Глава 6. Вампир и человек

Эдвард

Для меня стало обычным делом, что жизнь проходит мимо. Всё вокруг происходило как в перемотке фильма. Помня всё до мельчайших подробностей и мне никак не избавиться как от хороших воспоминаний так и от плохих. Отношения с Беллой пронеслись как миг, но оставили после себя глубокие душевные травмы, от которых мне не избавиться и остается только учиться существовать с ними. После спасения Киры, я сам не свой вернулся к себе в номер. Не находил себе места и первым порывом было уехать, но я уже зарегистрировался в отеле и к тому же меня видели одноклассники и учителя, скрыться не вариант. Как параноик проверяю телефон, ни звонков, ни смс от Элис не было. Может Кира и не вспомнит меня? И потому Элис не звонит, так как это не повлияет. Прокручиваю в голове тот момент как встречаюсь со взглядом Киры. Удивленная? Испуганная? Что же означал этот взгляд? Через какое-то время упокоившись спускаюсь в холл, где собрались ученики и сопровождающие. Среди присутствующих вижу Бейкер с подружками и меня одолевает гнев, сдерживаюсь изо всех сил. Мысли Кортни были заняты только тем, что бы ее же подружки не выдали ее и сама Кира, если конечно она выжила. Из всей этой тройки только Линн Макви действительно переживала из-за случившегося, терзаемая муками совести, она порывалась всё рассказать, но Кортни запугала девушку настолько, что та и слова против вымолвить не смогла. И всё же мужества в ней оказалось больше, ведь когда пропажу Киры заметили, именно Линн рассказала Итану, что Кира гуляла у реки. Дрейк не придал особого значения познаниям девушки, углубляться не стал и просто передал информацию учителям и дальше видимо связались со спасательным патрулем. Линн Макви не так безнадежна как казалось на первый взгляд, более того девушка была решительно настроена, чтобы рассказать о действиях Кортни и другим и в особенности Деррику Гросману в которого Кортни вцепилась как бультерьер. В ожидании новостей все разбрелись по территории отеля, а я при этом ждал хоть какого-то знака от Элис. Поздно ночью всем сообщили, что спасатели обнаружили Киру на берегу реки и сейчас она под наблюдением. Я почувствовал облегчение, которое граничило с паникой от всей этой ситуации. Конечно новость о том, что Кира выжила обрадовала, ведь я предпринял всё для этого, оставалось лишь выяснить вспомнит ли она меня. Ночь и последующее утро я провел в пытках от собственных мыслей. Отключаться от чужих тоже не получалось, страсти вокруг Киры не утихали. Линн всё же рассказала Деррику о том, что случилось на реке. В обед Киру привезли в отель, встречать ее вышли чуть ли не все отдыхающие, даже не знавшие о девушке еще совсем недавно. Стоило Стениш выйти из машины как к ней тут же подбежали подруги, крепче всех обнимала ее Тесса не на шутку испугавшаяся за подругу, Кира была для нее почти что сестра. Я затерялся среди толпы, надеясь так и остаться невидимым наблюдателем. Стоит уйти пока не попался ей на глаза. Возвращаюсь к себе в номер. Что бы не случилось поддаваться панике не выход, а потому решил действовать строго по ситуации. Перестав мельтешить по комнате, ложусь на кровать закинув руки за голову. В коридоре послышались осторожные шаги, слишком легкие для парня, а вот для девушки в самый раз. Ударивший прямо в нос запах Киры, не оставил мне вариантов для опознания. Я слышу ее стремительное сердцебиение, она взбудоражена или напугана и все же не смотря на всё это стоит напротив моей комнаты. Ведомый не понятным мне порывом, отворяю дверь, что заставляет девушку вздрогнуть от неожиданности. — Кира, тебе что-то нужно? — заботливо интересуюсь, чтобы успокоить ее, глаза пробегают по девушке и останавливаются на перебинтованном запястье, всё-таки не уберёг. — Привет, давно ты приехал? — непринужденно отвечает она вопросом на вопрос, после стольких уговоров, она еще удивлена моему приезду. — Вчера. — отвечаю ей правдой. — как ты? — я понимал, что на этот вопрос она успела ответить не раз и все же я не мог не задать его, при этом продолжая сверлить взглядом ее травму. — Нормально. — ее ответ звучит совсем не нормально, замечая мой взгляд она прячет руку. — Эдвард скажи, это же ты меня спас? — переминаясь с ноги на ногу Кира задаёт вопрос, который вынашивала всё это время. Ожидаемо, тогда почему все мое тело напряглось? Я допускал такую вероятность, тогда как же мне поступить, что ей ответить? Правду? Неизвестно как она себя поведет и поверит ли и что в таком случае ждет меня и мою семью. Солгать? Она ведь пробыла в холодной воде довольно долго и оттого всё могло ей просто привидеться. — Нет. — твердо отвечаю я надеясь, что она поверит. — Это не так. — отрицательно покачав головой твердит девушка, она не верит. — я видела тебя там на берегу. — Кира ты продолжительное время была в ледяной воде и вероятно еще к тому же головой ударилась, и тебе привиделся я. — не торопясь объясняю и наблюдаю за ней. — Нет! — настаивает Стейниш. — как было на самом деле? — требовала правды Кира. — Тебе показалось… — но продолжить она мне не позволила оборвав мои слова. — Нет! Я видела, видела как ты стоял рядом со мной, как заблестел на солнце, как глаза твои потемнели. — раздражение переполняло ее. — как тогда в читальном зале. — неуверенно добавляет будто только сейчас ей удалось сложить картину в единое целое. Естественно я прекрасно понимал, что моё странное поведение в день нашего знакомства не осталось для нее не замеченным. Почему же до этого она не разу и словом не упоминало, что-то о том дне? — Кира у тебя было переохлаждение и сотрясение мозга, ты не понимаешь что говоришь! — пришлось съязвить, ибо ее настойчивость сбивала с толку и загоняла меня в угол. — Всё нормально у меня с головой! Слова девушки вызывают у меня поток воспоминаний из далекого прошлого. Когда я спас Беллу от несущегося фургона Тайлера Кроули, она так же не унималась с расспросами и Кира делает то же самое. Что тогда, что сейчас, я отнекиваюсь, но у меня нечего не получается. — Что ты от меня хочешь? — на глубоком выдохе грозно спрашиваю я, может