4

      Лазарев ненавидел бегать за кем-то в принципе. В спорте он точно хромал, а в любви ему всегда не везло. Но когда ему предстояло бегать сразу за двумя, ноги просто заплетались, а язык словно отсох. Стоило ему вчера только на минуту отойти, как след парней за стойкой пропал. Может, конечно, он проглядел и прослушал, пытаясь успокоить начавшуюся истерику Аня, а потом устраивая его на задних сиденьях такси. Точно нет. Наверное, Саша ходил на курсы ниндзя, а Илья вообще чудо-человек.       Вот только Лазарев никакими способностями не отличался и, бегая по всему отелю, лишь привлекал к себе странные взгляды. Хоть и не было и мысли о том, о чём можно говорить с этими двумя голубками, мозг требовал найти их. И, как по закону подлости, они будто сквозь землю провалились, не появляясь на своих излюбленных местах.       Наконец, обойдя всё здание, Данил смог отдышаться около барной стойки, за которой уже стоял развеселившийся Лёша. Он переговаривался с залетными посетителями, мешая коктейли на месте и старательно не замечая друга поблизости. Вот только стоило Лазареву наклониться за стойку и украсть бутылку воды, как за его плечо кто-то дернул. Недовольным взглядом парень уперся в Ермолаева, под боком которого стоял Илья. Они выглядели смущенными и растерянными, не зная, как начать разговор.       Саша, подождав пару секунд, всё-таки начал: "Мы вчера ничего не видели, и нас вообще не было тут". — Данил раздражённо усмехнулся: "Нет уж, теперь вы точно тут были и, в крайнем случае, встанете на мою сторону". — Парни, без понятия ситуации, смутились: "Я точно уверен, что Александр Иванович уже осведомлён в ситуации, ведь тот мужик круглый день крутится в холле, а я бы не хотел, чтобы ситуацию ему рассказали с абсолютно другой стороны". — И, немного отойдя в сторону, Данил пересказал весь вчерашний вечер и свои беспокойства о том, что крайним станет Ань. Илья внимательно вслушивался в разговор, периодически кивая. Хоть он сразу догадался, что не просто же так шеф-повар рыдал посреди зала в сопровождении директора ресторана, но такого в голову и не приходило.       Под конец разговора телефон в кармане завибрировал, а на экране появилось совместное фото с отцом. Омега отошёл в сторону, но долго там не простоял. Махая парням напоследок, он направился к лифту. Саша смотрел ему вслед, отвернувшись чуть ли не сразу, как тот скрылся за металлическими затворами. Нужные слова так и не находились, но, похлопав альфу рядом по плечам в успокаивающем жесте, он ушёл на рабочее место. Вскоре и Данил смылся по своим нуждам, заметив на горизонте директора отеля и его заместителя, которых, видимо, выгнали из кабинета из-за серьёзных переговоров. Отдых отдыхом, а работать надо.

***

      Будильник неприятно трещал под ухом, намереваясь заползти чуть ли не под одеяло. Бао, отодвинув телефон рукой, услышал грохот. Он с неохотой открыл глаза и, перелезши через кровать, всё-таки ухватился за гаджет. На экране блокировки красовалось 10 утра, а зарядка показывала почти 0 процентов. Жалобный стон был не очень громким, но отдавал неприятной болью по горлу. Всё же утро было по праву начато, а вместе с ним и весь дом наконец ожил.       На кухне работал электрический чайник, под крышкой сковородки трещала яичница, а в ванне парень наконец привёл себя в порядок. Грязь, скопившаяся в уголках глаз, полетела в слив, а вместе с ней и остатки зубной пасты. Поднимать взгляд на зеркало не было желания, ведь ничего нового парень там не увидит: только засаленные волосы, распухшие глаза и какие-нибудь новые высыпания. Наскоро вытеревшись, он выключил плиту и разложил завтрак на столе. Поправив столовые приборы, Ань сделал фотку на свой телефон. Он сам не знал, зачем это делать, ведь фотки просто пылятся в галерее, так же как и закаты.             Усевшись на стул, свесив лишь одну ногу, Ань принялся завтракать. Вилка шкрябала по поверхности сковородки, а чайный пакетик так и норовил попасть прямо в рот парню. Но утреннее спокойствие так же быстро закончилось, не успев начаться. На телефон пришло несколько уведомлений, но смысл был один: через час его ждут в кабинете управляющего, а также всех тех, кто участвовал во вчерашнем беспорядке. Тишина кухни прерывалась лишь отголосками песен из спальни и шумным размышлением омеги. Тот лишь массировал пальцами виски: ситуация безвыходная. Но если его собираются увольнять, то пусть хоть красиво. И включив музыку погромче, Ань готовился к своему судному дню.

