Спасли откуда не ждали.

***

Пока Софа не знала что делать, действительно, не часто с твоей собакой дерётся мужик за кролика, Гоуст слегка улыбнулся под маской. — Джонни? — — ..? — На него тут же уставились ошарашенные синюшные глазища. Да, Джонни, вот он. Поджарый красавец, с этим могавком и отросшей щетиной. — Гоуст? — — Джонни. — — Гоуст! — И забыв про кролика с радостным воплем эрокезный за два шага бросился на Райли в крепкие объятья. Тот же был не против. Впервые. Саймон крепко обнял его, схватив за волосы и утыкая в своё плечо, сам же Соуп только сильнее радовался, стискивая крепче. К сожалению, Соупу удалось лицезреть когда Саймона загрызли. Так, стоп, точно. — Тебя же.. Как? — Внезапно осенило Джона, тогда он и отстранился. И вот, теперь то дошло. Лейтенант заражён, но, чёрт возьми, живой и в сознании. А сейчас как ни в чём не бывало пожимает плечами, давно кажется уже смирившись с этим. — Окей.. Хорошо.. — Растерянно тянет Соуп, кусая губы, радость и шок смешались воедино. Хотелось и прыгать от счастья что мало того, лейтенант жив, так ещё и выжившие нашлись. Больше рук больше шансов выжить, чего собственно, ему очень хотелось. — А ты кто? —  теперь его внимание заполучила Софа что топталась рядом. Скрепс подбежал, протягивая хозяйке добычу и под подозрительный взгляд Соупа, девка забрала тушку. — Софа. — И протянула, вернув кролика парню. Гоуст хотел сам её представить, вот только слов не нашлось — а что сказать то? Знакомься, Джонни, это моя.. Моя кто? Девушка? Подруга? Скорее просто девчонка которую он спонтанно решил защищать но в итоге эта дура разнесла всё своим чистым безумием в прошлый раз. От неё кажется всё само отлетает. Вот так и получается, аккуратный здоровяк и чихуяхуяшка которая вроде маленькая, но разносит всё на своём пути лишь одним взмахом лапки. То, как Софа умудряется нести за собой хаос, сама загнать себя в задницу и вылезти оттуда.. Напоминает самого Соупа, который так же безумен. Так же со свистом из задниц вылетал. А вот что между ним и Софой — вопрос открытый. И эта малявка таила в себе столько тайн что кажется в самом Саймоне их меньше. Ну у него то всё просто и ясно. Там родители, там плен, предательство и так далее. Софа же рассказала только про мужа и захлопнула варежку. Что по этому поводу думала сама девка? Что ж.. Этот недо-зомби вызывал в ней чувство комфорта. Он не домогался, да вообще даже руки не протянет. Ему уж самому трудно даются прикосновения и Софа этому рада. Он придёт когда захочет и она тоже. Да они даже в месте не спят, оба любят одиночество. Каждый раз Саймон через пару часов уходил с её кровати. Не насиловал бедняжку нежелательными прикосновениями. Просто знал — Она, сама по себе, девка вольная. Как кошка. Захочет — подняв хвост приласкается, надоест — убежит. Он не знал но видел как малявку мажет когда Кёниг сказал что пустит её по кругу. Что-то с ней было, поэтому тема её тела и секса остается закрытой и убраной в долгий ящик. Придёт время и Саймон будет послушно ждать. Ему и самому нужно через многое пройти чтоб расслабить булки. Софа не прочь подпустить к себе недо-зомби, во первых потому что он не человек. Теперь нет. Но сейчас она больше загружена одной мыслью — будет ли считаться секс с Саймоном некрофилией? А вообще, какая нахрен разница. С того момента как начался Апокалипсис мораль перестала иметь вес, поэтому.. Запрыгнет. Но когда — дело времени. В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, она кажется, в моменте забывает что так то её роль комичного персонажа. Пора бы обратно возвращать в строй. — Джон Соуп Мактавиш, — Гордливо представился тот, ярко улыбаясь и протягивая руку. — Мыло? Интересная кличка, — Софа пожала руку в ответ, рассматривая лицо нового знакомого. — Да, тактика у меня такая, — Промурлыкал прям, нравится уж очень производить впечатление. Особенно перед дамами. — Типо любитель ронять мыло в душевой? — тут даже Гоуст хмыкнул, скрестив руки на груди. Едкая дура, нравится. Соуп и Софа немного попялились друг на друга, потом засмеялись. А тут и Гоуста осенило. — Мактавиш. — Внезапно окликнул его Гоуст, — Где Прайс? Ласвелл? Газ? — Раз он жив то может.. И остальные тоже. — Точно! — Подпрыгнул тот, — Все живы! Мы ж тут недалеко местечко себе устроили! Погнали к нам! — Гоуст едва успел сделать один шаг когда Джон повёл их за собой, как опомнился и оглянулся. Софа не сдвинулась с места. Она считала так — это его люди, ей там места нет. И мелкая даже не могла подумать что для Саймона она уже своя. А Прайс любит сильных по духу людей, вот бы Софа ему полюбилась