Часть 20

Ближе к вечеру во вторник Нил ловит себя на том, что сидит между Эндрю и Кевином за столом перед залом, до отказа набитым камерами, репортерами и журналистами. Все Лисы, включая Ваймака, тоже сидят за этим столом. Изначально это не планировалось, но после того как Эндрю наотрез отказался отходить от Нила, вся команда решила встретить прессу единым фронтом. Под столом колено Эндрю упирается в колено Нила, удерживая и заземляя их обоих. Ровно в четыре часа Ваймак призывает зал к порядку, и кто-то закрывает двери, хотя попытка не впустить новых людей бессмысленна — комната и без того переполнена. Единственное свободное пространство — это трехметровый промежуток между первым рядом репортеров и столом, за которым сидят Лисы. «Мы проводим эту конференцию, — начинает Ваймак, — чтобы обсудить события, произошедшие в ночь на пятницу, 15 октября. Нил Джостен и Кевин Дэй подготовили заявления, после чего полчаса будет отведено на вопросы. Любые вопросы, касающиеся чего-либо даже незначительно отклоняющегося от темы, не будут ни допускаться, ни выслушиваться». С этими словами Ваймак возвращается на свое место на краю стола. Накануне Нил и Кевин сели вместе, чтобы написать свои заявления и убедиться, что в них нет ничего, что можно было бы обернуть против них, и они сошлись на том, что Кевин должен говорить первым. «В пятницу, 15 октября, — произносит Кевин, — я попросил Нила Джостена остаться со мной на стадионе после того, как остальная команда вернулась в общежитие. Мы только что проиграли матч с самым крупным счетом в этом году, и я хотел пересмотреть запись, чтобы найти моменты, которые мы могли бы улучшить. Мы вышли со стадиона около двух часов ночи, чтобы дойти пешком до общежития. Прежде чем мы успели туда добраться, на нас напала группа мужчин в масках и затащила в переулок. Я попытался оказать сопротивление, и меня ударили по голове рукоятью ножа. После этого нож приставили к моему горлу, и меня заставили смотреть. Когда все закончилось, меня ударили по затылку, и я отключился. К тому времени, как я пришел в себя, нападавшие скрылись». Нил завидует ровному голосу Кевина. Кевин всю жизнь имел дело с прессой, но Нил все еще новичок в этом и не знает, сможет ли он держаться так же отстраненно. «Я потерял Кевина Дэя из виду, когда на нас напали. На несколько мгновений мне показалось, что нас разделяют, но я снова увидел его, когда меня повалили на землю». Под столом колено Эндрю с силой упирается в колено Нила. «Я мало что помню из того, что произошло. Как только я понял, что намерением этих мужчин было изнасилование, я отвернулся от Кевина, потому что не мог вынести мысли о том, что его заставят на это смотреть. Когда все закончилось, я помню, как эти люди уходили, и помню, что не мог пошевелиться. Я не помню, сколько времени прошло, прежде чем Кевин подошел ко мне и вызвал скорую, но оттуда нас обоих отвезли в больницу и оказали медицинскую помощь». Накануне вечером Нил сказал Эндрю, что соврет прессе насчет своей памяти. Эндрю все понял. Нила трясет, и он прижимается своим коленом обратно к колену Эндрю, потому что это единственное, что он может сделать в данный момент. С конца стола Ваймак объявляет: «Полчаса для вопросов начинаются сейчас», — и репортеры с журналистами одновременно поднимают руки и кричат, перебивая друг друга, чтобы их услышали. Ваймак указывает на одного из них. «Кэти Кляйн, Новости XWM. Мистер Дэй, не могли бы вы уточнить, сколько именно человек напало на вас и мистера Джостена?» Кевин упирается руками в стол по обе стороны от своего микрофона. «В темноте и при всей этой суматохе было трудно разобрать, но в нападении участвовало