***

      Утренний мегаполис кишел народом, в частности туристами и беснующимися горожанами, из-за этого дорога заняла чуть больше времени. Почти влетев с новой толпой гостей в отель, парень добежал до лифта, не захотев надрывать ноги по лестнице. Но лучше от решения не стало: большое количество заехавших людей теснилось в одной металлической коробке и чувствовать на своём теле чужие прикосновения — последнее, чего хотел Ань. Но двери открылись, и он наконец смог оказаться на нужном этаже. Длинный коридор вёл к люксовым номерам, а в конце стоял такой ненавистный кабинет.       Нет, Бао не считал их управляющего монстром или плохим человеком, просто надоедливые утренние тренинги всегда не нравились ему. Видеть сонных коллег, слушать их томные речи, от которых самому захочется спать, и сразу же идти работать. Но зайдя в кабинет сейчас, предварительно постучавшись, за длинным столом сидели лишь тот вчерашний мудозвон и какой-то мальчишка. И тут ему в спину влетел один из поваров, Ярослав Шепелев, чуть младше самого Бао. Он принялся отсмеиваться и извиняться за случайность, выводя и самого омегу на улыбку.       Сев за стол рядом со знакомым, Ань надеялся на начало разговора, но ему передали, что ждут ещё одного человека. Следом зашёл су-шеф. Он не любил, когда его зовут по имени, так и закрепилось: звать его только по должности. По паспорту он Лёня. Для всех просто обычный рабочий, а для Бао личная заноза, почти наравне с Лазаревым. Без понятия, что им двигало, но каждый раз на кухне неприятности создавал именно он. Что вчера, что на прошлой недели "забыл" принять овощи. Или в прошлом месяце забыл закрыть холодильник, испортив всю поставку рыбы, а получает за всё сам омега.       Но именно с его приходом началась беседа. Александр Иванович со всей своей харизмой выдал причину, почему они все собрались сейчас, а потом повторил суть всей ситуации. Конечно, смысл был искажён настолько, что изначальная история не имела и смысла. С ним соглашался лишь мужчина, тряся своей толстой рукой в воздухе. Грустно, конечно, что на такой состав Бао освещают первоклассной шлюхой, но и другого ожидать не стоило — это он сам согласился у себя в голове. Но разговор не закончился, и, как оказалось, есть вторая сторона. Её-то и представлял тот миловидный парень.       Его точно не было в тот вечер: он не был ни посетителем, ни персоналом. Но с его словами соглашался владелец, изредка посматривая на су-шефа. Сил на удивление не было, и Аню оставалось лишь внимательно ловить каждое сказанное слово, ища подвох. И, наконец, услышав вопрос от толстосума, который он и сам спросить был бы не против: "А ты откуда такое выдумал?" — парень лишь поправил сбившуюся рубашку: "Я работаю на камерах. Надеюсь, таких доказательств вам хватает, ведь весь ваш банкет был заснят от и до". — И в комнате повисла тишина. Владелец, мужчина средних лет, крутил ручку в руках, скорее всего, размышляя об итогах. Но тут, встав из-за стола, Евгений, ведь именно так зовут этого мужчину, выпроводил всех из кабинета и остался один на один с Александром.       Коридор выглядел как никогда роднее и желаннее. Бао пришлось упереться в стенку спиной, ведь сил не прибавилось со вчерашнего дня, а по всей видимости ему тут торчать как минимум ещё минут тридцать. По правую сторону от него устроился тот паренёк, его улыбка не внушала никакого доверия: "Меня вообще Илья зовут, надеюсь, подружимся", — и протянул руку, которую из-за этикета пришлось пожать. И, наверное, этому Илье не требовалось называть своё имя, ведь он сразу дал понять: "Я от Данила, это он всё рассказал". — Спина Бао в момент выпрямилась в напряжении. Не это имя он хотел услышать, не в этом контексте и вообще прямо здесь.       А потом в голове всё встало на свои места: он же не персонал, его не было в той компании, и уж очень подозрительно он был похож на Александра Ивановича. Это точно его сын, который недавно заселился именно в отеле своего отца. А Лазарев скользкий, как сука, мог бы выбрать кого-нибудь пониже, чем идти упрашивать поддержки у этого Ильи. "Надеюсь, мы поймём друг друга, но поддержка от тебя по просьбе Лазарева мне не требуется", — и отвернулся. Яцкевич, явно занервничавший, поспешил оправдаться: "Я с Сашей случайно оказались вчера в зале, мы залезли под стойку и подслушали ваш разговор. Поэтому от части я говорю правду". — Возмущению не было предела. Бао, полностью повернувшийся к парню, ткнул пальцем в его грудную клетку и только хотел высказать всё своё мнение, но был прерван резким голосом за дверью. Его вместе с Лёней и Ярославом пригласили в кабинет.       