Глава 15

Фаер позвонил Прапаю, когда тот забрал последние рамки с рисунками Ская и ехал обратно в Пла Сан Рой. — Привет, босс, — судя по обращению, Фаер был в офисе. — Возвращайся в Бангкок, отец в больнице. Мне врачи ничего не скажут, а любое промедление скажется на акциях, сам понимаешь. Отдел по работе с медиа пока придерживает слухи, но надолго их не хватит, а уж если какой медсестричке приспичит стать звездой тик-тока, сам понимаешь… — Понимаю. Как он? — Да не знаю я! — впервые в голосе брата Пай услышал нервозность и неуверенность. — Всё хорошо, я сейчас же позвоню нашему врачу, и у тебя будет допуск. Завтра буду в Бангкоке, жди у меня, можешь заночевать, дубликат возьми у администратора… — Нахуй надо, у меня свой ключ, — Фаера отпустило беспокойство, и он привычно жёг. — Позвони. И… приезжай скорее, Пи, мне одному тут не справиться. Пай дал по тормозам, услышав это. Было так странно. Теперь не он полагался на своего секретаря. Фаер просил его помощи, а он мог в любую минуту стать главой семьи Фаттира. Старшим мужчиной в доме. Звонок уже пару минут как был сброшен, а Пай всё сидел, переживая полученное откровение. А потом взял себя в руки. Фаер. Фан. Папа. Он полез на заднее сиденье за ноутом и выудил из него телефон семейного врача, которому и позвонил тут же. Договорившись, чтобы в присутствии доктора Фаеру дали все данные по состоянию здоровья отца, пока сам он будет в дороге, Пай рванул в Пла Сан Рой. Отдав старосте все рисунки и попрощавшись тепло с тётушкой, он собрал вещи и «случайно» позабыл под подушкой треть своей налички. И покинул деревню. На дорогу уйдёт не меньше одиннадцати часов, судя по навигатору в телефоне, поэтому он запланировал пару остановок для отдыха. И на первой же, перекусывая в придорожном кафе, написал в «Шторм». Приехав домой, он будет точно знать, что делать дальше, но бросать поиски Ская он не планировал. Он должен найти своего художника, особенно теперь, когда жизнь его снова может измениться полностью. В пригороде Бангкока он оказался на рассвете, спустя двенадцать часов. Энергетики, на которых он ехал последние шесть часов, почти закончили своё действие, Прапай клевал носом и с трудом удерживал внимание на дороге, когда позвонил Фаер. — Привет, Пи, ты где? — Почти доехал. — Ты что, всю ночь гнал? Так, самое главное — с отцом всё хорошо, это был просто гипертонический криз. Он всё ещё в больнице, но жить будет, и неплохо, судя по информации лечащего врача. И он очень тебя ждёт. Я обещал предоставить тебя после обеда сегодня. Потянешь? — Ты сказал ему, что я знаю? — Прапай припарковался на широкой обочине, чтобы не рваться между поддержанием разговора и вождением и неудержимо зевнул с громким стоном. — Не говорил. Ты там как? Давай, я приеду на такси и сам за руль сяду. — А может… — Никаких может, Пи, я по голосу слышу, что кто-то уже не может. Лучше уж довезу тебя сам. Так все будут жить долго и счастливо. Высылай координаты, я надеюсь, что ты не слишком далеко. Такси подъехало, когда Прапаю снился Скай, уплывающий от причала в Пла Сан Рой на дырявой лодке. Пай хотел его остановить, вернуть, но горло перехватывал спазм, и он просто махал руками, пытаясь привлечь к себе внимание. Скай, не оборачиваясь, исчезал вдали. А в голову начала стучать боль. Настойчивая и с голосом Фаера, хотя откуда бы ему тут взяться. Окончательно проснуться помог завибрировавший в руке телефон. Прапай неохотно открыл глаза. Снаружи решительно наступило утро, а у водительской двери стоял встревоженный Фаер. Не достучавшись, он просто начал названивать, пока не разбудил водителя. — Ну ты и горазд спать, Пи. Я боялся, что придётся вызывать службу спасения. — Фаер начал ёрничать, как только Пай открыл дверь и выполз с водительского сиденья. — Давай, пересаживайся скорее, и через полчаса и душ спустя ты будешь сладко спать в собственной кровати. Когда пора будет в больницу, я тебя разбужу. — Как там отец? — Он в порядке, насколько возможно в его возрасте и с его давлением, — Фаер, похоже, на досуге занимался экстремальным вождением, потому что рванул с места весьма лихо. Впрочем, посмотрев на время, Пай оценил, день будний, и если не поторопиться, есть неиллюзорный шанс спать в пробке в полутора километрах от кровати. В душ Фаер его практически заносил, потому что к моменту прибытия домой Прапай спал даже стоя. Проснулся он уже после полудня, да и то, благодаря стараниям брата, который расталкивал его долго и со вкусом, пока ехидно не прошептал прямо в ухо: — Тебя тут Скай дожидается, сейчас уйдёт. Пай подскочил так, что чуть челюсть Фаеру лбом не вынес. И ужасно разозлился на него за враньё. Впрочем, контрастный душ помог прийти