Цикл 12

*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*БИБ*

20.10.200*. Встала и механическим движением руки выключила будильник. Проснулась с ощущением, будто и не засыпала вовсе, а перенесена сквозь чëрное пространство обратно в точку времени. Даже сонливости не ощутила. Будто правда перемещается по временным мирам, а не во времени. Чем больше это подмечает, тем убедительнее кажется догадка, что Пьеро в двадцать третьем числе оплакивает еë исчезновение. Обидно, что ничего не может с этим сделать. Сколько бы Энджел сама не оплакивала Пьеро, ничего не изменит. С этим выводом она решила смириться и больше не накручивать себя. Отпустила и пойдëт пытаться дальше. Теперь возможность снять чары с Кэрол есть. Осталось только вспомнить что сказал Доктор, несмотря на то, что не точно описал состав своего импровизированного снадобья. Движения по утрам давно стали механическими, почти кукольными. Энджел даже не думает о том, что делает — тело само знает алгоритм: горячая вода на лицо, чтобы хоть немного себя приободрить, безвкусный завтрак, дурадская униформа баристы, который давно приелся, слой косметики, скрывающий круги под глазами, и волосы в хвостики, а налобные пряди неряшливо свисают перед глазами. Так лень их убирать, пусть висят себе. Не мешают. Сумка на плечо, щелчок замка. Снова. Выходит на улицу, зная каждый шаг наперëд. Вот и этот перекрëсток. Сейчас снова увидит потасовку — как при нажатии кнопки «повтор» на видеокассете. Энджел так надоело строить из себя спасителя, а ноги сами продолжают нести туда. Агрессивный прохожий, чье лицо видела уже сотни раз, срывается криком. Короткий замах, глухой звук удара — он бьет клоуна прямо в щëку. Тот валится на асфальт, нелепо взмахнув руками, и десятки листовок разлетаются по грязному тротуару, как бумажные крылья. В каждом мире ничего не меняется, и Пьеро обречëн падать каждое утро, обречëн влюбляться в свою спасительницу, чтобы конец цикла разбивал ему сердце снова и снова, пока не разорвëтся этот порочный круг. Энджел может ему помочь. Больше, чем просто заступиться. Желание выбраться не только ради себя, но и ради Пьеро. С этим желанием находит в себе силы и вновь вмешивается в конфликт. Вновь прогнав обидчика, протягивает руку клоуну с невозмутимым, но уверенным лицом. Помогла встать, заговорила непринуждëнно, отвела к аптеке за платырями, оказала медицинскую помощь и попрощавшись разошлись. В кофейне нагруженный Босс приготовил все заказы в одиночку. При виде Энджел спонтанно поручил разнести заказы. Баристка без вопросов приняла, оставив Босса недоумевать с еë безразличия на отсутствие Кэрол. Руки начали двигаться сами по себе. Бессознательно берутся за заказ, ноги уносят к первому столику. Энджел ставит чашки кофе и десерты, как клиенты заводят разговор о пропавших людях, рот девушки сам по себе начинает произносить выученный ответ. Их голоса стали слышны со стороны, как надоедливая запись на старой плëнке. Второй столик. Снова движение, снова автоматизм. Клиент обсуждает капризную погоду. Энджел смотрит на свои пальцы, которые сами ловко управляются с блюдцами, она не узнаëт их. Это не еë руки. Это просто инструменты, которые выучили алгоритм: «подойти — улыбнуться — ответить». Третий столик. Разговор о цирке. Баристка кивает, поддерживает беседу, но где-то глубоко внутри "Энджел" нет. Энджел — сторонний наблюдатель, запертый в стеклянной банке собственного черепа. Чем чаще это повторяется, тем больше чувствует, что больше не владеет своим телом. Тело и без владелицы запомнил все