Не по плану

Забрав Дениса из детского сада, Ирина и Геннадий вместе пошли домой. Пока мужчина готовил ужин, женщина помогла ребёнку переодеться. Но то, что она увидела на его руках, заставило её сойти с ума. — Сыночек, что это? — Это синяки, папа сказал, что не страшно. — Папа сказал? Когда? Откуда эти синяки? - Ирина не почувствовала, что кричит, и это напугало мальчика — Папа сегодня пришёл ко мне и начал на меня кричать. Он хотел, чтобы я пошёл с ним. Я сказал ему, что не хочу, и он схватил меня за руки. — Папа был сегодня с тобой? И он ударил тебя? Боже мой, Денис, почему ты молчишь? Почему ты мне не сказал? — Мамочка, пожалуйста, не плачь. Папа сказал, что не будет слишком больно. И действительно не больно, не плачь. - Денис тут же вытер своими маленькими ручками слёзы матери. Блондинка крепко обняла сына, а затем осыпала его поцелуями. Она не могла поверить, что Анатолий способен причинить вред даже собственному сыну. Когда она вернулась на кухню, у неё закружилась голова, и она чуть не потеряла сознание на глазах у Геннадия. Челюстно-лицевой хирург тут же взял её за руку и помог сесть на кухонный стул. — Ириш, что происходит? Тебе плохо? Опять давление? — Гена, Денис... Сегодня Алеников пошёл в садик и ударил собственного сына, представляешь? Его маленькие ручки в синяках. Когда я это увидела, я сошла с ума. - сквозь слёзы ответила Ирина Алексеевна. — Ира, успокойся, любимая, успокойся. Не могу поверить, что этот урод ударил собственного сына. — Он не любит Дениса. Он ему не отец. Он даже не хотел, чтобы я его рожала. — Что? Егорова, мне кажется, я чего-то не знаю. Давай сначала поужинаем, а потом поговорим об этом. - Геннадий поцеловал возлюбленную в щеку и пошёл за Денисом. После ужина он прочитал мальчику книжку и уложил его спать. Ирина сидела в гостиной задумчиво. В руке она держала бокал с вином, а рядом на столике стояла полупустая бутылка. — Наконец-то наш мальчик уснул. А теперь скажи мне то, что ты мне не сказала. — Я не хочу снова вспоминать те дни. — Ира, я должен знать правду. — Ну я даже не предполагала, что забеременею. Я не планировала заводить ребёнка от человека, который не уважает даже себя. Но так получилось. Когда я сказала ему, что беременна, он очень разозлился и начал кричать, что мне следует сделать аборт. Он так сильно ударил меня по лицу, что я даже потеряла сознание.

***

— Я сделаю, что угодно, но рожать ты не будешь. — Как ты можешь так со мной разговаривать? Толя, это наш ребёнок. — Я же говорил тебе, что не хочу детей. А на самом деле этот ребёнок даже не мой. - громко кричал Алеников на всю квартиру. — Что ты имеешь в виду? Что я тебе изменяю? Ты с ума сошёл?! Как ты можешь обвинять меня в измене?! — Кто знает, что ты делаешь за моей спиной. Я не принимаю этого ребёнка, и точка. Завтра ты сделаешь аборт, это не обсуждается. Не волнуйся, никто об этом не узнаёт. Я знаю врача, который тебе поможет. — Я не буду делать аборт. Я не убью своего ребёнка ради тебя. Толя, если ты думаешь, что я переспала с другим и изменила тебе, тебе лучше обратиться к психологу. Я не способна на такое. - спокойно сказала Ирина и вытерла слёзы. — Если хочешь, чтобы у нас всё было по — человечески, то сделай аборт, а если же нет, то я собственноручно отведу тебя к врачу! — Толя, пожалуйста, послушай меня... — Ирина Алексеевна, мне не нужен ребёнок! Из-за тебя я уже потерял своего единственного сына! — Я оставлю этого ребёнка, если он тебе не нужен, то обойдёмся без отца. Аборт я делать не буду! — Ты глухая?! Ты разве не понимаешь, что эта проблема сейчас никому не нужна? — Ты назвал моего ребёнка проблемой? — Не придирайся к словам. Завтра поедем в эту клинику и всё будет кончено. А если нет, обещаю, будет страшно! - Анатолий Борисович сильно ударил женщину по лицу, и она потеряла сознание. Она пролежала на полу около получаса, а затем медленно пришла в себя. Она тихо плакала и пошла в спальню, держась за живот.

