Глава 81: «Никакого веселья»

Гарри сидел в инвалидном кресле у самого входа на «Квиддичное поле Старка» и мысленно строго отчитывал себя, сохраняя при этом совершенно бесстрастное выражение лица. Он не заплачет. Он не заплачет. Тони явно не терпелось что-то ему показать, и Гарри мог хотя бы из уважения посмотреть, что именно. Конечно, это было жестоко — притащить Гарри прямо из спальни в единственное место, о котором он всего несколько часов назад сказал Тони, что хотел бы его избегать, — но Гарри посмотрит, что тот хочет ему показать, а потом где-нибудь спрячется и какое-то время будет зализывать раны. — Закрой глаза! — велел Тони, пряча что-то за спиной. — Давай, ребёнок, закрывай, — повторил он с ухмылкой, когда Гарри лишь безучастно уставился на него. Гарри шумно вздохнул и всё-таки закрыл глаза. — Три… два… открывай! Гарри открыл глаза и несколько раз моргнул, глядя на метлу, которую Тони торжественно выставил перед ним. Это была «Молния» — с блестящим древком и безупречно ровными прутьями, — вот только её явно переделали, нарушив первоначальное совершенство. К верхней части древка Тони приделал металлические перекладины с золотистыми рукоятками, похожими на велосипедный руль. А ниже располагалось ещё одно золотистое приспособление — нечто среднее между корзиной и стременем. — Что… — Во рту у Гарри пересохло, и ему пришлось сглотнуть, прежде чем удалось заговорить. — Что это? — Это первая в мире «Молния», адаптированная специально для Гарри! — торжественно объявил Тони. Гарри с трудом оторвал взгляд от метлы и посмотрел на отца. Тот буквально сиял. — Я… я упаду, — запротестовал Гарри. Он хотел летать. Боже, как же он хотел снова летать — больше всего на свете. Но он не сможет приземлиться, не сможет управлять метлой, не сможет… вообще летать. Раньше Гарри не боялся падений, но теперь всякий раз, представляя, как взмывает в небо, он тут же видел, как срывается вниз и ударяется о землю — совсем как тогда, когда выпрыгнул из машины. Одну ногу Гарри уже потерял, и терять вторую ему совершенно не хотелось. — Не упадёшь, — уверенно сказал Тони. Он опустился перед Гарри на одно колено и принялся показывать всё, что добавил к метле. — Смотри, эти рукоятки нужны, чтобы тебе было удобнее держаться и было лучше управление. А вот это… — Тони повернул метлу, показывая металлическое стремя, — чтобы ты мог опираться ногой— — Культёй. — Бедром, — как ни в чём не бывало продолжил Тони. — А на всё поле наложены — поверить не могу, что я добровольно произношу эти слова, — антигравитационные чары, каким-то образом привязанные именно к этой метле. Смотри! Тони поднялся, задрал метлу повыше и отпустил. Она начала падать, но, опустившись примерно до уровня его пояса, вдруг остановилась и зависла в воздухе. — Защита от падений! — с явным удовольствием объявил Тони, очевидно весьма довольный получившимся гибридом магии и науки. — А ещё я выгнал всех демонят, чтобы ты мог испытать новую метлу без зрителей. — Я… не могу, — тихо сказал Гарри, чувствуя себя виноватым: Тони явно вложил в это столько сил… А Гарри только-только научился справляться с упражнениями, которым его научил Стрэндж, чтобы нога перестала постоянно гореть несуществующим огнём. — Один кружок по полю? — попросил Тони. Он выпятил нижнюю губу и состроил такие огромные печальные глаза, на какие только был способен. — Ну пожалуйста? Ради старика? Гарри обречённо выдохнул. — Если я откажусь, ты же от меня не отстанешь, да? Тони продолжал изображать жалобную гримасу и кивнул с несчастным видом. — А если я упаду? — спросил Гарри, изо всех сил стараясь, чтобы это прозвучало презрительно, а не испуганно. — Ты мне доверяешь? — спросил Тони. Он тут же перестал кривляться и серьёзно посмотрел Гарри прямо в глаза. Тот на мгновение замешкался. Не Тони Гарри не доверял… Он не доверял самому себе. Гарри был безрассудным, импульсивным и в буквальном смысле представлял опасность для самого себя. А Тони… Тони таким не был. По крайней мере, не совсем. Хотя история с червоточиной слегка портила статистику. — Ладно, — медленно согласился Гарри. — Но если я упаду, я скажу Пеппер, что это ты виноват. — Вот это правильный подход к манипуляциям! — обрадовался Тони. Он вскочил на ноги и протянул Гарри обе руки. — Поднимайся медленно, а потом просто садись на метлу. Если стремя окажется неудобным, я его подгоню. Если честно, золотым я его сделал в основном потому, что так эффектнее. — Мне нравится золото, — согласился Гарри. Если уж чему и полагалось выглядеть броско, так это метле. Тони помог Гарри подняться на ногу, а затем тот опёрся о его плечо, чтобы удержать равновесие и забраться на метлу. Стремя оказалось неудобным, но жаловаться Гарри не собирался. — Я поправлю, — сказал Тони, каким-то образом заметив дискомфорт в его глазах. — Если не совсем ужасно, сделаешь один круг по полю? Тогда я сразу