Глава 8

Утром Прапай сидел в кафе на привычном месте, проверял почту и старался не думать о вчерашнем вечере. Было неловко — он попросту сбежал, пока Скай смывал с себя остатки пены и сперму под душем. Прокрался в свою комнату и рухнул как подкошенный в кровать. И почти сразу уснул. А проснувшись на рассвете, поехал в кафе, благо, оно было на заправке и работало круглосуточно. Сонная сменщица той девочки, что строила ему глазки, сварила вполне сносный американо и соорудила из вчерашнего круассана недурственный сэндвич, а потом уткнулась носом в стойку и продолжила дремать. На почте было три письма. Два от «Шторма» и одно от Фаера. Сперва про работу — решил Прапай и открыл письмо секретаря. Тот прикрепил дайджест новостей, пару фото родителя из пабликов и жаловался, что, похоже, за ним следят. Что ж, Прапай глянул новости. В плане бизнеса положение корпорации выровнялось, акции перестали падать, зато версия измен Прапая расцвела буйным цветом. Он залился румянцем, когда подумал, что вчера, собственно, действительно изменил. Не Плой, которой он, как оказалось, никогда не был нужен. Самому себе с его планами на традиционную семейную жизнь, детишек и правильную жену. Отрицать свой интерес, в частности — сексуальный, к Скаю он просто не мог. Впрочем, отвлекаясь от ощущений внутри себя, допускал, что всё это чистой воды физиология. И на месте Ская мог быть кто угодно, мальчик или девочка — неважно. Хотелось это проверить, но он пока не знал, как. Когда он открыл письма от детектива Пхаю, в кафе началась пересменка. Поэтому новою порцию американо пришлось подождать. Увы, это была Долли, та самая девочка-раф, и потому в американо оказалась непрошенная порция шоколадного сиропа и кокосовых сливок. Сочетание, имеющее, в общем, право на существование, но Пай его не заказывал и не хотел. Поэтому грустная Долли сварила новую порцию и подала, а чашку с шоколадно-кокосовым недоразумением выпила сама, стараясь, чтобы клиент заметил, что её губы касаются ободка там же, где до этого прикасался Пай. Ему это показалось негигиеничным, и он искренне понадеялся на то, что ДО подачи она не делает то же самое с посудой. В письмах от Пхаю было очень много разных вложений, и Прапай сперва всё загрузил в ноут, чтобы можно было перечитать, в случае чего. А уж потом принялся за сами письма. Первое было про Плой и её похождения. Даже после зачистки осталось довольно много фактов, подтверждающих её асоциальное поведение. А также то, что семья Плойнинпет ещё лет за пятнадцать до возможного бракосочетания уже все свои финансовые и деловые надежды возлагала на брак с Прапаем и слияние капиталов. Точнее — вливание в корпорацию Фаттира. Что ж, теперь, лишившись гаранта своей успешности, семейство терпело сокрушительный крах по всем статьям. И Прапай даже позволил себе немного позлорадствовать. Впрочем, ничего плохого эти люди ему лично не делали. Поэтому воспитанный наследник быстро перестал ехидно хихикать и перешёл ко второму письму. В котором тоже была куча вложений. И информация, которая Прапая ошарашила. У его отца была, оказывается, вторая семья. И ещё один сын. У Пая был брат. Пусть незаконнорожденный, но всё же единокровный. По мнению детективов, именно брат, которого звали Паоплоенг, собирал досье на Плой. То ли пытался упрочить своё положение в семье Фаттира, то ли удалял препятствие на пути к возможному наследству. Тут всё пока было выстроено лишь на подозрениях. Также детективы «Шторма» выяснили, что отец устроил своего внебрачного сына в головной офис, но вот с должностью Паоплоенга были неясности. Он вроде как числился курьером, но в то же время явно обретался близко к управляющей верхушке, а значит, и к самому Прапаю. Во вложениях находилось детское фото неизвестного брата, и Пай, сомневаясь, что сможет опознать по нему одного из своих многочисленных сотрудников, всё же полез смотреть. Паоплоенг был чертовски похож на Прапая в детстве. Просто одно лицо, только в отличие от наивно распахнутых в мир глазёнок мелкого наследника Фаттира, глазки юного бастарда смотрели в объектив лукаво и с чертовщинкой. «А ведь где-то я уже видел этот взгляд», — задумался Прапай. И открыл удалённо архив с личными делами работников головного офиса, начиная перелистывать всех подходящих одного за другим. Сын. Ещё один возможный наследник семьи. Тот, на которого отец также возлагает надежды, иначе не привёл бы его работать в корпорацию. Конкурент? Прапай так не думал. Но возможный недруг. Хотя его досье на Плой спасло законного сына от провального брака и многих неприятностей. Не раз возвращаясь мыслями к возможному будущему с Плой, Прапай прекрасно понимал, что малейший интерес к его законной жене у конкурентов вытащил бы наружу столько грязи, что