт мысль о мести, — меня саму пугал мой тон, — обязательно узнай, кто такой Ли Чон Джэ, прежде чем найти меня снова. Я поднялась на ноги. Не отводя взгляда, прокрутила барабан револьвера. На плитку со звоном попадали пули. Оружие я отбросила в сторону. Выехав со стоянки, я набрала номер скорой. Назвала адрес жилого комплекса и спокойно добавила: — На подземной парковке лежит раненый мужчина. Поспешите, он может истечь кровью, — добавила я и отсоединилась.