Часть 14. Возвращение

Утро в домике лесничего началось с тишины. Кейт проснулась первой. Огонь в печке давно погас, но под одеялом, прижавшись у теплому боку Дэрила, было уютно. Она лежала, не двигаясь, слушая его ровное дыхание и разглядывая лицо, которое во сне казалось моложе, мягче, без вечной настороженности. Его рука лежала на её талии - тяжелая, надежная, собственническая. Ей нравилось это чувство. Нравилось быть его. Он проснулся через несколько минут - резко, как всегда, будто вынырнул из воды. Его глаза мгновенно сфокусировались на ней, и напряжение ушло. — Доброе утро, — прошептала она. — Ага, — он моргнул, потом уголок его губ дернулся. — Ты все еще здесь. — А куда бы я делась? — Не знаю. Просто… приятно. Он поцеловал её в лоб, потом в губы - легко, утренне, по-домашнему. Она ответила, но он отстранился первым. — Надо закончить с припасами и возвращаться. Рик будет ждать. Они быстро собрались, позавтракали остатками пайка и вышли во двор. Байк стоял там же, чёрный и блестящий в утреннем свете. Дэрил провёл рукой по рулю, и Кейт увидела, как его лицо снова осветилось той мальчишеской радостью, которую она так любила. — Поехали, — сказал он, заводя двигатель. ******** Магазин встретил их тишиной. Слишком тихой. Дэрил заглушил двигатель за полквартала, и они пошли пешком, держась в тени деревьев. Что-то было не так. Он чувствовал это кожей — инстинкт, отточенный годами выживания. — Слышишь? — прошептал он. Кейт прислушалась. Хрипы. Много хрипов. И шарканье ног. — Сколько? — Много. Больше, чем вчера. Они подошли ближе, прячась за остовом сгоревшей машины. Магазин был окружён. Десятка два ходячих, не меньше, бродили у входа и внутри. Откуда они взялись? Может, пришли на шум вчерашней зачистки. Может, их привлёк запах. Неважно. Важно было то, что припасы, которые они не успели вынести, всё ещё были внутри. — Что будем делать? — спросила Кейт, сжимая нож. — Зачищать. По-тихому. Я сниму тех, что у входа. Потом заходим внутрь и работаем быстро. Берём только самое ценное. — Поняла. Дэрил вскинул арбалет. Первый болт вошёл в висок ближайшему ходячему - тот рухнул, не издав ни звука. Второй. Третий. Четыре тела уже лежали на земле, когда оставшиеся заметили их. — Пошли! — рявкнул он, перезаряжая на ходу. Они ворвались внутрь. Кейт взяла на себя левый проход, Дэрил - правый. Нож входил в гнилую плоть с мерзким чавкающим звуком. Она била точно - в висок, в глазницу, в основание черепа. Спасибо отцу и его урокам. Один ходячий схватил её за рукав, но она вывернулась, ударила снизу в челюсть, и он рухнул. Дэрил работал как машина. Болты кончились - он перешёл на нож. Движения были экономными, смертоносными. Он не тратил энергию на лишние движения - только удар, ещё удар, ещё. Когда последний ходячий упал, они стояли посреди магазина, тяжело дыша. Пол был усеян телами, воздух пропитался запахом гнили и крови. — Цела? — спросил он, оглядывая её. — Да. Ты? — Ага. Давай собирать, пока новые не пришли. Они набили рюкзаки и сумки всем, что могли унести. Консервы, медикаменты, батарейки, даже несколько упаковок шоколада, который Кейт нашла в дальнем углу. Дэрил прихватил ящик с инструментами - в Александрии такое ценилось на вес золота. Когда они вышли, байк был нагружен так, что едва не скрипел. Дэрил закрепил поклажу верёвками, проверил надёжность и сел за руль. — Домой? — спросила Кейт, устраиваясь в коляске. — Домой, — ответил он, и это слово прозвучало правильно. ******** Ворота Александрии открылись перед ними ближе к вечеру. Рик и Мишонн уже вернулись - их пикап стоял у ворот, гружённый ящиками с оружием и боеприпасами. Абрахам и Розита подъехали через полчаса, их машина была забита консервами и сельскохозяйственными инструментами. Диана встретила их у ворот, и её лицо осветилось искренней радостью. — Вы невероятны. Этого