Глава 24 (116). Закончим ли мы на этом?

      Целые сутки Баку Бааван Ши зашивала Разлом. Методично, узелок за узелком, она сближала края и сшивала. К вечеру следующего дня Баку Бааван Ши упала без сознания и только тогда Ассоциации Зимней Луны провозгласила победу!       Демоны поторопились вернуться на границу, но их не отпустили. Архивариус Небесной Выси приложил все силы, чтобы те остались на празднования этого события и наладили с заклинателями связи. Смертельно уставшие победители планирвали отоспаться, но без главных виновников торжество начинать не хотели, как не хотел никто обсуждать политику и торговые отношения, а просто веселиться.        Заклинатели ознаменовали новую Эру - где грязная правда стала частью наследия, на чьих ошибках будут учиться их потомки.        Еще несколько недель, как заклинатели так и простые люди, поглядывали на чистое голубое небо и пытались рассмотреть шов или новый разлом, не веря, что наступило “будущее”.       Красная Луна же попала в забвение. Клан оказался бессилен без своего главы и вскоре вовсе распалась на несколько маленьких сект, еще долго не дававшие о себе знать.       Наступила короткая, но очень мирная эпоха.        Ликование триумфа все никак не утихало. Опьяненные победой ордена начали внутренние реформы. С демонами мало-помалу налаживали торговые отношения. У Чжао Тана прибавилось много работы. Несколько лет в спешке прошли незаметно.       Он посмотрел на плывущие облака, поглощающие в себе пики ордена и задумчиво опустил голову. Небесная Высь перестала считаться одним из сильнейших орденов, однако стала куда более приятным местом, чем была до этого.         Старейшина пика Медицины так и не нашел себе замену и продолжал лениво восседать на месте главы ордена. За это время к ним в орден поступил Кан Юань - так же как и его старший двоюродный брат, он сбежал из семьи, желая научиться контролировать ци. Его слепота не была воспринята, как одна из причин его недооценивать - благодаря своим способностям он быстро начал превосходить своих ровесников.        Заскучать архивариус не успевал - работу на его голову найдут в любое время, но все же иногда, когда он только успевал подумать об этом, так сразу именной нефритовый жетон начинал мигать. У Чжао Тана гости.        Архивариус бросил тушь высыхать, снял дуцзин и, подтягивая на себе накидку, поторопился спуститься с горы. Он стремился сохранить сдержанность и холодность, но был не в силах противостоять своим чувствам.        Длинный путь быстро пролетел за предвосхищением теплой встречи. Тан заметил у главных ворот две фигуры. Первый, спрятав руки за спиной, мило общался со стражником, смущая его своей “великой” персоной; второй, немного вороша землю под ногой, стоял рядом. Как только друзья заметили приближающегося адепта Небесной Выси, тут же сорвались с места и побежали прямо на него.        Чжао Тан уже собирался остановиться и побежать в обратную сторону, но не успел. Его заключили в крепкие объятия и чуть не стиснули до толщины листа рисовой бумаги.        Архивариус похлопал по спине полудемона и благословенного. Они почти не изменились, лишь стали выше и крепче, а во взгляде прибавилось опытности, которым, видимо, стеснялись хвастаться, ведь рядом с ним вели себя как две глупые собаки.       Чжао Тана тут же повели по местным забегаловкам и, забалтывая до головокружения, провели по всему городу, рассказывая о своем путешествии. Позже речь зашла об учителе:       -  Мы давно его не навещали. Хотели передохнуть и направиться к учителю.       Чжао Тан понимающе кивнул. Он быстро прикинул свои планы и тут же согласился.        Чжао Тан и вправду давно не виделся с учителем: сначала они навещали его у огненного ущелья, где цзяньхун выдал жилье своему советнику. После учитель вместе с Каном перебрались на окраину города, а в последние года и вовсе ушли в дикие горы и навещать их стало труднее.        