Старый шрам

— Он хочет забрать у меня ребёнка. - тихо прошептала Ирина, мирно лежа в объятиях любимого человека. Геннадий тут же поцеловал её в лоб и погладил по волосам, ещё ближе прижимая к себе. — Успокойся, ты больше не одна. Я с тобой. Я не позволю этому уроду навредить тебе и ребёнку. — Гена, ты его очень хорошо знаешь. Он способен на всё. Он... Он всегда поднимал на меня руку, из-за него... Из-за него мне приходилось при всех прятать синяки, делать вид, что всё в порядке, когда внутри меня всё разваливалось. — Что? Что ты сказала? Он поднимал на тебя руку? И ты молчала?! - нервно спросил челюстно-лицевой хирург и отстранился от объятий, чтобы посмотреть ей в глаза. Он впервые услышал, что кто-то имел смелость ударить его возлюбленную. Женщине, которую он любит всем сердцем. — Ген, мне было так страшно всё это время, у меня не было другого выбора, иначе было бы ещё хуже. Ты можешь подумать, что я поступила очень глупо, но я боялась. Я уже тогда боялась не за себя, а за сына. Ты ушёл и оставил меня с ним. — Опять я виноват? - возмутился мужчина. — А кто решил завязать с ним отношения? — Ты приехал из Израиля, чтобы рассказать мне об этом? Чтобы оскорбить меня? Если да, то можешь возвращаться, я сама справлюсь, Геннадий Ильич. — Успокойся, я не это имел в виду. Меньше всего мне хочется обидеть тебя и увидеть слёзы на твоих глазах из-за меня. Ты права, если бы я остался здесь, всё было бы иначе. — Нет смысла переживать о давно минувшем, всё равно в прошлое вернуться нельзя. Но правда, я тебе больше не нужна. Как говорит Алеников, я с ребёнком никому не буду нужна. Даже тебе. Я была не честна с тобой. - резко прервала женщина и повернулась на другую сторону кровати. Геннадий обнял за талию возлюбленную и притянул себе. Он осыпал лёгкими маленькими поцелуями шею и опалял горячим дыханием. — Ты мне нужна. Ты очень важна для меня, Егорова. Я вернулся навсегда и останусь с тобой до конца своих дней. Ты для меня всё, я совершил много ошибок, но теперь обещаю, что всё будет хорошо. И я хочу, чтобы ты знала, что Денис не только твой сын, но и мой. Что бы ни случилось, я никогда не брошу вас. Я тебя очень люблю. — Спасибо Кривицкий, спасибо, что приехал. Я не знаю, что бы я делала без тебя. - Ирина со слезами на глазах улыбнулась и крепко обняла любимого, надеясь, что этот кошмар скоро закончится.

