Не оглядывайся

Мои руки на руле слегка дрожали, пока я ехала на место убийства Денниса Вуда. Столько усилий было потрачено, чтобы закрыть внутри себя эту старую дверь, заложить камнями ежедневной работы над собой и молиться, чтобы больше не почувствовать оттуда ни одного сквозняка. Чтобы потом здесь, в неприметном городке в центре Америки, Фокс Малдер вышиб к чертям эту дверь и появился перед мной живой и абсолютно точно настоящий, обрушивая на меня град ошмётков от моей же собственной защиты. Как он оказался в Ривертоне? Почему приехал к Санчесам? Было ли это связано с делом об убийствах? Следил ли он за мной все эти годы? «Ты не веришь в совпадения. Никогда не верила.» — мысленно повторяла я. Дрожь не унималась, я не могла справиться с собой. Поэтому, сделав пару поворотов раньше, чем нужно, я завернула в маленький безлюдный переулок, затормозила и заглушила двигатель. В груди нестерпимо жгло, к горлу подступила волна тошноты от отчаяния. Я изо всех сил ударила по рулю, так, чтобы ладони обожгло тупой болью, но это не помогло уменьшить ту тяжёлую смесь чувств, поднявшихся внутри меня. Ненависть за неизвестность. Боль за десятки ночей, когда я, держа на руках ребёнка, сначала ещё на что-то надеялась, а потом даже не могла быть уверена, что мы доживём до конца следующего дня. Ярость из-за того, как просто и непринужденно он появился передо мной именно тогда, когда я вернула себе себя и наконец-то жила нормальной жизнью. Несколько циклов дыхания по квадрату помогли мне обрести некое подобие душевного равновесия. Я снова завела машину и плавно выехала из своего укрытия. Мне нужно двигаться дальше. «Ты не повернешь назад.» *** Машина шерифа Беннета стояла в паре сотен метров от железной дороги, на узкой обочине, почти прижавшись к деревьям. Сам он скрылся в тени, что-то активно обсуждая с ещё одним полицейским. Я припарковалась рядом и вышла, приветствуя мужчин. - Агент Скалли, — дружелюбно поднял ладонь вверх шериф, — знакомьтесь. Офицер Стэн Прескотт, тот самый, кто оштрафовал Вуда за неправильную парковку за несколько дней до убийства. - Звучит так себе, шеф, будто я Вуду и штраф выписал, и билет в последний путь. — Усмехнулся Стэн и пожал мне руку. — Добрый день, агент Скалли. Мы не спеша шли между деревьев по направлению к реке, и офицер рассказывал о конфликте с Деннисом Вудом. Выглядело всё именно так, как я уже поняла из бесед с Беннетом и Кэтти — Вуд вез семью на воскресную мессу, торопился и оставил машину в неположенном месте, а Прескотт выписал штраф и вызвал эвакуатор. Именно в тот момент, когда автомобиль уже был погружен, Вуд вылетел на улицу и набросился на полицейского с оскорблениями и угрозами. - Проклинал меня так, словно не из церкви вышел, а с собрания сатанистов! — Кажется, Стэна это даже веселило. — На кабине эвакуатора оставил вмятины — так по ней кулаком стучал. И на меня замахиваться пытался, но не совсем дурак… был. - А вот здесь и нашли Вуда неделю спустя. — Шериф остановился у сосны и кивнул вниз. - Убитым выстрелом в рот. - Почему вы думаете, что это не самоубийство? - Очевидно, что была борьба. Вуда повалили на землю — у него было сломано ребро. На подбородке синяк, челюсть держали, чтобы засунуть ствол. - Улики? Свидетели? - Ничего, агент Скалли. Место не самое людное, с дороги тело не видно. А если Вуд приехал сюда затемно — убийство произошло примерно с пяти до семи часов утра — то даже те, кто мимо проезжал, ничего бы не поняли. - Неужели один Вуд у вас тут такой фанат рыбалки? Беннет и Прескотт переглянулись. - Нет, есть ещё ребята, но никто в тот день не поехал. - Вы беседовали с ними? У всех есть алиби? — Я осматривала траву и песок, ища необычные следы кислоты или воздействия высокой температуры, которые могли бы стать причиной обнаружения Малдера