Глава 4

Прапай внимательно читал список, присланный Фаером со смешными пометками. Дотошный секретарь свёл всё в табличку и прописал, помимо прочего, процент раскрытых дел. И вот первые три строки в таблице прямо-таки блистали результатами, однако сам Фаер отметил их красным крестиком. Зато два синих восклицательных знака отмечали строки гораздо ниже в рейтинге. Сноска на агентстве «Правда» утверждала, что у них высокий уровень конфиденциальности, а про агентство «Шторм» было написано, что они весьма перспективны и скрупулёзны. Что ж, пожалуй, без скрупулёзности ему не обойтись, к тому же «Шторм» был достаточно молод, есть шанс, что и не засвечен в великосветских кругах, в отличие от той же «Правды», на счету которой был не один скандал в деловой и политической элите. Скинув тщательно сформулированный запрос по приложенному электронному адресу, Прапай решил посидеть подольше и подождать ответа. Благо, девочка за стойкой не возражала против такого симпатичного посетителя, подходила каждые пятнадцать минут и предлагала обновить напиток. Прапай вежливо улыбался и соглашался через раз. Агентство откликнулось спустя час. Заказ приняли и пообещали делать отчёты по розыску ежедневно. Прапай сожалел, что оставил тогда конверт у Плой, но достаточно подробно описал детективу Пхаю во втором письме всё, что смог запомнить, а на память он пока не жаловался. Так и не допив третью чашку американо, Пай оставил деньги под блюдцем и покинул кафе, думая, чем бы теперь заняться. Безделье было ему непривычно. Книг он с собой не взял, а с экрана читать не любил, очень уставали глаза. А потому прогулялся по городку и, обнаружив книжную лавку, потерялся между полок часа на три. Никому никогда он не признавался, что обожал слащавую романтику, и ещё в школе ночами напролёт читал, бывало, бурные и откровенно дамские романы про судьбоносные встречи, трагические расставания и кровавые возмездия. Учась в университете и работая, он стал читать всё больше специальную литературу и экономические дайджесты, позабыв про художественные книги. А сейчас снова потянуло на лживые насквозь романы о вечной верной любви. Закопавшись на полке с красочными однотипными обложками с полуголыми мужчинами и прекрасными женщинами, он краем глаза заметил еще одного посетителя. Парень в красной толстовке с капюшоном на голове, несмотря на полуденный зной, пронёсся по небольшому магазинчику вихрем, сметая в корзину что-то со стоек с канцтоварами, оплатил покупку, перешучиваясь с кассиром, и исчез в знойном мареве. Пай не торопился и продолжал перебирать книжки в мягких и полумягких переплётах. Он знал, что после того, как прочтёт, больше никогда не станет перечитывать, но рассчитывал оставить книгу в подарок тёте Пхатчара. Наконец, определившись сразу с двумя романами, один из которых был про любовь европейскую, судя по обложке, а второй — про китайскую и историческую, он принёс книги на кассу и оплатил. Симпатичный мальчик-кассир с косой чёлкой и прыщами на подбородке как-то странно на него посмотрел, пробивая покупку, но ничего не сказал. Пообедал Прапай в городке, стараясь не объедать тётушку лишний раз, потом заглянул на рынок и купил своих любимых личи и зелёных манго. А позже в небольшом маркете зачем-то прихватил большую пачку чипсов, хотя не особо их любил. Но счёл, что под слащавое чтение солёный перекус — отличная идея. Вернувшись в Пла Сан Рой, он отказался от тётушкиной еды, переоделся в шорты и белую майку, прихватил небольшой вязаный коврик, чипсы и китайский роман и отправился к морю. Выбрал себе местечко в тени и, вскрыв пакет с чипсами, открыл книгу. Проснулся Прапай от того, что шея затекла. Вот так любовный роман — пытаясь разобраться с именами двух главных героев и их многочисленной родни и друзей, он умудрился уснуть на первых страницах. Поднявшись на ноги, он немного размялся и решил искупаться, надеясь, что это его взбодрит. Пожалел, что не додумался захватить полотенце, но ступив босой ногой за пределы густой тени, понял, что на такой жаре можно купаться полностью одетым — пока будет возвращаться, успеет обсохнуть. Но майку всё равно скинул и с разбегу заскочил в солёные волны. Наплававшись досыта и устав, он вышел на песок и с удивлением увидел, что на его месте сидит кто-то в красной толстовке с капюшоном, скрывая им своё лицо, и бодро ест чипсы, которые он едва успел распробовать. — Эй! Это вообще-то мои чипсы! — при всех своих достоинствах и воспитании едой Прапай делиться не очень любил. — М-м-м, вкусные, спасибо, что угостил. Пока не увидел их, не знал, что так сильно хочу чипсов. В местной лавке их не продают, а в город ехать уже поздновато, пока добрался бы — магазин был бы уже закрыт. Вот я и угостился немного. — Но… — Не переживай, если они тебе так дороги, я