мой тон усмирит ее. — Правды! Кира говорит с таким напором, сжимает ладони в кулаки, да настолько сильно что сквозь бинт проступает алое пятно и без этого притягательный аромат девушки еще сильнее бьет по мне и взывает к чудищу. Пытаясь совладать с собой, сквозь дымку слышу обрывки фраз девушки. — …это ты вытащил меня из воды…спас, а потом…смотрел как будто… — Кира всё продолжала настаивать на своём, а я все никак не прибегал к аргументам, чтобы переубедить ее. — Тебе никто не поверит. — сдержав легкий истерический смешок говорю я, насмехаться над ней я вовсе не собирался, но вся эта ситуации вызывает у меня смешанные чувства от которых хочется смеяться. — А я и не собиралась кому-то рассказывать. — сдерживая свой пыл отвечает Кира. — Тогда какое это имеет значение? — Для меня имеет. — твёрдо заявляет Кира и от ее слов по мне прокатывает волна раздражения с успокоением. — Просто скажи спасибо и забудь обо всём! — потребовал я, но в тоже время мне так не хотелось чтобы она сдавалась. — Спасибо! — зло бросила Стейниш в ответ, — ты так и не ответил. Неужели ей так сильно движет любопытство? Она ведь даже не представляет, чего ей может стоит это знание. — Твои ожидания не совпадут с реальностью. Совсем не надолго мне удается остановить это ее нездоровое любопытство. — Ну а тебе то что? — мое и без того ледяное тело, пронзило будто осколками льда., если бы она только знала, что ее мнение, ее знание имеет вес во всем для меня. — Понятия не имею. — едва слышно лгу Кире и закрываю дверь. Схватившись двумя руками за косяк двери опускаю голову, все еще слышу как бьётся сердце ошеломлённой Киры. Подождав пару минут, девушка успокаивается и едва перебирая ноги удаляется. Что это девушка делает со мной?! Она возвращает меня в омут болезненных воспоминаний и в то же время, общаясь с ней исцелялся. Как наша дружба влияла на нее? Из-за неспособности проникнуть в ее мысли мне оставалась только строить догадки, чего признаться я делать ненавидел. От Элис по прежнему не было новостей, от родителей так же тишина. В любом случае мне придется рассказать родным о том что я сделал. В собственном номере чувствовал себя запертым в маленькой коробке, стены давили. Я не знал чем себя занять, голова кипела. В социальной сети только и делал, что пролистывал страничку Киры, обновлений там не было два дня. Сегодня финал соревнований стоит сходить, хотя бы проветрюсь. В холле я встречаю Итана и Робби, которые из вежливости зовут меня присоединиться. Кира с подругами была неподалёку. Сегодня в нашей компании случился раскол, но не из-за нас Кирой, как-то само собой получилось. И тем не менее девушка посматривала на меня, так же как и я на нее, но стоило мне заметить ее взгляд как Кира тут же отворачивалась. В мыслях Тессы, Норы и Зои нет нечего, что помогло приблизить меня к понимаю поведения Киры, им она нечего не говорила. Деррик и другой финалист приготовились покорять склон, рёв взволнованной толпы, гул чужих мыслей ударил по голове. И пусть физическую боль я не чувствую, душа разрывалась на части. Кира выглядела совсем не заинтересованной в спорте и пришла видимо только ради подруг. Такая задумчивая и потерянная, казалась чужой среди своих. После очевидной победы Гросмана, Кира что-то шепчет Тессе, но из-за криков толпы мне не удается услышать. Судя по всему почувствовала себя не хорошо, я забеспокоился сильнее. Хотелось подойти и предложить проводить до номера, но после нашего разговора я не знал как к ней подступиться. Замершие и голодные ребята так же засобирались вернуться в отель. Заметив как Кира идет в одиночку ее догоняет, с огромным призом наперевес Деррик. Из их короткого диалога становиться ясно, что Линн все-таки поведала о случившимся на реке и не передать какой сумбур творился в его голове от этой информации и каким болваном он себя ощущал. Кира говорить об этом не желала и переводила тему, Деррик понимающе свел разговор на нет, в самом конце Кира легонько бьет его по плечу. От столь обычного жеста в груди колет, видеть как она прикасается к другому оказалась для меня тяжело. Отделавшись от парня, Кира быстрым шагом направляется в отель. Деррик позвал всех отпраздновать свою победу, решив что ко мне это приглашение вряд ли относиться, возвращаюсь к себе. Набрав пару раз сестру, ответа я не удостаиваюсь. Пробыв в номере еще какое-то бессмысленное время, решаю выйти и прогуляться по окрестностям отеля. Единственное место, что не привлекало меня так это ресторан, он не имел никакой значимости. Прохожу мимо заведения до меня доносятся мысли работников, что обсуждают одиноко сидящую, грустную и растрепанную девушку. Не доходя до стойки хостес вижу Киру. И это обсуждали официанты. Я же видел девушку глубоко погрязшую в размышлениях, которая лишь пустым взглядом удостоила вазу на столе и кажется, нечего не замечала вокруг. Мое приближение так же, она не видит, а может игнорирует. Занимаю стул напротив девушки, скрещиваю руки на груди и выходит, что мы сидим идентично. Девушка поднимает на меня слегка удивленные глаза, но нечего не произносит. Так мы и сидели в выжидательном молчании. Мы бы так провели ночь и дальше, если бы я не заговорил первый. Банальным вопросом о состоянии девушки. Кира отвечала спокойно, даже слишком. Это явно было не то что она ожидала, Кира хотела ответов. Все попытки отговорить, Кира решительно отметала. А когда я попытался узнать какие-то ее мысли на этот счёт, она ответила категоричное нет. Она не раз повторила, что я могу положится на нее. А я ловил себя на мысли, что еще не поздно всё бросить, не дать ей никаких пояснений, продолжать друг друга игнорировать, а потом и вовсе забыть. Но я эгоистично не хотел терять ее общества. Прекратив борьбу с самим собой я начинаю свой рассказ. Девушка ловит каждое моё слово, что-то дополняет, что-то уточняет, а как только я упоминал, что прочел сознание ее друзей, Кира заметно изменилась в лице. В ее взгляде читалось, что я попал в какое-то из ее предположений. В дальнейшем она так же легко поглощала полученную информацию, а когда я завел