Гости из будущего

Гермиона, как и полагается ответственной старосте девочек, страдающей посттравматическим стрессовым расстройством после войны, забравшей у неё слишком многое, проводила свой вечер субботы в библиотеке Хогвартса. Как и каждую ночь, после отбоя девушка сидела за дальним столиком в малоиспользуемой секции маггловской литературы и загружала себя работой, которую при других обстоятельствах могла бы выполнить за пару часов. Но за несколько месяцев с начала повторного восьмого курса вид бордового балдахина над кроватью настолько осточертел, что гриффиндорка старалась проводить свои ночи вне спальни для девочек. Подальше от пустой кровати Лаванды и тихих всхлипываний Парвати. В очередной раз переписывая график дежурств для префектов с черновика в чистовик, Гермиона услышала тихое хихиканье и шёпот неподалеку – буквально в двух рядах от неё. Тяжело вздохнув, девушка потерла глаза и даже немного обрадовалась, что сможет разбавить свою хандру, отчитав парочку влюбленных нарушителей комендантского часа и вычтя несколько баллов. На минуту она поймала себя на мысли, что, вероятно, так и превращаются в хмурых Макгонагалл и Филча, когда единственным развлечением становятся подростковые драмы. Чужие подростковые драмы. Нет, Гермиона была бы не против завести собственный роман на последнем курсе. Она бы хотела отвлечься от воспоминаний о войне и мыслей о будущем. Ходить на свидания в Хогсмид, целоваться в пыльных нишах и устраивать романтические встречи на Астрономической башне. Если бы не одно "но". Она уже была влюблена. Безоговорочно и слепо влюблена в того, кто, казалось, никогда не обратит на неё внимания. Да, ей не повезло влюбиться в Драко Малфоя. Конечно, она ненавидела этого мальчишку на первом курсе, когда он постоянно издевался над Гарри и Роном. Что ещё ей оставалось, кроме как поддержать друзей? На втором курсе он впервые назвал её грязнокровкой, и у Гермионы появились собственные причины затаить обиду и злость. Малфою удивительно успешно удавалось оставаться придурком на третьем и четвертом курсах. Казалось, он ночами не спал и разрабатывал планы по отравлению жизни гриффиндорки и её друзей. Но пятый курс не оставил девушке и шанса не обратить внимание на этого белобрысого хорька. Нет, он был всё таким же невыносимым, плевался ядом и оскорблениями. Пожалуй, только его мерзкое поведение и удерживало Гермиону от падения в пропасть под названием "безответная любовь". Это был год подготовки к С.О.В., и перед девушкой открылась возможность наблюдать. О, он был великолепен. Конечно, она знала и раньше, что Драко способный ученик, но теперь судьба будто сама сталкивала их по всему замку. Готовясь к экзаменам, Гермиона проводила большую часть свободного времени в библиотеке за чтением и отработкой чар. Как и он. Сидя через два стола по диагонали от него, ей открывался вид на конспекты слизеринца. Мало того, что его почерк был безупречен, Малфой создал идеально эффективную систему подготовки. По тому, какие учебники он брал в разные дни, она имела представление о его графике работы. В разные дни парень готовился к смежным дисциплинам: зелья и травология, руны и чары, астрономия и нумерология. Гермиона невольно переняла его подход. Но в один из дней, проходя мимо его стола к полке с книгами о трансфигурации, она заглянула в его конспекты и замерла. Та же система цветовой кодировки, что и у неё. Она годами пыталась научить Рона и Гарри использовать её, убеждая, что так они сэкономят время. Они говорили, что это скучно, сложно и, вообще, никто, кроме неё, так не делает. Но кое-кто делал. Малфой. Тогда она подняла взгляд от тетради и встретилась с ним глазами. Он покраснел и прикрыл тетрадь рукой. - Ээ... Малфой, мне показалось, что я уже видела подобную... - озадаченно начала она. - Тебе показалось, Грейнджер, иди, куда шла, и не мешай мне. - Рявкнул парень и отвел взгляд. После этого Гермиона не пыталась с ним заговорить, но и наблюдать не перестала. Оказалось, что им нравится одинаковая литература. Его интересовала продвинутая трансфигурация и зелья, как и её. На занятиях девушка следила за его руками: как аккуратно он нарезал ингредиенты, как выдавливал сок из листьев до последней капли, перепроверял весы, чтобы отмерять точное количество порошков. А ещё она заметила, как краснели его щёки от долгого стояния над котлом, а кончики идеально уложенных волос завивались от влажного горячего пара. Так для неё прошел пятый год. Шестой курс был тревожным из-за