IV: О самых гетеросексуальных гетеросексуалах и тренажëрке

После того самого инцидента с Ранпо и русско-украинским сексом в роблоксе (как он назвал его про себя), Дзëно больше не пытается найти себе внимательного слушателя. Вместо этого он сдерживает своë раздражение и почему-то отвечает, пусть и неохотно, на некоторые сообщения Тэтте, который или невероятно тупой, или невероятно настойчивый (скорее всего, и то, и другое), потому что продолжает присылать ему тексты сомнительного содержания. Не сексуального, нет — просто Тэтте, видимо, пишет каким-то шифром, который понимает только он сам. Дзëно ни за что в этом не признается, но иногда эти сообщения вызывают у него улыбку, когда он слышит бесстрастный голос ИИ, зачитывающий их для него вслух. Впрочем, Дзëно не собирается превращать эти интернет-отношения в реальные. Он молча надеется (или нет), что в конце концов Тэтте устанет от его редких, язвительных ответов и найдёт себе новую, ничего не подозревающую жертву. Он думает об этом, пока идёт в офис, где находится их специальное следственное подразделение. Вчера их капитан сообщил ему, что на работе его ждёт важное задание. Это рождает улыбку на лице Дзëно. Пусть ему и сложно обсуждать свои чувства с нормальными людьми, но по крайней мере он сможет дать волю эмоциям во время предстоящего допроса. Потому что «важное задание» может быть только допросом, правда? Правда же?! Будучи в отличном настроении, он толкает дверь и входит в шикарный вестибюль (да-да, в отличие от детективов с их убогим зданием у Дзëно высокие требования к рабочему месту), вежливо улыбнувшись, здоровается с администратором, работающим за стойкой (тот почему-то вздрагивает и оборачивается), и насвистывая, вызывает лифт на второй этаж. Ему нравятся поездки на лифте, потому что это всегда последнее место, где можно насладиться тишиной и покоем. Как только Дзëно попадает в общество остальных Ищеек (так называется их отряд), всё идëт по одному месту. Неудивительно, но когда двери лифта открываются, он сразу же чувствует запах алкоголя и пердежа. Дзëно не нужно видеть, чтобы понять, кто стоит перед ним. — Дзëно, утречка! Как ты уже знаешь, сегодня я кое-что для тебя приготовил. Шевели ластами, потому что мы с Тачихарой сейчас отправляемся на рыбалку! — стоит ему только выйти из лифта, как Фукучи уже орёт ему чуть ли не в лицо. Дзëно аккуратно обходит его. Рыбалка с Тачихарой? Подумать только, что этот самый человек — их уважаемый капитан. — Конечно, просто назовите мне имена и я заставлю их заговорить, — говорит Дзëно, идя бок о бок с Фукучи и даже не пытаясь скрыть своего волнения при мысли о пытках. Они проходят по коридору, но когда Дзëно тянется к ручке, чтобы открыть дверь в их кабинет, Фукучи останавливает его, опустив руку на плечо Дзëно. Придëтся сжечь эту рубашку, думает Дзëно. — Нет, сынок, у тебя гораздо более важное задание, — серьëзно заявляет Фукучи. Сынок… Дзëно даже содрогается от отвращения. — Понимаешь, сегодня у нас… — капитан Фукучи замолкает, словно ожидая барабанной дроби, которая добавила бы (несуществующей) напряжëнности развернувшейся сцене. Игнорируя жалкие манипуляции капитана, потому что его настроение и так упало из-за того, что его разоблачили, Дзëно не даëт Фукучи договорить и открывает дверь. Едва он заходит в кабинет, как замечает сразу несколько вещей. Во-первых, Дзёно слышит не два, а три сердцебиения, а в воздухе едва уловим новый, незнакомый запах. Само по себе это не так уж и удивительно, если бы не плохое предчувствие, возникшее у него необъяснимо почему. — У нас новенький! Та-даа! Познакомься с Тэтте. Конечно же, это просто совпадение. В мире полным-полно людей по имени Тэтте. — Это ты? — ага, как будто Дзëно так повезёт. (Он отказывается комментировать свою реакцию на то, что у Тэтте очень и очень приятный голос, потому что ничто не может оправдать его чудовищную личность). И, конечно: — Это какой-то парень из приложения