Глава 20

      Моя жизнь вновь вошла в свою колею. Рутина — великая вещь. Она затягивает раны, притупляет острые углы памяти и создает иллюзию абсолютной стабильности. Я всё так же просыпался с первыми лучами солнца, медитировал, завтракал в тишине огромного поместья и садился в карету, чтобы отправиться в Нижнее кольцо.       Моя клиника продолжала работать. Поток искалеченных, больных и отчаявшихся людей не иссякал. Но теперь в этой рутине появилось одно существенное изменение.       Рядом со мной постоянно находился мой новый охранник. Канг не отличался особой разговорчивостью. Точнее сказать, за первые три дня нашего знакомства я не услышал от него ни единого слова, ни единого звука. Он был полной противоположностью моим родовым стражникам из дома Чен.       Капитан моей охраны и его люди были воинами. Они носили тяжелые доспехи, их шаги чеканили ритм по каменным плитам, а их присутствие было призвано внушать трепет и демонстрировать статус. Они были подобны крепостным стенам: надежные, но абсолютно предсказуемые и заметные издалека.       Канг был иным. Он был призраком, облаченным в плоть.       Он носил простую, потертую одежду серо-коричневых тонов, которая позволяла ему сливаться с любой стеной, с любой толпой. Он не носил видимого оружия, но я, как человек, изучающий анатомию и боевые искусства, видел, как двигаются его мышцы под тканью — словно сжатые стальные пружины, готовые в любую долю секунды распрямиться для смертельного броска.       Но самым пугающим в нем была его аура.       В первый же день, когда он занял место позади моего стула в клинике, я снова решил просканировать его. И я почти ничего не увидел. Его энергетическое поле было тусклым, блеклым, словно затянутым густым пепельным туманом. Это не было признаком слабости или болезни. Это был результат многолетнего, изнурительного контроля. Канг умел гасить свои эмоции, скрывать свои намерения от окружающего мира настолько глубоко, что даже мое духовное зрение едва могло зацепиться за него. Он не излучал ни агрессии, ни страха, ни преданности. Он просто существовал в пространстве, фиксируя всё вокруг.       Мои стражники ненавидели его. Они бросали на него брезгливые и подозрительные взгляды, считая оскорблением тот факт, что грязный наемник из трущоб допущен к охране наследника рода Чен. Агент Дай Ли, неизменно стоявший в своем углу, следил за Кангом безотрывно, готовый в любую секунду обрушить на него каменные своды клиники.       Но ему было плевать. Он не реагировал на их провокационные взгляды, не пытался доказать свою полезность или заискивать передо мной. Он просто выполнял свою работу. Он был моей тенью.       Куда бы я ни шел, он следовал за мной на расстоянии ровно полутора шагов. Если я садился, он замирал за моим правым плечом. Его молчание поначалу казалось мне давящим, но вскоре я начал находить в нем странное утешение. В мире, где каждый пациент пытался либо обмануть меня, либо осыпать фальшивыми благословениями, абсолютная тишина Канга была глотком свежего воздуха.       Присутствие этого человека кардинально изменило атмосферу внутри клиники. И дело было не только в жестоких уроках, которые моя стража преподала бунтовщикам ранее.       Обычные бедняки, заходящие на прием, видели лишь еще одного охранника в простой одежде. Но те, кто принадлежал к изнанке Ба Синг Се — воры, контрабандисты, мелкие бандиты, приходившие залатать ножевые ранения, — узнавали его мгновенно.       Моя медицинская практика тем временем развивалась семимильными шагами.       Медицина, как я успел убедиться за эти недели, лишь на малую долю состоит из великих открытий и чудесных исцелений. На девяносто девять процентов это изматывающая, однообразная и грязная рутина.       