после истории как она разнесла целую группировку. Заметив вопросительный взгляд та махнула головой и развернулась, собираясь уйти в противоположную сторону. — Софа не с нами? — Кажется у бедного Соупа в голове не могло уложиться подобное. Сейчас такое время когда нужно держаться в месте и помогать друг другу а эта дура носом вертит и уходит. — Подожди. Уясню. — И Гоуст последовал за ней. Софа шла и не оглядывалась, пёс за ней хвостом. — Почему ты не идешь? — — В смысле? Я иду. Видишь? — Та указала на свои ноги. — Ножками. Топ-топ. — Иногда её поведение откровенно бесило Райли. — Почему ты не хочешь идти с нами? — Проигнорировав её приколы более точно продублировал Саймон. — А зачем? Смотреть как тебя прикончат? — Точно же. Иногда все забывают кто на самом деле Саймон. Выглядит не очень, пусть и живой. Да и откуда Прайсу знать что у Райли не сорвёт в один момент крышу? У Софы иммунитет, её грызть можно сколько влезет, быстрее просто инфекцию занести. Мда уж.. Об этом Райли опустил мысль. Не каждый день узнаешь что твоя команда выжила в этом Апокалипсисе. — Мы должны держаться в месте. — Настаивает Саймон. — Ты хочешь и рыбку съесть и на хуй сесть, Чувак, — Фырчит та, — Зачем нам держаться в месте? Кто нам поможет? Правительство? П-ф, Ага, чё ещё расскажешь? — Тут то и стало ясно что Софа злиться, причем не на шутку. — Нашёл своих? Вот и вали к ним. Меня в свою армейскую стайку не втягивай. — Саймон остановился, кусая губы. Ну уж нет, она втянула его в свой мир и он собирается отплатить тем же. — Но ты нужна нам для информации. — И после этого Софа тормозит. Уж Райли в курсе как Малявка любит делиться своими изучениями. — Всего одна встреча. —  И малявка ломается с тихим хрен с тобой. Гоуст кажется совсем забыл что Мактавиш любитель языком почесать. Но теперь когда в компании есть ещё одна болтушка, вниманием он обделён конкретно. Вот они, два придурка идут и петушаться друг с другом. Путь оказался не особо то и долгим, по крайней мере, после стелса по церкви всё кажется не таким уж плохим. Джон забежал первым, предупредив всех, заводит Саймона и Софу следом. Недо-зомбю неловко, он даже краснеет когда пересекается глазами с Прайсом, потом с Газом и Лассвел. Они ошарашено пялятся на него, пытаясь сложить картину воедино. И едва кто-то успевает открыть рот, голос подаёт Софа, бесстрашно выступив вперёд. — Саймон заражён не полностью и не является переносчиком заразы в привычном понимании. — Четко и громко говорить та чтоб все точно её услышали. Дальше она закатывает глаза когда начинаются сопли-слюни. Прайс и Газ начали обнимать и тискать зомбя, говоря как Рады что он всё таки жив. Ласвелл лишь счастливо улыбается. Вот и команда в сборе, да ещё и с пополнением. — Если поцелуетесь меня вырвет, — Шипит Софа и кажется, Газ намеренно с чмоками тянется целовать Гоуста, потом хохочет. Та глаза закатила и головой покачала. Потом чаи на стол, Прайс поляну начал накрывать собираясь откормить Райли, пока Мактавиш лепетом рядом, помогая старому псу. Скрепса не обделили и тоже угостили. Пока они чаёвничали, Гоуста обсыпали вопросами, всё поглядывая на новое лицо в компании. — Вовремя вы, мы планировали искать один лагерь для выживших. Говорят там есть все привычные нам удобства, только мы не можем определить даже сторону, — Все путники указывают на разные стороны и поэтому Прайс не стал рисковать лишний раз высовывать морду и рисковать своими ребятами. Софа уставила взгляд на чашку чая. — Идти через город опасно, там орудует кто-то крайне агрессивный. — встревает Газ и Софа поджимает губы. Так вот на кого она в прошлый раз скинула булыжник с крыши. Потом стравила орду тварей когда этот человек не понял что лучше уйти. — Этот кто-то явно знает как управлять этими гадами. — Софа не хотела палить себя, но тут Гоуст всё одним взглядом выложил подчистую. Он пронзительно глянул на девку. — Тварями управлять умеешь? — Выразительно спрашивает Райли, получив удивлённые взгляды от команды. — А чего мне не говорила? — — Ой, блять, знать тебе незачем. — Отмахивается та фыркнув. Но мужики уже встали на дыбышки, ведь эта мелочь покушалась на членов команды. — Не смотрите так, город защищать нужно от ваших носов, — гавчет и хмурится, понимая что нужно объяснить подробнее. — Споровики выбрали города местом для гнездования и их нельзя тревожить, хай поднимут, а эти ребята мне нравятся. — — И чем же тебе они так приглянулись? — Шипяще спрашивает Мактавиш. — Они не буйные если не тревожить. Да и разгоняют всякую живность как и группировки. Вам повезло устроиться рядом со