осознания надвигающейся войны. Она изучала целительные чары параллельно со школьной программой и тренировалась в полезных заклинаниях на любой случай, в том числе в чарах разума. Это был тяжелый год. Всё стало совсем невыносимо после войны, на последнем курсе. Лучше бы Малфой продолжал её ненавидеть и называть грязнокровкой. Но нет. Он стал тихим и замкнутым, старался не влезать в конфликты, отстранился от однокурсников, а большая часть школы и вовсе боялась его или ненавидела. Но самое ужасное – Макгонагалл назначила его старостой мальчиков. Им пришлось много работать вместе, принимать решения и патрулировать. Поначалу парень был очень тихим и даже избегал обязательных встреч, пока Гермиона не подкараулила его около подземелий и не наорала, заявив, что не собирается выполнять обязанности одна. Через пару дней он неловко подсел к ней в библиотеке и, не глядя в глаза, извинился за своё поведение в прошлом. Он сказал, что находился под влиянием предрассудков и мнения родителей, а другой стороны жизни просто не знал, хотя, конечно, это всё ещё не было оправданием его поведения. Разумеется, Гермиона опешила от его слов, но сказала, что принимает его извинения, и предложила рассказать ему больше о культуре и жизни магглов. Драко выглядел таким счастливым – тогда он впервые показал ей свою улыбку. Не ухмылку, не насмешку, а именно искреннюю улыбку с ямочкой на щеке и морщинками у глаз. Если Гермиона ещё думала, что у неё есть шанс выбраться из дерьма под названием "влюбленность в Драко Малфоя", то после этого случая поняла, что она пропала... Что больше никогда она не сможет посмотреть на кого-то так же, как на этого хмурого парня с кругами под глазами и самой сияющей улыбкой. Она порекомендовала ему пару книг из секции маггловской литературы, а он с радостью их принял. И уже через несколько дней Малфой вернулся с робкой просьбой подобрать для него что-нибудь ещё. Гермиона надеялась, что с помощью классической литературы девятнадцатого и двадцатого веков сможет показать аристократу из древнего магического рода, что магглы ничем не отличаются от волшебников, а порой их судьбы оказываются болезненно похожи. Раз в пару недель Малфой тихо подходил к ней в библиотеке и, неловко переминаясь с ноги на ногу, просил посоветовать что-нибудь ещё. И девушка советовала, а потом он снова уходил. Казалось, иногда во время ночного обхода замка он хотел что-то сказать, но быстро передумывал и отворачивался, ускоряя шаг. А Гермиона просто ловила каждую крупицу его внимания, как кошка, разлегшись на подоконике, ловит один из последних солнечных лучей в хмурый октябрьский день. Она просто боялась надеяться на что-то большее. Не тогда, когда между ними начала формироваться эта хрупкая связь. Девушка очнулась от своих грустных размышлений и решила всё же проверить, кто нарушил покой ночного замка. Подойдя ближе, староста выглянула из-за полки так, чтобы не быть обнаруженной и поймать парочку с поличным. Она увидела кудрявую девушку в гриффиндорской форме, целующуюся с кем-то. Мысленно вспоминая всех старшекурсников своего факультета, Гермиона не смогла припомнить никого с такой же кудрявой шевелюрой, как у неё. Это заставило девушку нахмуриться. Не успела она закончить свою мысль, как незнакомая девушка слегка повернулась и позволила лучше рассмотреть внешность её и спутника. Из горла Грейнджер вырвался странный писк, и она тут же поспешила прикрыть рот рукой. Она не могла поверить в увиденное, когда поняла, что это она сама засовывает свой язык в глотку... Малфоя? Гермиона моргнула. Один раз. Второй. Неужели кто-то украл из класса зельеварения оборотное зелье и решил так подшутить над старостами? Но зачем? Ведь вокруг даже нет свидетелей, только она. Да и её не должно здесь быть. Чего они добиваются? Может, это какие-то извращенцы или безумные фанаты героини войны, которые в этом году и так не давали ей спокойно жить. Девушка присмотрелась. На лже-Малфое была надета слизеринская форма. И без сомнений это именно одежда Драко, потому что брюки явно выполнены на заказ из дорогой ткани, а рубашка сшита из мягкого хлопка с большим количеством нитей. Рукава его рубашки закатаны, а галстук расслаблен на шее. Юбка девушки слегка укорочена или так кажется, потому что бёдра выглядят полнее, чем у Гермионы сейчас. Блузка расстегнута на три верхние пуговицы, открывая вид на грудь в элегантном шелковом бежевом бюстгальтере, похожем на те, что носит она, но, несомненно, из более дорогого материала. На