Оторвав взгляд от Ильи, Ань прошёл в приоткрытую дверь кабинета. На входе его чуть не сбил запыхавшийся мужчина, который так бы и хотел раздавить бедного омегу, но смог лишь задеть его плечом, оставляя кислый запах за собой. Не обратив на него внимания, парни сели поближе к управляющему, желая поскорее закончить.       Яцкевич-старший в нервозности постукивал пальцами по столу, но, успокоившись и оглядев всех присутствующих, начал монолог: "От лица отеля я извиняюсь перед вами, Нго Бао Ань. Конечно же, вы можете претендовать на моральную компенсацию и надбавки к отдыху". — От лёгкого шока парень мог лишь кивать на каждое слово. "Но с одним из вас", — уже смотря в сторону притихших парней, — "нам, конечно же, придётся распрощаться. Вот скажите, Леонид, где вы были вчера?" — Парень нахохлился: "Я предупреждал, что не смогу выйти на смену. Бао Ань, подтвердите же". — Парень с растерянной улыбкой искал подтверждения лжи в мягкотелом юноше, но омега лишь отрицательно покачал головой и тем самым вынес вердикт: "Что ж, я не потерплю произвол в своём отеле. Можете подписывать увольнение по собственному". — Листок оказался под рукой парня почти в тот же момент, как были сказаны такие громкие слова: "Или по статье придётся вас привлекать" — Лёня, как всегда в своей манере, отказывался понимать ситуацию и демонстративно отодвинул от себя документ: "Нет такой статьи, по которой вы можете меня привлечь" — "А мы найдём. Из-за вашей халатности пострадал рабочий, находившийся на законном отдыхе. Уж будьте добры не выносить ссору из избы и решить всё прямо сейчас."       Ань чувствовал себя хуже, чем когда-либо. Осознание того, что из-за него увольняют кого-то, хоть и бесячего, давило на него. Будто бы его слёзы вершат судьбой людей, поэтому, когда на него озиралась пара злых глаз, ему лишь оставалось прятать голову. Но победителем вышел Ярослав: из-за его успехов на рабочем месте су-шефом стал именно он. Радостный паренёк вызвал улыбку у Яцкевича, поэтому, после подписания бумаг, он отпустил всех по своим делам, слушая тихие благодарности в свой адрес.       Пропуская парней перед собой, Бао отчётливо услышал у своего уха: "Ну и сука ты, Нго Бао". — Пара слов не выбила его из колеи, и, выйдя из комнаты, он лишь победно выдохнул. На его счастье, и в коридоре его никто не поджидал, видимо, оставляя остыть наедине с собой. Но стоило ему только выйти из лифта и пройти пару шагов к выходу, как за спиной послышался шум. Оглянувшись, омега заметил маленькую компанию у ресепшен: Лазарев, Яцкевич младший и Ермолаев. Первый, под упрёком Саши, направился прямо к нему. Смотря друг на друга, парень просто хотел со всей дури отвесить ему пощёчину, но иллюзию развеял голос: "Прости меня, Ань, я правда не подумал. Просто я не хотел, чтобы ты получал больше всех остальных". — Слушать извинения всегда приятно, но в эти не верилось. Омега протёр сухими ладонями лицо: "Лазарев, катись ты нахуй. Забудь про меня, про мой адрес, просто не вспоминай про мою кухню. Рыцарем вырос, нажаловался кому надо, браво, вот только засунь свой героизм знаешь куда". — Он выдержал риторическую паузу, вот только сейчас понял, что рука его в воздухе висит, будто желая дать такую желанную пощёчину. Но Ань лишь отдёрнул руку и поспешил наконец выйти из душного помещения, чувствуя несколько взглядов на своей спине.       Данил так и стоял на месте, непонятно чего ожидая. Всё-таки работать в отеле — всегда интересная штука, но когда именно ты стал главным лицом нового скандала, это не на шутку пугало. Хоть он и должен был уже привыкнуть. И почему же перспектива потерять именно того омегу с кухни резала сердце куда глубже? Но ответ не должен был прийти откуда-то, поэтому ему осталось лишь вернуться к своим рабочим обязанностям. Перед этим, конечно же, попрощавшись с Ильёй и Сашей.

