Глава 1: Ранчо Бриггсов

— Шляпу сними.       Пока Майка шагал, подошва его поехала на лежащей в конце изгороди грязи. — Че? — Не чекай мне, мальчик. Ты слышал. Снимай шляпу и следи за манерами. И волосы с лица убери. Мы вот-вот окажемся в приличной компании.       Майка ощерился и за край полей стащил с головы шляпу. Она соскользнула, и собранные под ней волосы упали ему на лоб и на брови. Он бросил взгляд на отца. Редеющие на висках волосы его старика доходили до середины шеи и были зализаны назад, от них разило тоником для укладки. В умирающем свете дня золотистые, влажные пряди казались ржаво-красными.       Свободной рукой убрав волосы с глаз, Майка посмотрел в сторону ранчо Бриггсов. Это было небольшое владение. Столь небольшое, что его границы можно было наблюдать на вершине западного холма. Местечко для овец и козлов, так такие называл его папаша, хотя сам Майка прекрасно видел коров, которых прямо сейчас загоняли на ночь в хлева. Мелкая живка, мелкие люди. Мелкие умы.       Лиловый туман стелился по гребню холма. Он обволакивал черный ствол большого одинокого дуба, последние лучи солнца пронзали его подобно языкам пламени. Ветки трещали от усиливающегося ветра. — Ничего сделать не можешь, как следует. Подь сюды.       Старикан вцепился Майке в руку и рывком повернул к себе, послюнявив ладонь и тыльной ее стороной разглаживая и заправляя волосы сына за ухо. — Башка у тебя в облаках витает, мальчик, — он промолвил сквозь синеватые зубы, — пялишься в никуда и грезишь как девчонка. Я девчонку не растил.       Хватка его отца была сравнима с медвежьим капканом, и, спустя пару мгновений давящей боли, Майка начал вырываться, силясь отвернуть голову подальше от грубых пальцев отца. — Отвянь, старик! — он огрызнулся, выдергивая руку.       Его отец выдохнул хрипловатый смешок. — Говорю же, я не девчонку растил. Вот и славно. Но чтоб держал этот свой норов при себе перед этими скотоводами, усек? И возьми шляпу как положено, рукой, ты не ведро держишь. Покамест.       Майка зашагал за отцом, опустив голову пониже и сдвинув брови. Мимо них проскакала грязная шавка, вязкая жижа брызгами разлетелась во все стороны с ее длинной шерсти, попав ему на штанину. Майка моргнул и продолжил таращиться на затылок отца, волосы которого настолько затвердели от тоника, что ветер не мог ими шевельнуть. — Извиняюсь! — его отец окликнул человека, пересекающего двор в направлении фермы. — Я ищу Мистера Бриггса.       Человек остановился и перенес вес с ноги на ногу, хрустнул пальцами, шмыгнул носом. — Это буду я, — сообщил он. Он был крупным мужчиной, немного за сорок, с широченными руками и предплечьями и столь же толстой шеей, и на его почти симпатичном лице ровно блестела испарина.       Майка, ждущий подле отца, вцепился в края своей шляпы чуть сильнее. — Доброго вечера вам, сэр, Мистер Бриггс. Мы прибыли из округа Дарке, перебиваясь подработками там и сям, и я вчера услыхал в городе, что у вас тут на ранчо недавно поубавилась пара рабочих рук.       Бриггс чуть отступил и приподнял подбородок. Майка заметил, как его брови сошлись на переносице. — Никто в городе не в праве такое сообщать чужакам. Если желаете знать, то те парни куда-то удрали сами, искать заработки где-то еще, а не потому, что я им позволил. Ваше имя, сэр? — Белл, сэр. — Вы говорите о работе, мистер Белл, но по плечу ли вам работа? — Безусловно. Хорошая работа за хорошую плату. — Плата платой, а работа должна делаться хорошо так и так. — Конечно, конечно.       Бриггс наклонился в сторону и легонько кивнул головой в сторону Майки. — Ваш парень?       Майка поднял взгляд и выпрямился, получив от отца ощутимый тычок в спину. Он перекроил болезненную гримасу в бесцветную улыбку. — А то. Этого зовут Майка-младший, ему чутка поменьше восемнадцати будет.       Майка втянул внутрь воздух, по-прежнему удерживая на лице натянутую улыбку. — Вечер, мистер, — он брякнул. И услышал, как скрипнули у отца за щекой зубы. Недостаточно громко произнес. Недостаточно бодро.       