Поток пациентов в нашей клинике на границе Нижнего кольца не иссякал, словно мы пытались вычерпать океан чайной ложкой. Каждый день двери открывались, и внутрь вливалась серая масса человеческого страдания. Мы с доктором Яо работали как хорошо отлаженный механизм.       Конечно, иногда эта монотонность нарушалась. Случались моменты, когда в клинику приносили человека, чье состояние ставило в тупик даже многоопытного доктора Яо.       Я помню худую, как скелет, женщину, чьи вены вздулись и почернели. Яо тогда лишь растерянно развел руками, его профессиональная гордость дала трещину. В такие моменты во мне просыпался настоящий азарт исследователя. Мы откладывали прием, запирались в задней комнате и часами рылись в древних медицинских свитках, которые я приказал привезти из домашней библиотеки. Мы спорили до хрипоты, выстраивали гипотезы, подбирали редчайшие комбинации трав и ювелирно выверяли точки для иглоукалывания.       И когда нам это удавалось, когда черная сеть вен светлела, а дыхание пациента выравнивалось — я чувствовал опьяняющий вкус истинного триумфа. Но проблема заключалась в том, что подобных уникальных случаев были буквально единицы. Капля в бескрайнем море банальности.       В основном же я сталкивался с до одури однотипными травмами и симптомами. Переломы конечностей, глубокие порезы, лихорадка, чесотка, вши, истощение, банальная простуда, перешедшая в воспаление легких. Изо дня в день, из часа в час.       Моя техника акупунктурного Чи-блокинга, которая поначалу казалась мне вершиной мастерства, превратилась в механическое действие. Я больше не развивался. Мои пальцы действовали на автомате, а разум откровенно скучал.       Если вначале, переступая порог этого серого здания, я горел энтузиазмом первооткрывателя, то теперь это превратилось в самую настоящую рутину. Тяжелую, липкую и совершенно невдохновляющую.       Я сидел на своем высоком стуле из темного дерева, лениво вращая в пальцах серебряную иглу. За моим правым плечом безмолвной тенью возвышался Канг, чье присутствие стало таким же привычным, как стук собственного сердца. Доктор Яо отчитывал какого-то мальчишку за то, что тот сорвал повязку раньше времени.       Я смотрел на всё это, и внутри меня зрел холодный, отрезвляющий голос моего взрослого разума.       Да, я понимал, что повторение — мать учения. Что набивать руку на однотипных переломах — это необходимая часть практики любого лекаря. Но... я здесь не для того, чтобы до конца своих дней бесплатно лечить людей.       Мои мысли начали всё чаще обращаться к будущему этой клиники. И чем дольше я анализировал ситуацию, тем больше мне не нравились выводы, к которым я приходил. Я начал осознавать, что в этой затее я повел себя не как гениальный стратег, а по большей части как обыкновенный самодур. Капризный ребенок, дорвавшийся до серьезных ресурсов.       Как всё началось? У меня появились деньги от продажи зонтов. Я увлекся изучением меридианов и решил, что мне нужно получить реальные медицинские навыки. И что же я сделал, когда мне в голову пришла эта мысль? Я не стал искать обходные пути. Я пошел напролом, швыряя золото во все стороны. Я приказал купить целое здание в Нижнем кольце. Я закупил дорогое оборудование, сундуки расходников и трав. Я положил неприлично высокую зарплату доктору Яо, чтобы переманить его из Среднего кольца. Я оплачивал работу личной стражи, кормил уборщика Тао... и еще тысяча мелочей, которые ежедневно высасывали монеты из моей казны.       А при этом — клиника оставалась абсолютно, стопроцентно бесплатной.       Я вливал в эту черную дыру свои средства, не требуя с пациентов ни единого медяка. И ради чего? Ради того, чтобы через пару месяцев мне наскучило вправлять им одни и те же вывихи? Я ведь не планирую здесь оставаться надолго. Я хотел получить базовый опыт, изучить токи Ци на живых людях, отработать свои техники. Я это сделал.       