Глава 85: «Я хочу ногу»

Тони сделал именно то, что обещал. Позвонил Пеппер, и уже на следующий вечер они втроём сели за ужином обсудить возвращение Гарри в Мидтаун, чтобы он мог закончить там учебный год. Гарри старался не нервничать. Тони был его отцом. А Пеппер была… его Пеппер. Это не обязательно должно было превратиться в спор. Они могли просто нормально поговорить. Первой заговорила Пеппер — мягко, без тени осуждения. — Гарри, твои оценки действительно сильно улучшились, но… в Мидтауне тебе было тяжело. — Я знаю, — согласился Гарри. — Только… не сердитесь, ладно? Я просто особо и не старался. Пэрис заставляет меня заниматься, да и когда папа что-то объясняет, мне легче. Но теперь я хотя бы разобрался с основами, так что, может быть, мне будет проще… стараться самому. — Но если здесь тебе легче, почему бы не остаться? — спросил Тони. Гарри ненавидел эту надежду в его глазах — было очевидно, что Тони просто хотелось, чтобы Гарри чаще оставался дома. До сих пор непривычное чувство. — Я… мне нравилось ходить в школу, — сказал Гарри, стараясь объяснить так, чтобы никого не задеть. — У меня там друзья и… иногда мне кажется, что я здесь немного взаперти. Будто стены давят. Будто жизнь Гарри закончилась вместе с потерей ноги, а Башня стала его могилой. — Тебе кажется, что ты здесь взаперти? — переспросил Тони. Похоже, Гарри всё-таки удалось его задеть, но Пеппер тут же накрыла ладонь Тони своей и покачала головой. — Тони, ему пятнадцать, — мягко напомнила она. — Чтобы быть счастливым, ему недостаточно одной среды. Гарри согласно кивнул, хотя и не до конца понял, что именно Пеппер имела в виду. — А как же терапия, занятия и… — Всё это можно перенести на время после школы, — перебила его Пеппер. — Стивен сможет подстроить расписание, а учитывая, что физиотерапия у Гарри теперь раз в неделю, а сеансы с Моррисом — раз в две недели, нет никаких причин, почему всё это нельзя проводить после уроков. — То есть мы правда это сделаем? — спросил Тони у Пеппер, повысив голос ровно настолько, чтобы Гарри, уже собиравшийся что-то сказать, захлопнул рот. — А если что-нибудь случится? — Тони, ничего не… — Все всегда так говорят, пока самый обычный день не заканчивается похищением, убийством или… — Или самоубийством твоего лучшего друга? — бесцветно добавил Гарри. Он уставился на стол, понимая, что Тони вообще-то прав. Все худшие дни в жизни Гарри начинались совершенно обычно — за исключением Третьего испытания, конечно: тот день был безумным от начала и до конца. Чёрт, Тейлор вообще покончил с собой на Рождество. Можно проснуться утром, пойти в школу, как в любой другой день, и всё равно к вечеру оказаться посреди очередной катастрофы. Пеппер строго посмотрела на Тони, но Гарри этого не заметил — его мысли уже понеслись по привычной спирали вниз. — То есть да, но… не совсем, — сказал Тони. Он постучал пальцами по руке Гарри, заставив того встряхнуться и моргнуть, возвращаясь к реальности. — Послушай, ребёнок, я лишь хочу сказать, что здесь ты в безопасности, — сказал Тони, и в его открытом взгляде читалась почти мольба. — Я… я не смогу защитить тебя в Мидтауне. Гарри закусил губу и на несколько секунд задумался. Он был благодарен хотя бы за то, что ему дали время всё обдумать и не требовали ответа прямо сейчас. Судя по всему, дело было не в том, что Тони просто не хотел отпускать Гарри в Мидтаун. Он переживал за него. — Но я ведь не могу вечно сидеть здесь, — аккуратно сказал Гарри. — И если уж мне куда-то выходить, то старшая школа кажется довольно безопасным вариантом. — Ты уже возвращался оттуда с травмами! — воскликнул Тони. Гарри слегка ухмыльнулся, почти уверенный, что Тони уже просто хватается за любые аргументы. — Питер вряд ли ещё раз такое устроит, — рассмеялся Гарри. — Тем более я сам первый начал. Пеппер спокойно сидела на своём месте и тепло улыбалась Гарри, в то время как Тони нервно провел рукой по волосам, явно не разделяя её спокойствия. — Нас в семье трое, — бодро объявила Пеппер. — Давайте проголосуем. Кто за то, чтобы Гарри вернулся в Мидтаун? Гарри и Пеппер одновременно подняли руки, а Тони возмущённо фыркнул и вскинул обе руки. — И вот так теперь будет выглядеть наш брак? — потребовал он ответа у Пеппер. — Ты и мой собственный сын будете оставлять меня в меньшинстве, когда у меня вообще-то есть вполне обоснованные опасения? — Да, — хором ответили Гарри и Пеппер. Тони наконец не выдержал и ухмыльнулся, хотя всё ещё изо всех сил пытался изображать недовольство. — Ладно, ладно. Только не удивляйтесь, когда я заведу себе маленькую армию мини-Старков, чтобы они голосовали на моей стороне, — сказал он. — Гарри, ты ведь всегда хотел кучу братьев и сестёр, да? У Гарри что-то