мной. — Действительно, возвела себе безопасное местечко теперь гордыню строит. Все переглянулись, значиться, эта дура знает много. Ну и попёрли на неё с вопросами. — И как дойти до лагеря знаю. Далеко, но есть безопасные пути. Через церковь например. — Лениво говорит малявка. — Так в церкви Кёниг орудует, себе дороже идти напролом. — Снова лезет Джон, почесывая лысину. — Мы.. Решили этот вопрос. — Тихонько отвечает ему Гоуст. — Чего? Вы грохнули его и всех солдат? — Пока Мактавиш не понимает относительно ничего, Прайс улыбается в Усы. В Гоусте он не сомневался. — Всех. — Кивает малявка, чувство гордости разливается в груди. Чистое безумие и недо-зомби под боком хорошая команда. Прайс проводит взглядом по всем, после выдыхает, кивает сам себе, принимая решение. — Решено. Мы отправляемся в этот лагерь и ты, — Он указывает рукой на Софу, — Поможешь нам с этим. — У мелкой глаза на лоб лезут, а пальцы начинают дрожать. Безусловно для этих ребят там врагов не найдётся а Софе есть от чего прятаться. Ворчит, придирается, зубы скалит. Но Гоуст снова её успокаивает, торгуется. Он точно останется с командой и хочет пригребсти сюда Софу. Породнился уже, но ей что ни говори как об стену горох. Она не собирается оставаться в лагере, быть командой. Одиночество её всё. Но так же только она знает про всю новую живность и является проводником. Спор между ними длился пока в это дело не влез Джонни. Спорили уже трое, двое амбалов уговаривали мелкую. И ведь вправду — только Софа прошарила все углы, пока остальные прикрыли задницы хвостами. Нельзя их винить за это, не каждый такой конченный что-б на прошлом лезть да и практически всех страшит новость о новых тварях. — Раз ты знаешь то должна помочь, толку от твоих знаний тогда? — Рявкнул Джонни, перебив Гоуста. Софа сжимается и щуриться. Она знала одно — проводив этих, они скажут что идти одной обратно опасно и заставят остаться там. Всегда так. Она же маленькая, хрупкая. — Будто я для этого жопу из норы вытаскивала, — Софа не стесняется рявкать в ответ, — Вот не хочу. Не заставите. — скрестив руки на груди та демонстративно отворачивает голову а Гоуст всё думает как ему повезло с этой дурой. Повезло в кавычках. Порывшись в глубинах мозга Саймон не находит лучше, чем затронуть лелеемое ею. — Эй, никто не собирается ограничивать тебя в действиях. — После его фразы она подозрительно смотрит на недо-зомби, после чуть не кусает за руку Мактавиша что осмелился коснуться её плеча в попытке поддержать. — Тогда и никаких лишних вопросов. — Все кивают, делать с ней нечего. — Что ж, тогда начну. — Вывалив из сумки свой самодельный блокнот та вытаскивает и зарисовки. — Из опасных гадов есть Страйкеры. — Она указала на рисунок длинного существа. — Слышат и чуят идеально, укус мощнее любой боевой псины или другой дикой твари. Бегают быстро, бесшумные сволочи, активны в сумерки и ночью. — Прайс изучает все записи досконально. Подчерк не корявый, но странный, будто моментами человек менялся. Там ровный и плавный, там пляшущий и округлый. Дальше рассказывает про новые растения, других более ужасающих тварей. — Жировики, прям из славянской мифологии выползли ребятки, долговязые и молчаливые. Не знаю че жрут, только в окна заглядывать любят и греться. Вообще, кроме обычных зомби я б сказала что практически все не так опасны если не лезть на рожон. Вирус мутирует в новые виды из людей, будто это что-то из глубин ада, я не знаю, но лучше носы прикрывать. И выпивку не таскать с собой, споровики... Любители алкоголя. А ещё у них сохранились человеческие повадки и опыт. Я б сказала что большую опасность представляют другие люди. Массовая истерия. — Софа закатывает глаза и дохлёбывает чай. — Не знаю что ещё умного сказать вам, — отмахивается и чувствует сжатие. Райли молча сжимает её ляжку, нежно так, пытаясь внушить спокойствие. — Точно, забыла про ещё кое-кого. — Роется и достаёт незаконченный скетч изуродованного существа. — Мимики. Вот им человеки по вкусу. Идеально порадируют голоса и человеческие повадки. Ломились как-то пару раз скоты, Где-то научились взламывать замки. Короче, у них все задатки человеческого разума. — Вот и главный антагонист, мимик. Весело им будет. — Путь займёт несколько дней. Пройдём через несколько гнёд споровиков, там и видео будет. Вы не знаете с чем столкнётесь а я, так и быть, — Грациозно та откинулась на спинку стула. — Пожертвую собой, позаботьтесь о Скрепсе. — И тут же охватывает оплевуху от недо-зомби. Смотрит злобно в ответ, хочется оскалиться. Наброситься. Но сделав пару вдохов и выдохов всё приходит в норму.