А что теперь? Оставить клинику доктору Яо и продолжать финансировать её из своего кармана? Я отложил серебряную иглу на стол и потер переносицу. Мой внутренний прагматик буквально кричал от возмущения.       Ведь если посмотреть на ситуацию трезво, я мог пойти совершенно иным путем. Имея статус рода Чен, я мог бы просто устроиться подмастерьем в уже существующую элитную клинику в Верхнем или Среднем кольце. Меня бы приняли с распростертыми объятиями. Я мог бы получать те же самые медицинские навыки, работая с чистыми пациентами, в комфортных условиях. Да, это решение имело бы свои минусы: там я не был бы абсолютным хозяином, мне пришлось бы подчиняться чужим правилам, скрывать свои техники Чи-блокинга от лишних глаз и играть роль покорного ученика. Свобода действий в моей собственной клинике была абсолютной.       Но стоила ли эта свобода тех колоссальных сумм, которые я в нее вбухал?       Я потратил кучу своих личных денег в никуда. В пустоту. В черную дыру чужого здоровья. С точки зрения бизнеса, моя клиника была не просто убыточной — она была финансовой катастрофой.       «Ты сын своего отца, Ши, — мысленно сказал я себе, вспоминая ледяной взгляд главы рода Чен. — Аристократы Королевства Земли не разбрасываются ресурсами. Они их приумножают».       Мое лицо окаменело, превратившись в бесстрастную маску. Успокоил эмоции, позволяя разуму работать с эффективностью часового механизма. Я больше не хочу быть благотворителем. Я не хочу быть самодуром, оплачивающим чужие жизни из собственного кармана.       Если эта клиника существует, если она потребляет мои ресурсы и мое время, она обязана приносить отдачу. И раз медицинский опыт здесь практически исчерпал свою уникальность, значит, отдача должна быть иной. Материальной или политической.       Я откинулся на спинку стула, сложив руки домиком на уровне груди. Доктор Яо искоса посмотрел на меня, уловив перемену в моей ауре, но не посмел ничего сказать. Канг за моей спиной остался неподвижен.       Мне пришлось серьезно напрягать свой мозг. Шестеренки в моей голове закрутились, анализируя устройство Ба Синг Се, преступные связи Лао, страхи местных жителей и потребности Среднего кольца. Я потратил капитал, но создал идеальный механизм, обладающий безупречной репутацией у простонародья и вызывающий уважительный страх у бандитов.       Вопрос был лишь в том, как заставить этот механизм работать на меня. Как мне выйти в плюс? Понимая всё это, я начал выстраивать новый план действий.       Во-первых, я уперся в потолок. Моя практика превратилась в конвейер. Я слишком часто сталкивался с однотипными заболеваниями, и теперь я не просто знал, что и как делать — я умел это делать. Мое время стоило слишком дорого, чтобы тратить его на наложение шин и раздачу трав от кашля. Значит, всю эту монотонную, базовую работу можно и нужно на кого-то спихнуть. Мне нужны были руки, которые будут выполнять работу, пока я буду заниматься действительно сложными случаями или своими собственными тренировками.       Во-вторых, финансовый вопрос встал передо мной во весь свой неприглядный рост. Мне нужно было срочно перекрыть эту черную дыру в моем кармане. Мои средства от продажи патентов были велики, но не бесконечны. Если я хочу, чтобы мой проект жил и развивался, клиника должна перестать быть моим личным благотворительным капризом. Она обязана начать приносить доход.       Я обвел взглядом помещение. Канг, как всегда, неподвижной тенью стоял у стены. Очередь пациентов сидела тихо, словно мыши под веником, почтительно кланяясь каждый раз, когда я или доктор Яо проходили мимо. В клинике царили идеальная чистота (спасибо Тао) и абсолютная, железобетонная дисциплина.       Мои губы изогнулись в легкой полуулыбке. То, что я проработал здесь столько времени бесплатно и навел такой жесткий порядок, в конечном итоге сыграло мне на руку. Это был не провал, это была долгосрочная инвестиция, просто я сам не сразу это осознал.       