пойму, что ещё нужно подправить. Гарри закрыл глаза и медленно, глубоко вдохнул. — Эй. Гарри открыл глаза. Тони стоял прямо перед ним, пока он сам завис над землёй. — Я не дам тебе упасть, — серьёзно сказал он. Гарри кивнул, затем наклонился вперёд и крепче ухватился за приделанные к метле рукоятки, пытаясь компенсировать непривычно смещённый баланс, после чего оттолкнулся правой ногой. И это было невероятно. Гарри восторженно рассмеялся, когда обнаружил, что может наклониться влево и войти в поворот, не соскальзывая с метлы. — РАБОТАЕТ! — крикнул он Тони, упиваясь тем, что снова оказался в воздухе. — ПАП! СМОТРИ! Гарри сделал на метле бочку, оставив весь страх падения где-то далеко внизу. — Сделай ту штуку с кривым Фрэнком, про которую рассказывал! — крикнул ему Тони, тоже широко улыбаясь. Гарри взмыл так высоко, как только мог, поражаясь тому, сколько магии Сириус, должно быть, вложил в эту комнату. Поднявшись выше колец, он на мгновение замер в воздухе, и его охватило глубокое чувство, что всё снова так, как должно быть. Тогда Гарри устремился прямо вниз, повторяя то, что сам считал величайшим финтом ловца за всю историю квиддича. Тони тут же бросился туда, куда пикировал Гарри, но это уже не имело значения: в последний момент, буквально перед столкновением с землёй, Гарри потянул рукоятки на себя и вышел из пике, зависнув всего в трёх футах над полем — целый и невредимый. — Это было потрясающе! И до усрачки страшно — по-моему, у меня только что появился первый седой волос, — но потрясающе! — рассмеялся Тони. Гарри тоже рассмеялся и неловко дёрнулся, пытаясь дать Тони понять, что ему нужна помощь, чтобы слезть с метлы и встать на ногу. Едва оказавшись на земле, Гарри обхватил Тони руками — на этот раз не ради опоры, а от искренней благодарности. — Спасибо, — сказал Гарри, с трудом сглатывая раздражающий комок в горле. — Она потрясающая. И… и я тебя люблю. Тони обнял его в ответ так же крепко. — А я люблю тебя, ребёнок. Гарри не мог утверждать наверняка, но ему казалось, что лучшего отца для одноногого пацана, который больше всего на свете любил летать, он вряд ли смог бы найти. Уже на следующее утро Гарри обнаружил сделанную отцом метлу прислонённой к стене рядом со шкафчиком, где хранились его лекарства. На стремени появилась тонкая мягкая накладка как раз там, где должна была лежать культя. Тони ещё спал, но на столешнице оставил записку: завтрак доставили на «детский этаж», а его самого «будить только в экстренных случаях». Приняв лекарства, Гарри оделся и захватил локтевые костыли. Все уже давно рвались полетать, и Гарри знал, что до сих пор они не делали этого только из-за него. А теперь могли. — ПОДЪЁМ! — заорал Гарри, выкатившись из лифта в квартиру, где расположились его друзья. Питер спал на диване и тут же подскочил, со всклокоченными во все стороны волосами, отчего Гарри заулыбался так широко, что едва не заболели щёки. И… и он был без футболки… Гарри поёрзал в кресле и поспешно отвёл взгляд на что угодно, лишь бы не на невероятно рельефное тело Питера. Сколько бы Андерсон ни хвастался своими «кубиками», Гарри не думал, что ему было чем тягаться с Питером. — Чё случилось? — сонно спросил Питер, протирая глаза. Гарри продолжал коситься на него краем глаза и был уверен, что покраснел до ушей — во всяком случае, судя по жару, разливавшемуся по лицу. — Квиддич, — объявил Гарри. Он поднял метлу как раз в тот момент, когда из одной спальни вывалились близнецы, из другой — Джинни с Луной, а из третьей — Рон и Гермиона. — Сначала еда, — пробормотал Рон, не сводя глаз с кухонной столешницы. — Еда, потом полёты. — Не-а, сначала полёты! — возразила Джинни. На запястье у неё уже была резинка, и она принялась собирать волосы. — Давай, Гарри, выбираем команды! Гарри, как верный друг, первым делом выбрал Рона. Тот расплылся в улыбке и поднял в его сторону буррито с завтраком, словно произнося тост. Джинни, зараза, тут же выбрала Питера. — Это вообще-то мой парень! — возмущённо нахмурился Гарри. Джинни ухмыльнулась и закинула руку на голые плечи Питера. — Надо было выбирать его, пока была возможность. — Ну и ладно. Тогда я беру Луну, — выпалил Гарри, хотя на самом деле вовсе не горел желанием видеть её в своей команде. Луна нравилась Гарри — особенно теперь, когда он успел узнать её получше, — но он понятия не имел, как она держится на метле. Впрочем, оно того стоило: Луна сразу просияла и быстро обняла Гарри, окутав его запахом жасмина. — Я очень хорошо летаю, — заверила она. — Просто иногда отвлекаюсь на облака. — Это… э-э… ничего, — ответил Гарри. — Джордж! — крикнула Джинни. — Фред! Гермиона возмущённо фыркнула, скрестив руки на груди. — Между прочим, я не совсем бесполезна, — сердито заявила она. — Я прочитала все книги о квиддиче, какие только есть в Хогвартсе, а Рон весь год читал мне руководства. Гарри и Рон быстро переглянулись