Часть 39

Солнце светит, и никто не плачет, когда гроб Эндрю опускают в землю. Это скромная служба; только старшие Лисы, Ваймак, Эбби и Би. Аарон не произнес ни слова в адрес Нила с тех пор, как тот вернулся с телом Эндрю; Нил сам старался по возможности не смотреть на Аарона. Ники проплакал весь первый день, но он прижал Нила к себе и ревел на его плече по меньшей мере час после того, как Нил извинился. Кевин исчез вместе с Ваймаком и объявился два дня спустя — пьяный, спотыкающийся, не способный перестать уставляться на Нила и спрашивать, неужели Эндрю действительно больше нет. У остальных Лис реакция была не такой бурной. Девчонки прилетели обратно в Пальметто, как только услышали новости. Рене пошла навестить Би, но рядом с другими всё еще пыталась улыбаться и сплотить их всех вместе. Нил онемел, его бьет дрожь, и он ходит на костылях, поскольку его нога закована в один из тех дурацких громоздких медицинских ортезов. Он сломал кость в лодыжке. Его раны покрыты повязками — травмы, которые превратятся в шрамы и будут напоминать ему о том, что он потерял. Ваймак произносит несколько слов, как и Би. Все смотрят на Нила, который знал Эндрю лучше всех из них. Знал. В прошедшем времени. Эндрю больше нет. «Я не знаю, что сказать», — произносит Нил, глядя на черный гроб и наваленные сверху белые розы. «Ему достались плохие карты. Он пережил много кошмаров и погиб ради того, во что верил». Нил не может сказать, что Эндрю погиб ради него. Это слишком. Прямо сейчас он с этим не справится. «Он бы не оценил, если бы мы все стояли тут и говорили о его жизни так, будто в ней было что-то хорошее, потому что это не так. Его не волновало ничего, кроме защиты своей семьи. У него была паршивая жизнь, и он это знал, и он не хотел бы, чтобы мы помнили его кем-то другим, кроме того, кем он был». Ники теперь плачет. Аарон отвернулся. На лице Рене играет мягкая улыбка, а Мэтт протягивает руку и опускает ладонь на плечо Нила. Нил не отстраняется, как бы сильно ему этого ни хотелось. Он никогда не обещал Эндрю, что останется, что подпустит Лис к себе. Но ему казалось, что было бы ужасно выбросить на помойку последнюю просьбу Эндрю. Лисы расходятся один за другим, попрощавшись в последний раз. Нил не двигается с места. «Ники», — зовет он, но не оборачивается, чтобы посмотреть. «Вам с Аароном стоит поехать обратно с Мэттом. Я побуду здесь еще какое-то время». «Не торопись», — шмыгает носом Ники, вытирая слезы, а затем уходит, оставляя Нила наедине с могилой, которой здесь быть не должно. Нил велит работникам кладбища закопать её и наблюдает, как они сбрасывают землю обратно в яму. Они делают это аккуратно, и Нил думает, что это потому, что он смотрит. Их бережность потрачена на него впустую. Эндрю мертв; Эндрю плевать, насколько нежно они обходятся с его гробом. Когда Нил наконец остается один, он ковыляет к надгробию и медленно опускается на землю, прислонившись к нему спиной. Погода холодная, и земля холодная, но нет ни снега, ни ветра. Нил поджигает две сигареты, одну ставит у основания надгробия, а вторую зажимает между губ. Он затягивается и впускает дым до самого низа легких. Изнутри обжигает, но ему всё равно. Сигареты, шрамы и машина. Это всё, что у него осталось от Эндрю. «Стюарт говорит, что всё сработало», — произносит Нил спустя какое-то время. «Ичиро заменили немедленно, а информация о Кевине, Жане и мне уничтожена. Мне больше не нужно бежать». Он затягивается сигаретой и вытаскивает нож из нарукавной повязки. «Но я не могу избавиться от Натаниэля». Те части своего прошлого, которые он поднял со дна и прикрепил обратно — они никуда не уйдут. «Ты должен был помочь мне с этим. Ты пообещал помочь или просто сказал, что поможешь? Я не помню. Буду притворяться, что последнее, чтобы тебе не пришлось нарушать свое последнее обещание, данное мне». Нил откидывает голову назад, прижимаясь к камню. Он ничего не чувствует. Чувствовать — больно. Он понимает, почему Эндрю выбрал апатию, хотя Нил и знал, что Эндрю способен чувствовать. Когда Нил докуривает сигарету, он разворачивается и оказывается лицом к надгробию, вчитываясь в надпись, которую Аарон и Ники выбрали для него.

Эндрю Джозеф Миньярд

4 ноября 1984 – 30 декабря 2006

Брат, кузен, защитник.

Пусть ты обретешь хоть какой-то покой, куда бы ни направился.

Нил прижимает нож к камню и начинает вырезать. На это уходит больше часа, но к тому времени, как он заканчивает, ему удается подобрать шрифт и высечь то, кем Эндрю был для него на самом деле. Пряча нож, Нил поднимается на ноги. Он прижимает пальцы к верхушке надгробия, а затем ковыляет прочь, оставляя позади тлеющую сигарету и всё, чем Эндрю когда-либо был для него, уместившееся в одно-единственное вырезанное слово. Брат. Кузен. Защитник. Любимый.