Глава 37.

      Ночь прошла беспокойно.       Скай постоянно вертелся, затихая лишь ненадолго, вскрикивал, разговаривал во сне — и по обрывкам этих разрозненных, полубессмысленных фраз Драко безошибочно догадывался, что ему снилось.       Чертов Джастин Финч-Флетчли.       Который имел наглость ввалиться в его дом без приглашения, разрушить его жизнь и напугать его сына.       То и дело просыпаясь от возни и резких звуков под боком, Драко от души жалел только об одном: что на прощание не врезал этому ублюдку ботинком по смазливой морде. Ухудшить его положение это не ухудшило бы — потому что куда уж хуже? — зато чувство глубокого удовлетворения могло бы несколько скрасить эту кошмарную ночь. Раз уж выспаться не получилось.       Однако о несделанном оставалось только мечтать, и Драко позволил себе слегка увлечься — в результате чего под утро его сны стали напоминать какой-то адский слэшер с мистером Флетчли в главной роли. Из очередного кошмара его вырвал тихий, но, к сожалению, весьма отчетливый шепот Ская: «Пап, я проснулся!», в ответ на что он с трудом сдержался, чтобы не прошипеть сочащееся сарказмом: «С чем тебя и поздравляю!»       — Как спалось? — вместо этого поинтересовался Драко, неохотно приоткрыв глаз. Правый.       Скай неопределенно пожал плечами. Он сидел в постели — растрепанный, еще сонный, и Драко стало совестно. Он должен поддерживать своего ребенка, а не рычать на него с самого утра — и плевать, что больше всего хотелось выгнать этого маленького паршивца, зарыться в одеяло с головой и поспать еще хоть полчасика.       — А что мы будем делать? — как-то неуверенно спросил Скай.       — Что обычно делаем, — Драко почесал небритую щеку. — Умываться, одеваться, завтракать…       — А что на завтрак? — без особого энтузиазма вздохнул Скай.       — Честно говоря, не знаю, — вынужден был признаться Драко. — Мисс Гермиона вчера что-то купила, нужно пойти на кухню, посмотреть. Ты иди умывайся, а я гляну. Только не шуми! Она, наверное, еще спит.       Не особо рассчитывая на талант Ская вести себя тихо, он пошел следом за направившимся в ванную мальчиком — чтобы наложить заглушающие чары на дверь спальни Гермионы. Но, прежде чем сделать это, не удержался и приоткрыл дверь — всего на пару дюймов. Должен же был он убедиться, что она в порядке?!       Гермиона спала. Устроившись на одной стороне кровати так, что едва не падала с края — в то время, как вторая половина была совершенно свободна, она спала, свернувшись клубком, поджав под себя ноги и крепко обняв подушку. Первой его мыслью было подойти, поправить ей одеяло и погладить по волосам, чтобы она немного расслабилась хотя бы во сне. И Драко уже сделал шаг в комнату, когда вслед за первой мыслью пришла вторая: она спит так, потому что привыкла. Привыкла за долгие годы спать не одна.       Он вышел, осторожно прикрыл за собой дверь, шепнул нужное заклинание — и поплелся на кухню: проблема завтрака все еще была актуальна. К счастью, Гермиона и в самом деле купила все необходимое: и молоко, и овсянку, и кукурузные хлопья, и яйца, и даже печенье с шоколадом, которое любил Скай. Можно было приготовить любой завтрак, но сейчас хлопоты у плиты были выше его сил. Поэтому Драко достал коробку хлопьев, выставил на стол глубокую тарелку, молоко, отыскал ложку и, понадеявшись на то, что дальше Скай управится сам, прихватил чистые вещи и занял освободившуюся ванную.       После душа он почувствовал себя значительно лучше. Теперь осталось влить в себя поллитра крепкого кофе — и вполне можно будет жить.       Однако он не успел даже пригубить только что сваренного напитка, как Скаю удалось снова выбить его из колеи.       — Пап, а ты правда… Ну, волшебник?       Что, черт возьми, значит — «правда»?! Разве он не видел вчера своими глазами?..       Именно этот вопрос, недолго думая, Драко и задал сыну. В ответ на что, он, помявшись, признался:       — Ну, понимаешь… Это все как-то странно… Может, мне все приснилось?       Скай смотрел на него с тревогой и плохо скрываемой надеждой, и, вздохнув, Драко отставил в сторону кружку.       — Нет, солнышко, тебе не показалось. Хочешь, докажу?       Драко озорно подмигнул, и Скай, как он и ожидал, горячо закивал в ответ. Сходить за волшебной палочкой было делом одной минуты — Драко все никак не мог снова привыкнуть к тому, что её необходимо постоянно держать при себе, — а вот сходу сообразить, что бы такое эффектное и убедительное продемонстрировать Скаю, оказалось сложнее.       