движение. Кажется, если сейчас отрубить голову, это тело продолжит ходить по залу, принимать заказы. Оно справится. Местная кофейня и так славится необычным рабочим персоналом: Босс – панк с гетерохромией, Кэрол – афро-американка, и Энджел – безголовая баристка – была бы находкой для привлечения внимания. Эти странные мысли прокрались из царства Морфея. Энджел, пока следовала алгоритму, почему-то впадает в сонливость, будто часы сна и бодорствования сбились. Если не уснула в предыдущем цикле, то организм наверстает в этом. Ещë не обед, а уже устала работать и хочет домой. Листовки прокрались без разрешения и заполонили кофейню. Не успевает Босс поворчать, как зомбированная Энджел всë убрала. Его благодарность пропустила мимо ушей, все мысли были заняты потребностью пойти спать. Заметив еë состояние, он соизволил приготовить специальную порцию кофе за счëт заведения. И не просто чëрное кофе, а капучино, как Энджел нравится. Он подал ей в руки со строгим, как казалось, лицом, но внимательнее присмотревшись, сквозь его брутальную физиономию читалась лёгкая заботливая улыбка. Девушку это очень тронуло где-то там, но не "здесь". При здравом состоянии она бы испытала неловкость, но сейчас всë равно. Приняла его жест и молча дала ему обещание, что продержится до конца смены. Отведав горячий аромат и вкус, наслаждение не дошло до наблюдателя. Вкус и аромат есть, но работая в месте, где подаëшь, а не принимаешь, восприятие притупляется и кажется чем-то нестоль нужным, чтобы любить кофе. Обидно, что искренность Босса помочь не особо приободрило, а такое не случалось никогда. Пока считала бремя во время перерыва за распитичем своего напитка, за столиком уже поджидал злополучный клиент в синем костюме. Энджел, смиренно вздохнув, отложила свою чашку на прилавок, и дала волю своим ногам обслуживать его. Сделав и подав его заказ – чёрное кофе, вновь отрастраннëно поддерживает его диалог с листовками и цирке. Вплоть до предложения с розовым билетом. Баристка снова вежливо отказывает, тот принимает ответ и уходит, забрав с собой листовки. Капучино подействовало и придало сил до конца смены. Жаль, что не снимает чувство тоски от повторных заказов и клиентов с их заезжанными фразами. С каждым заказом ощущение реальности истончается. Тело работает, голова пуста, но выучили этот танец: повороты, наклоны, приветствия и вежливые ответы. С наступления позднего вечера Босс поручает баристке ответственность за закрытие кофейни. Приступая к уборке столов, в сознание прокрадывается усталый вздох фрустрации. Заставляет задуматься – есть ли в этом смысл, чтобы тратить усилия, если от этого действия ничего не меняется? Но здравомыслие тут же подкидывает аргумент на счëт завтрашнего. Если этого не сделает, завтра аукнется и может сказаться на психике. Любая новая оплошность и справляться с проблемой станет тяжелее. Потому ради стабильности баристка принималась прибираться. Ложный звон у двери. Темнота выбитых пробок. Еë тело выучило куда идти. Встав у щитка, одним движением еë рука возвращает свет. Ещë последовал звон и пришëл Пьеро с окровавленым лбом. Еë рот выдаëт привычное: «А это ты...». Он вручил окровавленный, его кровью, оригами в виде розы. Лицо девушки отреагировало и выразило благодарность, а рука сама бесцельно принимает, чтобы просто подержать. Глаза устремились в алые дорожки с упитанными каплями. Вид крови подал сигнал мозгу: «убрать», и рука берëт салфетку. – Дай, я протру. У тебя кровь. Пьеро нагнулся ближе и дал ей вытереть. Затем глаза девушки приглянулись