через комнату. Оба вспомнили Гермиону на первом уроке полётов в первый год… и комнату с заколдованными ключами под коридором Пушка… — Да, Гермиона, ты права, — сказал Гарри, каким-то чудом сохранив совершенно серьёзное лицо. — Ты права. Джин повезло, что ты досталась ей. А Гарри повезло, что не ему. — Хочешь, я специально проиграю? — шепнул Питер Гарри после того, как они наскоро позавтракали и перебрались на поле. В запасной форме Гарри — красно-золотой гриффиндорской мантии с красовавшейся на спине фамилией «Поттер» — Питер отвлекал ничуть не меньше, чем когда сидел без футболки. — Нет, — твёрдо ответил Гарри. То, что Джинни решила схитрить и забрала себе парня с суперчувствами, ещё не значило, что Гарри тоже станет жульничать. — Тогда поцелуй на удачу? — поддразнил его Питер. Когда тот наклонился к нему, Гарри оттолкнул его и упрямо завозился с костылями, пока наконец не поднялся. — Нет, — выдохнул Гарри, сам подавшись ближе к лицу Питера. Когда Питер всё равно его поцеловал, Гарри рассмеялся. — Вам и без того удачи хватает. — Поздно! — крикнул Питер и трусцой побежал спиной вперёд к Джинни, которая уже звала всех на «командное совещание». — Эй, знаешь что? — Что? — Я обожаю квиддич. Гарри закатил глаза. — Ты в него ни разу не играл. — Неважно! Уже обожаю! — Кхм! — Рон демонстративно прочистил горло прямо рядом с Гарри, отчего тот виновато вздрогнул. — Если ты закончил флиртовать с противником, дружище… — Точно. — Гарри ухмыльнулся Рону и, осторожно переставляя костыли, развернулся к своей команде. — Фред, ты загонщик. — Какая неожиданность! — театрально воскликнул Фред. — Рон, ты вратарь, — продолжил Гарри. Рон с довольной улыбкой отдал ему честь. — Луна, ты— — Та, которая с вафлей, — совершенно серьёзно сказала Луна. — Мне нужно бросать прямо в того, кто у другой команды всё заслоняет, или так только слизеринцы делают? Гарри фыркнул от смеха, оценив этот — скорее всего, непреднамеренный — выпад в сторону Слизерина. — Квоффл надо забрасывать в кольца, — объяснил он. — Никакого давления, но если мы проиграем, я начну себя вести как Оливер времён третьего курса. Фред тут же рассмеялся, а Луна с Роном непонимающе уставились на Гарри. — Утоплюсь в душе, — пояснил он. — Так что давайте надерём им задницы, ладно? — А повеселиться? — спросил Фред. Гарри покачал головой. — Нет. Никакого веселья. Победа или смерть. — Оливер бы тобой так гордился, — всхлипнул Фред и вскинул метлу. — «Ноги» вперёд! — «НОГИ» ВПЕРЁД! — громко подхватили остальные. Они проиграли. Причём с треском. Не помогло даже то, что Луна оказалась на удивление хорошим охотником: Питер был безупречным вратарём. А Гермиона играла ужасно, так что Гарри даже не смог понять, насколько хорош был Рон. Близнецы от души развлекались, запуская бладжеры во всех подряд, а Гарри с Джинни больше часа гонялись за снитчем, пока счёт так и оставался нулевым. Эффектный финал наступил, когда Гарри понял, что ради снитча нужно резко сменить направление, и дёрнул метлу вверх, собираясь сделать сальто назад. Обычно при таком манёвре Гарри смещал вес влево и на этот раз сделал это совершенно машинально — только вот теперь всё было иначе. Он соскользнул с метлы и, пролетев чуть больше десяти футов, рухнул на спину. — Я ПОБЕДИЛА! — завопила Джинни, сжимая снитч в руке. — Да кому какое дело?! — Гермиона приземлилась рядом с Гарри, который так и лежал на спине, ошалело глядя в небо. — Гарри? Гарри, ты в порядке? Лицо Питера возникло перед ним почти мгновенно, и тот тут же начал помогать ему сесть. — Чёрт, Гарри, ты не ушибся? Гарри покачал головой и наконец почувствовал, как выбитый падением воздух снова наполняет лёгкие. — Я в порядке, — совершенно искренне ответил он, пусть и немного запыхавшись. Гарри расплылся в улыбке, глядя на окружившие его встревоженные лица — и старательно игнорируя самодовольную физиономию Джинни. — Я упал и всё хорошо. — Ну-у-у, ты проиграл, — ухмыльнулся Джордж. Он протянул Гарри руку и помог подняться на единственную ногу, а Гарри тут же ухватился за оказавшееся рядом плечо Питера, чтобы удержать равновесие. Да, Гарри проиграл, и это раздражало. Но он ещё и упал. Свалился с метлы — и с ним всё было в порядке. — Реванш, — тут же потребовал Гарри. — Я просто форму потерял, Джин. Ты победила по чистой случайности. Джинни фыркнула и высокомерно перебросила хвост через плечо. — Ну давай, Старк. После ещё одного матча остальные, похоже, потеряли интерес, но Гарри был совершенно не против хоть весь день состязаться с Джинни один на один в ловле снитча. Один раз снитч поймала Джинни, потом Гарри — дважды, после чего Джинни психанула и уступила место Питеру. — Просто поймать снитч? — уточнил Питер. Они с Гарри зависли на мётлах друг напротив друга — оба ухмылялись, и в глазах обоих горел одинаковый азарт. Чувства у Питера были превосходные, а вот летал он пока не