Часть 32

Эндрю и Нил возвращаются после перерыва последними из Лис. Старшекурсницы тут же утаскивают Нила в комнату девчонок, а Эндрю, беззвучно пригрозив Мэтту, чтобы тот охранял Нила, уходит в свой собственный блок. Кевин сидит за столом перед ноутбуком. Мэтт забрал его из аэропорта после того, как Нил написал, что они не успеют вернуться вовремя. Эндрю заходит и бросает взгляд на экран ноутбука ровно настолько, чтобы увидеть, что там идет матч по экси, после чего закатывает глаза и идет на кухню, чтобы взять перекусить и бутылку воды. Еще раз взглянув на Кевина, Эндрю решает обойтись без воды и вместо этого берет бутылку водки, после чего выходит из комнаты. На крыше холодно, но Эндрю слишком упрям, чтобы возвращаться за курткой. Он садится на край, свесив ноги вниз, и ощущает знакомый укол страха в животе от резкого обрыва. Он съедает несколько крендельков в шоколаде, прежде чем сделать глоток водки. Она обжигает горло, но к настоящему моменту это чувство стало приносить утешение. Эндрю смотрит на кампус и задается вопросом, что именно он делает. Неужели один только Нил заставляет Эндрю так сильно меняться? Или дело в последней крупной трагедии – изнасиловании Нила? Неужели именно это окончательно расширило трещины, которые уже образовывались в апатии Эндрю? Не то чтобы он перестал быть апатичным. Он не мог просто так отбросить эту черту за одни выходные. Ему есть дело только до Нила. Ему слишком сильно есть дело до Нила. «Черт бы всё это побрал», – бормочет он, снова прикладываясь к водке. Дверь позади Эндрю открывается, и ему даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что это Нил. Конечно, это Нил. Эндрю отставляет водку в сторону и достает сигареты. «Нам скоро понадобится еще одна пачка», – говорит он после того, как прикуривает две из них и протягивает одну Нилу, когда тот садится рядом. Нил берет сигарету и водку, и Эндрю наблюдает, как Нил делает долгий глоток из бутылки. «Твоя очередь их покупать», – говорит Нил и затягивается дымом, но, как и в прошлый раз, Нил не втягивает дым в легкие. «Мне стоит спросить?» «Можешь угадать. Я уверен, ты угадаешь правильно». Эндрю прищуривается, но всё, что он делает, – это забирает водку обратно и пьет. Он откусывает кренделек и протягивает пакет Нилу, который качает головой. «Ты ничего не ел с самого обеда», – говорит Эндрю. «Тебе нужно что–то закинуть в желудок, иначе эта водка плохо у тебя приживется». Нил выглядит так, будто собирается что–то сказать, но передумывает. Эндрю продолжает протягивать пакет, и Нил запускает внутрь руку, доставая несколько крендельков. Когда два кренделька исчезают, Эндрю пробует снова. «Станет легче», – говорит он. «Прикосновения. Со временем ты сможешь позволить кому–то обнять тебя со спины и не впадать при этом в паническую атаку». «Ты – нет». Что он «нет»? – думает Эндрю. Не впадает в паническую атаку или не позволяет людям обнимать себя со спины? В любом случае, ответ один и тот же. «Я сам это выбираю», – говорит Эндрю. «Это чушь собачья». В голосе Нила нет жесткости, но Эндрю всё равно поворачивается к нему, нахмурившись. «Не заливай мне тут. Когда люди прикасаются к тебе, а ты этого не ждешь, у тебя в руке оказывается нож еще до того, как они успевают извиниться. Ты чуть не убил человека в „Райских сумерках“ только за то, что он врезался в тебя». Эндрю медленно моргает, глядя на Нила и понимая теперь, куда повернул этот разговор, после чего отворачивается обратно и смотрит на кампус. Они сидят в тишине достаточно долго, чтобы выкурить по три сигареты каждый, и к тому времени, как они скидывают последний из окурков с края крыши, плечи Нила опускаются, а Эндрю уже держится из последних сил и дрожит от холода. Эндрю поднимается первым, медленно выпрямляясь и потягиваясь, пока Нил встает рядом с ним. Нил протягивает руку и свободно цепляет своими пальцами пальцы Эндрю. Эндрю бросает взгляд вниз, глядя на их соединенные руки, а затем переплетает их пальцы и ведет за собой прочь с крыши. Тренировки возобновятся утром, но Кевин всё еще сидит в гостиной, просматривая матчи за своим столом. Эндрю идет прямиком в спальню после того, как оставляет водку и крендельки на кухне, и они с Нилом переодеваются в одежду для сна. Эндрю занимает свое место у стены, а Нил забирается на постель и ложится так, что они оказываются лицом к лицу. «Да или нет?» – спрашивает Эндрю. «Всегда да», – напоминает ему Нил. Хотя Эндрю знает, что всегда найдется что–то, на что Нил ответит «нет», Эндрю также знает, где проходят границы Нила. Эндрю никогда не хочет, чтобы Нил говорил ему «нет». Он хочет, чтобы это было «да», всегда, как Нил и обещает. Эндрю целует Нила медленно, пробуя на вкус каждый дюйм его рта. Его рука скользит по боку Нила, по его спине, возвращается к груди Нила и ныряет под футболку, чтобы очертить его шрамы. Впервые за долгие годы Эндрю чувствует, как в его груди расцветает что–то похожее на надежду, и это приводит его в ужас.