как минимум восемь человек, возможно, даже около двенадцати». Ваймак выбирает следующего. «Мистер Джостен, о чем вы подумали в первую очередь после того, как вам оказали медицинскую помощь?» Что мне нужно позвонить Эндрю и извиниться. «Я не совсем уверен, к чему ведет ваш вопрос, но в тот момент я все еще находился в состоянии шока от случившегося». Поднимается следующий человек. «Этот вопрос к вам обоим, мистер Дэй и мистер Джостен. Как вы в настоящее время справляетесь с тем травмирующим опытом, через который вам обоим пришлось пройти?» Нил смотрит на Кевина, а Кевин смотрит на Нила. Наконец Кевин отвечает: «Живем сегодняшним днем. Зализывать раны не становится легче от того, что пострадали два человека, но есть чувство солидарности в осознании того, что мы сможем пройти через это вместе». Еще одна ложь, поскольку они едва разговаривали о произошедшем, но это ложь, которую пресса с готовностью заглатывает. Кевин и Нил — грозная пара на поле, и всем нравится мысль о том, что они близки и за его пределами. «Мистер Джостен, когда вы планируете снова начать играть?» Нил знал, что этот вопрос прозвучит, но до последнего надеялся, что этого не случится. Ичиро, без сомнения, в какой-то момент посмотрит эту запись, чтобы приглядывать за своими инвестициями, и Нил не хочет оступиться. «Я снова начал тренироваться с командой вчера, но процесс все еще идет медленно. Физически я, возможно, смог бы выдержать половину игры прямо сейчас, но психологически я знаю, что не справлюсь. Так что не ждите меня на поле в эту пятницу, но следите за мной на следующей неделе». Полчаса вопросов тянутся невыносимо медленно, время растягивается, у Нила чешется кожа, он весь на взводе и просто хочет уйти, но в последние несколько минут поднимается невысокая женщина и направляет диктофон в сторону стола. «Мистер Джостен, в прессе и среди болельщиков уже ходят слухи, что вы… как бы это помягче сказать? Поднимаете ложную тревогу? Некоторые люди склонны думать, что все это подстроено ради того, чтобы вернуть внимание к вашей персоне. Что вы можете сказать по поводу этих слухов?» Нил чувствует, как земля уходит у него из-под ног. Люди приняли его пытки у Лолы почти без всякого негатива или сомнений в достоверности этой истории, но это? Нила изнасиловали, а люди думают, что он просто… Эндрю резко дергается, и только быстрая реакция Ваймака не позволяет ему перемахнуть через стол и наброситься на репортершу. Эндрю на самом деле едва успел оторваться от стула, но Нил замечает блеск ножа под столом. Он кладет руку на предплечье Эндрю. «Мистер Джостен?» — подгоняет репортер. По другую сторону от Кевина Нил видит, как его товарищи по команде шевелятся и хмурятся, но они молчат. Таков был уговор, который они заключили. Говорить будут только Кевин и Нил. Нил снова поворачивается к женщине. «Это неправда», — произносит он, и его голос звучит слабо. Он откашливается и пытается сказать тверже: «Изнасилование — это не шутка, и это не то, к чему я отношусь легкомысленно». Кто-то в глубине зала выкрикивает: «Тогда почему вы не выдвигаете обвинения?» Эндрю трясет рядом с Нилом от едва сдерживаемой ярости. Кевин оказывается тем, кто бросается на защиту Нила. «Потому что мы не можем никого опознать. У них были закрыты лица. Вы не слушали или у вас просто избирательный слух?» Другой репортер кричит: «А как насчет теста ДНК?» Слышится гул согласия. Они, по всей видимости, не понимают, что сам факт того, что ДНК можно проверить, еще не означает, что она совпадет с кем-то в базе данных. Ваймак вскакивает на ноги. «Довольно, вопросы окончены». Нил первым из Лисов вылетает из комнаты, и Эндрю следует прямо за ним.