речь о ее спасении, то упоминал притягательный запах крови и вот тут Кира заерзала на стуле. Неужели ей наконец-то стало не по себе от рассказанного? — Боишься. — откинувшись на спинку стула озвучиваю я. — Не тебя. — тут же отзывается Кира. — Напрасно. — Это же ты мысли читаешь, значит тебе видней. — с долей обиды в голосе произносит девушка. — Твои нет. — спешу успокоить её, но кажется взволновал еще сильнее. — Что значит мои нет? — Кира спросила так будто я уязвил ее эго, хотя меня волновало это так же как и её. Так вот что ее беспокоит на самом деле! Конечно никому не понравилось такое вторжение в разум, вот почему она так напряглась, я всего лишь сказал, что не слышу ее мыслей, а она стала анализировать себя. Кира и правда меня не боится, по крайне мере пока. Всё бы на свете отдал, чтобы узнать о чём она думает в данную минуту. Делюсь с ней своими догадками о «природном щите», по лицу было видно, как ее что-то мучает, какой-то не озвученный вопрос и я попросил поделиться со мной. — Ты же не читаешь мои мысли? — недовольно произносит она. — Сейчас мне это и не надо. Теперь уже она не торопится с ответом, я стараюсь не наседать, ей и так не просто. Но чем дольше она подбирала слова, тем больше меня съедало любопытство. Кира рассказывает как стала замечать странности в моём поведении, особенно в ее присутствии, поведала о том, как другие остро реагировали на меня, с чем я не мог не согласиться. Всё это пыталась списать на интеграцию в новом коллективе и в дальнейшем помогала в этом, за что я ей тут же выразил свою благодарность. Как не раз прокручивала своё спасение в голове, так и дальше всплывали новые вопросы не имеющие внятного ответа и что из-за этого пришлось прибегнуть к помощи всемирной паутины. Пришлось перечитать много разносортного бреда, пока она не добралась до вкладки с легендами. И вот там Кира получила как ей казалось, подтверждение некоторым своим предположениям. Повисла тишина и каждый выжидающе смотрел на другого. Во взгляде Киры была мольба, только я никак не мог понять о чем именно. Она резко вскакивает из-за стола, это привлекает внимание официантов, которым до этого не было до нас дела. — Кира ты в безопасности. — пытаюсь успокоить девушку, до которой видимо дошло полное осознание происходящего. В растерянности девушка завертела головой, слегка пошатываясь она направилась к выходу. — Кира! — предпринимаю отчаянную попытку остановить ее. — Дай мне время! — не глядя в мою сторону кричит Кира и покидает ресторан. Здесь, как и во многом, она права — поможет только время. Возвращаясь в Коллинзвилл в первые так остро ощутил безысходность и бессилие. Дома меня встретили родители, с порога ошеломлять их не стал и для начала, отправился принять душ. Не представляю сколько времени провел под струями горячей воды и признаться выбираться не хотелось, но нужно было воспользоваться отсутствием Эмметта, Розали и Блэка и поговорить с родителями. Карлайл разбирал бумаги в кабинете, а Эсми занималась подготовкой благотворительного вечера в пользу детей-инвалидов. — Карлайл, нужно поговорить. — облокотившись на деревянный косяк не в силах поднять глаз произношу я. — Эсми. — едва слышно говорит отец, и она тут оказывается рядом со мной. Отец откладывает документы, Эсми становится рядом с ним положив руку на его плечо. Я почувствовал себя нашкодившим школьником, который сейчас будет объясняться за свои выходки. Да если бы! Родители, предчувствуя неладное, заволновались, я не стал томить их длительным ожиданием. И я рассказал им всё, ну почти. Я не стал рассказывать о том, как сдался и не стал переубеждать Киру в ее догадках, ведь и сам до конца не понимал почему так сделал. Карлайл и Эсми облегченно вздохнули, они боялись, что я принес им новости о том как разделался с Кирой. Конечно их не совсем обрадовало, то что Кира теперь в курсе о вампирах и что от Элис нет никаких вестей. В любом случае Карлайл был горд тем, что не смотря на свою тягу к крови девушки, я спас ее. Отец решает сам дозвониться до Элис и после продолжительных гудков, сестра все-таки ответила. — Элис, милая, что ты видела? — не церемонясь проговорил в динамик отец, включив громкую связь. — События менялись стремительно, у меня не получалось увидеть точно что именно и как произойдет, единственное, в чем я была уверенна, так в том, что Эдвард не навредит девушке. — звонко тараторит сестра, на заднем фоне слышаться недовольный Джаспер и еще не знакомые мне голоса. — да всё будет хорошо. — прозвучало так будто было адресовано не только нам. — Значит девушка ни кому о нас не расскажет? — уточняет Эсми, ей совсем не хотелось огорчать Саммер новостями о скором переезде. — И не собиралась, — настаивает Элис, но в этом я был уверен и без её подтверждения, — она сейчас на перепутье, такое знание может стать не простым бременем, но тебя Эдвард она не страшиться, главное не дави и правда, дай ей время. — Спасибо Элис, ты нас успокоила. — облегченно говорит Эсми. — надеемся на ваше скорое возвращение. — Пока-пока. — прощается Элис, ей удалось успокоить родителей и дать мне совет как вести себя с Кирой. Джаспер был чем-то сильно не доволен, надеюсь это не связано с девушкой. Мне совсем не хотелось вступать с ним в конфронтацию по поводу возможной угрозы от Киры. — Остается только ждать, здесь мы нечего поделать не можем. — смирено произносит Карлайл. — Саммер с Джейкобом возвращаются завтра, мы посвятим их в дела. — Розали и Эмметту мы сообщим когда они приедут снова, о таком не говорят по телефону. — Эсми не нравилось скрывать такую информацию от детей своих, но ей прекрасно было известно, что Розали не дала бы мне и продыху, узнай она о Кире. Погруженный в свои думы я вернулся в свою обитель. Включив на минимальную громкость музыку, слушал подборку ту, что не так давно поделилась со мной Кира. Эти треки буквально были ею. Я скучал по нашей переписке и теперь была велика вероятность, что Стейниш и знать и общаться со мной не захочет. Развалившись на софе я раз за разом прогонял мысли как вижу Киру в коридорах школы, в кафетерии