в Ривертоне. - Пока опросили всего пару человек, с кем Дена видели чаще всего, но они чисты. Займёмся и другими. - И никаких следов шин? — уточнила я, присев у кромки влажного песка. — Второй машины, лодочного прицепа, чего угодно? - Дождь прошёл в тот же день, ближе к обеду, — ответил Беннет. — Всё размыло к чертям. Я провела пальцами по земле. Влажная, холодная. Обычная. Никакого оплавленного песка, никакого странного запаха, ничего, что напоминало бы места с аномальной активностью. - А оружие? — спросила я, поднимаясь. — Пистолет нашли? - Нашли. — Шериф сунул руки в карманы. — Его собственный револьвер. Валялся в двух метрах от тела. - Но отпечатков нет, — тут же добавил Прескотт. — Вообще никаких. Будто его хорошенько протёрли. Внутри у меня зудело от ощущения, что хоть что-то здесь должно быть. Я перевела взгляд на реку, чьё медленное течение лениво тащило по поверхности ветки и клочья тины. Затем снова оглядела шелестящие деревья и пошла между ними, оставив Беннета и Прескотта звонить в отдел и договариваться о вызове на допрос возможных подозреваемых. По рельсам прогрохотали вагоны грузового поезда, нарушая тишину этого укромного уголка любителей рыбной ловли. Действительно не самое людное место, и шанс найти свидетелей убийства Денниса Вуда стремится к нулю, если только рыбы не начнут говорить. Внезапно я заметила кое-что, выбивающееся из цветовой гаммы осеннего берега реки. Между корней одной из старых сосен рядом с местом преступления виднелась тонкая полоска ткани. - Подождите. Я подошла ближе, осторожно потянула её двумя пальцами и отцепила от коры мягкий чёрный лоскуток. Беннет и Прескотт приблизились и непонимающе посмотрели на мою находку. - Что это? Возможно ничего, подумала я. Но ткань показалась мне слишком тонкой и дорогой для места, куда обычно приходят в джинсах и резиновых сапогах. Уже это стало причиной, по которой я извлекла из кармана пластиковый пакет для сбора улик и поместила туда найденный кусочек ткани. - Отправлю в лабораторию. Выглядит как не самая подходящая ткань для прогулок в этом месте. Втроем мы развернулись обратно к машинам и попрощались: офицер планировал вернуться в участок, а мы с шерифом нацелились на осмотр места убийства Нины Санчес. *** Средняя школа Ривертона до минувшего понедельника, вероятно, не знала проблемы больше, чем извечное противостояние популярных ребят с ботаниками. Но Нина Санчес, тело которой было обнаружено утром во вторник в школьном спортивном зале, против своей воли уже наверняка стала местной легендой. Впрочем в школе я оказалась после окончания основных занятий, и стайки напуганных школьников уже разбежались по домам, подальше от страшной истории, которая внезапно случилась в тихом Ривертоне. Школа выглядела обычно, и только желтая лента, всё ещё лениво покачивавшаяся у бокового входа в спортивное крыло, намекала на произошедшее. Спустя четыре дня после убийства маленький городок всё ещё помнил, но уже приходил в себя после второго жестокого и загадочного убийства.  Шериф Беннет ждал меня внутри, возле рядов металлических шкафчиков. Под потолком гудели лампы дневного света, и звук этот неприятно растекался по пустым коридорам. Мы пошли по коридору в сторону спортзала, встретив только уборщика и пару учителей, которые торопились покинуть школу до заката. Большой спортзал был неуютно тихим, а яркая разметка на паркете абсурдно сочеталась с обозначенным местом, где нашли тело Нины Санчес.  