Бриггс скрестил на груди руки и перенес вес на другую ногу. — Мистер Белл, вы выглядете вполне себе крепко, но вот ваш мальчик… Ваш мальчик на вид и соломину не сможет поднять, чего уж говорить о работе.       Тяжелая ладонь с силой опустилась на плечо Майки, сжала его и тряхнула. Майка постарался сдержать вздох изумления, когда его начали трясти.       Отец вздохнул, фальшивым таким любящим вздохом, и перевел взгляд на Бриггса. — Мистер Бриггс, я ручаюсь за своего мальчика. Он сильнее, чем кажется. Он будет хорошим работником, поверьте мне.       Бриггс вытер руки о рубашку и поджал губы. — Лошади есть? — Да вот прям там на дороге.       Бриггс помолчал, провел пальцами вниз по всей длине носа до кончиков усов, а потом поскреб ногтями подбородок. — Ладно. Не ожидал сегодня проводить собеседования, Мистер Белл. Надеюсь, вы сами это понимаете. Но раз уж вы здесь, а я в хорошем настроении… Жилье вам придется искать в городе. Для двух лошадей у меня найдутся стойла, если они не крупные и не станут чинить тут неприятности. — Это очень любезно с вашей стороны, Мистер Бриггс. Мы признательны вам за возможность. — Это шанс, Мистер Белл, а не возможность. Вы, мальчики, докажите мне, что со всем справляетесь, и я предоставлю вам работу на столько дней, сколько пожелаете. Вы сколько планировали? — Бриггс махнул рукой в сторону двери своего дома, уже шагая. — Пару деньков. Да, нам бы пару деньков, я так скажу. Но, конечно, если нам тут понравится, мы можем остаться на подольше.       Дверь фермерского дома распахнулась. Перемазанная в грязи собака, не так давно испачкавшая Майке ногу, пушечным снарядом пронеслась мимо и запрыгала вокруг стоящей на крыльце леди. — Роско, — та обратилась к Бриггсу, — у нас что, гости?       Бриггс открыл было рот, но отец Майки опередил его, шагнув вперед и поставив ногу на первую ступеньку крыльца. — Так точно, мэм. Звать Беллом. Нам с сыном не терпится начать работать на вашем прекрасном ранчо. — Майка закатил глаза, когда отец отвесил поклон. — Что ж, вот так удача. Не заглянете к нам за чем-нибудь, прежде чем отправиться ночевать? — Джин, — Бриггс начал. — Роско, — она отозвалась. Ее тонкие брови чуть дернулись. — Снаружи холодно, когда солнца нет. Прошу, — она добавила, отступая в сторону. Отец Майки проскользнул внутрь, и сам Майка прошмыгнул следом, пробормотав сдавленное: «спасибо, мэм», когда миновал ее. ***       Отец с Мистером Бриггсом беседовали за столом, обсуждали оплату, часы работы, и вещи, которые им предстояло делать. Майка был предоставлен его жене, Джин. Она штопала у камина, и он пододвинул стул с другой стороны, сел, а шляпу устроил у себя на коленях. Грязная собака улеглась между ними и свернулась калачиком. Грязь на ее шерсти высохла и осыпалась. — Вы примерно того же возраста, что и моя племянница, молодой человек, — заметила Джин. — Как ваше имя? — Майка, — он сообщил, отворачиваясь. — Что ж, Майкл- — Нет. Майка. Без «л». — Ох. Я прошу прощения. Майка. Давно вы находитесь в Округе Кроуфорд?       Майка наблюдал, как отец пускает в ход свои чары. Его старик вовсе не казался очаровательным, и, надо полагать, будучи его сыном, Майка таковым тоже не был. Но старый ублюдок знал, что сказать, как обернуть дело в свою пользу, чтобы люди сами шли к нему прямо в лапы. Он мог бы и кошку с собакой уговорить танцевать на задних лапах, а те бы с радостью кинулись это делать, еще и вырядившись в человеческую одежду. — Нет, — ответил он отдаленно после продолжительной паузы, — нет, мы тут не того… не так давно тут. — Нравится тебе здесь? — спросила Джин, подаваясь к нему. — Нет. — Нет? — повторила Джин. Майка готов был поклясться, что уловил, как голос ее треснул, но она попыталась скрыть это за покашливанием. Еще бы, этот сраный камин, ну как же не подхватить сидючи подле него кашель. Ага. — Здесь так же, как в любом другом месте, — Майка повернулся и посмотрел на нее. Ее ноги, пока она шила, скрывал подол длинного платья, но сейчас, увидев ее с этого ракурса, он обнаружил, что она пухлее, чем он сперва подумал. А еще свет от огня отбрасывал тени на морщины, которых он тоже раньше на ее лице не замечал. Она не была старой, ей, быть может, было немного за тридцать, но эти щербинки придавали ей уставший вид. — Точно так же и с людьми — он добавил, снова отворачиваясь.       