где она меня не замечает. Как я один сижу на занятиях как было и до знакомства с ней. Веду свой прежней убого-одинокий образ жизни вгоняющий меня в глубокую пропасть ненависти к себе. Рано утром прибыли Саммер и Блэк, их поездка удалась в отличии от моей. Оборотень привез с собой несколько членов своей стаи, а именно Сета и Леа Клируотеров и паренька Тима Фолла с которым познакомился в Медфорде, так же я узнал что кто-то из Ла-Пуш желает перебраться к Блэку. Пока Саммер разбирала вещи, родители рассказала о том что случилось во время моей поездки. Выслушав родителей Саммер поднимается ко мне. Три тихих стука в дверь и сестра осторожно приоткрыла дверь. — Проходи, — поднявшись на локтях приглашаю в комнату. — с возвращением! — И тебя. — уголки ее губ совсем немного поднялись выдавая ее беспокойство. — Эдвард как ты? — Никак. — спокойно отвечаю я и совсем не вру. — Что-то не похоже, я бы после такого места себе не находила. — радушием Саммер никогда не отличалась, она сильно сопереживала мне и мучилась, что ни чем не может помочь. — Говорю тебе чистую правду сестрёнка, — положив руку в зону сердце признаюсь я сестре, — от меня теперь нечего не зависит, только от неё. — Если бы я могла хоть что-то сделать для тебя… — Не нужно, Элис посоветовала пока не трогать Киру, чтобы дать ей возможность для принятия решения. Я ценю твой порыв и пусть он из самых добрых побуждений, но может всё испортить. — предостерегаю сестру от поспешных добрых дел, что могли обернуться большой проблемой. Перевожу тему на их с Блэком поездку и Саммер меняется в лице. В целом прошло всё отлично, они навестили Кайю, что для сестры фактически была названной бабушкой, но называть себя так не позволяла. Она сильно переживает, как пройдет заселение стаи, Сет и Тим не плохо относились к сестре весьма радушно и даже уважительно и только Леа могла позволить колкие замечания в сторону девушки вожака, но радовало что подобные выходки своей беты Блэк пресекал тут же. Саммер хотела забрать сюда и Кайю, но старушка ни в какую не подавалась на ее уговоры. Последние дни каникул я много охотился, хотел показать Кире, что не смотря на мою манию к ее крови, ей нечего не угрожало. Я продолжал наблюдать за ней из далека, подъезжал ночью к ее дому и прислушивался в надежде не понадобиться ей. На мою удачу, её опекун вёл себя порядочно. И даже когда школьные будни возобновились, наше общение не вернулось в привычный для всех ритм. Стала очевидным наша дистанции и если меня ребята спрашивать стеснялись, то Киру подружки одолели расспросами. На что она отвечала, что просто дает возможность и другим пообщаться и узнать меня. В ее ответе я искал посыл или иной смысл и к сожалению находил. Либо Кира так готовилась к прекращению со мной какого-либо контакта, чтобы в дальнейшем это было не так явно, либо же это была удобная отговорка. Я надеялся всей душой (если такая у меня имелась) на второй вариант. Бывали дни когда Эсми не могла забирать Саммер с занятий и та приходила ко мне на стоянку, чтобы мы возвращались домой вместе. И в один из таких Саммер ожидала меня возле моей машины. — Эсми снова задержали? — я не сомневался, что Эсми настолько хорошо справлялась с уготованными ей обязанностями, что ей подкидывали еще. — Ага, я бы попросила Джейка, но вы все еще настаиваете этого не делать. — с легким уколом напоминает сестра, затем глянув куда-то позади меня радостно замахала рукой. — Кира! — закричала сестра на всю стоянку заставляет Киру обратить на себя внимание и отвечает слабым взмахом руки и легкой полуулыбкой. — надеюсь у вас всё наладиться. — садясь в машину добавляет сестра и я всем сердцем желал, чтобы так оно и случилось. Каждый раз возвращаясь в свою комнату, ни раз приходилось себя отговаривать следить за Кирой. Я зная, что у нее было только два пути в школу и на работу. А свободное время между работой и домом, она засиживалась в библиотеке. С этим надо было что-то делать, не мог же я постоянно сидеть в четырех стенах слушать музыку, перечитывать книги и думать о Кире и о последствиях ее возможных решений. В прекрасный пасмурный день отправляюсь в лес. Охотиться я не собирался, хотел сделать пару десятков кругов, освежить голову и выкинуть тревожные мысли. Мерзкая морось летела прямо в лицо, погода ухудшалась, оказавшись на высоком холме я вздыхаю полной грудью и внезапно ощущаю до боли знакомый запах. Обернувшись у подножия вижу Киру. Этого не может быть, как она здесь оказалась?! Не знаю и не понимаю, как мы оказались рядом. Вереница случайностей и сомнительных совпадений, разными путями приведшая нас в одну точку, в которой мы внезапно очутились вместе. — Что ты тут делаешь? — сквозь шум начинающегося дождя кричу будто проверяю правда ли передо мной Кира. — Гуляю. — приятный без фальши голос не утаивая отвечает мне. — Не лучшее место для прогулки. — предостерегаю я. — тем более тебе. Тем более одной, — прозвучало более угрожающе чем я хотел. Слышу как громко она сглатывает, надеюсь я ее не сильно напугали мои слова. Я остаюсь на расстоянии, лишний раз не спугнуть девушку. — А что ты здесь делаешь? — она обращает на меня вопрос, что еще недавно спрашивал я. Молчу. — сейчас тоже сложно? — Не больше чем обычно. — спокойно отвечаю и девушка двигается мне навстречу, в то время как я прирос к своему месту. — Я много размышляла и мне не важно! — Кира подходит всё ближе. — Что? — не веря услышанному глупо переспрашиваю. — Мне все ровно кто ты. — повторяет Стениш. — Тебе все ровно, что я не человек? — впиваясь взглядом выдавливаю из себя вопрос. — Вампир, и да мне не важно. — не сводя с меня синих глаз девушка уверенно произносит. — верь мне. — Не пожалей о сказанном. — Какой же ты пессимист. — закатив глаза цокает Кира, поравнявшись со мной мы двигаемся по неведомой тропинке. Разговаривали обо всём и не о чем, кажется она так же как и я скучала по нашим беседам. Говорили о музыке Кира делилась впечатлениями о плейлисте, которым я поделился с ней накануне поездки с классом. И мне было приятно узнать, что по многим критериям наши