к пластырю и, не спросив, убрала с его щеки. Клоун лишь оперелся локтями на прилавок, наслаждаясь каждым еë механическим движением. – Ну так..., по чëм зашëл сюда? Пьеро не ответил, выпрямился и сразу предоставил перед собой билет. – А, ты хочешь пригласить меня в цирк? – *кивнул* – Пьеро... – показала вид, что читает билет. – Так ты Пьеро? – *кивнул* – Странно, я думала, что Пьеро ходит в белом костюме. Тут Пьеро задумался и оглянулся назад, будто проверяет не следит ли кто-то за ним. Затем приближается ближе и умерено тихо говорит. – Это правда, но нам пришлось осовременить мой костюм. – (Хех, заговорил, всë-таки...) – и вспомнила алгоритм, что должна делать вид, будто ничего не знает. – А, так ты говоришь? – Да, моя Леди. Мне не велено разговаривать с кем-либо. – Так почему твой костюм красный? Пьеро вновь напрягся, что затих и думал над ответом. Повисло какое-то время молчание и он отвечает. – ... Это самый привлекательный цвет для темы нашего цирка. – А почему ваш цирк следует жанру: ужасы? – У людей в последнее время в моде всë мрачное и жуткое. Наш глава это подхватил и организовал под их предпочтения. – Это да. Молодëж всë больше собираются в группы мрачных субкультур. Ловко вы это подметили. – Так и есть, моя Леди. – Понятно. Ну, мне пора закрывать кафе. – Хорошо, не буду задерживать. Спокойной ночи, моя Леди. – Спокойной ночи. Вернулась домой, дотерпела до последнего. Однако хочется и есть и спать. Ещë надо бы душ принять. Подумав, что это всë не займëт много времени, поставила чайник, а сама ушла в душ. Небрежно сняла одежду, забралась в ванну и ополаскивается. Контакт с водой погорячее придало немного сил. До этого совсем забыла какого это. Эффект оправдал усилия над ленью, за что Энджел хвалила себя. Накинула на себя халат и заварила себе лапшу и чай. Ужин удался. Последние силы остались на чистку зубов. Возвращаясь в ванную, щиколотки уже сильно истощены, чтобы ещë долго простоять, и стала чистить зубы, сидя на краю ванны. Завершив все дела наконец отправилась спать. 21.10.200*. Бам. Вздрагивание уже который раз заменил ей неисправный будильник. Будто кто-то будит по утрам. Некий "часовой" и каждый раз оставляет свой почерк: странный привкус. Надо дать должное, так она ни разу не опаздывала на работу. Мысль о распорядке второго дня вернула в Энджел режим "робота" и бессознательно берëтся за утренний ритуал. Умыть лицо и подмышки, чтобы снять сон и освежиться. Позавтракать, чтобы обрести запас сил. Одеть униформу, чтобы соответствовать рабочему дресс-коду. Собрать волосы в хвосты, чтобы не мешали. Налобные пряди снова выпали на свободу, оставшиеся без внииания. Нанести макияж, чтобы спрятать круги под глазами. Взять сумку и выйти, чтобы отработать смену. Путь до кофейни не менялся. Встал надоедливый зелëный силуэт клоуна. – Не хотите посетить цирк? Уверен, вы будете в восторге! Вот, возьмите листовку! Отторжение не дало еë лицу никак выразить эмоции, но рука инстинктивно послушала – не Энджел, а Его – и взяла листовку, и с Его позволения проходит мимо. Как отошла от него дальше, с желанием избавиться от, осквернëнной Его рукой, бумаги, обернулась, проверила – не смотрит, и вольно спускает на ветер. Пришла. В кофейне коп расспрашивает Босса по поводу пропажи Кэрол. Энджел на мгновение потеряла счëт времени, от чего внезапно опомнилась и задумалась: не забыла ли оставить ключи на прилавок? Как оглянулась на прилавок, ключи уже лежали, но девушка не помнит когда успела, словно еë рука обрела своë сознание и без спросу справляется