хватит на несколько месяцев. Александрия в долгу перед вами. — Мы просто делаем свою работу, — ответил Рик, но в его голосе слышалось удовлетворение. Вечером Диана собрала всех в своём доме. — Вы доказали, что на вас можно положиться. Александрия - ваш дом, и вы заслуживаете собственного пространства. Мы распределили дома. Рик, Мишонн, Карл и Джудит - вы остаётесь в том же доме. Хершел, Бет, Мэгги и Гленн - ваш дом второй по улице, с зелёной крышей. Абрахам, Розита и Юджин - маленький домик у восточной стены. Саша и Кейт - вы можете остаться с Риком, если хотите. Саша кивнула. Кейт тоже. — Кэрол и Дэрил, — продолжила Диана, — Вы оба просили что-то уединённое. Домик в конце улицы, у западной стены, ваш. Там тихо и есть небольшой сад. Дэрил переглянулся с Кэрол. Она едва заметно улыбнулась и кивнула. Он тоже кивнул. Это было правильно. Кэрол была его семьёй. Не по крови, но по чему-то более важному. ********* Первые дни в отдельных домах прошли спокойно. Александрия оживала - люди работали в садах, чинили заборы, готовили еду. Дети играли на улицах, их смех разносился по всему поселению. Но Дэрил заметил кое-что странное. Кэрол избегала детей. Нет, она не была грубой. Она просто… отворачивалась. Если кто-то из малышей подходил к ней, она находила повод уйти. Если ей приходилось с ними говорить, её голос становился холодным, а глазах мелькало что-то темное. Отвращение. Боль. И то, и другое сразу. Вечером, за ужином в их маленьком доме, они сидели за столом, ужинали пасту, которую приготовила Кэрол. Между ними была тишина, уютная и привычная. А потом Кэрол отложила ложку и уставилась в стену. — У тебя все хорошо? — обеспокоено спросил Дэрил. — Ты заметил, — ответила она. Это был не вопрос. — Заметил что? — Не притворяйся. Ты видел, как я общаюсь с людьми. Ты стоял там. Дэрил отставил тарелку, откинулся на спинку стула. — Видел. Хочешь поговорить? Она молчала. Её пальцы крутили край салфетки - старый, нервный жест. — Я смотрю на них и вижу Софию, — сказала она. Голос был тихим, почти безжизненным. — Каждый раз. Каждого ребенка. Я вижу её лицо. Слышу ее голос. Вспоминаю, как она бежала за мной, а я не смогла её защитить. Как я искала её неделями, надеялась, молилась. А потом она вышла из того амбара. Мертвая. И я поняла, что все было зря. Вся моя вера, все мои молитвы, все, что я делала - зря. По её щекам потекли слезы. Она не выбирала их. — Я не могу смотреть на детей, Дэрил. Они напоминают мне о том, что я потеряла. О том, какая я была. Слабой. Беспомощной. Я не хочу быть той Кэрол. Я не могу. Он встал, обошел стол и опустился на корточки рядом с ней. Его рука легла на её плечо - грубая, но нежная. — Ты не слабая, — сказал он тихо. — Ты самая сильная из всех, кого я знаю. То, что ты чувствуешь - это не слабость. Это… любовь. Ты любила Софию. Любишь до сих пор. И это нормально. — Я не могу, — повторила она, и ее голос сорвался. — Можешь. Не сразу. Не сегодня. Но когда-нибудь сможешь. А пока… просто будь здесь. Со мной. Я всегда рядом, Кэрол. Она сломалась. Плечи затряслись, и она уткнулась лицом в его плечо, рыдая - громко, навзрыд, как не плакала, наверное, с того самого дня у амбара. Он обнял её, прижал к себе и держал, пока слезы не кончились. Когда она затихла, он помог ей встать, довел до её комнаты, уложил в кровать и укрыл одеялом. — Поспи, — сказал он. — Завтра будет новый день. Она посмотрела на него красными, опухшими глазами. — Спасибо, Дэрил. — Все будет хорошо. Он вышел, прикрыл дверь и долго стоял в коридоре, глядя в темноту. Чертов мир. Чертова жизнь. Почему хорошие люди должны так страдать? ********* Кейт сидела на кухне с Мэгги, когда та наклонилась ближе и прищурилась. — Ну? Рассказывай. — Что рассказывать? — Кейт. Ты вернулась с вылазки с Дэрилом. Ты светишься, как начищенный пятак. Ты улыбаешься