ощущения совпали. Затронув тему поездки Кира заметно приуныла, портить наладившуюся атмосферу между нами не хотелось, но меня беспокоило что Кортни так и ходит безнаказанно. Пусть с ней перестал общаться Деррик, Бейкер по прежнему оставалась королевой школы, сбить с нее спесь я считал справедливым. Кира честно призналась, что не хочет связываться с ней, что Кортни для нее такое болото ступать в которое и шагу девушке не хотелось и тут я с ней согласился. Кира осторожно подбиралась к вампирской тематике вопросов, это меня весьма позабавило, она так старалась не обидеть меня, в то время как я боялся ее испугать ответами. Я поведал ей о там как стал вампиром, опустив некоторые подробности обращения. Слишком уж спокойно воспринимала она поступающую информацию. Как бы Кира Стейниш не оказалась бомбой замедленного действия. Девушка заботливо подбирала слова, прощупывала почву с каждым новом вопросом особенно заговорили о семье. Единственное чего я старательно избегал это ее любопытство связанное с Саммер и Блэком. Происхождение младшей сестры и так вызывало в семье много волнений и не посоветовавшись с родными я не смел, что-либо рассказывать. Кира отнеслась с большим пониманием и я пообещал однажды вернутся и ответить на это. — Солнце вам не вредит? — спрашивает Кира явно опираясь на вампирские мифы и легенды. — Верно, всего лишь светимся будто бриллиантовой крошкой обсыпаны, — объясняю и судя по выражению лица девушка делает какие-то выводы. Продемонстрировал свою скорость, чем только раззадорил интерес Киры, она сравнила себя с улиткой, а поспешил успокоить ее. С лёгкостью подняв бревно бросаю его в сторону, от удара об землю его разносит на куски. Кира поражена, но не испугана. Ну что за девушка?! Я всё жду когда Кира в панике убежит, а она засыпает меня порцией новых вопросов. Звуки урчащего желудка возвращают меня в реальность. Кира смущенно опускает глаза, лицо залито краской. Гуляя по лесу с девушкой, я и не заметил как пролетело время, как ухудшилась погода. Кира скорей всего устала, замерзла и проголодалась, а я за все это время даже не поинтересовался о ее состоянии. — Пора возвращаться. — Видимо. — всё еще смущаясь и спрятав руки в карман соглашается девушка. Она оборачивается и пытается представить сколько идти обратно и как еще сильнее устанет. И тогда мне в голову приходит безумная идея. — В мгновение ока и ты будешь дома, — протянув руку предлагаю я девушке. — если ты не против. Кире хватило пары минут на сомнение и она вкладывает свою руку в мою. Одним ловким движение я беру девушку на руки. — Лучше закрой глаза. — посоветовал зная какой дискомфорт моя затея может вызвать, Кира послушно выполняет просьбу. Словно вихрь, пронес Киру сквозь сумрак леса, мои шаги — едва слышное касание земли. Вечер окутывал кроны деревьев, и лунный свет пробивался сквозь листву, играя на бледном лице девушки. Нес ее, как хрупкую драгоценность к дому, где мерцали огни окон. Мне повезло и никого в такое время из соседей Киры не было. Добравшись до подъезда, бережно опускаю Киру на землю, ожидая увидеть страх или смятение. Но в ее глазах плескалось лишь восхищение. — Спасибо, — прошептала Кира, и голос прозвучал как тихая мелодия. — это было невероятно! Замираю удивленный и очарованный ее смелостью. Осознаю, что пришла пора нам прощаться, но не готовый сделать это оттягиваю момент как могу. И кажется Кира тоже не готова смириться с таким раскладом. — Поднимешься? — то ли с вызовом, то ли с надеждой на согласие игриво спрашивает Кира. Соглашаюсь. С большим трудом мне удается скрыть ту радость, что испытал от приглашения. Я не хотел покидать ее, мне было мало. Чувствовал как странное давно позабытое тёплое чувство наполняло меня изнутри. Кира была необыкновенной! Поднимаясь по лестничному пролету размышлял как всё-таки бесстрашно Кира пригласила меня в гости. Колебалась ли она или же сразу решила? Ощущал, как сущность, закованная в вечном мраке, тянется к свету, исходящему от этой смертной девушки. Предстояло сыграть роль гостя впервые переступившего порог ее обители. — Располагайся. — Кира оказывает радушный приём. Бросив взгляд на аккуратно застеленный диван и представив как на нем спит человек способный причинить вред Кире, ищу другое пристанище. Сполоснув руки девушка юрко ускользнула в свою комнату, чтобы переодеться. Забавно было наблюдать за Кирой, порхающей по крохотной кухне. Волнение девушки ощущалось почти физически, но, к моему удивлению, причиной был не мой вампиризм, а мое присутствие. Этот факт пробудил во мне что-то… надежду? Был бы человеком, то оценил ужин по достоинству, но сейчас могу лишь ощутить ее эмоции, которые кажутся такими чистыми и искренними. Это трогало до глубины души, вызывая болезненный отголосок чего-то утерянного, но одновременно даря робкую, почти несмелую надежду на будущее. Кира достала из духовки ароматное блюдо, и я, не в силах оторвать взгляда, сел за стол, наблюдая за каждым ее движением. Она положила щедрую порцию на одну тарелку, а затем замерла, ее рука зависла над второй. Я понял, что внутри нее сейчас шла борьба — желание разделить со мной этот простой ужин, и одновременно — болезненное осознание моей иной природы, моей дистанции от всего человеческого. Я почувствовал острую, почти невыносимую боль от того, что не могу быть для нее таким, как все. — Пахнет вкусно! — произношу я, отчаянно пытаясь разрядить густую, как туман, напряженность. — И запеканка тоже. — В моих словах сквозит легкая ирония, надежда на улыбку, хоть самую слабую. Кира резко поворачивается ко мне, ее взгляд полон смятения. Я, прислонившись к столу, с нескрываемым волнением ловлю каждое движение девушки, каждое изменение в выражении лица. — Обычная еда… Ты можешь ее есть? — тихо спрашивает она, стараясь не замечать моей шутки. В ее голосе слышится неуверенность, страх сделать что-то не так. — В обычной еде нет необходимости, но если это поможет тебе расслабиться, если так будет спокойнее, я с удовольствием разделю с тобой трапезу. — моё предложение, кажется, приносит ей мгновенное