с алгоритмами репертуара второго дня. Коп закончил с распросами и уходит. Босс изъясняет цель его визита – Кэрол. И снова разяснение о еë пропаже, а Энджел всë смутно ищет в голове идеи для спасательного плана и параллельно приступает к работе. Первый посетитель – Пьеро. Кто ж ещë? Не глядя на какой заказ он указывает, Энджел уже готовит ему заскриптованый заказ – Комбо молочный коктейль. Босс беспокоит вопросом о цели визита Красного клоуна, Энджел вновь, прежде чем ответить, оборачивается к Пьеро и настоятельно просит подождать за столиком, а не за еë спиной. Приходить мать с ребëнком. Приходит ещë женщина и снова с недовольным настроением. Будто она больше на другие чувства и эмоции не способна. А она вообще настоящая? Эти клиенты настоящие? Их голоса, их взгляды, их запахи не доходят до Энджел. Просто замыленные картинки без цели. Только функция. Руки Энджел тоже функционируют и уже делают это отвратное кофе для отвратной персоны, считающей себя самой важной НПС в бременном цикле. Пьеро дождался своего заказа, подошëл забрать, кладëт оплату и чаевые в виде шоколадки. Злая клиентка пробует свой заказ и кривит свою озлобленную на свою жизнь физиономию и грубо высказывает мнение о сервере. Пьеро, услышав это, мрачно покосился на неë. Энджел приметила и ничего не чувствовала к клиентке, но попытка остановить Пьеро ещë не приелась. Это пока свежо. Оставить как есть, это скучно. Боясь допустить скуку, хватает за руку Пьеро, которой подал оплату с чаевыми, и шепчет протест его задуманному. Клоун сначала недоумевает, но Энджел помнит, что ему ответила и убедила не делать Этого. Пьеро услышал и принял. Вредная клиентка ушла, не подозривая от чего еë только что уберегли. Пьеро напоследок снова интересуется на счëт вечерних планов девушки и получает удовритворительный ответ и уходит. День кончился незаметно. Босс отпускает с работы пораньше. Глаза Энджел упали на его рану и преисполненно взялась за пластырь. Оказав ему помощь, испытала благое вложение после оказании помощи Пьеро. Завершив сцену в кофейни, следует в цирк. Придя к Билетëру предоставляет красный билет, тот подмечает особенность этого билета и добродушно пропускает. В этот раз в зелëный шатр не последует. После прошлого раза было достаточно. Вместо этого, пока ожидает наступления шоу Пьеро, прогуливается по цирку и размышляет о вызволении Кэрол. Сейчас, как Энджел помнит, Кэрол находится в розовом шатре и еë вот-вот начнут дрессеровать. Туда вмешиваться бессмысленно. Помнит как попытка украсть незаметно не венчалась успехом из-за бубенчиков. Должно быть это их сигнализация такая – из розового шатра не должно просачиваться ни один звук. Однако если попробовать сделать это пораньше..., но там так темно, поиск займëт время, если только не вооружиться фонарëм. В мобильнике вроде должен быть фонарь. Сколько бы Энджел не думала, но выкрасть Кэрол сегодня точно не получится. Несмотря на доводы, достаëт свой складной мобильник Fly, раскрывает крышку и проверяет наличие фонарика. Присмотревшись по внимательнее, увидела мелкий рисунок фонаря на клавише * и пробует нажать. Ничего не засветило, только на экране нарисовалась звëздочка. Не долго думая, попробовала зажать кнопку подольше и фонарик зажëгся. – О, слава Богу, не придëтся терять время на приобретение фонаря. Размышление помогло скоротать время и Энджел направляется в красный шатр. Заняла своë место без задних мыслей и ожидает вновь увидеть то, что было в прошлый раз: тьма, Пьеро встал в позу под прожектором, танец со своей тенью, доска