слишком хорошо. — Просто поймать снитч, — подтвердил Гарри. — Готов, дорогой? — приторно-сладко спросил он. — Готов, любимый, — с такой же наигранной нежностью отозвался Питер. — ВПЕРЁД! — Боже, да ты в отличной форме. После четырёх раундов с Питером Гарри сидел в инвалидном кресле, весь мокрый от пота, а мышцы приятно ныли — совсем как после квиддичных матчей, и по этому ощущению он успел соскучиться. Питер же даже не запыхался. Только вспотел ровно настолько, чтобы кожа слегка блестела, вызывая у Гарри миллион мыслей, и ни одна из них не имела никакого отношения к квиддичу. — Да? — Питер криво ухмыльнулся и, кажется, совершенно намеренно задрал футболку, чтобы вытереть лоб, обнажив живот и часть груди. — Ну, ты тоже вроде неплох, — Питер подмигнул Гарри. — Надо сыграть ещё раз, только теперь я полечу без футболки, чтобы твои прекрасные глазки слишком отвлекались и ты не смог победить. — СНИМАЙ ФУТБОЛКУ! — крикнула Джинни с края поля. Остальные уже натаскали из кухни закусок и устроили импровизированный пикник, пока Гарри с Питером летали. — ДА, ГАРРИ! — заорал Фред. — СНИМАЙ ФУТБОЛКУ! Гарри рассмеялся и покачал головой. На самом деле он уже порядком вымотался. — Хочешь летать без футболки — летай, — сказал он Питеру, стараясь, чтобы это прозвучало кокетливо, а не по-дурацки. — А я передохну. — Значит, перерыв, — с улыбкой согласился Питер. — Тебя покатать? Гарри кивнул и тут же рассмеялся, когда Питер с разбега покатил его кресло, приподняв передние колёса над землёй. Тони не просто подарил Гарри метлу. Казалось, он вернул ему утраченную часть самого себя — куда более важную, чем просто нога. Квиддич. После обеда Гарри пришлось отправить Тони целую вереницу грустных смайликов, и тот тут же ему перезвонил. — Эй, ребёнок, ты в порядке? Гарри ухмыльнулся, глядя на друзей, рассевшихся по гостиной, и нарочно сделал голос жалобным. — Нет, — тихонько ответил он. — Пап… Гермиона ужасно летает. Тони на несколько секунд замолчал. Остальные изо всех сил давили смешки, а Гермиона показала Гарри средний палец. — Это… отстой? — медленно произнёс Тони, явно не понимая, что происходит. — Мне жаль? — Насколько жаль? — тут же спросил Гарри. — Настолько, чтобы прийти сюда и полетать с нами? Тони не раздумывал ни секунды. — Буду через полчаса. Твоя команда против моей, мелочь пузатая. Победитель получает всё. — По рукам, — с восторгом согласился Гарри, уже предвкушая новую игру. — Стой! А что именно значит «получает всё»? — Какая разница? — прошипела Джинни. — Мы победим. — Мечтай-мечтай, — отозвался Тони таким довольным голосом, словно только этого и ждал. — Скоро соберу свою команду, и мы надерём вам задницы. Гарри ожидал, что Тони разве что притащит Сириуса и они вдвоём займут пару мест в команде. Но уж точно не того, что явится вся чёртова команда Мстителей — и его учитель магии тоже? — с мётлами и одинаково недоумевающими лицами. — У вас один лишний, — быстро пересчитав всех, сказала Джинни. — Кому-то придётся остаться с Гермионой. — Я доброволец, — тут же заявил Брюс. Он с совершенно неприличным облегчением отошёл в сторону и улыбнулся Гермионе. — Можем комментировать матч или типа того. — Ох, слава богу, — выдохнула Гермиона и чуть ли не вприпрыжку отошла вместе с ним. Гарри поджал губы, когда Сириус ухмыльнулся ему в окружении Клинта, Пьетро, Психички и Стрэнджа. Тони умудрился притащить даже Пеппер — хотя Гарри подозревал, что она и так была утром у них в квартире и именно поэтому Тони так настойчиво просил его не будить. — Вот это будет весело, — рассмеялся Фред. Они с Джорджем прямо-таки лучились предвкушением, сжимая в руках биты загонщиков. — Вы, магглы, вообще хоть кто-нибудь летать умеете? Стрэндж презрительно фыркнул и тут же взмыл к заколдованному небу, с высокомерным видом паря благодаря своему красному плащу. — Ой, прости, тебе для этого метла нужна? — усмехнулся Стрэндж. — Бедный волшебник. — Тогда ты вратарь, чародей, — с широкой улыбкой заявил Сириус. — Клинт, Пьетро — загонщики. Нат, Пеппер — охотники вместе со мной. Тони— — Ловец, да? — перебил Тони, подмигнув Гарри. — Старк против Старка, ребёнок. Раз и навсегда выясним, кто из нас лучший. — Гарри, — тут же ответила Пеппер с лёгким смешком. — А теперь кто-нибудь покажет мне, как летать? Команда Гарри перебралась обратно в квартиру, чтобы Сириус мог провести своё «командное совещание» и «инструктаж по полётам». Пока они ждали, Гарри без труда распределил позиции среди своих игроков. — Питер — вратарь. Рон, Луна, Джинни — охотники— — А я, разумеется, ловец, — объявил Джордж, выпятив грудь. — Между прочим, самый молодой за последнее столетие. Вдруг вы не знали. — Эй! Я серьёзно, — сказал Гарри, пожалуй, уже чересчур увлёкшись предстоящим соревнованием. — Пеппер бладжером не бить. А вот Психичку — чем больше раз, тем лучше. Ясно? Как только близнецы кивнули, Гарри протянул