Часть 17

      Всю неделю, на которую Макс приехал ко мне, Антон не оставлял меня в покое. Я не знал как, но он находил меня везде, где бы я ни был, и всё порывался поговорить и облить грязью моего парня. Дураком я не был и понимал, что тот просто ревнует, потому что больше ничем другим его поведение объяснить было нельзя. Но несмотря на его явную ревность иметь ничего общего с ним я не хотел. Да, я получал удовольствие от мыслей, что Антон меня ревнует и, возможно, даже думает обо мне днями напролёт, но возвращаться к тому, что у нас было, я не собирался. Эти нездоровые отношения, где ко мне относились, как к игрушке и секс-партнеру, мне не были нужны.       Максу о происходящем я не рассказывал. Не хотел его расстраивать, да и ссориться с ним не хотел. Когда неделя подошла к концу, парень уехал. Я проводил его до самолёта, тепло попрощался с ним, сказал, что буду ждать его и отправился домой. И вот который день уже я куковал один. Было ли мне одиноко? Да. Было и одиноко, и скучно, и грустно. Ничего делать не хотелось. Я думал о Максе и вспоминал проведённые вместе дни. Лучшие дни в моей жизни. Чем заниматься теперь, когда его нет рядом, я не знал.       — Перестань уже так убиваться, будто вы расстались, — сказал Ваня и запрыгнул ко мне на кровать.       — Уберись, — проворчал я и попытался скинуть брата со своей кровати, но тот так вцепился в меня, что сделать это, не упав, было невозможно.       — А вот и не уберусь, — сказал парень и показал мне язык.       — Тебе сколько лет? Восемь?       — Мне уже пятнадцать! — воскликнул Ваня и потянул меня с кровати.       — Мы сейчас упадем, дурак, — с этими словами я вновь попытался отцепить брата от себя, но тот так прицепился, будто клещ. Самый настоящий маленький клещ.       — Ты всё равно упадешь на меня!       И Ваня продолжил меня тащить. В итоге мы оба упали на пол, и я оказался на брате. Тот смеялся во весь голос, всё ещё обнимая меня.       — Ты в порядке? — с улыбкой спросил я. — Ну отлепись уже, а? Присосался ко мне.       — Всё нормально. Жив-здоров. А тебе вроде лучше стало. Вон как улыбаешься. Ну правда, Марк, харе грустить уже. Вы же созваниваетесь каждый день.       — Вот влюбишься и поймёшь меня.       — Не влюблюсь! — скривился Ваня, чем рассмешил меня.       — Ладно, пойдём, что ли, поедим? Хочешь блинов? Или запеканку? Сырников? — Ваня наконец-то отпустил меня, и я смог подняться. Лучше пойду готовить, чтобы действительно так сильно не думать о Максе и не убиваться.       — Блины! — воскликнул брат и вихрем поднялся с пола, толкая меня на кухню.       — Вот же говнюк. Сам бы учился готовить.       — На это есть ты, — усмехнулся брат и пробежал мимо меня на кухню.       — Сученыш мелкий, — сказал я так, чтобы Ваня не услышал. — Будь осторожен теперь с едой. В один день попадется что-то очень вкусное. ***       — Ты слышал? — спросил меня Миша, когда мы сидели в столовой и обедали. Обедал я теперь только с Мишей. Мы с ним были как два изгоя. Со мной никто не общался и с ним тоже. Но по крайней мере не приставали со всякой хуйней, и мы могли спокойно делать то, что хотели, не боясь, что против нас пойдут. Все ещё помнили недавние события и учеников, которых исключили из-за драки.       — Что слышал? — поинтересовался я.       — Антон на этой неделе устраивает у себя вечеринку.       — О как, — усмехнулся я. — И в честь чего же?       — Вот этого не знаю, но говорят, что вроде как в честь дня рождения своей девушки.       — Ясно, — скривился я на слова друга. Ну да, у его девушки день рождения, значит, а доебывается он до меня. — А мне зачем об этом говоришь?       — Просто решил рассказать, чтобы ты был в курсе событий, — пожал плечами парень. — Не пойдешь?       — Что я там забыл? Идти туда, где меня все презирают, и видеть, как Антон сосется со своей девушкой? Больно надо. Я найду чем заняться.       — Всё ещё не можешь его забыть? — сделал какие-то свои выводы Миша.       — С чего ты взял?       — Ну, ты упомянул его и его девушку. Ну, что не хочешь видеть, как они...       — Я понял. Но при чем здесь это? Я не хочу это видеть не потому, что не забыл его, а потому, что это мерзко. Он самовлюблённый, эгоистичный, лицемерный мудак. Мне от одного его существования мерзко, — чуть грубо ответил я, заметив, что Миша будто стал грустным или задумчивым.       — Ясно, — ответил парень, не желая больше говорить со мной. А я не понял что сделал не так.       — Тебя обидели мои слова? — поинтересовался я.       — Нет, — как-то равнодушно ответил друг. Наигранно-равнодушно.       — Я вижу. Слушай, Миша, правда, не хотел тебе грубить. Оно само вышло. Мне неприятно говорить про бывшего, так что давай мы не будем его упоминать.       — Хорошо, я понял. И я не в обиде. Просто подумал, что тебе стоит побыть одному. Мне неохота выслушивать это, — спокойно ответил парень, но я видел, что моя грубость всё равно задела его.       — Блять, вот тебя не поймёшь, — разозлился я и вскочил с места, кидая на поднос недоеденную булку. — Сам решай, хочешь общаться со мной или нет, но не жди, что я буду белым и пушистым. Да, я могу грубить, и если тебя это задевает, то не надо со мной общаться.       И я ушел на следующую пару, не желая видеть парня. Я вообще не понял претензий. Да, я ответил на вопрос более грубо, чем следовало, но он что, баба, что ли? Обижаться на эту фигню. Тем более я был зол на Антона, а не на него. А грубые слова сами вылетели. Сидит он, обижается. Пошёл он.       В итоге кое-как досидел до конца дня и ушёл домой. Решил, что до конца недели в универе не появлюсь. Мне нужно было побыть одному. ***       — Всё хорошо? — спросил Макс, с улыбкой глядя на меня. — Ты сегодня какой-то грустный.       — Нормально всё, — ответил я и через силу улыбнулся. — Просто устал. Без тебя тяжело.       — Как выдастся возможность, я сразу приеду, — тепло сказал парень. — Так что не скучай сильно.       — Я знаю. Просто надо время отвыкнуть от тебя, чтобы не было так тяжело.       — Ты же не один. И мы каждый день созваниваемся.       — Нет никого. С братом у нас непонятные отношения, Миша обиделся на меня. Всем плевать, понимаешь?       — На что обиделся?       — Без понятия, — тяжело вздохнул я. — Надоело все.       — Перестань, Марк, — подбадривающе проговорил парень. — Возьми себя в руки. Сейчас для тебя важнее учёба, так что учись и не думай о других. У тебя есть я, и ты знаешь об этом. А с другом, я уверен, ты помиришься. Не унывай.       — Постараюсь. Что-то совсем разнылся, — усмехнулся я.       — Это нормально. То, что ты парень, не говорит о том, что не можешь делиться своими проблемами.       — А ты как?       — Потихоньку. На работу одну устроился. Сейчас стажировка. Если всё пройдёт хорошо, то меня возьмут. Ну а там ждать отпуск останется.       — Я рад за тебя, — улыбнулся я. — Буду учиться с мыслями о тебе, а ты...       — А я буду работать с мыслями о тебе. И постараюсь приехать при любой возможности. Но и ты, если получится, приезжай. Хотя бы летом. Я буду рад.       — Конечно приеду.       — Опять ты там со своим этим? — послышался голос Вани, и через секунду открылась дверь в мою комнату, являя брата. — Не надоело болтать столько?       — Тебя никто не звал. Иди отсюда, — с этими словами я запустил в брата подушку. Тот показал мне язык и зашёл в комнату, показываясь Максу.       — Всё Марку надоедаешь, — ехидно проговорил Ваня.       — А ты все бесишься и не даёшь ему пообщаться, — рассмеялся Макс.       — Марк МОЙ брат, — насупился Ваня.       — Я и не претендую на этот статус, — улыбнулся парень.       — Он должен со мной больше времени проводить, — обиженно проговорил Ваня.       — Не волнуйся, я у тебя брата отбирать не собираюсь.       — Так, всё, хватит меня делить. Ваня, иди к себе, я сейчас приду.       — И мы поиграем? — радостно спросил брат.       — Да. Выбирай игрушку.       — Марк, ты лучший! — воскликнул Ваня и, обняв меня, убежал к себе в комнату выбирать видео-игру.       — Чем будешь сейчас заниматься? — поинтересовался я.       — В магазин надо, есть нечего. Вспоминаю твою еду и чувствую голод. Очень хочу к тебе и твоей вкусной еде.       — Приезжай, накормлю.       — Обязательно приеду. Как будет возможность. Ладно, я тогда пойду, а ты иди с братом играй, а то он ревнует.       — Да, он ещё тот ревнивец. Тогда вечером созвонимся.       После общения с Максом мне стало легче, и я уже со спокойной душой пошёл играть с братом. После времяпровождения за играми я отправился готовить ужин. Вечером снова созвонился с Максом, мы немного пообщались, и мне стало ещё легче. Спать я ложился с пустой головой и радостью на сердце. ***       До конца недели в универе я так и не появился. С другом не списывался, но в пятницу он сам пришёл ко мне, чего я вообще не ждал. Мы поговорили, извинились друг перед другом и помирились. И неожиданно для нас обоих решили пойти на вечеринку Антона. Решение это пришло совершенно спонтанно. Просто захотелось развеяться, ну и мы решили всё же посетить это "масштабное" мероприятие и посмотреть что там вообще будет. Максу, естественно, я об этом рассказывать не стал. И вот в субботу мы с Мишей встретились и направились на эту вечеринку.       Доехали до места проведения вечеринки мы быстро. Это был явно не дом Антона. Скорее всего он снял какой-то дом для такого грандиозного мероприятия. Народа была тьма. С разных курсов, разные группы, знакомые знакомых. Все, кому не лень, пришли посмотреть на придурка и его девушку. Мне лишь было смешно с этого.       Мы с Мишей осмотрели двор, заполненный уже напившимися телами, и зашли внутрь. Главных гостей сего мероприятия мы не нашли. Ни Антона, ни его девушки видно не было, что было лишь нам на руку. Мы прошлись по дому, посмотрели на танцующих и выпивающих студентов, сами выпили по бокалу, точнее, я выпил, а Миша морально поддержал, после чего хотели было отправиться на второй этаж, но музыка неожиданно выключилась и подключился микрофон.       — Шоу начинается, — шепнул я на ухо другу и усмехнулся.       — Я думаю, это все показуха, — вдруг сказал Миша, смотря на сцену, на которую вышел Антон, радостно улыбаясь.       — Для чего?       — Привлечь твоё внимание, очевидно. Ты правда думаешь, что эта Ника ему сдалась?       — Значит, он выбрал неверный подход, — хмыкнул я и уставился на Антона. Тот, находясь на сцене, пригласил на неё и свою девушку, после чего вручил ей подарок и поцеловал. По его взгляду я видел, что он выискивает меня в толпе. Это заставило меня улыбнуться. — Придурок.       После многочисленных поздравлений и пожеланий все разошлись танцевать и бесплатно налегать на еду и напитки. Мы с Мишей решили тоже что-то съесть. Почему бы и нет, раз еда бесплатная.       