с ассистентОМ. Нутро всë ещë нервировало от предстоящего убийства, но глядя как будут убивать кого-то снова и снова одного и того же человека, складывается ощущение, а настоящие ли они вообще? Они множатся за счëт повторений? Если этих людей, их двойников, много, стоит ли за них переживать? Особенно после того, как сама Энджел из "просроченных" миров исчезает? Ножи летели в него, ударяясь в доску, один за другим, пока шестой не пронзил помеж глаз. Зрители остались в восторге и потихоньку выходили. Энджел осталась и думала: что делать с Пьеро? Чем бы он мог помочь, когда сама не представляет что делать завтра? Разве что... Вдруг еë размышление прерывает нависшая необъятная тень Пьеро. Он по-прежнему мастерски подкрадывался бесшумно. И наклонился прошептать на ухо. – Тебе понравилось моë представление? Девушке было сложно подобрать слова не из ужаса или страха выразиться грубо, а из тоски оценивать одно и тоже и оставаться искренней. – ... Было весело. – списала с реакции других ни в чëм не подозревающих зрителей. – Я рад. Хочешь, я покажу тебе остальную часть цирка? – М-м-м, нет, я бы хотела домой. – Могу сопроводить тебя? Я могу обеспечить тебе свою безопасность. – Думаю это можно. – Тогда пойдëм, моя Леди. – без спросу, но нежно, взял еë руку. Энджел почти не обратила внимание то ли привыкла к его привычке, то ли, будто рука ей больше не важна. Доходя до выхода из цирка, Билетëр на посту приметил двоих и поинтересовался. – Пьеро, куда ты идëшь? Красный клоун отпустил руку Энджел, поднял оба руки над головой и сложил в "крышу дома", и указал на свою спутницу. – Домой сопровождаешь? Ты очень любезен. Как вам наши представления, мисс? Вам всë понравилось? – Конечно. – сухо ответила. – Хорошо. Надеюсь увидеть вас завтра. У нас будут ещë представления, которых не видели. – Буду знать. – Спокойной ночи, мисс. Надеюсь вам приснятся приятные сны. – (Сны...? Я даже не помню, когда в последний раз мне снились сны?) ... Спасибо, вам тоже. Пьеро вновь взял еë руку, и вдвоëм идут в ночной переулок. Их прогулку по тротуару освещают уличные фонари. Энджел подняла голову и посмотрела на беззвëздное небо, будто там свыше снизойдëт озарение. Одного взгляда в безкрайнюю пустоту хватило, чтобы познать насколько глубоко с каждым циклом покидает надежда молча. Не молчал только Пьеро, вопреки своего запрета во имя стабильного порядка. – Мне очень приятно, что ты завтра придëшь в цирк! Я так счастлив! Я всегда рад твоему присутвию и то, что тебе нравится цирк! Мне не терпится вновь увидить тебя снова! Мне бы хотелось видеть тебя чаще, что не могу представить тот день..., когда... Ох, моя Леди, – начал сжимать еë руку, будто решил никогда не отпускать. – всë будет хорошо. Пока тебе нравится цирк, всë будет хорошо. Мы можем видиться столько сколько можем, пока... Всë будет хорошо. Моя Леди, могу тебя попросить, чтобы ты всегда приходила в цирк? Если будешь приходить чаще, может он тебе будет нравится ещё сильнее, что не захочешь, чтобы он уезжал? Правда же? Энджел так устала быть искренней, чтобы не болтать лишнее и уберечь силы, что не видит смысла давать обещания впустую. Однако чувствует, что здесь подходит больше такой нейтральный ответ, который убережëт ей психику. –... Постараюсь... Пьеро приметил еë тон и смутился. – ... Прости, я должно быть забежал вперëд. Просто... приходи, когда захочешь. – Угу. Как дошли до её дома, Энджел решила серьëзно поговорить. – Пьеро, мне нужно тебе кое что сказать... – Я слушаю, моя Леди. – У меня пропала напарница и я