***

— Ты серьёзно..? — Отчаянно спрашивает Мактавиш, пусто смотря на труп перед собой. — Вполне. Будешь вонять тебя не учуят. — Софа раскрыв грудную клетку мертвеца падает туда, начиная кататься и урчать. Саймон реагирует спокойно, уже привык. Прайс изучает и разбирается что делать, все, кроме выёбистого Мактавиша. Он бесстрашный, но обмазываться этой вонью.. — Твою ж! — Визжит тот, когда Софа кидает в него гнилым органом, попадая точно в мордень. Тот плюётся и пытается вытереть, как удар приходиться оттуда откуда не ждали — Саймон тоже кинул ему в спину что-то склизкое и вонючее. В общем, обстреляли бедного. Но делать нечего, пришлось смириться. А Софа подходит к Райли и бодает головой в плечо мол, Ай молодец. Тот бегло проводит рукой по её боку и путь начинается.

***

— Going for a ride, saying goodnight, — напевает тихонько та ведя за собой отряд, — To my dreaming.

Maybe, I will die —

Try to survive,

Through my screaming.

Её голос ласкает уши и Саймон пленён этим, пододвигается ближе, пристально и мягко смотрит. Она часто поёт в норе, находит в этом утешение а сам Гоуст успокаивается. Лишь следует за ней, гортанно урчит, хочет подпеть — да слов не знает, каждый раз что-то новое, что-то не слыханное ему. Прайс гладит усы и наблюдает, Мактавиш и Газ же на шухере были чуть ошарашены. Тиш должна стоять а она тут голосит, пусть и тихо. Только Лассвел идёт как на прогулке.

I don't wanna be alone

You're my last hope

I'm shaking right down to the bone

How can I become brave

Oh. Won't you save me?

Demons are after my soul.

Ну не нагнетай же ты, сука мелкорослая.