для знакомств? Отличный выбор, Дзëно! — без малейшего стеснения заявляет Тачихара. Дзëно слышит глухой звук, когда его коллега, вероятно, соскальзывает со стола, на котором любит сидеть (потому что, разумеется, раз он работает вместе с Дзëно, он не умеет сидеть как нормальный человек). — Да, он такой накачанный! — добавляет Теруко, включившая свой телефон на полную громкость, чтобы Дзëно слышал каждый звук, который издаёт её бесячий пу. — Хахахахаха! Значит, вы уже знакомы! Это просто отлично, потому Тэтте станет твоим напарником! За что? За что?! Чем Дзëно заслужил такое? (Ну, вообще много чем). Неужели он плохой человек? (Наверняка, но сам Дзëно предпочитает термин «морально неоднозначный»). Разве он навредил кому-то? (Множество раз, преимущественно психологически). Пока он переживает экзистенциальный кризис на скорости 2х, как в ютуб-видео, Тэтте, кажется, вовсе не возражает против неожиданной встречи, потому что он невозмутимо подходит к Дзëно и протягивает ему руку в знак приветствия. — Рад познакомиться с тобой, Дзëно. Я как раз хотел предложить тебе увидеться вживую, — и Тэтте, игнорируя все социальные нормы и приличия, заключает ладонь застывшего Дзëно в свою и решительно пожимает её. Это непрошеное (непрошеное) прикосновение наконец возвращает Дзëно из подсознательной сферы страданий и боли в физическую сферу страданий и боли. — Увидеться? Я как бы слепой, придурок! — Дзëно выдëргивает руку из крепкой ладони Тэтте и поворачивается к Фукучи и подошедшему к нему Тачихаре, которые как раз собирались улизнуть из кабинета, пока внимание Дзëно было сосредоточено на другом. — Это что, шутка?! Мне не нужен никакой напарник! — восклицает Дзëно. Капитан Фукучи глубоко вздыхает, словно это он оказался в такой неудобной ситуации. — Тачихара, ну-ка подержи мою удочку, будь добр, — говорит Фукучи и подходит к Дзëно. Он кладёт руку на его плечо и близко наклоняется к нему. За что, спрашивает себя Дзëно, за какие грехи? (Если бы бог существовал и мог сейчас услышать Дзëно, он бы наверняка спросил: тебе в каком порядке, в алфавитном или в хронологическом?) — Сынок, ты очень хорошо и эффективно выполняешь свою работу, но я считаю, что наша команда получит гораздо больше пользы от твоих способностей, если твоим напарником станет Тэтте. Он словно ян для твоего инь, а значит, будет сдерживать тебя, когда ты становишься немножко неуправляемым! Если Дзëно ещё раз за сегодня назовут «сынком», он не преминет использовать эти свои «способности» в гораздо менее выгодных для Фукучи целях и определëнно станет «немножко неуправляемым». — А теперь я оставлю тебя, и ты сможешь показать своему новому другу наш офис! — весело добавляет Фукучи, слишком сильно хлопнув Дзёно по плечу, и покидает кабинет. Нагруженный удочками Тачихара следует за ним по пятам. — Ты этого не видишь, но я показываю тебе большой палец! — говорит Тачихара и захлопывает за ними дверь. Угх, только и думает Дзëно. — Теруко?.. — его последняя надежда. Его лучшая подруга среди детей младше восемнадцати лет. Его дорогой товарищ. Они ведь семья, ну, почти. — Не могу говорить, мой пу умирает. Конечно, блин, умирает, с такой-то хозяйкой, как ты, предательница несчастная. — Если хочешь, я могу сделать вид, что не знаю тебя, — предлагает Тэтте. Отличное решение, спасибо. Понимаете, проблема Дзëно заключается не только в том, что ему в напарники назначили Тэтте. Проблема в том, что ему вообще назначили напарника. Дзёно упорно трудился, чтобы показать всем, что он так же хорош, как и они, что он даже лучше, чем остальные, несмотря на свою слепоту. Поначалу это было нелегко. Это был просто ад. После того, как Дзёно лишился зрения, ему пришлось учиться жить в совершенно другом мире, полном кромешной темноты. Ему пришлось многим пожертвовать, чтобы изучить и принять этот новый образ жизни. Кроме того, вместе со зрением Дзëно потерял и многое другое (может быть, какую-то часть себя