Кровь, конечно, уже оттёрли, но полностью избавиться от неё не удалось — между досками паркета темнели бурые следы. Я остановилась у центральной линии площадки. - Тело лежало здесь? - Да. — Беннет встал рядом. — Лицом вверх. - Не повезло тому, что её нашел. - Да уж. Глаза и язык удалены, но причина смерти — удушение. Органы, вероятнее всего, удалили уже после смерти. Присев рядом с тёмными пятнами между досок и пытаясь представить себе момент убийства и несколько минут до него, я уточнила: - Следы борьбы обнаружены? Как жертва попала в зал? - Следа минимальные — пара синяков на руках, сломанные ногти. Вероятно, она сама пришла сюда, и уже здесь на на неё напали. - Как вы думаете, это был один человек? Беннет пожал плечами: - Не уверен. Скорее двое или трое. Было очевидно, что за четыре дня, прошедшие после убийства, полиция уже успела всё собрать, а уборщики — вымыть несколько раз, чтобы поскорее вернуть помещению «нормальный» вид. Я пристально вглядывалась в пол, словно засохшая кровь Нины Санчес, могла подать мне какой-то знак. И стоило мне наклониться чуть ниже, туда, где смешивались запахи моющего средства и старого лака для пола неожиданно промелькнула ещё одна нота — сладковатая, дымная, древесная. Впрочем, она исчезла так быстро, что я решила, будто мне показалось. В замешательстве, пытаясь уловить ускользающие ощущения, я окинула взглядом трибуны. Под потолком спортзала тянулся технический балкон для освещения и звукового оборудования. Один из прожекторов был повёрнут чуть в сторону, выбиваясь из общего ряда. - Туда можно подняться? - Да. Лестница за трибунами. Преодолев тёмное, пахнущее пылью и металлом пространство, я оказалась на узкой служебной лестнице, которая вела наверх, к техническому проходу под самой крышей. С этой высоты просторный спортзал казался крошечным и отлично просматривался.  Медленно идя вдоль металлического настила и скользя взглядом по перилам и кабелям, я искала что-то, чего не заметили ни десяток полицейских, ни сам убийца. Конечно, гарантий, что я найду какую-то зацепку, не было никаких, но годы работы приучили меня искать до последнего. Люди теряют бдительность, и тот, кто убил Денниса Вуда и Нину Санчес, тоже мог оставить след, о котором и сам не знал. Луч фонарика, помогавший моим глазам в полумраке, подтвердил эти мысли, обнаружив очень тонкий полупрозрачный матовый мазок на металлическом поручне. Я коснулась пятна пальцем руки, затянутой в перчатку, и ощутила липкость. Было похоже на случайную каплю какой-то смазки… «В лаборатории разберутся» — подумала я, соскабливая вещество в пакет для улик. Усталость закатила на меня неподъемной свинцовой волной. Это был бесконечный день, и мне настолько нестерпимо остаться одной, что я едва нашла силы попрощаться с шерифом и сесть в машину.  22:40. Мотель «Пайн Ридж» Я принимала душ дольше обычного. Вода обжигала плечи, спину, лицо, но мне казалось, что, если стоять под ней достаточно долго, всё прошлое можно будет смыть. Счистить, как пригоревшую корочку яичницы, как засохшую грязь, как оставшуюся после купания, засохшую пол солнцем морскую соль.  Я отказывалась признавать то, что ещё несколько часов назад видела своими глазами. Завернувшись в полотенце, я не включала свет. Присела в полутьме на край кровати, достала телефон и начала набирать сообщение Джону. На разговор совершенно не было сил, да и я сама не знала, что хотела бы ему сказать… «Как у тебя день? Гонсалес ещё жив? :)» Палец замер над кнопкой «Отправить», потом спешно нажал «Удалить». Стерев всё до последней буквы, я набрала: «Он здесь». Эти слова я стерла еще быстрее. Тонкий курсор мигал на пустом экране, призывая меня написать мужу хоть что-то, но я не могла бороться с собой и не хотела тревожить его.  Поэтому просто отложила телефон на тумбочку и закрыла глаза. Тело даже после душа оставалось напряжённым как до предела натянутая струна, а пульс был высок, словно после интенсивной пробежки. В висках с болью бились мысли о том, как этот маленький городок за один день сумел вдребезги разнести мой так сложно обретенный покой. Почему? Почему сейчас? Даже во сне ответа я не нашла.