Take all my light

And crush it in front of my eyes

No dream in sight

I'm losing this nightmare of mine

Соуп прислушивается не к песне а к звукам вокруг. Прайс спокоен как танк, пока молодняк на ушах стоит. Саймон же вообще не переживает о случайной смерти от лап неведомых тварей ведь пока его пассия поёт, все будет хорошо. Это тот момент когда вечно напряженный Гоуст отдаёт контроль другому и на вид самому слабому члену команды. Хоть и членом команды она не собирается быть, но командный дух в бывших военных всё ещё жив. Но Софа их понимает. Таким мужикам живущим в вечном аду тяжело до жути, даже сейчас, они всё ещё команда и всё ещё на миссии где их главная цель — выжить. Они хотят спокойствия и мирной жизни, но Софа знает что туда, куда она ведёт команду, найдется место в рядах охраны да и не только. В любом случае, они сами захотели и не её дело их отговаривать. Она не играет в главного правильного Героя, просто зачем и для чего — смысла в этом отнюдь немного. Всем не поможешь и каждого не переобуешь. Пусть играют в вояк сколько хотят, вооружаются пушками и бегают, на деле они так, доходяги. Апокалипсис исчерпал их способности. Почему же так? Ну, воевать с людьми дело одно, но когда перед ними предстаёт высшее существо — дело уж другое. Именно высшее существо, такое как споровик. Всё при нём и интеллект и мощь. Чем они лучше людей? Начнём с того что эти твари пусть и страшны на вид, но они защищают только своё. Не лезут в чужое. И Софа искренне считала их высшей формой, самой лучшей которой смог добиться человек. Им не нужен огонь или подобные удобства, так же у них отсутствует ебанутая мораль как у людей. Они просто.. Живут себе спокойно. Не ищут проблем. Наверное с таким успехом можно и любого животного отнести к высшей форме. Только не обезьян, Софа из личной неприязни к этим животным вычеркнет их из списка.