в себя и перестать психовать. Всему своё время. Сегодня — только отец. В больнице они были через пару часов. Фаер, как оказалось, суперкимпабы готовил сам, заставив Прапая позавтракать силой. Оставшееся они прихватили с собой в контейнере. — Привет, отец, — Пай рассматривал лежащего в кровати бледного и почти незнакомого человека. Посеревшая кожа, запавшие глаза. Стало мучительно стыдно за свой побег. Пока он там на солнышке валялся, отец держал удар и разгребал за ним и за Плой. А потом просто не выдержал. — Привет, сын, — голос отца звучал силой, но дрогнул, когда вслед на Прапаем в палату вошёл Фаер. — Привет, Фаер. — Я уже знаю о нём, отец, — Прапай сел на стул у кровати отца и положил ладонь на его руку. — Фаер мне ничего не рассказывал, это вышло случайно. Побочный эффект разрыва с Плой. — И ты… — Я рад, что у меня есть брат. Не могу сказать, что меня радует то, как он появился на свет, и то, что мне об этом, похоже, не собирались сообщать, но я всё равно рад. Как ты себя чувствуешь? — Хорошо. Уже почти отлично, но врач не хочет отпускать домой. Они что-то нахимичили с моим сердцем, говорят — нужно ещё пару дней, чтобы всё прижилось и наладилось. А потом снова в бой. А ты? — Да я-то что… Приехал, выспался и к тебе. А Фан? Она тут? — Я отправил её в Европу с нянькой, как только Плой сбежала. Фан не знает, что здесь творится. Девочке всего пятнадцать, рано ей лезть во всю эту грязь. — Это хорошо… наверное. — Пай оглянулся, ища глазами Фаера. Тот, как вошёл, так и остался стоять у дверей, словно всё ещё был простым секретарём. — Отец, я думал над всем этим. Я… Я хочу, чтобы Фаер стал официальным наследником семьи Фаттира. Думаю, ты понимаешь, что справляется он куда лучше меня, репутация его не запятнана разрывом помолвки и… В общем, он на данный момент куда более подходит на роль наследника, чем я. — Но я… — Подожди, отец. — Прапай встал со стула и подошёл к Фаеру. — Посмотри на нас. Мы оба — твои сыновья и любим тебя. Я не хочу, чтобы дело, которому ты отдал всю свою жизнь, рухнуло в одночасье, а это запросто может произойти, если всплывёт правда о Плой. Да, сейчас никто ещё не знает, но уже дважды мне и брату удалось собрать о ней довольно скандальные факты. Значит, и другим труда не составит. Поэтому я предлагаю, как только ты выпишешься, сделать всё, что необходимо для введения Фаера в права наследования и передать руководство концерном ему. — Эй, погоди, Пи! — отмер, наконец, охреневший от происходящего второй сын. — А ты? — А я могу открыть филиал где-нибудь подальше от столицы. Да придумаем что-то, важно, чтобы на любой момент, когда рванёт эта Плой-бомба, мы были полностью готовы. — Сын… Сыновья мои, я и не думал… — Отец, тебе плохо?! — Пай кинулся к кровати, когда отец закрыл лицо руками. — Нет, я горжусь вами обоими. Думаю, стоит поступить именно так, как предложил Прапай. Это убережёт концерн от грязи и возможных скандалов. Придётся немного потерять в активах, но это будет сотая доля того, что смог бы отнять у нас скандал с Плой. Паршивая девчонка… — Не ругай её, отец. Я могу понять, почему она сделала именно так. Из всех нас она оказалась самой слабой. Сперва. И самой сильной. Сначала совершила ошибки под давлением обстоятельств, а затем — нашла в себе силы их признать. — Ты её защищаешь, Прапай? — Да, Фаер, защищаю. Потому что меня этому научили с детства. Она больше не моя, но всё ещё Плой Плойнинпет из кружевной колыбели, к которой привела меня мама давным-давно. — Бра-а-а-атик! — на шею Паю накинулся с объятиями расчувствовавшийся Фаер. И пока тот отбивался от брата, отец смотрел на обоих потеплевшим взглядом. После смерти жены он настолько закрылся от всего, что чуть не потерял своих детей. Теперь же, только сплотившись, они смогут выбраться из сложившейся ситуации с минимальными потерями. — Что ж, работы предстоит немало, как я понимаю. Но ты, отец, должен сейчас позаботиться в первую очередь о себе и своём здоровье, — Прапай, наконец, отлепил от себя Фаера и посмотрел на отца. — Когда возвращается Фан? — Через неделю. — Хорошо. Пока мы с адвокатом, с твоего позволения, выясним всё, что необходимо, чтобы устроить Фаеру вхождение в семью со всеми правами. Ты поправляешься, Фан возвращается, и все счастливы. — И ты? — подколол Фаер, не сдержавшись. — О чём ты? — только не сейчас! Прапай хотел сперва решить дела семьи, а уже потом продолжить розыск Ская. Да, сердце было не на месте, ведь беглец мог решить, что действительно Прапаю неинтересен. Но они оба — взрослые люди, а значит в полной мере несут ответственность за свои поступки. И если ты однажды сбежал от ветра — жди, когда он тебя настигнет. Ведь земля круглая.