руку в центр круга. — Если мы им проиграем, они мне это до конца жизни припоминать будут, — сказал Гарри. — А значит, я вам — тоже. — Приятель, да ты и правда по квиддичу соскучился, — заметил Рон. — Я уже забыл, какой ты, оказывается, помешанный на победе. — Победа или смерть, — с тем же боевым пылом, что и раньше у Гарри, заявила Джинни. — Питер, пропустишь хоть один квоффл — Гарри тебя бросит. — А если будешь отвлекаться на облака, тебя бросит Джинни, — предупредил Гарри Луну. — О, — Луна моргнула и ласково улыбнулась Джинни. — А мы встречаемся? Джинни с нежной обречённостью вздохнула и кивнула. — Да, Луна. Я предложила тебе стать моей девушкой, помнишь? Луна пожала плечами. — Я думала, мы просто подруги. Но я очень рада. Ты очень красивая. — Все готовы? — спросил Гарри, ухмыляясь при виде внезапно раскрасневшейся Джинни. Он подождал, пока остальные тоже положат руки поверх его. — Вперёд, команда! — Дамы и господа, сегодня вашему вниманию предлагается самый абсурдный матч в истории, — голос Гермионы разнёсся по всему полю благодаря маггловскому мегафону, который раздобыл для неё Брюс. — В составе… Господи, да перестаньте уже позволять Гарри придумывать названия команд! Итак, в команде «Калеки» у нас Луна, Джинни и Рон — охотники, Питер «Паук» Паркер — вратарь, близнецы — загонщики, а Гарри — ловец. Гарри рассмеялся, когда близнецы и Питер принялись размашисто приветствовать воображаемую публику и свистеть в собственную честь. — А в команде «Кровь»… — Брюс тяжело вздохнул. — Серьёзно? Мы теперь ещё и разборки уличных банд поощряем? Ладно. В команде людей, которым уже давно пора было повзрослеть, Тони — ловец, Наташа, Пеппер и Сириус — охотники, Стивен — вратарь, а Пьетро и Клинт — загонщики. Пьетро попытался помахать битой, и Гарри с Джинни рассмеялись несколько громче и злее, чем следовало, когда он чуть не свалился с метлы. — Чёрт, да это будет проще простого, — шепнула Джинни Гарри. — Лови снитч, пока кто-нибудь из них себе ноги не переломал. — Будет сделано, — ухмыльнулся Гарри. Все поднялись повыше, и Гарри с трудом удерживался от смеха при виде Пьетро, мёртвой хваткой вцепившегося в метлу, и Клинта, который никак не мог понять, как держать биту и при этом не свалиться. — И… НАЧАЛИ! — заорала Гермиона с земли. Гарри мгновенно сорвался с места, а Тони полетел рядом. — Всё нормально? Ничего не мешает? — крикнул Тони, подавшись вперёд и выглядя на метле на удивление уверенно. — Всё отлично, — честно ответил Гарри. — Прости, пап, болтать некогда. Мне надо победить. — Ну как знаешь, — ухмыльнулся Тони. У Гарри отвисла челюсть, когда Тони внезапно рванул вперёд с совершенно безумной скоростью — благодаря надетым на него ботинкам Железного человека. — АХ ТЫ ЖУЛИК! — заорал Гарри вслед отцу. — НУ ЛАДНО! А Я ЕЩЁ СОБИРАЛСЯ ТЕБЕ ПОДДАВАТЬСЯ! — Ты собирался мне поддаваться? — крикнул Тони через плечо. — А я тебе — нет. Несмотря на то что вся команда Тони состояла из магглов — за исключением Сириуса и Стрэнджа, — Гарри приходилось скрипеть зубами от их… раздражающей компетентности. Да, Тони жульничал со своими репульсорами. И нет, Стрэнджу совершенно точно нельзя было разрешать открывать порталы перед летящими в него квоффлами и отправлять их прямиком обратно в охотников Гарри, которые их бросили. Зато Гарри хотя бы увидел, как Фред три раза подряд заехал Психичке бладжером. Пеппер по большей части держалась в стороне и болтала с Луной, что Гарри вполне устраивало. Он всё равно не хотел, чтобы Пеппер пострадала, да и на метле она держалась не слишком уверенно. К тому моменту, когда Гарри поймал снитч — едва-едва опередив Тони, — его команда выиграла всего на жалкие двадцать очков. И всё равно это был лучший матч в жизни Гарри. Даже несмотря на то, что вся команда Тони состояла из грёбаных жуликов. Оказалось, что Сириус совершенно не умел проигрывать: едва приземлившись, он разрыдался и чуть не опрокинул Гарри вместе с креслом, налетев на него с объятиями. — Ты даже не представляешь, как давно я мечтал полетать с тобой, — громко всхлипнул Сириус, заставляя Гарри сгорать со стыда. — Я… я люблю тебя, малыш. Ты ведь знаешь, да? Сириус отстранился, и Гарри пришлось столкнуться с крайне неловким зрелищем: по лицу крёстного текли слёзы, а глаза блестели. — Во всей этой вселенной нет никого, кого бы я любил сильнее тебя. — Я… ладно, — пробормотал Гарри. — Блядь, Сири. Ты вообще в порядке? — Он пьян, — тут же сообщил Стрэндж, внезапно появившись рядом с Сириусом. — Мартини на завтрак и пара «Маргарит» на обед оказались не лучшим решением. Гарри покачал головой, наблюдая, как Стрэндж уводит Сириуса прочь. Они склонились друг к другу и принялись о чём-то быстро перешёптываться. Наверное, Гарри всё-таки стоило поговорить с Сириусом о том, сколько тот пьёт… Это было совсем не полезно для здоровья. Раз уж победила команда Гарри, Тони объявил, что