облегчение. В глазах подруги вспыхивает благодарность, с души сваливается непосильная ноша. Чувствую ее тревогу, ее желание угодить, и это заставляет мое сердце болезненно сжаться. Кира ставит передо мной тарелку с дымящейся едой и садится напротив. Вижу, как она колеблется, хочет что-то предложить еще, но не решается. — Хочешь что-то узнать? — слова сорвались с губ прежде, чем я успел осознать их вес. Мог ли я пожалеть об этом? Возможно. Но в глазах Киры плескалось столько невысказанного, что вопрос сам собой образовался в тишине. — Честно сказать… да, — тихо призналась она, не поднимая взгляда. Вся ее сосредоточенность была направлена на тарелку, будто там скрывались ответы, недоступные мне. — У меня полно вопросов… даже не знаю, с чего начать, — голос Киры дрогнул. Я знал, что мои родные не одобрят моей откровенности с ней. Но я ничего не мог с собой поделать. Необъяснимая потребность делиться с Кирой съедало меня изнутри. — Задай самый безобидный, — предложил я и Кира задумчиво поднесла вилку к губам, взвешивая каждое слово. — Давно ты… такой? — вопрос прозвучал просто, но в его эхе я почувствовал целый океан любопытства. — Увы, да, — прозвучало глухо, отрываясь от самых глубин моего существования. Надеюсь, что Кира не потребует назвать точную цифру, не заставит меня столкнуться с бездной века, заключенного во мне. — Неужели выгляжу старше семнадцати? — Точно не младше, — в ее голосе проскользнула едва уловимая теплота, тронув уголки моих губ подобием улыбки. — Вечная школа… не тяготит ли тебя эта бесконечность? — Своеобразная ирония судьбы, не так ли? Но ко всему привыкаешь, — признался я, — К тому же, если найти университет с подходящим климатом, что мне, к счастью, удалось, можно даже получить диплом. Это своего рода… развлечение. Кира снова взглянула на меня, и в ее глазах я увидел не только любопытство, но и что-то еще, что-то, от чего у меня болезненно сжалось сердце. — Школа, университет… это лишь пройденные этапы для тебя. А что дальше, Эдвард? Что потом? Что дальше? О, если бы я сам знал! Обладая двумя учеными степенями в области медицины, я так и не смог найти в себе сил работать врачом. Мне никогда не достичь той невероятной выдержки и сострадания, что присущи Карлайлу. Мое проклятие не позволяет мне приносить настоящее облегчение. — Нет, работать с людьми напрямую мне не приходилось… Только учился, существовал, ждал… Кира глубоко вздыхает прикрыв глаза. Почти вся еда исчезла с ее тарелки, да и моя была практически пуста. Когда последний кусочек был проглочен, я предложил помощь с посудой. Пока мыли и убирали, она продолжала, робко спрашивать о моей жизни. В ее голосе звучала искренняя заинтересованность. Кира действительно хотела узнать меня, понять, что скрывается за моей внешней оболочкой. И это желание, это хрупкое проявление внимания, отозвалось во мне такой нежностью, какой я не испытывал уже вечность. Кира пригласила в свою комнату, и я почувствовал, как мучительное сомнение сковывает мое сердце. Как мне признаться ей в том, что уже был здесь, в этом ее личном, сокровенном мире? Как она воспримет это вторжение, эту мою непростительную оплошность? Я нарушил личные границы, подверг ее опасности одним лишь своим присутствием. Моё признание могло уничтожить эту едва зародившуюся, такую хрупкую дружбу между нами. Стоит ли рисковать? — Чем ты еще увлекаешься, Эдвард? — спросила Кира, опускаясь на кровать. Вопрос был таким простым, таким невинным, что мои терзания казались совершенно неуместными. — Книги, музыка, как ты уже знаешь, — ответил я, в который раз разглядывая полки, уставленные книгами. Она смотрела на меня, и я чувствовал ее взгляд, проникающий в самую душу. — Времени у меня предостаточно. — А как же сон? — Я не устаю, следовательно, сон мне не нужен, — произнес я, стараясь, чтобы мои слова звучали как можно более обыденно. Но для Киры это было нечто большее, чем просто факт. Это было еще одно откровение о вампире, которым я являюсь, еще одна причина для страха… или, возможно, для еще большего интереса. И я не мог понять, что из этого пугает меня сильнее. Быть отрезанным от потока её мыслей РАЗДРАЖАЛО. Я сам был полон вопросов, но решил, что сегодня её очередь искать ответы. Кира задавала вопросы, испытывая меня, чередуя темы о вампирах с обыденными. И это она еще не подозревала об оборотнях… но это уже не моя тайна. Не хотелось обрушивать на нее сразу все, она только-только смирилась с существованием вампиров. Собравшись с духом, решаю открыть ей правду о своих ночных визитах. — Кира, я должен кое-что тебе рассказать, — от моих слов она заметно напряглась. — Я бывал в твоей комнате. — Что? — в её голосе звучало полное недоумение. — Как это? — Помнишь день, когда я катал тебя по городу? — Кира кивнула. — Меня не покидала тревога за тебя после того случая с твоим дядей. Когда ты поднялась домой, я не уехал. Кира продолжала смотреть на меня, не понимая, и я не мог уловить, злится ли она. — Я дежурил под окнами, боялся, что он снова причинит тебе боль, — оправдывался я, чувствуя, как внутри все сжимается от страха её неприятия. — Допустим, это я еще могу понять, но как ты оказался в моей комнате? — Убедившись, что все спят, и ты тоже, я проник через сломанное окно… как оказалось, окно твоей комнаты. — ни один мускул не дрогнул на ее лице и я продолжил. — Ты спала, укрывшись этим жалким подобием одеяла, дрожала всем телом, — Кира слушала, не перебивая, ее взгляд был пронзительным, — и тогда не выдержал и купил теплое, мягкое одеяло и укрывал тебя им. Несколько ночей подряд, пока мог себя контролировать. — Я изо всех сил старался не отвести взгляда от ее глаз. Кира что-то промычала, обдумывая мои слова, и, к моему удивлению, не казалась разгневанной. Скорее… озадаченной? — Если тебе станет хоть немного легче, то знай: во сне ты молчишь, как мышка, и не храпишь. — попытался немного разрядить обстановку. — Да уж… — пробормотала Кира, смутившись. Даже в полумраке комнаты было видно, как к ее щекам прилила кровь. Она судорожно сжала края покрывала в руках. Она не злится. Я