знаю, что это вы еë забрали. –..... Н-нет... Нет-нет... Как? Откуда? – Не важно. Мне нужно постараться вызволить из плена. – Прости..., прости, прости, я не знал...! – Я знаю, что ты не знал. И если хочешь, чтобы я тебя простила, помоги мне с этим. Ты ведь знаешь как устроен цирк, можешь найти момент, когда никто за Кэрол не присматривет и увести в сторону? –... Я... Я попытаюсь... А как она выглядит? – Она чернокожая с каштановыми волосами. Не перепутаешь. – Понял. – Я приду в цирк вечером. Завтра у меня дела с утра. Обещаешь, что сделаешь это? – Обещаю! Я сделаю всë, чтобы ты была счастлива, моя Леди! – (Не подведи....) Хорошо, значит, договорились. Увидимся. – Спокойной ночи... – Спокойной ночи. 22.10.200*. Наконец, выходной. Эти два дня длились словно вечность. Список ингредиентов для снадобья — травы, спирт, мëд — стал единственным планом на утро. Чтоб не терять время, сразу привела себя в порядок, оделась и вышла наружу. Энджел обошла весь город, заглядывая в каждую лавку и аптеку, пока не нашла всё необходимое. К полудню, измотанная, была уже дома. На столе выстроились ряды кухонной посуды с пробными составами. Начала готовить их один за другим, вкладывая всю надежду в то, что один из них окажется тем самым ключом, который вернëт Кэрол в сознание. Травы, которые запомнила: лаванда, пустырник, зверобой, отварила отдельно друг от друга в кастрюлях. Так создат разные комбинации на пробу. После чего в эти отвары кладëт мëд и заливает спиртом. Так приготовила проб шесть в стекляных бутылочках из аптеки. Наклеила на каждую по этикетке, указывающие какая комбинация трав там содержит. – Мда, плакала моя квартплата... Но ничего, в следующий раз, если получится, расходов будет меньше. Как вечер настал, идëт в цирк с наполненными снадобьями в сумке. Встречает Белитëра, тот радушно приветствует, просит показать билет. Увидев пробитый красный билет, принимает и пропускает, пожелав приятного время провождения. Энджел прогуливается по цирку, в красном шатре запустилось шоу – Пьеро занят. Другие шатры не очень заманчивы, ибо не развлекаться сюда пришла. Но и ждать Пьеро очень утомляет, потому старается прохладиться пока. Во время наворачиваний кругов серьëзность взяло вверх, и мысли о Кэрол вновь всплыли. Подумала о том, где в третий день она может быть. Сегодня точно не держат в розовом шатре. В этот день эти Глупцы начинают выступать или стоять у шатра в качестве ассистента. Подумав осмотреть фиолетовый шатр, следует туда. Непозабыв оглядываться, прежде чем совершать подозрительный шаг. Заглядывает в щели и видит как Шут поправляет детали костюмы каждому из Глупцов. Кэрол там не видно, следовательно, Энджел подумала, что она у Пьеро в закулисье и направляется к красному шатру. Через какое-то время шоу окончено и, пробираясь сквозь толпу выходящего народа, заходит внутрь. Там было темно, но это не останавливало девушку. – Пьеро! Пьеро, ты здесь? Мне срочно нужно с тобой поговорить! Где ты? Энджел не долго оставалось голосить, как на её зов явился он. Его "лицо" выражало жалость, словно в чëм-то провинился. – Моя Леди, мне жаль, я старался, правда, старался, но Он..., тот кто отвечает за пленников, очень скурпулëзен. Он даже одним взглядом увидит недостоющее количество и найдëт еë. Но это ещë не конец, я скоро её вызволю, а пока нам нужно время. – (Нет у меня времени, Пьеро...) Значит, она в фиолетовом шатре? – Возможно, не знаю... Я не понял, кто из них твоя подруга. – (Значит, Кэрол всегда под присмотром). Думаю ещë не всë потеряно. Ты можешь отвлечь