без причины. И у тебя вот здесь, — она ткнула пальцем в шею Кейт. — Маленький такой синячок. Почти незаметный. Но я заметила. Кейт прижала ладонь к шее, чувствуя, как краска заливает лицо. — Мэгги! — Что? Я просто хочу посплетничать. Вы уже… ну, ты понимаешь? Кейт спрятала лицо в ладонях. — Нет. То есть… не совсем. Он… мы… он был очень нежным. И терпеливым. И он… ну, трогал. Боже, я не могу об этом говорить! Мэгги расхохоталась, хлопая ладонью по столу. — О господи, Кейт. Ты краснеешь, как помидор. Ладно, не буду мучить. Но я рада за тебя. Правда. Дэрил - очень хороший. И он смотрит на тебя так, будто ты единственный человек во всем мире. — Правда? — Правда. А теперь иди, пока я не начала выпытывать детали. И замажь синяк, пока Саша не увидела. ******** Ночь опустилась на Александрию. Кейт не спалось. Она вышла на крыльцо, вдохнула прохладный воздух и оглядела улицу. На другом конце, у маленького домика с садом, на ступеньках сидел Дэрил. В зубах у него была сигарета. Огонек тлел в темноте, освещая его лицо. Он был без жилетки, в одной футболке, которая обтягивала плечи и руки. Волосы падали на глаза. Он выглядел… чертовски сексуально. Расслабленный, задумчивый, с этим вечным налетом опасности, который делал его таким притягательным. Она пересекла улицу, и он поднял глаза. Уголок его губ дернулся. — Не спится? — Не спится, — она села рядом на ступеньку. — Когда у вас с Аароном первая вылазка? — На рассвете. — Так скоро? — ее голос дернулся. — Ага. Он хочет проверить пару мест, где могут быть выжившие. Сколько пробудем - не знаю. Может, пару дней. Может, неделю-две. Она смотрела на него, чувствуя, как внутри все сжимается. Неделю. Без него. Без его тепла, голоса, его присутствия. — Я буду ждать, — сказала она тихо. — Знаю. Он затушил сигарету о ступеньку и встал. Она думала, что он пойдет в дом, но вместо этого он потянул её за руку, и резко обхватил за талию, притягивая к себе и отвел в сторону, за угол дома, где их не было видно с улицы. Ее спина уперлась в холодную стену, а его тело прижалось к ней - горячее, твердое, требовательное. — Дэрил… Он не дал ей договорить. Его губы накрыли её - жадно, глубоко, с той голодной страстью, которую он так долго сдерживал. Его руки скользнули по её бокам, сжали талию, потом опустились ниже, на ягодицы, притягивая её бедра к своим. Она почувствовала его возбуждение - твердое, горячее, прижатое к ее животу, - и застонала ему в рот. Его ладони сжимали ее ягодицы, приподнимая, заставляя её обхватить его ногами. Она вцепилась в его плечи, чувствуя, как мир сужается до этой точки - его губ, его рук, его тела, вжимающего её в стену. Он целовал её шею, ключицы, снова губы, и каждое прикосновение отзывалось электрическим разрядом. — Я буду скучать, — прошептал он хрипло между поцелуями. — Черт, как я буду скучать. — Тогда возвращайся быстрее. — Обязательно. У меня есть причина. Он поцеловал её еще раз - глубоко, долго, будто пытался запомнить вкус. Потом отстранился, тяжело дыша, и прижался любом к её лбу. — Иди спать, Кейт. Завтра у меня ранний подъем. — Ты тоже иди. И будь осторожен. Обещай. — Обащаю. Он отпустил её не сразу - ещё мгновение держал в объятиях, вдыхая запах её волос. Потом отступил, и она пошла через улицу к своему дому, чувствуя его взгляд на своей спине. У двери она обернулась. Он всё ещё стоял там, в тени дома, и смотрел на неё. Она улыбнулась и скрылась внутри. Дэрил постоял ещё минуту, потом зашёл в дом, закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Сердце колотилось как бешеное. Он коснулся своих губ - они всё ещё горели от её поцелуев. Завтра на рассвете он уедет. Может, на несколько дней. Может, на неделю. Но он вернётся. Обязательно вернётся. Потому что здесь, в Александрии, у него впервые в жизни появилось то, ради чего стоило возвращаться.