просто смутил ее. Эта мысль обожгла меня облегчением. — Сила, скорость, ловкость, неуязвимость, чтение мыслей… Это все просто невероятно! — восхищенно, с оттенком искренней благодарности в голосе, произнесла она. — И ты… ты каждый раз приносил мне одеяло? — Твои зубы так стучали от холода, Кира, что просто не мог поступить иначе. Сердце разрывалось, когда я слышал этот звук. — пояснил я, чувствуя, как волна тепла разливается по венам. Я не знал, как облечь в слова это жгучее желание — продолжать приходить к ней, в ее комнату, будь то под покровом ночи или при свете дня. Кира отреагировала с поразительным спокойствием, стремясь доказать мне и главное себе свою храбрость. — Сегодня же принесу одеяло… если ты, конечно, не против? — прозвучал мой вопрос, полный робкой надежды и страха услышать отказ. — Не против чего? Теплого одеяла или твоего… прихода? — в ее голосе прозвучала легкая, дразнящая игривость. — не против, — произнесла она, и эти слова отозвались во мне. Несмотря на то, что покидать Киру не хотелось, меня переполняло нетерпение вернуться домой, к машине, чтобы достать из багажника обещанное одеяло. Время пролетело незаметно, и вот уже за окном сгущалась тьма, а до полуночи оставались считанные мгновения. Я, сам того не осознавая, утомил бедную Киру долгой прогулкой по лесу, а теперь продолжал занимать ее уже в ее доме. Мне было непонятно — Кира и сама не хотела, чтобы я уходил, или ею двигали лишь интерес и дружелюбие? Пообещав вернуться, я выпрыгнул в окно и помчался домой. Каждой клеточкой надеялся, что никто из моих не заметит моего исчезновения и последующего появления в гараже. Схватив то самое одеяло, я устремился обратно к Кире. Не желая терять ни секунды, повторил свой прежний трюк с покореженным окном. Мое внезапное возникновение заставило её вздрогнуть, и в этот момент почувствовал укол вины. — Просто вау, — выдохнула она, и я позволил себе принять это за комплимент, хотя в её голосе звучало скорее удивление, чем восхищение. Протягивая ей одеяло, я наблюдал, как она прижимает его к себе. Это было удивительно трогательно. Кира быстро подошла к комоду и достала пододеяльник. — Я буду и дальше… по возможности, приглядывать за тобой, — произнес я, стараясь, чтобы в моем голосе не звучало навязчивости, а лишь искренняя забота. Я не хотел её спугнуть, но и не мог сдержать это желание — быть рядом, защищать. Она что-то промычала в ответ, не отрываясь от своего занятия с одеялом. Этот тихий звук был похож на согласие. Мне нужно было знать, что она не против моего присутствия, что ей не тяжело от моей навязчивой опеки. Но пока я мог лишь надеяться, что она чувствует мою искренность, мое неподдельное беспокойство о ней. — Твои родные не будут против, что ты проводишь столько времени у меня? — спросила она с беспокойством. Мне было важно, что Киру волнует мнение моей семьи. Карлайл и Эсми, конечно, не будут возражать, да и Саммер обрадуется за меня. А вот Розали… Она, вероятно, была бы готова разорвать меня на части — буквально, — и даже Эмметт вряд ли бы стал ее удерживать. — Не волнуйся об этом, — заверил я, стараясь звучать убедительно. Кажется сработало. — Тебе бы отдохнуть, — предложил я заботливо. — Я выгляжу уставшей? — в ее голосе прозвучала обида. — Отдых никогда не повредит, — поспешил смягчить сказанное. — Обещаю, я еще приду. — Верю, — Кира улыбалась. За мгновение до того, как покинуть ее комнату, перекидывая ноги через подоконник, оборачиваюсь к ней: — И, Кира… в следующий раз вопросы задаю я. Доброй ночи. — Тебе тоже, — отозвалась она мгновенно. Получив этот короткий ответ, я спрыгиваю вниз и отправляюсь домой. Меня переполняло странное, но приятное ощущение дружбы, искренности, возникшее после этого дня и части ночи, проведенных вместе с Кирой. Чувство… чего-то нового. Возвращаясь домой, я не мог даже вообразить, что окажусь в подобном состоянии душевного подъема. Окрыленный осознанием нашей с Кирой дружбы. Впереди маячил неизбежный разговор с Эсми, очередная исповедь проблемного подростка. Карлайла, скорее всего, не было — наверняка дежурил в больнице. В доме царили лишь Эсми и Саммер. Судя по мыслям сестры, Блэк помогал обосноваться своим соплеменникам в их с Саммер доме. Я мгновенно оказался в своей комнате и, избавившись от одежды, встал под душ. Обжигающие струи горячей воды, будь я более восприимчив, заставили бы меня убавить напор, но сейчас я жаждал именно этого ощущения. В голове без устали прокручивался вечер, проведенный с Кирой, и я никак не мог насытиться этими воспоминаниями. Не испытывал ни малейшего влечения к ее крови, не было нужды сдерживать себя, да и Кира в моем обществе казалась лишь слегка смущенной. Отец вернулся домой на рассвете, а следом за ним появился и Блэк. Я не испытывал ни малейшего желания посвящать волка в наши дела, но понимал, что Саммер не сможет удержать новость при себе. И вот, снова гостиная, и меня захлестывает чувство дежавю. — Ну же, — поторопила меня Саммер, сгорая от нетерпения. — Кира отреагировала на удивление спокойно. Несмотря на все, что ей открылось, она хочет продолжать общение, — я старался скрыть волну радости, захлестнувшую меня. «Блондиночка тебе устроит.» — прозвучал самодовольный голос Блэка в моей голове. — Что ж, похоже, девушка настроена к нам благосклонно. Это не может не радовать, — Карлайл заметил эмоции, которые я безуспешно пытался скрыть. — Остается лишь подготовить Розали. — Эдвард, — Саммер вскочила с места и крепко обняла меня. — Я же говорила, все наладится! Джейкоб не разделял ее радости. В его глазах по-прежнему читалось желание, чтобы я страдал. Его ненависть была осязаемой, давящей, как тяжелый камень на груди. Он хотел, чтобы я заплатил за то, чего не мог изменить. Проходя мимо Карлайл положил руку мне на плечо. Его прикосновение всегда было целительным, успокаивающим, но сейчас оно лишь усилило контраст между его добротой и моей недостойностью. Я не мог ответить на его сочувствие, я не заслуживал его. Что я творю? Снова обрекаю на опасность не только себя, но и мою семью. Может, и