Путь занимал так много времени, будто они не хотели больше ни с кем видеться, не хотели чтобы в этой жизни их хоть кто-то нашел, посмел снова забрать их счастье.        Они обустроили свое гнездо в горах, что скрывали их быт от посторонних глаз. Вся южная часть у моря была усеяна цветущими мандариновыми деревьями, там и стояла их маленькая обитель.        Только придя на место обнаружили этот домик покинутым. Тогда они пошли по натоптанной за несколько лет тропе к горам, куда раньше каждый день поднимался их учитель.        Взобравшись наверх они сначала заметили мастера Кана. Он вывешивал на пристройке какие то лечебные травы для сушки. Сзади к нему подошел их учитель и обнял за талию. Синь ярко улыбался. Кажется, он что то сказал и в ответ Кан стеснительно раскраснелся.       Издалека их учитель казался еще меньше и слабее, чем помнили ученики, но эта мысль была сиюминутной и неважной, скорее шутливой, но она почему то никак не уходила из головы.       Приблизившись, Чжао Тан отвернулся. Он спросил себя, а сколько лет прошло на самом деле? Он захотел развернуться и уйти. Сердце больно защемило. То же ощутили и Киччи с Руи, но они смогли сдержать свои чувства при себе. Они помахали издалека и подошли к ним, а Тан так и остался стоять на месте.       Их учитель на самом деле сильно изменился. Гораздо сильнее, чем ожидалось – он постарел. Брови и собранные в низкий хвост волосы заметно серебрились, тело истощилось и выглядело точно не как у молодого мужчины. Это неуловимое, но заметное изменение, которое случается только с простыми людьми.       А еще он хромал и тяжело передвигался. Стало ясно, что перебрались они на гору не просто так - подниматься каждый день для него стало попросту невозможно.        Даже Тан - заклинатель без золотого духовного ядра почти никак не изменился, благодаря пилюлям и навыкам совершенствующегося. Вот только обычные люди живут совсем по другим правилам.        Проглотив ком в горле, архивариус присоединился к беседе. Их учитель не изменился, возможно стал даже счастливее, открытее, но Тан не замечал этого за осознанием того, что прошло столько времени, что человеческая жизнь так сильно отличается от жизни заклинателя в ордене. Ему было тяжело это принять.       Прослушав все приключения их учителя, Тан достал гостинцы, чтобы скрасить вечер. Ему хотелось вытащить вообще все, что было у него в цянькуне, но Кан Гуанмин остановил его, оставив только угощения и пару книг в дополнение к их богатой коллекции.        К сожалению встреча довольно быстро закончилась. Их учитель сильно раскашлялся, а после уже почти не мог концентрироваться на разговорах. Мастер Кан вышел сварить отвар, а ученики остались сидеть возле кровати, в пустоту пересказывая по десятому кругу свои истории, понимая, что учитель навряд ли их запомнит.        После принятия лекарства, Синя накрыли мягким одеялом и оставили отдыхать. Снаружи улыбка мастера Кана погасла.        Стало так невыносимо горько.        - Ему осталось недолго… - Лишь сказал Кан.        - Разве ничего нельзя сделать!? - Наконец, воскликнул Чжао Тан. - Я могу достать любое лекарство, какое только попросите! Можно попробовать найти способного целителя или…!       Такому тону удивились даже Киччи и Руи. Они никогда не видели Тана на мгновение потерявшим рассудок. Руи положил руку ему на плечо, призывая успокоиться.       - За свою жизнь Шэ-эр совершенствовался, как заклинатель и как темный культиватор. Его тело и душа… истощились. Пилюли могут лишь придержать физическое старение, но за счет жизненной ци, а ее у него почти не осталось.        - Мы можем…!       - Не можете. - Довольно грубо оборвал Кан Гуанмин. - Он сам так решил.        - …       - Прошло больше десяти лет... - Начал Кан и отвернулся в сторону хижины, стараясь удостовериться в том, что его присутствие там сейчас не нужно.       - Всего десять лет… - Не веря этим словам, повторил Чжао Тан.       - Шэ-эр хотел пожить обычной жизнью и умереть, как человек…        - Мастер Кан, и вы согласны?!       - Согласен…       Этот ответ поверг в шок учеников Синя. Звучало так, будто учитель и его супруг так просто сдались под давлением обычной жизни. Особенно после всего произошедшего это производило впечатление крайне ужасного итога…       - Мы можем что-нибудь сделать для него?       - Останьтесь здесь ненадолго и… не говорите никому о случившемся. Мы хотим оставить это место нетронутым, как можно дольше. - Кан Гуанмин опустил взгляд. Было заметно, как он сдерживает себя от слез. - Здесь хранятся наши самые счастливые воспоминания.       Счастливые? Чжао Тан не мог в это поверить, глядя на него.       Последующие несколько дней прошли крайне… неспешно. Вопреки всему простая жизнь без излишков в тишине и спокойствии позволила Тану понять ход мыслей своего учителя. Все, что Синь хотел получить - могло ограничится маленьким домом, озером напротив и ясным небом над ним. Всему этому не стоит искать цену.        Чжао Тан первым забеспокоился, когда их учитель отказался от трапезы. Он раньше обычного спрятался в хижине и долго спал. Кан Гуанмин просто тихо сел на пол, устроил голову рядом, вслушиваясь в слабое дыхание, и переплел с ним пальцы.       Не в силах вынести смирения этой безысходности, ученики остались снаружи, топтали порог и вспоминали прошлое.        Все произошло тихо, без слез, истерик и боли. К ночи, когда яркая луна легла ясным и чистым отражением на озере в горах, а ветер затих, ученики прошли в комнату и попрощались с учителем.        На своем последнем вздохе Шэ-эр крепче сжал ладонь своего супруга и улыбнулся. Жизненной ци в его теле оставалось так мало, что оно рассыпалось звездной пылью в руках несчастного Цзу-эра, не оставляя ему шанса понести траур и предать тело погребению, зато заставляя его крепче ухватиться за каждое воспоминание, связанное с тем, кого словно бы в этом мире никогда и не существовало…       Еще семь дней ученики не покидали гору, но, в конце концов, ушли.        Кан Гуанмин не обратился от горя, не потерял себя, но остался на горе, привязав себя к ней обещанием.       В чем секрет человеческой души? Кан не задавался этим вопросом, но нашел на него ответ.        Пока восходит солнца и луна, пока долг не отдан, пока жаждущие встретиться не сойдутся вновь, пока виновные и преступники не поменяются местами, человеческая душа будет жить.        Если демоны способны вознестись, если бесчестные люди достигают небес, на что способен один дух, связанный обещанием?       - Мы слишком мало провели времени вместе на этой земле. Еще рано прощаться. - Шепнул Кан мандариновому цветку и пустил его по ветру. - Я буду ждать.        ….       Скоротечность эпох проносилась перед глазами стремительно: войны сменялись миром, люди и демоны объединились и воевали, духи правили над этими землями и вновь уходили в тень, а божественные звери продолжали искать свое место в этом мире.        В народе появилась легенда, которая с каждой эпохой звучала все громче. Она гласила о диком духе, обитающем в неприступных горах, исполняющий желания каждого, кто мог его найти.        Некоторые говорили, что его на цепь посадили боги, кто-то - он копит добродетель, чтобы вознестись на небеса самому, другие же - дух оберегает воспоминания и трепетно кого то ждет.        Сколько легенды об этом духе гуляли, столько и служили воплощением недостижимости цели, безуспешному сопротивлению судьбе.        Однажды на рассвете, когда мир изменился настолько, что даже солнце и луна поменялись местами, нашелся один безрассудный храбрец, решившийся проверить легенду.        Это был молодой и дерзкий демон, рожденный из холодных темных вод моря. Черные длинные волосы змеей вились у ног, на макушке росли рога, кровавый и грязный подол одежды говорил о том, что на гору взобрался монстр, которому никто не смог ничего противопоставить.         - Правда ли то, что Великий Горный Дух исполняет желания тех, кто к нему поднимется?       