она потопила бы даже суперустойчивую корпорацию. А уж в том, что Плой и замужем бы не оставила свой образ жизни, он фактически не сомневался. Получалось, неизвестный брат действительно оградил своего наивного родственника от большой беды. Он лениво листал файлы, присматриваясь к фото и продолжая думать, откуда же ему так знакомо выражение глаз маленького братца. А потом заглянул ещё раз в материалы, присланные Пхаю. Мать — госслужащая, медсестра в государственной больнице Бангкока, ребёнок единственный в семье. Паоплоенг был на четыре года младше Прапая, а значит, отец завёл интрижку тогда, когда мама впервые серьёзно заболела. Что ж, понятно было, где именно отец нашёл себе любовницу. Пай не помнил именно те годы, но ему казалось, что позже, когда маме поставили окончательный диагноз, отец был очень внимателен к ней и практически не оставлял одну. Впрочем, до того ли было молодому господину, который учился в закрытом колледже и проживал почти круглый год в интернате при нём? Прапай закрыл все документы и сосредоточился на внутренних ощущениях. Глаза. Взгляд на фото не маленького ребёнка, а рано повзрослевшего ушлого пацана, который либо сам возьмёт то, что ему нужно, либо впарит это тебе. Может, отдел продаж, который Прапай курировал ещё пару лет назад? Телефон тренькнул сообщением от секретаря: «Хай, босс, господин Чэн требует вашей личной подписи на допсоглашении. Придётся вам выползти из укрытия. Вы как?» Прапай поторопился ответить, чтобы не затягивать ситуацию. Господин Чэн был упрямым и тупоголовым, но его контракты стоили того, чтобы удовлетворять редкие капризы. И да, дела он соглашался вести только лично с Прапаем. Так что вариант, когда его удовлетворила бы личная подпись, был весьма удачным стечением обстоятельств. «Я понял, насколько это срочно?» «Огонь, босс. Горит!» Пай открыл карту в ноуте посмотрел на ближайший аэропорт. Сураттхани. Отсюда на машине часа четыре. От Бангкока дотуда часа полтора лёту плюс посадка-высадка. Что ж, если поторопиться, то к вечеру господин Чэн может получить своё допсоглашение. «Езжай в аэропорт. Лети в Сураттхани, я тебя встречу в аэропорту. Забронируй там переговорную в бизнесе, мы подпишем всё по видеосвязи с господином Чэном, а вечером ты уже отдашь ему документы». «Умно, босс! Уже лечу!» Пай быстро собрался и выехал в сторону Сураттхани уже через десять минут. Вслед ему печально вздохнула Долли, которая как раз собиралась предложить красивому кхуну круассан со сливочно-ванильной начинкой. В аэропорту Паю ещё пришлось подождать полчаса, прежде чем ему навстречу выскочил одетый в жемчужно-серый костюм Фаер, идеально уложенный, выглядящий крайне эффектно на фоне по-пляжному прикинутого босса. Шорты, кроксы и, пусть даже брендовая, футболка откровенно проигрывали деловому донельзя секретарю. Проводившая их к переговорной девушка из обслуги аэропорта смотрела на обоих мужчин, высоко вздёрнув брови, пытаясь понять, кто из них босс. — Босс, вот документы, почитайте пока, я сейчас налажу связь с господином Чэном. — Фаер бодро выложил бумаги перед Прапаем, как только за девушкой закрылась дверь кабинета. — У нас есть примерно час-полтора на всё, а потом у меня рейс обратно. — Ты заранее взял билет? — Конечно! Иначе рисковал не уложиться до восьми вечера. Господин Чэн, чтоб он долго жил, не любит задерживаться после работы. Я и без того повезу ему всё в ресторан, где он изволит ужинать с семьёй. — Может, передать ему какой-то местный сувенир? — Я уже поискал и заказал, должны привезти сюда через полчаса. — Фаер, ты огонь! — Прапай сказал это, внимательно читая текст соглашения. Он точно знал, что документ был дважды проверен, юридическим отделом и самим Фаером, но… Всё равно проверял. — Да, босс! Спасибо, босс! — было по голосу слышно, что Фаер улыбался. — Связь налажена, я дозвонился секретарю господина Чэна, через минуту он будет на связи. Фаер повернул к Прапаю ноут, и тот приготовился улыбаться и отвечать на вопросы въедливого, но такого важного для их бизнеса старика. Спустя пятнадцать минут господин Чэн дал отбой, документы были подписаны, и Пай, наконец, расслабился, глядя, как Фаер собирает и пакует ноут и бумаги. — Мы молодцы, босс! Нам полагается вознаграждение? — секретарь метнул в своего начальника лукавый взгляд, и Прапая словно кипятком облили. Он узнал. В этот момент в переговорную постучали. Курьер доставил красиво оформленную подарочную корзину с местными деликатесами. Фаер забрал её и расплатился, пока Пай пытался вдохнуть и понять, что ему делать дальше. Вернувшись к столу, Фаер собрал вещи, а потом отошёл к тумбе с водой, кофемашиной и снеками, налил в стакан воды и подал его Прапаю. — Узнал-таки, братик? — его улыбка стала словно чуточку теплее.