правда стоило оставить Киру в покое, прервать эту едва начавшуюся дружбу, но теперь… теперь это казалось немыслимым. Пока Розали и Эмметт наслаждались своим путешествием, у меня появилась иллюзия передышки. Джейкоб Блэк по-прежнему буравил меня своим подозрительным взглядом, и я готов был это вынести. Готов стерпеть все его упреки, лишь бы иметь возможность видеть Киру. Я не понимал, почему моя дружба с ней вызывает столько вопросов. Мне казалось, что она ни коим образом не оскорбляет память о Белле. Хотя… возможно, я слишком легко ее отпустил? Нет, я никогда не смирюсь с ее уходом. Это зияющая рана, с которой мне предстоит существовать вечно. На следующий день Кира сообщила, что проведет большую часть времени с Тессой, и я почувствовал облегчение оттого, что она не заточена в четырех стенах. Сам я не мог сказать того же и признался, что проведу день, погрузившись в музыку. Какая-то глухая тоска сжимала меня всякий раз, когда я проходил мимо пианино. Оно манило и одновременно пугало. В голове настойчиво рождалась мелодия, словно молящая о воплощении в звуках, но я не мог заставить себя коснуться клавиш. Вечером пришло сообщение от Киры. Она вернулась домой и, к несчастью, обнаружила дядю спящим. Не раздумывая, я бросился к ней. Мысль о том, чтобы проскользнуть в ее комнату, промелькнула, но она написала, что сама спустится. Припарковав машину поодаль, я подошел к ее окну. Кира уже ждала. С трудом приподнявшись, она высунулась, опираясь на локти. Ее длинные каштановые волосы рассыпались по плечам, а сапфировые глаза светились тихой радостью. — Привет, — прошептала она. — Привет. Вокруг ни души. Только хриплый звук мигающего фонаря и возня дерущихся кошек нарушали тишину. — Поймаешь? — с вызовом спросила Кира и тут же перекинула ноги через подоконник. Я приготовился инстинктивно. Она доверилась мне и спрыгнула прямо в мои руки.Поймав Киру, я не мог заставить себя разжать объятия. Как безрассудно с ее стороны — выпрыгнуть из окна, и как безоговорочно она мне доверилась… Отстранившись, она опустила взгляд, но улыбка не покидала ее лица. Одета она была слишком легко, и я предложил ей посидеть в машине. — Значит, твой дядя вернулся, — с трудом выговорил это слово. Не мог заставить себя называть это существо «дядей». — Угу, — столь же подавленно ответила Кира, — по крайней мере, сейчас спит и не мешает. Включаю музыку. Легкая, плавная классика всегда располагала к искренности. — Какой твой любимый цвет? — вопрос давно зрел в моей голове, и я жаждал услышать ответ из ее уст, а не выуживать его из мыслей ее подруг. — Выделить что-то одно сложно, — задумчиво произнесла Кира. — Синий, фиолетовый, бирюзовый — они нравятся мне больше всего. Холодные оттенки… Как интересно. Я и сам замечал, что эти цвета чаще всего преобладают в ее гардеробе. — А у тебя? — Сегодня моя очередь, — мягко напомнил я. Кира нахмурилась, становясь похожей на ребенка, чью прихоть не исполнили немедленно. Я старался сдерживать любопытство, чтобы мои вопросы не звучали как назойливый допрос. Но интерес к ней был неподдельным, все в ней манило меня. Кира, в свою очередь, пыталась проникнуть в мои мысли, но я одним лишь взглядом дал ей понять, что время ее вопросов еще не пришло. Время утекало сквозь пальцы, неумолимо приближая момент её ухода, предусмотрительно захватив ключи от своей квартиры, намекая, что вернётся домой привычным путём. Неужели её выходка с окном была своего рода проверкой для меня? — Не засиживайся, — произнесла Кира, покидая машину. Я проводил её взглядом, полным невысказанного беспокойства. Несмотря на слова Стейниш, я оставался у её дома почти до пяти утра. Всё это время она спала безмятежным сном, а её опекун лишь раз потревожил гармонию ночи. Возвратившись домой, я готовился к учебному дню, привёл себя в порядок. Саммер попросила подвезти её в школу, и с готовностью согласился. Моя сестра была явно заинтригована Кирой и, казалось, искренне хотела с ней подружиться. Не представляю, как их дружба могла бы сложиться. Пожелав сестре хорошего дня, я направился в свою школу. Коллинзвиллская весна была серой и унылой, без малейшего намёка на тепло. Мне, как вампиру, такая погода была только на руку, но я искренне желал, чтобы природа согрела Киру своим теплом. Стейниш приехала на автобусе вместе со своими подругами. Она была прекрасна, как всегда. Волосы, собранные в хвост, подчёркивали изящные линии её лица. Тёмные узкие брюки, вязаная кофточка нежного сиреневого цвета и лёгкий, едва заметный макияж. На уроке английского Кира, как обычно, села рядом со мной. Уроки пролетали один за другим, а ланч и того быстрее. В этом окружении я не чувствую себя чужим, и все это благодаря Кире и ее друзьям. Перед уроком физкультуры в библиотеку попросили двоих добровольцев, и учитель выбрал нас с Кирой. В спину нам полетели шепотки и переглядки. Многие решили, что между нами «тайный роман», что вызывало у меня лишь горькую усмешку. Но больше всего меня беспокоило, как к этому отнесется Стейниш. Кира же никогда не обращала внимания на чужие пересуды. С тех пор, как она начала общаться со мной, все, включая ее подруг, уговаривали ее держаться от меня подальше. Дни следовали один за другим бесконечным потоком, отражая затяжные дожди, которые, казалось, пропитали все вокруг унынием. Даже в школе я не переставал задавать Кире вопросы, и она, к моему удивлению, отвечала. Беседы о музыке и книгах текли легко и непринужденно, казалось, мы могли говорить об этом бесконечно. Школьная библиотека стала нашим убежищем. Кира терпеливо делилась своими мыслями, и я узнавал о ней все больше и больше. Она не раз намекала, что теперь моя очередь раскрыться, но я уклонялся. Пусть Кира и приняла правду о вампирах с удивительным спокойствием, но я боялся, что другая информация могла ее сломить. Я, эгоистично, наслаждался нашей дружбой, тайно надеясь, что и она чувствует нечто подобное. Тесса, Нора и Зои, кажется, начали ревновать, возможно, потому, что Кира все чаще предпочитала проводить свободное время со мной. Просто другом. Хорошим другом.