Сейчас у моей клиники была потрясающая репутация. В Нижнем кольце знали: здесь лечат, здесь не обманывают, и здесь абсолютно безопасно. После инцидента с похищением и моего визита к Лао ни одна криминальная собака не смела даже косо посмотреть в сторону моих дверей. Это место стало островком порядка посреди океана хаоса.       А порядок — это товар, который стоит очень дорого. Любой нормальный лекарь из Среднего кольца побоится открыть практику в трущобах из-за рэкета и неадекватных пациентов. Но в моей клинике этих проблем больше не существовало. Мне нужно было только найти этих лекарей, готовых работать под моим началом, и нанять достаточно обслуживающего персонала.       Приняв решение, я не стал откладывать его исполнение. Вернувшись вечером в поместье, я приказал А-Мин позвать ко мне в покои управляющего Ли.       Он был тем самым человеком, который по моему приказу покупал здание для клиники и организовывал поставки трав.       Он вошел в мою комнату, низко поклонился и замер в ожидании.       — Управляющий Ли, — начал я, сидя за столом и просматривая свитки с отчетами о расходах. — Я изучил финансовые выкладки по моей клинике за прошедший месяц.       — Вы недовольны ценами поставщиков, молодой господин? — учтиво поинтересовался Ли. — Я могу надавить на торговцев из Среднего кольца, они снизят...       — Цены приемлемы, — перебил я его. — Меня не устраивает сама концепция. Моя благотворительная акция затянулась. Пора превращать этот склад лекарств в прибыльное предприятие.       Управляющий Ли удивленно моргнул. Его аура вспыхнула ярким, почти лихорадочным интересом. Для него мои траты на бедняков всегда были непостижимой блажью молодого аристократа, и теперь мои слова звучали для него как музыка.       — Вы хотите ввести плату за лечение, господин? Но бедняки в Нижнем кольце не смогут платить много...       — Значит, мы будем лечить не только бедняков, — я отложил свиток и посмотрел Ли прямо в глаза. — Слухи о качестве наших услуг уже вышли за пределы трущоб. К нам начнут приходить зажиточные ремесленники, торговцы, мелкие чиновники, которым нужна анонимность или качество, превосходящее то, что они могут получить в своих кварталах. Мы разделим потоки. Оставим базовую, дешевую помощь для низов — чтобы не плодить бунты и сохранять репутацию. И введем элитное, дорогое обслуживание для тех, у кого звенят монеты в кошелях.       Я сделал паузу, позволяя Ли переварить информацию.       — Но для этого мне нужны люди. Доктор Яо и я больше не справляемся с потоком. Мне нужны новые лекари. Молодые, амбициозные, те, кому не хватает места в престижных клиниках. Мне нужны помощники для них, которые умеют менять повязки и варить базовые отвары. И мне нужен целый штат уборщиков и грузчиков, потому что один мальчишка скоро рухнет от истощения.       — Найти хороший персонал, согласный каждый день спускаться в Нижнее кольцо, будет непросто, господин, — задумчиво протянул Ли, потирая подбородок.       — Именно поэтому я обращаюсь к вам, — я чуть подался вперед. — Я знаю ваши связи в торговых и ремесленных гильдиях. Вы умеете находить нужных людей. Я поручаю этот набор вам. И я не прошу делать это в рамках ваших обычных обязанностей перед моим отцом.       Я достал из рукава увесистый мешочек с серебром и положил его на стол. Звон монет заставил ауру управляющего довольно завибрировать.       — Это ваша личная премия за оперативное решение вопроса.       Глаза Ли блеснули. Он был прагматиком до мозга костей, и мое предложение было идеальным.       — Считайте, что лучшие свободные руки Ба Синг Се уже стоят у ваших дверей, молодой господин. Я займусь этим немедленно.       — Отлично. И еще одно, — добавил я, когда он уже собирался уходить. — Распространите слухи.       — Слухи, господин?       — Да. Пустите шепоток по чайным домам Среднего кольца и рынкам Нижнего. Пусть люди знают, что Клиника Чена готова нанимать лекарей на невероятно выгодных условиях. Подчеркните, что у нас лучшие в городе запасы трав, абсолютная безопасность от криминала и полная защита стражи моего рода. Пусть они знают, что мы ищем не только мастеров, но и подмастерьев, и просто рабочий персонал на хорошую зарплату.       Ли улыбнулся, понимая мою стратегию.       Когда за управляющим закрылась дверь, я откинулся на спинку кресла и глубоко выдохнул, чувствуя, как внутри разливается спокойное удовлетворение.       Механизм был запущен. Ба Синг Се — город, живущий слухами. Уже завтра утром в тавернах будут шептаться о том, что эксцентричный наследник рода Чен расширяет свою практику. Лекари, прозябающие на вторых ролях у старых мастеров, увидят в этом шанс. Крестьяне и чернорабочие увидят шанс на стабильный кусок хлеба.       Я больше не был просто практикующим лекарем с синдромом спасителя. Я становился владельцем клиники, и я был намерен выжать из этого города всё, что он мог мне предложить. Черная дыра в моем кармане скоро превратится в золотую жилу. Нужно было лишь немного подождать, пока посеянные мной семена дадут первые всходы.       Прошло всего несколько недель, и клиника преобразилась до неузнаваемости. На зов высоких зарплат и обещание безопасности слетелись лекари со всего Среднего кольца. Это были талантливые, но зажатые рамками амбициозные специалисты. Я лично, используя третий глаз, сканировал их ауры на предмет жадности, скрытой жестокости или лени, отсеивая мусор и оставляя только тех, чьи помыслы были чисты, а руки тверды. Мы наняли целый штат помощников и крепких парней для охраны порядка внутри здания. Тао теперь не бегал с тряпкой, а стал старшим над уборщиками, гордо нося на поясе связку ключей от подсобок.       Впервые я увидел, как управляющий Ли, принося мне еженедельные отчеты, улыбался так широко, что его глаза превращались в узкие щелочки. Черная дыра в моем кармане не просто закрылась. Она превратилась в фонтан, извергающий звонкое серебро и тусклое золото.       Но вместе с деньгами пришло то, чего я совершенно не предвидел. Пришла бюрократия.       Сидя в своих покоях поздним вечером, я вместо свитков по анатомии и трактатов о циркуляции Чи читал бесконечные книги. Стоимость бинтов, закупка трав, жалобы лекаря Вэя на лекаря Чао из-за распределения смен, выплаты премиальных стражникам, счета за ремонт крыши...       Я поймал себя на том, что уже три дня не практиковал свой акупунктурный Чи-блокинг просто потому, что был занят решением появившихся проблем. Что я делаю? Я превращаюсь в больничного администратора.       Управление успешным бизнесом требует постоянного, неусыпного внимания. Оно высасывает время — самый ценный и невосполнимый ресурс. Я понял, что если продолжу в том же духе, моя клиника, ставшая золотой клеткой, поглотит меня целиком. Мои тренировки с мастером Вэнем и наставником Хуном отходили на второй план. Мое развитие останавливалось.       Решение пришло мгновенно, кристально ясное и по-аристократически безжалостное. Я создал этот механизм. Я настроил его. Я вывел его на рентабельность. А значит — пришло время продать его.       И я знал одного человека в Ба Синг Се, у которого было достаточно ресурсов, чтобы купить этот актив, и достаточно бюрократического аппарата, чтобы управлять им без личного вовлечения.       На следующий день, после утренних медитаций, я направился в кабинет отца.       Двери передо мной распахнулись. Отец стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на тренировочный двор. Услышав мои шаги, он обернулся. В его ауре царил привычный, тяжелый гранитный покой власти.       — Ши, — произнес он, проходя к своему массивному столу. — Редкий гость в утренние часы. У тебя возникли проблемы в Нижнем кольце? Лао не сдержал слово?       — Напротив, отец, — я подошел к столу и положил перед ним два толстых свитка, перевязанных шелковыми лентами. — В Нижнем кольце всё идеально. Лао предоставил мне лучших теней. Клиника работает как часы. Именно поэтому я пришел.       Отец бросил взгляд на свитки, затем на меня. Он медленно сел в кресло. — Что это?       — Это бухгалтерские книги и отчеты о прибыли моей клиники за последний месяц, с прогнозом на следующее полугодие, составленные вашим же управляющим Ли, — я говорил ровно, по-деловому, без сыновних интонаций. Сейчас я был партнером по бизнесу. — Я пришел к вам с предложением, отец. Я хочу продать вам свою клинику.       Отец замер. Его рука, уже потянувшаяся к свиткам, остановилась в воздухе. Я приоткрыл третий глаз и увидел, как его непроницаемая серая аура внезапно окрасилась вспышками глубокого, насыщенного изумрудного цвета — цвета острейшего коммерческого интереса и легкого удивления.       — Продать? — он медленно откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком. — Забавно. Еще недавно ты тратил свои личные сбережения, чтобы раздавать бесплатные травы оборванцам, и утверждал, что тебе нужна только медицинская практика. А теперь ты говоришь как торговец шелком на базаре Среднего кольца. Что изменилось, Ши?       — Изменилась структура моего времени, — честно ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Я реорганизовал клинику. Ввел платные услуги. Нанял штат лекарей. Теперь это не черная дыра, а весьма прибыльное предприятие. Вы можете убедиться в этом, открыв свитки. Цифры Ли не лгут.       Отец взял верхний свиток, сломал сургучную печать и пробежался глазами по столбцам цифр.       — Впечатляет, — после долгой паузы сухо произнес он. — Ты умудрился заработать на своей причуде. Но ответь мне на один вопрос. Если она приносит такой доход, зачем ты избавляешься от нее? Курица, несущая золотые яйца, не продается.       — Продается, если она начинает клевать время своего хозяина, — парировал я. — Чтобы поддерживать эту прибыль, за клиникой нужно постоянно следить. Нанимать персонал, решать споры, договариваться. Я — исследователь, отец. Я — воин. И я — ваш наследник. Я не хочу тратить свои годы на подсчет бинтов и банок с мазью. У меня другие амбиции. У вас же есть целый штат таких людей, как управляющий Ли. Для вашего аппарата эта клиника станет еще одной шестеренкой в механизме доходов рода Чен. Для меня она стала гирей на ногах.       Отец долго смотрел на меня. В его взгляде читалось сложное смешение чувств: гордость за мою прагматичность и холодный расчет дельца, который видит выгодную сделку.       Он закрыл свиток. Началась игра.       — Логично, — кивнул отец. — Но твой актив переоценен, Ши.       — Цифры реальны, — возразил я.       — Цифры — да. Но основа этого бизнеса — иллюзия, — отец подался вперед, его голос стал жестче. — Люди идут туда, потому что клиника носит твое имя. Потому что там работает гениальный «маленький лорд». Если ты уйдешь, поток зажиточных клиентов может иссякнуть. Кроме того, это Нижнее кольцо. Сегодня Лао держит своих псов на привязи, а завтра его зарежут собственные люди, и твою клинику сожгут. Это высокорисковый актив.       Я ожидал этого удара и был к нему готов.       — Мое имя останется на вывеске. Я не отказываюсь от практики полностью, я просто перехожу в статус наблюдателя и почетного лекаря. Я буду появляться там раз в неделю для самых сложных операций. Этого хватит, чтобы поддерживать репутацию. Что касается безопасности... за моей спиной стоят агенты Дай Ли и люди Лао. Ни один новый босс не рискнет тронуть место, которое приносит стабильный доход и находится под защитой Внутреннего кольца. Риски минимальны, отец. А система уже выстроена и работает.       