ужин за его счёт. Милый жест, пусть и немного бессмысленный, учитывая, что Тони и так всегда платил за ужин… Все расселись по нескольким машинам и отправились в ресторан, а Гарри заставил себя сесть в машину Питера. Если он смог спокойно летать, значит, сможет спокойно ехать и с Питером. Фред и Пьетро устроились на заднем сиденье, а Питер, прежде чем завести машину, нерешительно покосился на Гарри. — Точно? — тихо спросил он. — Ага, — ответил Гарри куда увереннее, чем чувствовал себя на самом деле. — У тебя магнитола к блютусу подключается? — спросил он, поспешно переводя разговор на тему, от которой его не тянуло блевать. Питер шутливо фыркнул и завёл машину. Двигатель громко заурчал. — Я на эту малышку целое состояние угрохал, Красавчик. Думаешь, я первым делом не проверил, есть ли здесь блютус? Когда Питер тронулся вслед за остальными машинами, Гарри приоткрыл окно, позволяя холодному воздуху немного привести его в чувство, а сам полностью сосредоточился на музыке, лишь бы занять голову чем-нибудь ещё. — Это что такое? — крикнул Фред, когда Гарри наконец подключил телефон к магнитоле и включил плейлист Питера. — «Fall Out Boy»! — ответил Гарри. Фред радостно присвистнул. — Мне нравится! — А я тоже люблю «Fall Out Boy», — сказал Питер, подмигнув Гарри. Гарри снова закатил глаза, хотя паника немного отступила, когда Питер протянул руку и взял его за ладонь. И до ресторана Гарри добрался вполне нормально — если не считать того, что всю дорогу потел и молча переживал, что Питер может попасть в аварию, а заодно прокручивал в голове ещё десяток других возможных катастроф. Ужин получился шумным, хаотичным и совершенно безумным, и Гарри наслаждался каждой его минутой. В окружении лучших друзей, семьи и… и Психички… Гарри подумал, что, наверное, ещё никогда в жизни не был настолько счастлив. Сириус и Джинни покатывались со смеху, перебрасываясь едой с Роном и Стрэнджем. Гермиона и Брюс наперебой что-то обсуждали с одинаковым до боли знакомым маниакальным блеском в глазах — тем самым, который в очередной раз заставлял задуматься, не ошиблась ли Распределяющая шляпа с факультетом Гермионы. Фред и Пьетро прекрасно поладили: смеялись и по очереди шептали друг другу на ухо какие-то шутки. Даже Джордж, похоже, отлично проводил время, меряясь силой с Клинтом в армрестлинге. Гарри улыбнулся, наблюдая, как Тони с Пеппер флиртуют друг с другом — оба улыбаются и краснеют, словно первокурсники. — Ты выглядишь счастливым, Красавчик, — сказал Питер. Он сидел справа от Гарри, и теперь уже сам Гарри покраснел, когда рука Питера под столом легла ему на бедро. Гарри повернулся к нему и почувствовал, как вся его радость, ощущение, что наконец-то всё правильно, всё это чёртово, переполняющее его счастье разом рвётся наружу. — Я тебя люблю, — выпалил Гарри. И тут же залился краской и нахмурился. — Блядь, подожди. Я не хотел говорить это вслух. — Поздно! — театрально воскликнул Питер. Он тут же зажал Гарри рот ладонью, и оба проигнорировали любопытные взгляды остальных, привлечённых их вознёй. — Ты уже сказал! Эй, эй, Фред! Фред оторвался от волшебной палочки с приколом, которую показывал Пьетро под столом. — А? — Гарри меня любит, — торжественно объявил Питер. Гарри лизнул его ладонь, а когда Питер с отвращением отдёрнул руку от его рта, сердито пихнул его в плечо. — Заткнись, — прошипел Гарри, старательно игнорируя смешки и взгляды остальных. — Беру свои слова обратно. Я тебя ненавижу. — Назад пути нет! — заявил Питер. Он обхватил Гарри за плечи и притянул к себе. — Ха-ха, ты меня любишь. — Кстати, о любви… Гарри с облегчением — и немалым весельем — увидел, как Тони поднялся из-за стола на другом его конце, а затем опустился на одно колено перед Пеппер. По крайней мере, теперь все мгновенно забыли о позорном признании Гарри. Гарри и сам толком не знал, что такое любовь. Но рядом с Питером он был так же счастлив, как рядом с Тони, Сириусом, Пеппер, Роном и Гермионой, поэтому решил, что, наверное, это она и есть. — Они сходили на одно свидание, — потрясённо прошептал Питер Гарри. Гарри шикнул на него, не желая пропустить ни слова из предложения отца. Тони достал из кармана пиджака коробочку с кольцом и поднял её перед Пеппер. Та ахнула, прикрыв рот ладонью. — Вирджиния Поттс— Гарри, вообще-то, понятия не имел, что Пеппер на самом деле зовут не Пеппер… — Я больше никогда в жизни не хочу идти ни с кем на первое свидание, — уверенно и громко объявил Тони. — Пеп, ты знаешь обо всех моих недостатках и всё равно всегда была рядом, поддерживала меня и давала мне пинка, когда я в нём нуждался. Я люблю тебя уже много лет и всем сердцем знаю, что нам суждено быть вместе. Мисс Поттс, окажете ли вы мне невыразимую честь — станете миссис Старк и частью моей семьи? Глаза Пеппер наполнились слезами. Она отвела взгляд от Тони и посмотрела прямо на Гарри. У самого