***

Слушая всё это, Геннадий Ильич ещё больше возненавидел себя. Он ненавидел себя за то, что бросил женщину, которую любил всем сердцем. А этот урод превратил её жизнь в ад. Он чувствовал себя виноватым. Челюстно-лицевой хирург ещё крепче обнял Ирину и начал гладить её по волосам, целуя руки. Как всегда, она успокоилась в его объятиях. Она так устала, что уснула у него на плече. Кривицкий тут же взял её на руки и отнес в спальню, затем положил на кровать и лег рядом. Он снова крепко обнял её и уснул.

***

На следующее утро Ирина проснулась с ужасной головной болью. Она тут же посмотрела на часы и, видя, что ещё рано, тихонько поднялась с кровати и достала из сумочки обезболивающее. Геннадий всё ещё еще крепко спал и даже не заметил её отсутствия. Женщина пошла на кухню за стаканом воды, затем вернулась в спальню легла рядом с любимым мужчиной в их постель и осторожно перекинула его руку через свою талию, чтобы сразу же уснуть. Примерно через час мужчина проснулся и решил, как каждое утро, будить любимую нежными поцелуями. Почувствовав его нежные прикосновения, женщина улыбнулась и медленно открыла глаза. Ей нравилось смотреть в эти карие глаза, которые придавали ей покой. — Доброе утро, любовь моя. - тихо шептал он сквозь поцелуи. — Доброе утро. — Как спала? — Нормально. У меня просто ужасно болит голова сегодня. Рано утром я приняла обезболивающее, но оно мне мало помогло. — Понятно. Итак, сейчас мы приготовим для тебя вкусный завтрак и успокаивающий чай. Ты прекрасно знаешь, что у меня хорошо получается. А потом мы разбудим Дениса и отвезём его в садик. — Кривицкий, когда я тебя слушаю, мне очень хочется, чтобы ты был отцом моего сына. Ты очень хороший. Денис очень тебя любит. Ты очень заботишься о нём, а тебе это не обязательно. - сказала Ирина с горькой улыбкой и встала с кровати. — Егорова, сколько раз мне тебе говорить, что Денис мой сын. Меня совершенно не волнует, что Алеников его биологический отец. Я люблю этого ребёнка как своего собственного и всегда буду рядом с ним, обещаю. — Спасибо, Гена. Ты слишком дорог мне и я сделаю всё, чтобы провести свою оставшуюся жизнь с тобой. - . блондинка подошла к нему и нежно поцеловала в губы. Денис грустно посмотрел на маму и дядю Гену, а завтрак совсем остыл.  — Сыночек, твой завтрак уже остыл. Почему ты не ешь? Не вкусно? - обеспокоенно спросила Ирина и погладила сына по волосам. — Очень вкусно, мамочка. Я не хочу в садик! — Но почему? — Что-то случилось? Или ты плохо себя чувствуешь? - Геннадий тут же встал со стула и сел рядом с мальчиком. — Боюсь. А если папа снова придёт? — Не бойся, папа не придёт. Мы с мамой поговорили с твоей учительницей и сообщили ей об этом. Никто тебе ничего не сможет сделать, даже папа. — Действительно? Дядя Гена, я так рад, что ты пришёл. Теперь я чувствую себя спокойнее. - с улыбкой признался Денис, а Ирина и Геннадий переглянулись. Челюстно-лицевой хирург поцеловал мальчика в щеку и помог ему переодеться, пока мама мыла посуду. Блондинка прекрасно знала, что ей придётся поговорить с Алениковым. Она должна была спасти от него сына любой ценой. Кривицкий подошёл сзади и нежно приобнял её за талию, а она чуть не уронила тарелки, которые держала в руке. — Боже мой, Кривицкий. Что ты делаешь? А если бы я уронила тарелки?— И что, купим новые. Это наша единственная проблема сейчас? — Ну... не думаю. — Ты знаешь, как сильно я скучаю по тебе? - он нежно поцеловал её в щеку, потом в шею. — Не слишком, но я уже соскучился. — Прекрати, потерпите, Геннадий Ильич. Я не хочу, чтобы Денис нас видел. И, кстати, ты можешь забрать его из детского сада сегодня вечером? — Разве мы не договорились, что заберём ребёнка вместе? — Я занята сегодня вечером. Я пойду поговорить с Алениковым. Если придётся, я подниму скандал о том, что он сделал с моим сыном. - неуверенно ответила Ирина, зная, что это разозлит Геннадия. Он был очень раздражен, но не хотел проявлять эмоции или спорить. — Зачем тебе это? Или ты хочешь, чтобы было ещё хуже? — Ген, пожалуйста. Я знаю, тебе это не нравится, но у меня нет выбора. Я не могу позволить Аленикову так обращаться с моим сыном. Разве ты не видишь? Ребёнок его даже боится и не хочет в садик. — Ира, это не выход. Алеников просто идиот, который будет делать то, что хочет, и ты это знаешь. Я не вижу смысла с ним разговаривать. Что, если он что-то с тобой сделает? - мужчина повысил голос и повернулся к ней спиной. — Геночка, успокойся. Он мне ничего не сделает. — Речь идёт об Аленикове Анатолии Борисовиче. — Именно. Я знаю, ты боишься за меня, но поверь мне, я должна это сделать. Мне нужно поговорить с ним хотя бы ещё раз. — Егорова, как ты хочешь, чтобы я был спокоен? — Всё будет хорошо. Забери Дениса и иди домой, а я вернусь чуть позже. Я обещаю тебе, что со мной не случится ничего плохого. - Ирина Алексеевна успокоила любимого и поцеловала его в щеку, затем обняла. Естественно, Геннадий с ней ни в чём не согласился. Он не хотел, чтобы она встречалась с Алениковым, он очень за неё переживал. Но всё равно ему не хотелось лишний раз спорить на эту тему.