В поисках еды мы нашли кухню, где были две девчонки, активно что-то обсуждающие. Здесь было гораздо тише и приятнее. Мы сели за свободный стол, накрытый самыми разнообразными закусками, и принялись всё лопать, обсуждая сегодняшний вечер.       — Вы здесь одни? — вдруг спросила одна из девушек.       — Мы вдвоём, — усмехнулся я.       — У вас нет девушек? — поинтересовалась вторая и направилась к нашему столу. Её подруга двинулась за ней.       — Девушек нет, — хмыкнул я. После моих слов девушки, радостно переглянувшись, присели за наш стол ближе ко мне. Мишка на это без интереса приподнял одну бровь и продолжил есть.       — Я — Таня, а это Марина.       — Марк, — показал я на себя. — А это мой друг Мишка.       — Вы знакомы с хозяином дома? — поинтересовалась Таня, хихикая. Марина, присев ещё ближе, положила ладонь на моё плечо. Такая наглость была возмутительной.       — Занимаешься спортом? — спросила та. — У тебя хорошее телосложение.       — Играю в футбол, — ответил я, решив проигнорировать первый вопрос.       — А почему вы одни? — спросила уже Таня и тоже подсела поближе ко мне. Хоть она и говорила во множественном числе, я знал, что она имела в виду только меня. — Ни за что не поверю, что такой парень один. У тебя точно должна быть девушка. Обманываешь нас, да?       — А ты знаешь, что изменять нехорошо, — протянула Марина и опустила руку с моего плеча на ногу, поглаживая её.       — А разве вы что-то предлагаете? — усмехнулся я, убрав поползшую не в том направлении ладонь.       — Если хочешь, можем предложить. У тебя были тройнички?       — Были.       — Мы с Мариной как раз хотели попробовать. Как ты на это смотришь?       — Он не сможет отказаться. Кто откажет таким шикарным девушкам.       — Боюсь, ему фиолетово на вас, — вдруг сказал Миша, из-за чего я рассмеялся. Всё это время молчал, а тут решил слово вставить. Да, пора было заканчивать этот цирк.       — А ты не лезь, не тебя спрашиваем.       — Что ж, повеселились и хватит, — сказал я и резко встал из-за стола. Девушки удивлённо взглянули на меня. — Мне ваше предложение неинтересно, но было забавно.       — Вот же педик, — сказала Таня, поправив короткое платье.       — В точку, — улыбнулся я, увидев, как вытянулись их лица. — Миш, пойдём отсюда.       Мы с другом ушли оттуда, а после и вовсе разошлись. Парень пошёл искать туалет, а я нашёл балкон и вышел подышать ночным воздухом. Было прохладно и приятно, ни мерзких запахов, ни громкой музыки, ни пристающих непонятных девиц. Спокойно и почти тихо.       — Не ожидал увидеть тебя здесь, — проговорил знакомый голос. На балкон зашёл Антон, прикрыв дверь. Мне было всё равно на него. Я не собирался убегать и был даже готов поболтать.       — Я тоже не думал, что приду, — хмыкнул я.       — Не против, если я закурю? — спросил парень. Я лишь пожал плечами. Антон закурил, выдыхая дым в окно.       — Не знал, что ты куришь.       — Курю, но не часто.       На какое-то время мы оба замолкли. Антон, стоя рядом, курил, а я просто смотрел на ночное небо, думая о своём.       — Как тебе вечер? — вдруг спросил Антон. Его желание поговорить удивляло меня. Особенно если учитывать то, что мы, по сути, враги, и он уже всем показал, кто ему важен. Я же для него не значил совершенно ничего.       — Нормально. Шумно, много людей, но сойдёт.       — Ну и отлично.       — Я рад за тебя и твою девушку, — вдруг сказал я и, посмотрев на Антона, легко ему улыбнулся. — Вы действительно стоите друг друга.       — Марк... — вдруг начал Антон, но я не дал ему продолжить.       — Не надо ничего говорить. Просто займись уже своей жизнью и отстань от меня.       — Я думал, что раз ты пришел, то... — на секунду парень замялся, будто не знал как сказать то, что собирался, или боялся это сделать. — Возможно, у меня есть шанс...       — Шанс на что? — удивлённо спросил я.       — Сделать тебя счастливым, — сказал это так, будто действительно мог это сделать. Слышать это было смешно.       — Ты сам себя слышишь? — усмехнулся я. — У тебя есть девушка, ты закатываешь грандиозную вечеринку в её честь и вдруг говоришь, что... Надеешься на шанс?       — Ника для меня ничего не значит, — твёрдо сказал Антон, перебив меня. — Она...       — Для тебя нормально играться с людьми, — усмехнулся я. — Ника не нужна, но при этом ты играешь с ней в отношения. Чтобы что? Заставить меня ревновать? Это так по-детски и глупо.       — Просто я запутался, Марк, — вдруг сказал парень, глянув на меня. И по его глазам я понял, что он действительно искренен.       — От меня ты что хочешь? Чтобы я после всего помог бедному Антону разобраться в себе? Ты не заслуживаешь жалости. Ты вообще не заслуживаешь чего-либо в этом мире. Ни любви, ни друзей, ни счастья.       — Я знаю, — тихо сказал парень, снова повернувшись к окну. — Я знаю, что заслужил прожить одинокую жизнь: без семьи, друзей и любимого человека.       — Ты сам всё разрушил. Своими руками. То, что ты предал меня... Не забыть. Никогда. Такое не прощается. И от таких, как ты, держатся подальше. Я больше не хочу рушить свою жизнь из-за тебя. У меня есть чудесный парень, которому я действительно дорог, который заботится обо мне, который... Любит меня. А что можешь дать ты? Нож в спину? Неуверенность в следующем дне? Переживания, что уйдешь или изменишь? Ты действительно думаешь, что мне это нужно? Думаешь, что я такую жизнь заслужил?       — Нет, — твёрдо сказал Антон, сжав руку, в которой была сигарета. — Ты не заслуживаешь этого. Но и я не могу тебя отпустить.       — Так не можешь отпустить, что встречаешься с другой? Так не можешь отпустить, что играешь со мной? Ты хоть раз навестил меня в больнице? Хоть раз извинился передо мной, сказал как тебе жаль? Ты хоть что-то вообще сделал, чтобы показать, что я тебе дорог? Ты думаешь только о себе! Тебе всего лишь нужна свободная дырка. Больше ничего.       — Ты не прав, — неожиданно сказал парень, снова посмотрев на меня. — Мне нужен ты.       — А что ты сделал для этого? Что ты сделал, чтобы показать, что я нужен тебе? Чтобы вернуть меня? Что сделал, блять?       Антон промолчал, на что я усмехнулся.       — Ничего. Вот и ответ.       — Зачем тогда ты пришел?       — Убедиться в том, что ты добился того, чего хотел.       — Марк...       — Не надо. То, что я пришёл, ничего не значит. Мы всё ещё никто друг другу. И я тебя не простил. Не то, что видеть, знать тебя не желаю.       Взглянув на Антона, я увидел в его глазах какую-то тоску вперемешку с растерянностью и грустью, а выражение лица было таким, будто ему было больно слышать мои слова. Вот только он их заслуживал. И я не собирался его жалеть после всего, что он сделал. Это он сделал мне больно. И не один раз. Но почему-то его это нисколько не заботило.       — Ты как был эгоистичным мудаком, так им и остался. Всегда думал только о себе. Ничего не изменилось. Всё ради себя, ради своей выгоды. Ну и живи так дальше. Только подальше от меня.       Больше ничего не сказав, я вышел, оставив парня одного. Блуждая по дому, кое-как нашёл Мишку, и мы поехали домой. Да, приехал я не просто так. Я действительно рассчитывал на то, что нам с Антоном удастся поговорить. Хотел поставить точку во всём происходящем и наконец поставил. Оставалось надеяться, что на этот раз парень услышал меня.