ногах серые форменные гольфы и лоферы. А волосы собраны в хвост на макушке. Это точно была она, но не такая... изможденная войной, как сейчас. И всё же, что-то было не так. Девушка присмотрелась. Они выглядят... старше? От наблюдения за странной парочкой Гермиону отвлек какой-то шорох справа. Она резко повернула голову и увидела в паре шагов от себя Малфоя, который, видимо, тоже пришел на странный шум. Неужели и он сегодня страдал от бессонницы и решил позаниматься ночью в пустой библиотеке? Он смотрел на неё с поднятой бровью, как бы спрашивая: "Подглядываешь, Грейнджер?", а затем перевёл взгляд сквозь книжную полку. Гермиона увидела, как расширились зрачки парня, а от лица отлили все краски. Вернув взгляд на пару, она заметила, что эти двое тихо переговариваются, будто никто не может их увидеть: - Поверить не могу, что мы раньше до этого не додумались. Как хорошо, что твоя жена невыразимец, да, милый? - Грейнджер, какая же ты охуенная... Боже, любимая, лучшего подарка на годовщину и придумать нельзя. Настоящая Гермиона резко перевела взгляд на Малфоя, который выглядел таким же шокированным, как и она. Они смотрели друг на друга мгновение, но затем резко повернули головы обратно к полкам, услышав влажный звук и громкий стон. - Я уже три года как Малфой, Малфой. У Гермионы всё внутри похолодело и затрепетало одновременно. Она продолжила наблюдать, как тот другой Малфой покрывал её челюсть, шею и грудь страстными влажными поцелуями, оставляя метки и громко причмокивая. - Да, но когда я трахаю свою прекрасную жену в школьной библиотеке прямо на восьмом курсе, пока сюда может войти кто, блять, угодно, ты будешь Грейнждер. - Томно промурлыкал он ей в губы. Незнакомка начала расстегивать рубашку парня, но её руки тряслись, а пальцы не попадали в петли. Тогда она зарычала и дернула полы в разные стороны. Пуговицы рассыпались вокруг, но, казалось, им было всё равно. Девушка положила ладони на грудь мужчины и провела руками от ключиц по грудным мышцам и вниз к прессу и косым мышцам, где от пупка под брюки уходила полоска темных волос. Что ж, Гермиона не могла отрицать, что её Малфой был в хорошей форме, но этот мужчина был крепче – от подростковой долговязости не осталось ни следа. Только мышцы и совсем немного жировой прослойки. Идеально. Он был идеален. Сбросив свою блузку на пол и оставшись в одном белье, юбке и галстуке, девушка громко простонала, когда Малфой поменял их местами, развернув её лицом к стеллажу. - Руки на полку, - строго приказал он. - Прогнись в спине, любимая. Да, вот так... - Он нежно погладил её двумя руками вдоль позвоночника, - Какая же ты красивая... Гриффиндорка перевела взгляд на своего однокурсника и заметила, как покраснело его лицо. Он громко сглотнул, когда мужчина звонко шлепнул старшую Гермиону по ягодице. Больше всего на свете она боялась пересечься с ним взглядом сейчас, поэтому поспешила отвести глаза обратно к волнительной сцене. Мужчина раздвинул коленом ноги девушки и прижался к ней грудью, уткнувшись лицом в её макушку. - Боже, как я любил засматриваться на твои кудри в свете солнца, проходящего через витражные окна библиотеки, пока ты сидела за дальним столом и строчила свои эссе. Он отстранился и проследовал поцелуями вниз по спине девушки и до поясницы. Задрал юбку и одним рывком сорвал с неё трусики, внимательно их осмотрев. - Такие мокрые. Это для меня, любимая? Ты всегда готова принять своего мужа, не так ли? Давай-ка посмотрим. Мужчина опустился на колени и нажал на её поясницу ещё силнее. Провел языком по промежности от клитора до входа во влагалище и двумя руками развел ягодицы ещё шире, продолжая вылизывать свою, видимо, жену. Введя два пальца во влагалище, он стал трахать её в медленном темпе. Когда ноги девушки начали дрожать, а с губ срывались всё более отчаянные стоны, он отстранился и поднялся на ноги. - Самая вкусная девочка на свете. Я бы мог вылизывать твою киску на завтрак, обед и ужин, знаешь? Но мы здесь не для этого, верно, родная? Девушка что-то простонала, а Гермиона почувствовала, как внизу её живота разлилось тепло. Она свела ноги плотнее и напрягла мышцы, чтобы создать хотя бы минимальное трение, но краем глаза заметила, что Малфой наблюдает за этими движениями. Подняв голову и встретившись с ним глазами, она увидела, что зрачки парня расширились, а во взгляде читался откровенный голод. В этот момент, не сводя друг с друга глаз, они услышали: - Я приходил в библиотеку просто, чтобы понаблюдать за тобой. Поначалу пытался обманывать себя, что буду читать дополнительную литературу к Ж.