Он услышал, как зашуршала одежда, которую чинила Джин. — Это очень грустный взгляд на мир, тем более в столь юном возрасте. Места могут быть прекрасными, — она ответила, остановившись, когда иголка оказалась наполовину в ткани, — то же касается и людей.       Майка нахмурился и стал прислушиваться к собственному дыханию. Краем глаза он видел, как Джин вернулась к штопанью одежды, но теперь стежки стали быстрее и шире.       Его отец встал из-за стола и пожал Бриггсу руку, улыбка на его лице — самодовольная, тонкая линия. — Нам лучше оставить вас наслаждаться вашим вечером, Роско. Благодарю еще раз, увидимся утром, — он произнес, махнув рукой, давая понять, что они уходят.       Бриггс поднялся на ноги и сунул руки в карманы. — Приводите завтра лошадей и мы пристроим их в конюшню. С нее же может начать работу ваш мальчик. Доброй ночи, Мистер Белл, и Мастер Белл. — Вставай, — отец сцедил краем рта, проходя мимо Майки к двери. Майка вскочил на ноги и нахлобучил на голову шляпу, надвинув ее пониже. Он коснулся ее полей, походя прощаясь с Джин, и последовал за отцом наружу. ***       Струи горячего воздуха паром вырывались из ртов и ноздрей лошадей, когда они приблизились к ним. Отец Майки влез на свою черную кобылу и подождал, пока ее не перестанет шатать, прежде чем развернуть. Майку он оставил разбираться со своей лошадью и догонять их. — Тебе следует дать этой лошади имя, — отец заявил, едва Майка нагнал их и поехал рядом. — Чего? — Дать чертовой лошади имя. Нужно, чтобы эти люди считали нас честными, добропорядочными людьми, а не конокрадами. Что они, по-твоему, решат, когда ты явишься с этой животиной, они спросят, «как ее зовут» а ты вылупишься на них с таким видом, будто у тебя в башке солома вместо мозгов? Они что-то заподозрят. Они уже подозревают.       Майка выдохнул задушенный смешок. — Ничего они не подозревают.       Отец резко натянул поводья своей лошади. Та откинула голову назад и приподняла передние копыта от земли. Майка повторил действия отца так быстро, как мог, но случайно забрал чересчур налево, и его лошадь занесло в сторону. — Подозревают! Мы почти потеряли их там из-за тебя, — отец отрезал.       Майка в непонимании округлил глаза и передернул плечами. — Ты велел не показывать им нрав! — Я сказал, не показывать нрав, а не строить из себя бревно без характера вообще. Ты себя вел, как маленькая напуганная девочка, шугающаяся незнакомцев на вечеринке, Майка. Ни намека на стержень. Сел с бабой вместо того, чтобы сесть с мужчинами и обсуждать дела. Ты уже не ребенок. Проявляй долбанную инициативу. Господи. Еще бы спицу у нее одолжил и сшил платье.       Майка вскинулся, багровый жар унижения пополз по шее вверх, а спину будто окатили горячей волной кипятка. — Я не хотел встревать! Вы с ним говорили о вещах, о которых я ничего не знаю. Что мы вообще здесь делаем? Не хочу я работать в конюшне, я не какой-то там расфуфыренный конюх. — Нет? — отец переспросил, наматывая ремни поводий вокруг костяшек.       Майка проглотил ком в горле. — Нет. Нет, ни разу.       Его отец издал протяжный, низкий смешок. — Бриггс счел тебя слабым. Тебе бы лучше подсуетиться и показать ему, что это не так. Мы тут делаем работу. И твоя работа слушать, что я говорю, и делать, что я говорю. Скажу прыгать, ты спросишь: «как высоко?», усек? — Ага. — Чего-чего? — Да, сэр. Да, сэр, я понял, сэр. — Завязывай мне тут с эти сраными сэрами. Я — твой отец, и это намного больше, чем какой-то там сэр. Поезжай вперед и найди нам где-нибудь комнатку в этом городке, который мы проезжали. Ехай.       Майка развернул лошадь и взглянул на отца, на застывшую гримасу на его худом лице, напряженную мышцу под его заросшей щетиной челюстью, глубокую складку меж его бровей. Он изо всех сил попытался придать себе такой же вид, а затем ударил лошадь по бокам.       Всю поездку в городку он пришпоривал тварюгу слишком часто и думал, как бы ее назвать. Ни одно имя не было достаточно жестоким.