Гарри тоже перехватило горло, и, заметив немой вопрос в её глазах, он кивнул. Пеппер и так уже была частью их семьи. Теперь они просто станут семьёй официально. — Ты импульсивный, нахальный идиот, — сказала Пеппер Тони, и голос её сорвался от подступивших слёз. — И я с удовольствием потрачу всю оставшуюся жизнь на то, чтобы вправлять тебе мозги. Тони надел кольцо Пеппер на палец, и все вокруг разразились радостными криками и свистом — громче всех, разумеется, Гарри. Тони поднялся и притянул Пеппер к себе для эффектного поцелуя, театрально отклонив её назад. А потом они оба, ослепительно улыбаясь, бросились к Гарри и обняли его. — Хороший сюрприз? — шепнул Тони, пока они обнимались, а Питер поздравлял Пеппер. — Я вообще-то собирался сделать это на Рождество, сначала поговорить с тобой, получить— — Идеальный сюрприз, — заверил его Гарри, оборвав нервный поток слов. — Я так за тебя рад, пап. — По-моему, я ещё никогда не был настолько счастлив, — тихо признался Тони. — Я так чертовски тебя люблю, Гарри. Гарри расплакался, но Тони тоже плакал, так что ему было не так уж стыдно. Тони «сослал» Гарри на ночь на этаж к друзьям, и тот совершенно не возражал против того, чтобы устроиться вместе с Питером на диване. — Ты правда меня любишь? — спросил Питер, когда уже стемнело и они лежали в обнимку под тихо бормотавший по телевизору фильм. Гарри сонно улыбнулся, услышав непривычную неуверенность в его голосе. Обычно подобные сомнения мучили самого Гарри. — Ага, — тихо выдохнул он, положив голову Питеру на грудь, прямо над сердцем. — А ты… ты точно меня любишь? — С первой нашей встречи, — совершенно серьёзно ответил Питер. — Напомни мне подарить твоим родителям на свадьбу что-нибудь особенно крутое. Теперь мне надо произвести впечатление сразу на двоих. Гарри рассмеялся и шутливо его стукнул, а затем повернул голову и прижался губами к обнажённой груди Питера прямо над сердцем. — Я уже впечатлён, — пробормотал Гарри. — А теперь тихо, я сплю. Питер простонал и поцеловал Гарри в макушку. — Ты меня просто убиваешь, Красавчик. Что было забавно, потому что Гарри, кажется, ещё никогда в жизни не чувствовал себя таким живым. Всё утро в канун Рождества Гарри улыбался, как идиот. Пока Гарри спал, Тони и Хэппи съездили и срубили две огромные ели: одну для этажа Тони, вторую — для этажа, где поселились друзья Гарри. Потом явились Сириус, Пьетро и Стрэндж — который, как подозревал Гарри, всё-таки спал с его крёстным… — с целой горой коробок с украшениями, а Пеппер привезла завтрак на всех. Наряжать ёлки взялись всей компанией. Близнецы аппарировали с этажа на этаж, таская все красные и золотые украшения на свою ёлку. Гарри расхохотался, когда Тони вдруг пригнулся, Пеппер забралась ему на плечи и водрузила звезду на макушку их ели. Даже Джоуи не остался в стороне: носился вокруг, облаивая всех подряд, и таскал Гарри длинные сверкающие гирлянды, чтобы тот развешивал их на ветках. В какой-то момент Пьетро достал коробку с красно-белыми рождественскими чулками и баночки с краской, чтобы каждый мог украсить свой. Луна тут же вызвалась написать на них имена, прежде чем все приступили к оформлению. Рисуя собачью мордочку на чулке Джоуи, Гарри ненадолго отложил кисточку, достал телефон и принялся фотографировать. Он хотел помнить это утро всю оставшуюся жизнь. Хотел навсегда сохранить Сириуса, чей смех разносился по всей комнате после того, как он брызнул краской в Стрэнджа; хихикающую Пеппер, прилепившую Тони на голову ёлочную игрушку; близнецов, которые исподтишка добавляли зелёные мазки на совершенно оранжевый носок Рона; и Луну, помогавшую Питеру аккуратно нарисовать чёрного паука на его чулке. Рождество ещё даже не наступило, а для Гарри оно уже было лучшим в его жизни. Он как раз успел сделать умилительную фотографию Джоуи, задремавшего под ярко украшенной, слегка безумной ёлкой, когда телефон пиликнул, сообщая о новом сообщении от Андерсона. Вместо дурацкого «мотивационного послания», которое Андерсон обычно присылал Гарри каждый день, на этот раз пришло простое: «Ты дома?» Ага. А что? Спускайся в холл. У меня для тебя кое-что есть. — Эй, я скоро вернусь! — крикнул Гарри остальным. — Андерсон внизу. — Скажи, пусть поднимается вместе с тобой! — отозвался Тони, всё с той же широкой улыбкой, которая не сходила с его лица весь день. — Найдём ещё один чулок, пусть тоже повесит на стену. — Передам, — улыбнулся Гарри. Он свистнул Джоуи, решив, что сонному щенку всё равно не помешает прогуляться. Когда Гарри с Джоуи добрались до холла, Андерсон стоял возле лифтов в джинсах, скрывавших серебристый протез, который, как знал Гарри, был под ними. — Ты вообще-то должен ходить, — заявил Андерсон. Он пристроился рядом с креслом Гарри, пока тот направлялся к задней двери, чтобы выпустить Джоуи на улицу. Сам Гарри предпочёл остаться внутри — на улице было чертовски