Его, чтобы я могла подкрасться и утащить за собой? – Энджел, это слишком рисковано! Они не дадут тебе убежать с ней! – Тогда я хочу это увидеть. Увидеть насколько шансы мало, а потом попробовать что-то ещë. – Они разозлятся! Если вмешаешься в их порядок, они будут злы на тебя! А я не хочу! Не хочу, чтобы так всë случилось! Я хочу, чтобы они приняли тебя! Так же как я принимаю тебя! Я хотел, чтобы они благословили тебя, чтобы ты осталась со мной! Но если ты поступишь по-своему, мне будет сложно их убедить простить тебя! – (Всë равно я не останусь, как бы не хотела. Надо настоять на своëм, иначе всë упущу). Скажи, Пьеро, а они имели право похищать? –....? – Разве это я должна перед ними быть покорной, после того как похитили мою знакомую? –... – По-моему, вы что-то попутали. Это их вина, что я собираюсь совершить правосудие! Что я собираюсь вернуть то, что было частью меня! Это из-за вас я делаю всë это! Не похитили бы Кэрол, ничего со мной бы не произошо Это... Это... Это... это они должны молить о прощении у меня, если я должна остаться! А? Пьеро застан врасплох и заробел при виде агрессивной стороны девушки. Он задумчиво и виновато покосился в сторону. – ... Думаю... ты права... – ... Что бы ни случилось, они не правы расправиться со мной из-за Кэрол. Я просто хочу вернуть то, что украли. – Значит, ты пойдëшь на риск? Но почему ты просто не переждëшь? – ... Если я не попробую, станет только хуже. Просто поверь мне и помоги. Отвлекли Его, а я займусь остальным. – ... Хорошо, я помогу тебе. Только будь осторожна. Помни, они всегда начеку, постарайся бежать как можно быстрее и не попадайся. – Поняла. Так они пошли к фиолетовому шатру. Шоу Шута ещë не началось, Энджел нервничала допустить тот самый роковой концерт, после которой не спасëт подругу, и просила Пьеро действовать. – Удачи, моя Леди. – Тебе тоже. Пьеро начал врываться в репертуар Шута и тревожно жестикулировать: махать руками, громко звинеть бубенчиками, нелепо перешагивать с ноги на ногу, и указывает в сторону, будто хочет что-то показать. Шут пытался расшифровать его знаки, увидев в этом береберду, думает, что случилось что-то, что вывело Пьеро из себя. – Это что-то важное, Пьеро? У меня по расписаю мой номер. Тот активно кивает и хватает его руку. – Надеюсь это стоит того. – раздражëнно проворчал. Так они уходят туда, куда знает только Пьеро, оставив труппу Глупцов без присмотра. Энджел пробралась. Ищет среди розовых шутов свою знакомую. Как увидела по признакам еë с чëрной кожей и волосами, собранные в два слабых хвостах, сняла маску и... Это была не она. Это была не Кэрол. Это кто-то тоже афро-американка, но лицо другое. Что-то в голове Энджел вдруг прояснилось и дало ей улыбнуться с облегчения. Всë это время это была другая, Кэрол жива и оставалась в живых. Еë не избирали в жертву. Чувства вины внушительно обрушилось и душа порхало. Но если Кэрол не здесь, то получается... Энджел вернула маску на лицо афро-американки и ушла. Подозрения вели к розовому шатру. Осторожно прокралась, заползлась через подол шатра. Оказавшись внутри, по-прежнему темно, но в этот раз включила фонарь на своëм мобильнике и, наводя свет, нашла. Среди других девушек для жертвенной роли. Достаëт из сумки первопопавшее снадобье, снимает с той маску и подносит горлышко бутылочки к еë рту. Последовал рефлекторный глоток. Энджел ждала эффекта и ожидала неудачи. Подумав, что это не то, взялась за другую бутылочку, как вдруг, Кэрол начала резко двигаться. Оглядываться и задавать вопросы. – Что? Что? Где я? Что