А.Б.А., но когда за час переворачивал от силы пять страниц, понял, что пропал. Гермиона, всё ещё смотря прямо в глаза Драко, подняла одну бровь, а он быстро перевел взгляд в пол и отвернулся к сцене перед ними. Старший Малфой расстегнул и приспустил брюки с трусами до середины бедер, но из-за рубашки Гермионе не удалось рассмотреть его член. Зато другая Гермиона была в восторге, когда он медленно погрузился в неё и начал совершать размеренные толчки, рукой придерживая её за горло. - Да... Вот так... Как же хорошо ты ощущаешься во мне, боже, Драко... - Стонала она между толчками. - Мой член был просто каменным каждый раз, когда ты посасывала кончик пера, задумавшись над тем, как лучше сформулировать мысль. - Его движения стали короче и жестче. Он продолжил: - Блять, а когда на собраниях с префектами ты вся такая злая и взмыленная пыталась доказать им, почему важно тщательно патрулировать каждый этаж, я хотел разложить тебя прямо на профессорском столе и втрахивать в него, пока единственным, что ты сможешь простонать, будет мое имя. Гермиона услышала резкий прерывистый вздох и перевела взгляд вправо. Она видела, что Драко хочет прикоснуться к себе и позаботиться о болезненном напряжении, потому что чувствовала то же самое. Они снова пересеклись взглядами, теперь в его глазах была страсть вперемешку с... надеждой? Мерлин, Гермиона была готова дать ему всё, что он попросит, когда он смотрел на неё так. - О, да, Драко, вот так... - Её голос дрожал - Гермиона увидела, как затряслись ноги девушки, а костяшки пальцев, которыми она вцепилась в полку, побелели. Взрослый Драко намотал её хвост на кулак и заставил прогнуться сильнеё, разворачивая лицо к себе для короткого поцелуя. Его рука сжалась на горле девушки, которая прикрыла глаза и громко простонала. - Давай, любимая, кончай для меня... Вот так... Какая хорошая девочка... Как хорошо сжимаешь мой член. Куда бы ты хотела, чтобы я кончил, любимая? - В меня... Драко... Пожалуйста... - слабо простонала она, дрейфуя на волнах послеоргазменной неги. Мужчина переместил руки на бедра своей жены и через несколько секунд жестких и быстрых рывков с громким стоном излился, опуская голову между её лопаток. Гермиона и Драко снова посмотрели друг на друга, пытаясь осмыслить свидетелями чего они только что стали. Пара неподалеку от них стояла несколько минут в тишине, пытаясь отдышаться и прижимаясь друг к другу. Ещё через пару мгновений девушка хитро произнесла: - Знаешь, когда после патрулирования ты провожал меня до гриффиндорской башни как заботливый джентльмен, мне так хотелось упасть перед тобой на колени прямо в пыльном коридоре и просто быстро и грязно отсосать, настолько милым ты был. И твои щеки так прекрасно краснели... Боже, какими же очаровательными мы были. Теперь пришла очередь Гермионы из настоящего краснеть и смотреть в пол, когда у Малфоя откровенно отвисла челюсть, а кулаки сжались. - Думаю, нам пора возвращаться, завтра в десять родители должны вернуть Скорпиуса, надо ещё попытаться выспаться. - Или мы можем попросить их посидеть с любимым внуком подольше, а пока наведаемся в ванную старост. О, я знаю! На поле для квиддича! - Салазар... Я обожаю тебя, моя маленькая грязная гриффиндорка. Уверен, что в раздевалке лежит моя форма. - Ммм... Эти квиддичные бедра. Я сходила по ним с ума с пятого курса. Вероятно, тяжело было придумать более неловкую ситуацию, ведь Драко продолжал пристально смотреть на старосту девочек. Поэтому она не придумала ничего лучше, чем покраснеть ещё больше и снова отвести взгляд. Парочка в спешке починила свои вещи и оделась. В последний момент взрослая Гермиона обернулась и посмотрела каждому из них прямо в глаза, а затем подмигнула и убежала вслед за мужем. Гермиона провела удаляющихся задумчивым взглядом и попыталась проанализировать, что произошло за последние двадцать минут. Повисла тяжелая тишина, наполненная смесью возбуждения, недоумения и смущения. В конце концов, Малфой из настоящего прочистил горло. Его лицо и шея горели, а сам он смотрел куда угодно, кроме её глаз. - Кхм. Ну, что ж, Грейнджер, я, пожалуй... Услышав его тихий голос, девушка несколько раз моргнула, возвращаясь в реальность. Так, надо что-то сказать. Собравшись с духом и решив быть верной своему факультету до конца, она повернулась к парню, сжала руки в кулаки и на одном дыхании спросила: - Проводишь меня до башни, Малфой?