Горный дух в предвосхищении обернулся. Его светлые волосы трепал ветер и закручивал в косы, словно верный последователь. Перья летели отовсюду, будто здесь на вершине непроходимых гор находилось птичье гнездо.       - Не всех. Но может именно твое желание я и исполню. - С губ горного духа слетела мягкая улыбка, ее не смогло стереть время.       Морской демон преподнес духу кольцо и протянул ему свою ладонь.       - Мое желание - снова выйти замуж за Великого Горного Духа. Я подарю ему душу, а он - свою и проведу все последующие жизни только рядом с ним.       Конец.  .... .... ....       Длинная речь автора.        Мы это сделали! Пройден очень тяжелый, долгий путь длиною почти в 3,5 года. Честно признаться, я не верю в происходящее, в то, что я так долго занималась одним проектом, посвящая ему все время, всю себя и даже больше. За это время многое произошло, я даже боялась, что могу удалить работу из стыда к себе, но я ни разу не думала, что “Змей и ворон” не стоил вложенных в него усилий.       ЗиВ мой первый и самый масштабный проект, над которым я работала в одиночку. Это был незабываемый и очень полезный опыт не только по отношению к книге, но и в работе над собой.        Толчком к написанию этого романа стало то, что я больше не могла молчать. ЗиВ стал моим голосом в мир, подтверждением моего существования.        Маленькому человеку, запертому в четырех стенах, однажды пришла простая, наивная мысль - “А почему нет? Почему я не могу попробовать?” Все в мире кричит о том, что, если у тебя нет специального образования, знаний, сил, денег, поддержки и так далее до бесконечности, то не стоит и начинать. Мы никогда не будет соответствовать “ необходимым требованиям”.        Я всегда считала себя человеком ограниченным и беспомощным, но “ЗиВ” впервые подарил мне чувство Свободы. Я стала свободной от самой себя; свободной от собственных запретов; свободной от рамок общества, которые на самом деле крепко держали меня в тисках.        Если вдруг вы похоронили свои мечты или сомневаетесь, что у вас не получится, то ни одна ошибка не будет стоить сожаления за упущенное время и возможности.        Но Змей и ворон был создан не только из слез и страданий! Этот опыт научил меня воплощать мечты и не сдерживаться в чем-либо. Вы не представляете с каким лицом я писала сцены с У Джи, как я ругалась на Вэй Цина, который не должен был перетягивать на себя так много внимания (он должен был умереть в той же главе, что и появился!), как я плакала, когда понимала, что я разлучаю КанСиней. Пребывая на месте читателя, я всегда говорила “Зачем их разлучать! Я бы так никогда не сделала!”, но жизнь умеет проверять тебя через года…       С огромным удовольствием я писала сцены с ХуаЮями… С Таном, Киччи и Руи мне было очень приятно находиться! Я очень рада, что мне удалось каждому из персонажей уделить достаточно внимания, а тем, кто остался обделенным, я оставила подсказки и отсылки на их происхождение или будущее.        Я искренне считала себя автором, пишущим флафф, поэтому запомните – так было, так есть, так и будет всегда! ВУАХАХА!!       Пусть одной из главных тем ЗиВ это поиск и принятие себя, но она шла рука об руку с чувством стыда и вины - за себя, за произошедшее, за поступки, за бездействие или за то, на что ты повлиять совершенно не можешь. Не каждый персонаж пришел к наилучшему исходу в своей собственной истории, но я могу сказать, что они сделали все, чтобы прийти к наилучшему исходу в своей жизни.       Некоторые моменты я хочу еще подраскрыть в экстрах, но это уже что-то, наверное, для себя, чтобы побаловаться и полностью закрыть гештальт “ЗиВ”. Я буду счастлива, если и вы пройдете за мной до конца.        Спасибо всем, кто прочел “Змея и ворона”!       Не будем ждать судьбоносных событий — мы обязательно встретимся еще раз, но в уже в другой истории!       С уважением и благодарностью, Kasikomi Ray.