холодно. — Я хожу на костылях, — нахмурился Гарри. — Но я, блядь, не могу торчать на них двадцать четыре часа в сутки, приятель. Мой врач, видишь ли, говорит, что это только мешает восстановлению. — Как скажешь, малыш-Старк, — подмигнул Андерсон. — Ты чего сегодня утром не пришёл? — Друзья приехали в гости, не хотел бросать их и ехать один, — объяснил Гарри. Он и правда хотел увидеть Андерсона и остальных на их еженедельной встрече, но с друзьями из Хогвартса ему оставалось провести всего две недели, а потом им придётся уехать, и до самого лета они, скорее всего, больше не увидятся. — Эй, Тони сказал, что можешь подняться к нам, если хочешь. Мы там всё украшаем и устраиваем «бранч», — Гарри пальцами изобразил кавычки, повторяя слово, которым Пеппер упорно называла их трапезу. — Не могу, мне сегодня ещё к нескольким людям надо заехать, — уклончиво ответил Андерсон. Со своего роста он, должно быть, первым заметил Джоуи, уже бежавшего обратно к двери, потому что наклонился и распахнул её. Гарри тут же взвизгнул, когда Джоуи наскочил на него, поставив ему на колени холодные, облепленные снегом лапы. — Чувак, классный у тебя пёс, — рассмеялся Андерсон, пока Гарри спихивал Джоуи с колен. — Возьми его с собой на следующей неделе. Кажется, у Грина тоже овчарка. Когда он вернулся домой, выучил её на служебную. — Конечно, — без раздумий согласился Гарри. Джоуи любил ездить в машине и обожал внимание, так что наверняка будет в восторге. Гарри замялся. Ему очень хотелось вернуться наверх, к друзьям и семье, снова окунуться в незнакомую прежде праздничную суету. Но вряд ли Андерсон заехал сюда просто так. — Точно не хочешь подняться? Пеппер притащила целую гору еды — наверное, столько даже Лоуренсу не осилить, — пошутил он. Андерсон хмыкнул и покачал головой, затем сунул руку в карман джинсов и вытащил небольшую коробочку, завёрнутую в серебристую бумагу. — Не-а, мне правда ещё надо к людям заехать, дел по горло. — Андерсон бросил коробочку Гарри, и тот машинально её поймал. — А это тебе. Только открой завтра вечером, когда не будешь занят с семьёй и друзьями, ладно? — Эй, погоди! — Гарри поспешно сунул коробочку в карман толстовки и начал сдавать назад. Он тоже приготовил рождественские подарки каждому из ветеранов, с которыми познакомился в центре. Ничего особенного, просто они очень помогли Гарри, и ему хотелось, чтобы они это знали. — У меня для тебя тоже кое-что есть. Я как раз собирался— — Принесёшь на следующей неделе. — Андерсон ухмыльнулся и, поскольку, видимо, не мог долго обходиться без того, чтобы поддеть Гарри, добавил: — Если, конечно, опять не струсишь и не сольёшься. Гарри закатил глаза. — На следующей неделе приду. В конце концов, к тому времени друзья наверняка будут заняты сборами перед возвращением в Хогвартс на следующий день. А может, им и самим захочется познакомиться с другими друзьями Гарри. Андерсон хлопнул его по плечу и серьёзно посмотрел сверху вниз, лишь слегка усмехаясь краешком губ. — Я тобой горжусь, чувак. Ты ведь знаешь? Ты реально всех рвёшь и прёшь напролом. Гарри сбросил его руку с плеча, хотя редкая похвала от друга ему, признаться, была чертовски приятна. — Вот смогу подольше ходить на костылях — тогда ещё больше всем задницы надеру, — сказал Гарри. — Потом устроим гонку и выясним, кто из нас на самом деле быстрее. — Я с тобой наперегонки не побегу, пока тебе новую чёртову ногу не сделают, — ухмыльнулся Андерсон. — Богатеньким белым мальчикам незачем мучиться с колясками и костылями. — А самодовольным мудакам незачем мучиться от тупости и воздержания, но вот же ты как-то живёшь. Андерсон снова рассмеялся и ещё раз хлопнул Гарри по плечу. — Ты слишком много времени проводишь со Старком-старшим, — заметил он, и глаза его весело блеснули. — Ладно, Гарри, я погнал. Хорошего Рождества. И даже не думай открывать коробку раньше завтрашнего вечера! — Спасибо. — Гарри поднял коробочку и проводил взглядом Андерсона, который пошёл прочь спиной вперёд — наверняка просто выпендривался. — И тебе хорошего Рождества, чувак. Увидимся на следующей неделе. Андерсон подмигнул, лихо отдал Гарри честь, развернулся на каблуках и бодрой, нарочито уверенной походкой вышел из холла. — Мудак, конечно, но мужик хороший, — сказал Гарри Джоуи. — Пошли, дружище, вернёмся наверх. Джоуи радостно тявкнул — похоже, ему не меньше Гарри хотелось поскорее вернуться к празднику. — Ой, да ведь у тебя тоже первое Рождество с семьёй, да, дружище? — Гарри почесал Джоуи за ушами, пока лифт вёз их наверх. — Ну, мне кажется, это будет лучшее Рождество в жизни, — доверительно сообщил он своему верному псу. — А даже если нет… нам ведь всё равно особо не с чем сравнивать, правда? Джоуи гавкнул, и Гарри тихо рассмеялся, всё ещё пребывая в каком-то головокружительном праздничном восторге. Оказалось, Рождество куда лучше, когда празднуешь его с семьёй.