***

Весь день челюстно-лицевой хирург работал под напряжением. Даже мысль о том, что Ирина будет с Алениковым, сводила его с ума. Заведующая ушла с работы раньше, и сразу поехала в министерство. Когда она вошла в кабинет, там была и его любовница Вера. Женщины долго и молча смотрели друг на друга, а чиновник наблюдал за ними терпеливо и внимательно. — Какое совпадение, Ирина Алексеевна. - сказала Вера с недовольством и улыбнулась. — Вам наверняка есть о чём поговорить. Толя, мы продолжим разговор дома. — Да, увидимся дома. - сказал Алеников сквозь стиснутые зубы, и как только Вера вышла из кабинета, он подошёл к Ирине. — А вы Ирина Алексеевна? Почему вы здесь? Чего вы хотите? — Я хочу объяснений. Зачем ты это сделал? Почему ты вчера ударил Дениса? Как ты мог ударить собственного сына? - громко крикнула Ирина. — Успокойся. Ничего страшного. — Да, для тебя это ничего не значит, но руки у него в синяках. Я не позволю тебе относиться к моему сыну так, как ты относился ко мне. Ты для него никто. — Денис — мой сын. — Да, твой сын. Но ты даже не захотел его принять, а теперь хочешь забрать его у меня. — Хватит орать, дура! — Да ладно, к чему тебе ещё одна ответственность? Он мой. Тебе совершенно не обязательно быть его отцом. Можешь не видеться с ним, я не заставляю. Понимаю, это было не запланированно. — Я же говорил тебе, что не хочу этого ребёнка. Но ты не слушала меня. Ты не имеешь права жаловаться или плакать. - строго сказал Анатолий Борисович и крепко схватил её за руку. Блондинка нахмурилась от боли и попыталась вырваться из болезненной хватки. — Толя, оставь моего сына в покое. Ты сам говоришь, что ребёнок тебе не нужен. Почему ты мучаешь меня ещё больше?! — Ирина Алексеевна, нам нужно договориться. Если не хочешь лишних хлопот, прими моё предложение...