Отец усмехнулся. Ему нравилось, как я отбиваю атаки. Это был спарринг, только вместо бамбуковых шестов мы использовали аргументы и проценты.       — Допустим, — произнес он. — Чего ты хочешь? Какова твоя цена?       — Я посчитал чистую прибыль за последний месяц, умножил ее на стабильные показатели, — я выдержал небольшую паузу. — Я хочу сумму, равную чистой прибыли клиники за пять лет. Единовременной выплатой. Наличными или переводами на мои личные счета в казне.       Отец громко фыркнул.       — Пять лет? Ты сошел с ума, Ши. Это цена за устоявшееся, вековое предприятие в Среднем кольце. Твоей клинике без году неделя. Я дам тебе выплату за год. И то, лишь потому, что ценю твою предпринимательскую жилку.       — Год — это грабеж, отец, — мой голос оставался ледяным. Внутри горел азарт, но я не дал эмоциям выйти наружу. — Вы окупите мои вложения за этот год. А потом будете получать чистую прибыль десятилетиями. Вы покупаете не просто здание и лекарей. Вы покупаете монополию на качественную медицину в целом секторе Нижнего кольца. Четыре года. Это моя нижняя граница.       — Год и три месяца, — отрезал отец, его глаза сузились. — И я забираю на себя все расходы по охране и жалованью Мо и Канга.       — Они — мои личные телохранители, по договору с Лао. Вы не можете их забрать. Три года, отец, — я стоял на своем, словно каменный утес. — Я знаю, сколько золота в нашей казне. Для рода Чен эта сумма — капля в море. Для меня — это капитал, который обеспечит мою независимость в моих будущих исследованиях.       Отец встал из-за стола. Он медленно прошелся по кабинету, его руки были заложены за спину. Я видел, как в его ауре борются скупость аристократа и восхищение наглостью собственного сына. Он шагнул к окну, посмотрел на солнце, затем развернулся ко мне.       Он подошел обратно к столу и уперся в него костяшками пальцев, нависая надо мной.       — Три года.       Я чуть не вздрогнул от неожиданности, но удержал лицо.       — Я выплачу тебе сумму, равную трехлетней прибыли, которую ты здесь нарисовал, — произнес отец, и в его голосе звучала сталь. — Но с одним условием. Клиника полностью переходит в собственность рода. Управляющий Ли становится её полноправным директором. Ты теряешь право указывать, кого нанимать и кого увольнять. Ты больше не играешь там. Ты — просто приглашенный лекарь, если захочешь там появиться. Согласен?       Он хотел лишить меня рычагов управления, чтобы я не мог вмешаться в его бизнес-процессы. Это было абсолютно логично и именно то, чего я добивался — сбросить с себя ответственность.       Я медленно, с достоинством поклонился.       — Сделка, отец. Клиника ваша.       Отец удовлетворенно кивнул и взял кисть, обмакнув её в красную тушь, чтобы поставить печать на пустом бланке распоряжения для казначея.       — Ты получил огромные деньги для семилетнего мальчика, Ши. Что ты собираешься с ними делать? Опять спускать на безумные эксперименты?       Я развернулся к дверям, чувствуя, как невидимая бетонная плита административной ответственности падает с моих плеч.       — Я собираюсь инвестировать их в единственный актив, который никогда не обесценится и который невозможно украсть, отец, — ответил я, взявшись за ручку двери.       — И что же это?       — В себя.       Я вышел из кабинета, оставив отца наедине с его новыми бухгалтерскими книгами. Идя по коридору поместья, я чувствовал себя невероятно легким. Мой карман оттягивал невидимый, но колоссальный капитал. Я получил даже больше, чем изначально хотел: бесценный практический опыт медицины, новых телохранителей из теневого мира, репутацию и независимость.        От автора: Огромная благодарность Гаджет Сервис, Arhangell и Виталий Я за активное участие в обсуждениях. Ваша поддержка очень помогает!