Превратить его недоеденные хлопья в камень? Заставить тарелку танцевать? Или трансфигурировать её во что-нибудь… этакое?.. Все варианты казались какими-то не слишком впечатляющими. Но тут его взгляд упал на упаковку печенья — и идея возникла сама собой.       — Акцио печенье!       Мгновение — и пачка была у него в руках, а Скай раскрыл рот от изумления.       — А еще что-нибудь… можно?       В следующие десять минут по кухне не летало только то, что могло разбиться или рассыпаться. Скай азартно указывал по очереди на все, что попадалось ему на глаза, и Драко приманивал, отбрасывал, кружил, жонглировал… Детская радость была настолько заразительной, что от плохого настроения не осталось ни следа, и на несколько минут Драко с головой окунулся в атмосферу сказки, чуда, волшебства — когда возможно все, стоит только захотеть. В какой-то момент эта вера стала настолько сильна, что в голове промелькнула шальная мысль: а что, если дать Скаю палочку? Что, если у него получится?..       Но нет. Не получится — он знал это точно. Такие реликвии, как их семейный гобелен, не ошибаются. Стараясь скрыть от сына нахлынувшую горечь, Драко прекратил их безудержное веселье и аккуратно расставил все по местам — на столе осталось лишь печенье.       - А можно одно?..       Он усмехнулся. Волшебством заставил одну печенюшку вылететь из пакета и плавно подплыть к Скаю — но, стоило тому протянуть руку, как лакомство тут же взмыло в воздух. Скай рассмеялся и подпрыгнул, чтобы достать — но печенье тут же отлетело в сторону. Он носился за ним по всей кухне, как огромный глупый котенок, а Драко только смеялся. Наконец, Скай запыхался и присел на стул передохнуть — печенье сразу же опустилось и постучало его по носу. Он расхохотался и махнул рукой — и на этот раз мог бы наконец схватить добычу, но в этот момент Драко как-то сдавленно охнул и… взлетел к потолку, точь-в-точь как печенье минуту назад.       — Эй, так нечестно! — обиженно взвыл он, заметив в дверном проеме Гермиону с поднятой палочкой и мгновенно сообразив, в чем дело. — Поставь меня обратно!       — Ни за что! Будешь знать, как дразнить ребенка и не давать ему печенье! — хихикнула она.       Бросив короткий взгляд на этого самого ребенка и убедившись, что тот пребывает в полнейшем восторге, Драко ухмыльнулся.       — Ах так? Ну, тогда получай!       Это было рискованно: если бы Гермиона от неожиданности опустила палочку, он мог бы с грохотом свалиться на пол. Но выражение её лица стоило риска: такой смеси недоверия, возмущения и одновременно веселья он не видел никогда.       — Если ты опустишь меня, я могу опустить тебя, — подмигнул он.       — Доверять слизеринцу? — фыркнула она. — Ну уж нет, сначала ты!       — Я тоже так хочу! — восторженно завопил снизу Скай.       Ох, ну конечно, он хочет!.. Стоило догадаться. Нехотя спустив Гермиону вниз и ощутив твердый пол под собственными ногами, Драко сосредоточился — и поднял Ская в воздух.       — Я летаю! Я могу летать! А полетели туда!..       — Куда? — давясь смехом, уточнил Драко.       — Туда! — Скай восторженно махнул в сторону гостиной — и вылетел в дверной проем уже через секунду.       Магия струилась по венам, наполняла тело легкостью и таким знакомым теплом: как будто вернулся домой после долгого путешествия — а там ждали. За годы, что он жил фактически сквибом, добровольно отказавшись от этой части себя, от того, что с самого рождения составляло самую его суть, Драко привык обходиться без магии и даже научился находить плюсы в таком положении. Но сейчас, когда его ребенок парил под потолком по взмаху его волшебной палочки, он вдруг понял, насколько неестественной, насколько ущербной была эта жизнь. Это было все равно что отказаться от ходьбы на двух здоровых ногах, пользуясь костылями, а потом в один миг отбросить их прочь — и ощутить невероятную свободу. Силу. Мощь. Он так старался загнать себя в рамки новой нормальности, которая подходила Скаю, что совершенно забыл простую вещь: норма — у каждого своя. Нельзя уложить всех в прокрустово ложе и сделать одинаковыми. И, возможно, избранный им путь был верным семь лет назад — но стоит ли упорно следовать ему и дальше, если все уже пошло кувырком?.. Может быть, пора пересмотреть некоторые вещи; попытаться отыскать баланс, компромисс, выстроить новую нормальность, в которой комфортно будет им обоим?.. И пусть останутся вещи, которых им не узнать никогда: покупка первой палочки, первая метла, квиддич, платформа 9 и ¾… Но в мире волшебства определенно были вещи, которыми Драко мог бы поделиться. Скай открыл ему неизведанный новый мир. Возможно, он сможет сделать для него то же самое?..       — Вы будете яичницу с беконом?