самого). Конечно, он обрёл новые, потрясающие способности, о которых когда-то не смел и мечтать. Обострённые звуки, ощущения, запахи. Но всë это в прошлом. Надо жить настоящим. Жестокий или добрый, загнанный в угол или готовый нападать, справедливый или нет, он знает, что всегда будет хорошо в своём деле. Дзëно — лучший. И ему точно не нужно, чтобы кто-то заботился о нём, словно Дзёно какая-то раненая зверюшка. Но это слишком личный и слишком длинный ответ, поэтому Дзëно говорит лишь: — Иди за мной и только попробуй дышать слишком громко. Он выходит из кабинета, Тэтте следует за ним. Дзёно поворачивает налево и указывает на дверь в нескольких шагах дальше по коридору. — Начнём нашу весëлую экскурсию по этому прекрасному офису. Здесь у нас сральник, — объявляет Дзëно, заметив, что Тэтте позади него действительно стал дышать ещё тише после его замечания. Ещё он слышит, как Тэтте вынимает блокнот, a затем — звук карандаша, поскрипывающего по бумаге. — Ты чë, записываешь за мной? Издеваешься, что ли?! — спрашивает он. Как можно быть настолько тупым? Видимо, можно. — Очень умное замечание с твоей стороны, Дзëно, — совершенно серьёзно отвечает Тэтте. — Ладно, проехали, — нет смысла тратить на него нервы, решает Дзëно. Он идёт дальше, Тэтте послушно следует за ним. Они проходят мимо туалета, направляясь к другому помещению на этом этаже — тренажëрке. Потому что, разумеется, в их офисе есть тренажëрка. Дзëно распахивает дверь и отступает в сторону, чтобы Тэтте мог заглянуть внутрь. Он ровно произносит: — Это тренажëрка, где мы… Но его прерывает звук торопливых шагов, стук чьего-то падения на пол, а затем: — 1, 2, 3… — Ты что, отжимаешься? — переспрашивает Дзëно. — Да. Сделаю тысячу отжиманий и можем продолжать, — отвечает Тэтте, необходимость говорить и отжиматься одновременно его ничуть не беспокоит. Боже, смилуйся. Дзëно не считает себя вспыльчивым, честно. Да, он придирчивый, требовательный и легко раздражается, но ни в коем случае не вспыльчивый. Даже странно, что сейчас он топает со злостью и наступает на спину отжимающегося Тэтте, впившись каблуком своего сапога в его кожу как можно сильнее. — Никаких тренировок во время экскурсии по офису! — заявляет Дзëно совершенно ровным, спокойным и мягким голосом. Останавливается ли Тэтте? Разумеется, нет, потому что он невоспитанный монстр. Вместо этого Дзëно чувствует, как Тэтте приподнимает его и ставит на себя всего одним движением. (Как у него получилось сделать это так быстро? Неужели Дзëно настолько лёгкий?) — Идеальная нагрузка. — Идеальная нагрузка… что? Я?! — ААААА! Почему ты стоишь на нём?! «Идеальная нагрузка?» Боже, это похоже на какой-то тупой фанфик на ваттпаде! — раздаётся из коридора голос Теруко, которая замерла перед распахнутой дверью, наверняка глядя на них с отвращением. — Что, заниматься своим умирающим пу больше неинтересно? И вообще, это не то, о чëм ты подумала! — кричит Дзëно, пока Тэтте невозмутимо продолжает отжиматься и считать: — 34, 35, 36… — Теруко, всё в порядке? — Конечно. Конечно, блин! Сегодня явно не день Дзëно. Фукучи и Тачихара (разве они не должны были свалить на свою грëбаную рыбалку?!) подбегают к стоящей на пороге Теруко, которая делает вид, что её тошнит. — Что… — начинает было Тачихара, всё ещё тяжело дыша после бега, и сразу же умолкает. — Ладно… — …67, 68, 69… — Ты чë на меня смотришь? И вообще, что вы двое здесь забыли? — рычит Дзëно. — Откуда ты знаешь, что я смо… ладно, забей. Капитан захотел в туалет, так что мы вернулись, и тут Теруко начала кричать. Не могу её винить, конечно, — говорит Тачихара, наблюдая за этой странной тренировкой. — Как совершенно гетеросексуальный мужчина средних лет, должен признать, что даже с моей совершенно гетеросексуальной и негейской точки зрения эта ситуация наполнена определëнным уровнем гомоэротического напряжения, — замечает их весь-такой-мудрый-и-великий капитан. Дзëно хочется кричать. И он кричит.