***

      Вечером отель отдыхал от дневного наплыва, заполняя зал тихой музыкой и разговорами из ресторана. За стойкой бара всегда сидело приличное количество гостей, и к некоторым требовался отдельный подход. Одним из таких был привлекательный беловолосый парень, крутивший бокал с шампанским в тонких пальцах. Рядом с ним тоскливо лежало помолвочное кольцо, которое говорило куда больше самого его обладателя. Деревяшкин, явно заинтересованный ранее незнакомым лицом, поставил перед ним керамическую чашечку с кофе, поверх которого был незамысловатый рисунок из пенки: "За счёт заведения. Думаю, вам сейчас он нужнее, чем это шампанское". — Парень напротив улыбнулся и с осторожностью пододвинул напиток к себе.       Разговор не заставил себя долго ждать. Александр, как представился омега, оказался жертвой неверного мужа и неудачного медового месяца. Он сам поражался, как не смог разглядеть в натуре мужчины кабеля, который изменил на второй неделе отдыха, в их же общем номере. Вот только перспективы куда двигаться дальше не было: они оба были уроженцами маленького города, зная друг друга с детства. Возвращаться без мужа и без денег - затея не самая лучшая. И в ход пошло шампанское. Игристое приятно пузырилось в горле, и, рассмеявшись от него, омега поспешил слезть с высокого стула. Но его остановил Лёша, не желая терять такой притягательный образ перед собой: "У нас в отеле открыто много вакансий. Конечно, директора я тебе не предложу, но и бегать намывать номера тоже. Мы ищем спа менеджера, не думаю, что там потребуется что-то сверхъестественное". — Он протянул визитку их работника кадров: "Завтра утром позвони, думаю, не последний раз видимся". — Пьяненький Саша ухватился за кусок картона, как за уходящую мечту, и радостно покивал головой. Видимо, и у Лёши может быть что-то лучшее, чем ночные посиделки с бутылками в баре.       Радостный от внезапной встречи, Деревяшкин ещё несколько минут обслуживал людей с приятной всем улыбкой и излишней заинтересованностью, получая куда больше чаевых, чем ранее. Но стоило только ресторану закрыться, как образ Лазарева возник непонятно откуда, а кислое выражение лица портило всю малину бара. И делиться новой, интереснейшей историей он не желал, по крайней мере, без стопочки. А потом пошло всё как по маслу и вышло всё как на блюдечке, заканчиваясь приятной новостью, что Ань всё-таки удержал последнюю ниточку самоуважения и послал надоедливого альфу. Но и радость пропала тут же, ведь видеть мучение друга не такое уж и лицеприятное зрелище.       Дела любовные всегда обходили его стороной, сразу давая желаемое в руки, но Бао по натуре человек сложный, со своими заскоками. Вот только ночь долгая, и времени на размышления будет достаточно, а пока на стойке появилось виски, явно набиваясь в помощники для дел любовных.