This nightmare of life

This nightmare of mine

This nightmare of life

This nightmare of mine

Нужно перекочевать где-нибудь на ночь, просто потому что толпа мужиков начнёт говниться мол небезопасно. И все слушают этого Прайса, он всё ещё их капитан. Кроме Гоуста. Тот как утёнок слепо следует за ней. Слишком уж легко он приручился. Вот заброшка, Софа знает куда их ведёт, они — нет, но делать нечего, слишком далеко уже ушли. — Не орать и держаться рядом со мной. — Только капитан сейчас она, ведь только ей хватит отбитости привести уставших военных в одно место. Гоуст слегка тормозит, улавливает новые запахи и звуки которые не дано уловить простому человеку, тогда он не понимает конкретно. Но будь там типичные безумные зомби, Гоуст бы предупредил. Яркий свет фонаря в руках малявки скользит во внутрь заброшенного небольшого здания, откуда на команду тут же устремляются голодные глаза. Много глаз, достаточно чтоб сбиться со счёта. Завидев происходящее внутри Мактавиш замирает, выпучив глаза. Остальные кажется, аналогично встают в ступор. Ебучее гнездо споровиком. Нужно срочно уходить пока эти твари не бросились-... Софа бесстрашно делает шаг вперёд, потом ещё один, когда из тьмы на неё двинулась особо огромная дура. Эта тварь была больше обычных споровиков и кажется, это уже второе или третье поколение этих падл, ведь человеческие черты были практически полностью утеряны. Огромная пасть напичканная клыками, горбатое длинное тело, большие руки и ноги с когтями и длинными пальцами, кожа там огрубевшая и под пальцами есть подушечки. Уши вытянуты и обвисшие, нос горбатый и большой. На макушке и до конца спины шла чёрная длинношёрстная грива как у гиен и заканчивалась на хвосте. Да, у них и хвосты появились, причём длинные и достаточно мощные чтоб виснуть на них как опоссумы на ветках. На груди кстати меха тоже хватало. Плечи и бедра усыпаны чёрными точками, точно споры — только как у Гоуста. Эти дыры уж очень помогают в регенерации. Тварь зарычала, грузно ступая к наглой девке, её не пугал даже размер этой хуйни — ну подумаешь всего-то четыре метра в высоту, пфф, фигня. Зато вояки за спиной начали было суетиться, как вновь замерли, не решаясь предпринять меры защиты. — Эй! — Громко рявкнула Софа нарушая своё же правило, — Давай, сюда иди, — Подначивает и подзывает скотину ближе и тот ведь практически вплотную подходит, явно не догоняя чё надо этой мелочи. Самое интересное — скотина не бросается. Гоуст сглатывает, готовый в любую секунду бросится на тварь, но Софа тянет руку к ней и скотина с интересом обнюхивает ладошку, потом странно урчит и начинает настойчиво тыкаться мордой в её сумку что-то учуял. Хватает зубами, тянет и получает по носу. Кажется, сам споровик не ожидал что его шлепнут и было начал рычать, как Софа достает из уже слюнявой сумки бутылку спирта. Тварь нетерпеливо мнется когда девка открывает бутылку и помогает залить содержимое в пасть твари. Она сейчас его спаивать решила? Чё за хуйня происходит? Придерживает морду так заботливо, пока тварь жадно пьёт. Мактавиш хмурится а потом вообще нихуя не понимает когда туша начинает ласкаться об руки девки, довольное и кажется, больше не агрессивное. — Идём. — Вот и местом обзавелись, как круто. Действительно, в гнезде споровиком же безопаснее, они же не от них бежали. Уголок чтоб никто не уволок, подстилки-спальные мешки и вот, мужчины опускаются на уложенное, оглядываясь. Повсюду твари поменьше, потерявшие к ним интерес, кроме.. Кроме детёнков. Пока Софа устраивалась в противоположном углу под внимательный взгляд Гоуста а Скрепс и вовсе завалился рядом с хозяйкой, к Соупу подбежал маленький укурыш. Его нельзя назвать по другому никак, пиздюк размером с большую кошку, глаза большие и выпученные, морда, ей Богу, тупая. Он неуклюжий, едва лапами шевелит, но яростно бьёт по коленке Соупа лапой и хватает маленькими зубами за штанину и тянет. Прайс тихо хохотнул, пока Газ пристально наблюдал. Лассвэл же умиляется. Прикольный дебильчик. — Эй, ну чё тебе надо то.. — Ворчит Джон, когда мелкотня продолжает его донимать а потом и вовсе начинает играть с его рукой как кошка, покусывая и игриво рыча. Кажется ему нет дела до сородичей, ведь стоило паре таких же подбежать как он зарычал на них, выгибая спинку и подпрыгивая, отгоняя других шкетов от Соупа. — Смотри-ка, похоже, ты ему нравишься, — Выносит приговор Прайс, хохоча на выходки детёнка. — Ага, беспризорники меня обожают, где его мамка? — Джону не очень то и привычно трепать по ушам детёныша одной из твари что в прошлый раз уволокла его лейтенанта. Мамка, к слову, нашлась быстро. Ей кажется совсем не было дела до её пиздюка, ведь её морда красовалась в руках Софы. Вот что что а у девки дар какой-то, что к ней вся нечисть тянется за лаской. Несколько огромных тварей облепили её, запах алкашки их приманивал как пчёл на мёд, и тогда стало ясно что они, эти гады, выпрашивают у Софы ещё любимой вкуснятинки. Просто шикарно. По взгляду Райли что маячит рядом ясно что такое внимание к его пассии ему не очень то уж нравится. Всё таки они не предсказуемы, а эти дебилы залезли в само гнездо. Им бы всем уверенность Софы.