возьму пакет и завтра привезу тебе такие же. — Пакет? — Ага, зачем тебе пустой пакет из-под чипсов, сам посуди. Тебя, кстати, как зовут? — П… Пай. — Пай медленно приходил в себя, рассматривая незваного гостя. С чипсами он мысленно простился и смирился с тем, что сможет ими полакомиться только завтра. Но потихоньку сгущались сумерки, а значит — скоро совсем стемнеет, и будет уже не почитать. — А тебя? — Ну-у-у, да пусть будет так, как ты в самом начале сказал — Эй. Я Эй, ты Пай. Теперь мы знакомы. Твоя книжка? — незнакомец по имени Эй, кажется, нарывался. Но Прапаю стало немножечко смешно. Чем-то Эй неуловимо напоминал Фаера. Безудержное, но очень милое хамство. — Моя. — Интересная? — Пока не знаю, только начал читать. — О, ну тогда не стану тебе мешать, Пай. Отдыхай. — До завтра, Эй. — Что? — парень обернулся, уже направившись к деревне. Странно, но лица его Прапай толком так и не смог рассмотреть, словно Эй его нарочно скрывал. Выглядело немного подозрительно. — До завтра, говорю. Жду чипсы завтра в этом же месте после двух, окей? Эй необидно и заразительно расхохотался и ушёл, размахивая пакетом из-под чипсов. А Прапай собрал вещи и вернулся в дом тётушки точно к ужину. Скаю нравилось его новое прозвище, он даже задумался, чтобы сменить имя. Забавный парень этот Пай. И странный. В такой глуши явно городской и богатенький к тому же. По крайней мере, часы на руке и цепочка на шее не из дешёвых, это Скай знал точно. Очень странный парень. Что он делает в Пла Сан Рой? Как давно появился? Чем занимается? Нет, Ган не пришлёт никого взамен себя, да и выжидать бы не стал — сразу постарался бы прижать своего любимого беглеца. Но всё равно появление Пая выглядело странно. Скай разочарованно стиснул в кулаке шуршащий пакет. Он ведь только взял два заказа на роспись стен деревенской лавки и заднего фасада дома старосты. Одна работа, чтобы оплатить проживание, вторая — чтобы было, что есть. А теперь нужно будет снова уехать? Как же не хотелось! Скай вернулся к себе и скинул Рейну фото пустого пакета из-под чипсов, подписав: «Завидуй!» Рейн не ответил, то ли по работе был занят, то ли развлекался со своим парнем-ЗОЖником, поедая брокколи и лосося на пару. На секунду Скай ему даже позавидовал — Рейн оставался в Бангкоке при своей, пусть и несколько скучной, но устроенной жизни, а Скай кормил комаров в южной провинции, в рыбацкой деревне под липкие вздохи старосты, которому разве что возраст и положение мешали приударить за молодым и таким красивым жильцом. А, ну и ещё то, что Скай наврал ему про послушание, наложенное на него монахом в храме: три месяца жить вдали от цивилизации без греха и в труде. На телефон пришло уведомление о том, что Рейн, наконец, увидел фото упаковки из-под чипсов. Как Скай и рассчитывал — это была чистая зависть, потому что лучший друг прислал ему фото засоса у сгиба локтя, где сквозь молочную кожу нежно просвечивали тонкие венки. «Вот скотина!» — беззлобно подумал Скай, но кинул в ответ смайлик с высунутым языком и закаченными глазами. Было завидно. До встречи с прилипалой таких долгих перерывов в сексе у него не случалось. Не к месту вспомнился сегодняшний Апполон, выходящий из волн. Великолепное подтянутое тело, потрясающе красивое лицо, медовые глаза, подвижные брови и такой соблазнительный рот, что встреться они месяц назад в Бангкоке, Скай бы с красавчика не слез, пока своего не добился бы. Увы, вместо Пая ему подвернулся Ган. С другой стороны, не случись Гана, смогли бы они встретиться с этим сладким пирожком? Кстати, о пирожках… Скай заглянул в холодильник, прежде чем окончательно закрыться в своей комнате на ночь и прихватил оттуда пару вкуснейших нэмов, которые готовила вьетнамка-домработница старосты. Ночью ему снилось, как он утешает плачущего у него на груди Пая, перебирая густые тяжёлые пряди и ощущая его горячее дыхание на коже. Это невероятно заводило, но при этом его так трогательно сжимали в объятиях и так доверчиво прижимали к себе, что все пошлые планы стыдливо съёживались и опадали, а в груди разливалось тепло и нежная забота. Наутро Скай совершенно забыл о своём вчерашнем обещании купить чипсов взамен съеденных, и от поездки в город со старостой просто отказался, принявшись за наброски для росписи дома. Идей было немного, но он ответственно относился к работе, а потому с каждым вариантом работал тщательно, продумывая все мелочи и стараясь ничего не упустить. Ближе к обеду, когда желудок уже не намекал, а в голос вопил о том, что пуст, он отвлёкся на сообщение от Рейна. По словам друга, Ган куда-то исчез из города, и помощник детектива опасался, что тот выехал на поиски своего Неба. Скай снова задумался о том, чтобы уехать из Пла Сан Рой. Настрой был сбит, и он решил прогуляться по берегу, чтобы развеяться.