***

На улице ярко светило солнце, и то самое пение птиц, что делает настроение ярче. Ирина Алексеевна встала довольно рано, приготовила завтрак и разбудила сына. Мальчик каждый день ходил в детский садик и всегда во всем слушал маму. Он любил её больше всего на свете и даже не подозревал, что отец хочет их разлучить. Денис не любил своего отца, потому что он всегда был с ними груб и почти всегда кричал на маму. За четыре года он ни разу не почувствовал настоящей отцовской любви. Он знал, что отец его не любит, и это его глубоко ранило. Внешне, мальчик был очень похож на маму - зеленоглазый красавец. С появлением дяди Гены наступили счастливые дни. Свободное время он всегда проводил с ним, водил его в зоопарк или в цирк. Он заботился о нём, как о родном сыне, и это радовало Ирину больше всего. Геннадий Ильич зашёл на кухню, включил ноутбук, налил в чайник воды, вскипятил воду и заварил себе чаю. Ирина завтракала с сыном и устало пила кофе. Внезапно выражение её лица изменилось, и она чуть не подавилась кофе. Блондинка холодно смотрела на телефон, в котором отображалось сообщение о повестке в суд. Геннадий сжал её плечо и посмотрел на сообщение. — Я же говорила тебе, он заберёт у меня ребёнка. - сказала она почти шёпотом и попыталась скрыть слёзы, так как не хотела, чтобы Денис расстраивался. — Тише, успокойся, пожалуйста. — Мамочка, ты плачешь? - грустно спросил мальчик и взял маму за руку. — Конечно нет, мама не плачет, сынок. - тут же ответил челюстно-лицевой хирург и с улыбкой взял Дениса на руки. — Дядя Гена, ты всегда будешь жить с нами? — Если однажды мама меня не выгонит, я останусь навсегда. — Мама хорошая, она тебя не выгонит. Я тебя очень люблю. А когда мы снова пойдём в зоопарк? – с любопытством спросил Денис. — Через два дня у меня выходной, мы поедем вместе, куда захочешь. А теперь беги в ванную и вымой руки. - строго сказал мужчина. Мальчик послушно пошёл в ванную. Ирина Алексеевна заплакала и крепко обняла Геннадия. — Что теперь будет? И ты видел, что здесь написано. Почему? Он мой сын, он ни разу о нём не заботился. Я знаю, всё, что он хочет, это отомстить мне. Ему плевать на ребёнка. — Успокойся, Ириш, я тебя умоляю. Почему ты боишься? Ты одна? Я здесь с тобой. Я не позволю Аленикову забрать ребёнка. — Ген, это не так просто, ты знаешь. Он сделает все возможное, будет вести себя так же подло, как и тогда. - сказала блондинка дрожащим голосом. — И мы сделаем всё возможное, не сдадимся. Мы не будем стоять и ждать. — Спасибо, Ген. Спасибо за то, что ты со мной. Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. — Я тоже тебя очень люблю. Вытри слёзы. Сначала мы отвезём Дениса в садик, а потом вместе отправимся на работу. Сегодня у меня плановая операция, поэтому я задержусь. - Геннадий тут же вытер слёзы возлюбленной и улыбнулся. Оставив ребёнка в детском саду, хирурги сразу приступили к работе. Челюстно-лицевому хирургу предстояла плановая операция, а заведующая, как всегда, сидела в своём кабинете и мирно разбирала бумаги. Она продолжала думать о том, что ей предстоит пережить, и снова и снова просматривала сообщение. Пока женщина была погружена в разные мысли, в кабинет неожиданно вошёл Анатолий Борисович. Он выглядел злее, чем когда-либо, его глаза горели гневом. Он тут же схватил Ирину за руку, пока она не стиснула зубы от болезненной хватки. — Отпусти мою руку, мне больно! — Сначала ты меня внимательно выслушаешь. Что это за постоянные звонки и дурацкие сообщения, которыми ты портишь мне день?! — Отпусти мою руку. Толя, зачем ты это делаешь? Почему ты всегда хочешь мне за что-то отомстить? Я не сделала тебе ничего плохого, а ты хочешь забрать у меня моего сына. Почему? – сквозь слёзы спросила Ирина. Чиновник насмешливо рассмеялся и схватил её за лицо. — Это ты во всем виновата! Я любил тебя, но ты разрушила мою жизнь! Из-за тебя я уже потерял сына. Не думай, что я оставлю Дениса с тобой. — Ах, да, как я забыла, что ты меня любил. Бьёт — значит любит!  Хочешь что-нибудь узнать? Я тебя никогда по-настоящему не любила, не могу поверить, что завязала с тобой отношения. — Да потому, что твой Гена всегда и во всем лучший. Кстати, я узнал, что он вернулся неделю назад. — И что? Не трогай его. В отличие от тебя, он единственный, кто любит меня и думает о моём ребёнке. Он заботится о Денисе больше, чем ты. Ты ни разу не подарил ему отцовской любви, он тебя боится. Ты забыл? Я не забыла, как ты поднял на меня руку даже на глазах у ребёнка, не думая, как это повлияет на него. — Заткнись, дура! В противном случае будет ещё хуже. - Алеников снова поднял руку, но сдержался, так как не хотел лишних хлопот, прежде чем взять с собой Дениса. — Что ты будешь делать? Ты можешь ударить меня, если хочешь. Я больше не боюсь. — Думаешь, Генка сможет тебя спасти? — Ты всегда получаешь то, что хочешь. Ты настоящий зверь, я тебя ненавижу! Два года ты утверждал, что Денис не твой сын, ты обвинял меня в измене. Я думала, что когда ты примешь сына, все будет по-другому. Но ты не изменишься. — Ты закончила? Я больше не хочу слушать этот бред. Будет суд и я заберу у тебя сына. Я не позволю Денису жить в одной квартире с твоим любовником. - нервно крикнул мужчина. — Ты не имеешь права так со мной разговаривать! Толя, прошу, оставь моего ребёнка в покое. Оставь его со мной. У тебя есть Вера. Разве она не может подарить тебе сына? Ему нужна забота и любовь, я вполне справлюсь одна. — Итак, Ирина Алексеевна, я даю тебе последнее предупреждение. Я человек с высокой должностью в Министерстве. Или ты сделаешь, как я говорю. или ты навсегда можешь попрощаться со своей должностью! - когда Анатолий Борисович вышел из кабинета, Ирина снова заплакала и потерла руку, которая всё ещё болела.

***

Вечером, после окончания смены, Кривицкий решил зайти к любимой. Они договорились забрать Дениса из сада и вместе поехать домой. Когда он вошёл в кабинет и увидел плачущую Ирину, он тут же сел рядом и взял её за руку. — Егорова, родная, что случилось? Почему ты плачешь? — Он был здесь. — Кто? — Алеников. — О, Господи. Он сделал тебе что-то плохое? Я убью этого урода! - нервно сказал челюстно-лицевой хирург. — Гена, подожди. Он мне ничего не сделал, он просто... — Что? Ира, не молчи! — Он снова начал угрожать. Он угрожал мне, что я могу потерять работу, если не сделаю то, что он хочет. И он может сделать это снова. Но я не могу отдать ему сына. — И тебе не обязательно это делать. Денису нужна мать, а не отец, который вообще о нём не думает а просто использует. — Ген, я так испугалась. Я не смогу жить без сына. — Ириш, Денис останется с тобой навсегда. Я с тобой, всё будет хорошо. А сейчас мы заберём ребёнка из садика и дома всё подробно обсудим. - спокойно сказал Геннадий и нежно поцеловал Ирину в губы, затем крепко обнял её и прижал к себе...