***

Только за этой уверенностью кроется нечто неприятное, склизкое и на запах мерзкое. Когда все с трудом но смогли заснуть оставив бдительность на тварей, Софа выползла из гнезда на свежий воздух. Когда то всё было иначе. И даже не из-за Апокалипсиса.. Точнее, Софа была другой и сейчас нет рядом никого кто бы помнил её той. Той, ужасной, несовершенной. Глупая дура что давалась в руки без доверия, позволяла себя тискать и насиловать вниманием. Потому что они так хотели а не она. Казалось тогда у неё отсутствовало своё мнение — что скажешь то и сделает, будет той, кем её хотят видеть. Потому что знает что она — настоящая — никому не нужна. Никто не станет терпеливо перебирать кучи окровавленных игрушек в поиске одной чистой, настоящей. Софа не была наивна, но в силу других, приходилось. Приходилось наступать себе на глотку, перекрывать кислород, прикусывать язык до крови и всегда, всегда, говорить что всё хорошо. Потому что в силу её возраста и остального никто не мог поверить что и вправду — в маленьком комочке медленно но верно развивается опухоль, что болит. Что кровит и воняет. Никто не верил её проблемам а смысла — сил — доказывать обратное больше не было. Но потом, когда её муж повернулся к ней спиной не в знак доверия а предательства, всё изменилось. На Софу, словно бешенство, нашло осознание одного и самого реального — она всегда была такой мёртвой внутри, всегда была одна. Что одиночество её сопровождало всегда и кто бы не пытался идти с ней рука об руку, она всегда была не от мира всего. В детстве загадочность была чем-то крутым, как в фильмах, а потом узналось что это диагноз. И когда всё сошлось воедино, тогда и ужасом накрыло. Она — больна, душевно и физически, что у неё не одна пара рук а две — есть ещё та пара, что с особой страстью сжимает её горло. Всегда нравились злодеи в мультиках — только теперь злодей она. Знает куда ведёт команду, но Софа готова хоть огню безмерному отдаться чтоб её желание стало воплощаться. Реальность такова — спит её душа, слишком много боли. И люди главные виновники, каждый счёл своим долгом сделать как можно больнее, не зная что будят дьявола во плоти. И проклято ей было — пришедших жизнь сгнила, Зайдя с ужасной силой, Не решится но знает как чувства наполняют что вызвал он в ней. Но теперь её всё время гложет стресс. И тот дефект что Софа пыталась уничтожить с детства напитался злобой и разросся до огромных размеров. Всё кажется мастабным — а на деле что? Всего-то девчонка что подохнет от любой заразы. Волочи своё существование дальше, Не тревожит груз вины, хоть мотивы не чисты. Оперевшись плечом о ствол дерева, Софа слышит за спиной тихие крадущие шаги. Конечно, мистер я-вас-всех-разьебу Райли тут как тут. Чего стоило ожидать когда всё внимание недо-зомби по неясным причинам прикованно к ней. Он зачем-то зарёкся следовать за ней даже в адскую дыру, неудивительно что даже сейчас он подскочил стоило Софа тихо слинять. Становится заметно что он не даёт ей вдохнуть без него. Будто пытается и сердцебиение синхронизировать ради подражания. Холодная рука ложится на её бок, Софа поворачивает голову, сталкиваясь с ним взглядом. В этих глазах читается столько эмоций, что Софа немного путается что испытывать. Он злится? Спокоен? Или наоборот? Они молчат, смотрят друг на друга. — Извини что так надавил, — Вот как, Гоусту явно теперь стыдно, — Но я обязан защитить их, — даже ценой собственной жизни, да, да, Софа уже вкурсе, Мактавиш добродушно всё рассказал про его героизм. Софа поступила бы иначе. Сбросила бы каждого в пасти тварей, и с довольной рожей бы наблюдала как их заживо жрут. Даже простая мысль о хрусте костей и истошно мужском вопле вызывает слюноотделение. Захлебнётся в этом, стоит почувствовать как чужие мышцы рвутся в её руках, как разрезается кожа, как раскрывается грудная клетка. Вот чего боялась —— пробуждения той скотины что таилась внутри. Гоуст смотрит на неё болезненно, мучительно, ясно же — сейчас ему нужно признание чтоб держаться на плаву. Каждому оно нужно. Кроме Софы или точнее тому, что раньше откликалось на это имя. — Ладно-уж. Начали, бежать только вперёд. — Ей до пизды на его эмоции. — Они ребята хорошие. — Достойные жить, В отличие от тебя. И то, что они достойны жить вызывает в ней гортанную злобу, желание уничтожить их мечты, тела, — утробу что их породила. Это как танец птицы безголовой. Это как припадок. Раньше, давным-давно Софа подпускала к себе каждого, позволяла тискать, но потом люди начинали хотеть ещё и ещё больше — её тела, проникнуть в мелкое и тощее, а потом, потом отбросить в сторону когда мелочь перестанет бежать хвостиком. И от этого мерзко. Эти тела, использованные и залитые пошлостью — тянутся и хотят сделать такой же, но Софа обзавелась мясной бронёй. Что же не так? Отчего печальны ваши лица? Разве никогда не знали что в ней таится? Сами виноваты что такой её сделали. Распяли, облапали, но потом сама их обглодает. И вины не страшен груз ведь она сладка на вкус.