произошло? – Тише, тише! – тревожно подносит палец к своему рту. – Энджел? Как я тут оказалась? – Прошу успокойся, тебя не должны услышать! Нам надо бежать. Потом обьясню! – Бежать? – Будь тише и делай как я. Энджел подходит к проëму и оглядывется, нет ли поблизости кого-то, кому нельзя попадаться. Не обнаружив никого за горизонтом к выходу, девушки собираются с духом, хватаются друг другу за руку и рвутся напролом. Выход не старался приблизиться. Кэрол отстаëт и тянет руку Энджел назад, но борется с собой. Ноги подкашивались во время бега, но упорно не останавливались, позволив ногам болтаться как угодно, но донести до выхода. Их бег сопровождала громкая какафония бубенчиков на костюме Кэрол, что действовали Энджел на нервы, словно подают сигнал. – (Как меня уже достали эти тупые бубенчики). Выход уже близко, ещë чуть-чуть, как вдруг руку Энджела отдëрнули и рука Кэрол сорвалась из их хватки. Энджел обернулась и увидела, что Билетëр схватил Кэрол. Держал еë рот и скрутил её руку назад так, что глаза выпучились от боли. – Не-е-т!! Отпусти! – тянула за его руку, что держит той рот, но он оказался сильнее. – Сохраняйте спокойствие, Леди! Это всего лишь представление! Вам ничего не грозит! Это всë понарошку! – (Что он делает?) – Если у вас приступ, мы сейчас же окажем вам помощь! Доктор о вас позаботится! Не волнуйтесь, всë будет хорошо! Энджел ощущает некий дисонанс с того, что делает и что говорит. Снова эта двойственность. – Советую тебе вести себя тихо, иначе я сломаю ей руку. – заговорил зловещим шëпотом в адрес Энджел. Девушка посмотрела за его спиной и поняла, что в цирке ещë гуляют свидетели. – (Так он их пытается ввести в заблуждение?!) Тем временем Шут под красным шатром смотрел на труп очередной ассистентки, к которой привëл Пьеро, якобы для важного сообщения. – Пьеро, – раздражëнно начал порицание. – только, чтобы ты мог мне объяснить, зачем ты меня прервал, даю волю говорить! Я слушаю. Только Пьеро пытался что-то придумать, сложив перел собой пальцы, как вдруг Шут что-то почуял и вышел наружу проверить. Издали заметил, что у Билетëра проблемы и принялся вмешаться. Его глаза загорелись лиловым свечением, этим свечением загорелись и глаза у остальных Глупцов. Глупцы, как единое стадо, выбежали из шатров и начали импровизированное представление посреди цирка, а Шут, следуя своей гордой походке, идëт исполнять роль оратора. – Внимание! Внимание! Прошу быть свидетелями нашего короного номера! Специально! Только сегодня! Только для вас, дорогие зрители! Глупцы танцевали как угодно, курвыкались, прыгали, делали сальто, исполняли балетный танец. Фигурные движения людей в розовых костюмах приковали глаза зевак и заставили проигнорировать потасовку у входа. Энджел, увидев что происходит, преисполненно поддалась ярости и упорно бросается освободить Кэрол из его хватки, оттягивая его руки. От того, что он сопротивляется и отходит назад, уводя с собой Кэрол, это злило героиню ещë сильнее, что хотела нанести удар кулаком по его половинчатой маске, и замахнулась. – Падонок! Только её кулак собирался прилететь, как сзади схватила огромная рука за её запястье. Оглянувшись назад, над ней навис громадный тëмный силует мужчины в плаще и птичьей маске. Он потянул еë руку к себе, приподнял и вставил укор в шею. Ощутив острую боль, осознала, что проиграла этот раунд. Они оказались более вооружëнными в таких ситуациях. Вещество поступило в голову и сознание размывается в небытие. Тело слабеет, в ушах играет музыка во время ритуальных танцев розовых шутов.