перевернулось внутри. Не неприятно, просто… неожиданно. Он даже никогда не… Гарри знал, что однажды Тони и Пеппер поженятся. И его это вполне устраивало, потому что Пеппер ему нравилась — наверное, он даже любил её, — и было бы здорово жить всем вместе, настоящей семьёй. Но о братьях и сёстрах Гарри раньше как-то не задумывался. А теперь задумался, представил младшего брата с такими же тёмными волосами, как у него. Или сестрёнку с рыжевато-золотистыми волосами Пеппер… И ему понравилась эта мысль… Очень понравилась. — Да, — задумчиво сказал Гарри. — Да, я всегда хотел кучу братьев и сестёр. Гарри позвонил Питеру, пока выгуливал Джоуи. Тренога сидела у него на коленях, уютно устроившись в кармане толстовки. — Эй, Красавчик! — прокричал Питер. На видеозвонок он так и не ответил, оставив только звук, и Гарри тут же нахмурился. — Ты чем занимаешься? — спросил он. — Я? А? Ничем… эй, не пытайся меня пырнуть! Я с парнем разговариваю! Гарри почувствовал, как начинает зарождаться головная боль: судя по звукам, там вовсю шла какая-то драка. — Я тебя ненавижу, ты ведь знаешь, да? — без особого выражения спросил Гарри. В трубке кто-то вскрикнул — не Питер, — а потом раздался смех самого Питера. — Не-а, ты сказал, что лю-ю-юбишь меня, — пропел он в трубку. — Дай мне секундочку закончить, и я весь твой. Гарри вздохнул и принялся почёсывать шейку Трени, дожидаясь, пока Питер «закончит». Недавно они немного повздорили, когда Гарри узнал, что тот всё ещё продолжает геройствовать в образе Человека-паука, и разговор вышел не самым приятным. — ТЫ РИСКУЕШЬ ЖИЗНЬЮ РАДИ ЛЮДЕЙ, КОТОРЫМ НА ТЕБЯ ПЛЕВАТЬ?! — Ты бы тоже так делал, если бы умел то, что умею я! — ПИТЕР, Я, БЛЯТЬ, УМЕЮ КУДА БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПУСКАТЬ ПАУТИНУ ИЗ ЗАПЯСТИЙ! Гарри — впервые в жизни — извинился первым. А потом, что было уже куда менее удивительно, снова сорвался, когда Питер упорно не желал понимать, что именно Гарри пытается ему сказать. — Я просто… я не… а если ты пострадаешь? — Я очень быстро восстанавливаюсь. Я практически неуязвимый. — Да? Отлично. Знаешь, у меня тоже были друзья, которые считали себя неуязвимыми. Даже двое. Может, когда тебя убьют при попытке остановить какое-нибудь сраное ограбление, заодно передашь Андерсону и Седрику от меня привет, а? В итоге они заключили перемирие… Гарри никогда не сможет спокойно относиться к этому из-за Седрика. Питер никогда не бросит это из-за своего дяди. Так что с помощью Тони они нашли «компромисс». Питер мог выходить патрулировать, когда ему вздумается, но только в улучшенном костюме, который сделал для него Тони. Гарри собственными глазами видел, как Тони стрелял в костюм, пытался проткнуть его ножом и даже дал Гарри попробовать поджечь его каким-то крутым паяльником. За всё время испытаний костюм даже не опалился и нигде не порвался. К тому же он был связан с телефоном Сириуса, так что, если Питер натыкался на что-нибудь посерьёзнее угона машины или ограбления, Сириус и остальные могли тут же прийти на помощь. А если Гарри начинал слишком сильно волноваться, он просто открывал портал и вытаскивал через него Питера. Система была не идеальной, но их устраивала. Гарри терпеливо — насколько вообще умел — ждал, пока Питер закончит, чтобы поделиться новостями. Когда телефон пискнул и на экране появилось приглашение на видеозвонок, Гарри понял, что тот наконец освободился. — Привет, — ухмыльнулся Питер. Маску он уже снял, и влажные от пота волосы прилипли ко лбу так, что Гарри совершенно неуместно почувствовал, как у него самого запылали щёки. — Привет, — отозвался Гарри. — Ну и как прошло… что бы это вообще ни было? — Да нормально, — беспечно ответил Питер. — Какие-то придурки пытались вломиться в магазинчик на сто двадцать первой. Ну, помнишь тот, где продают слаши, которые тебе нравятся? Короче, теперь они связаны, а дальше пусть с ними разбирается отец Гвен. Гарри всё-таки рассмеялся. Гвен была просто в бешенстве, когда узнала, что Питер — Человек-паук, а Гарри, как и Сириус, — волшебник. Причём сами секреты её ничуть не смутили: она злилась только потому, что теперь не могла написать обо всём этом ни одной статьи. Гвен заявила, что больше никогда с ними не заговорит, но уже на следующий вечер после похорон Андерсона всё равно пришла к Гарри. — Хорошо, — сказал Гарри. — Кстати, о Гвен… Он выдержал драматическую паузу, призывая на помощь своего внутреннего Сириуса… — Папа разрешил мне вернуться в школу. — ЧТО?! — Питер несколько секунд просто смотрел на него, а потом расплылся в широченной улыбке. — Серьёзно? Это… это… да, нахуй! Гарри рассмеялся, когда Питер чуть не выронил телефон и победно вскинул кулак. — Ты точно уверен? — спросил Питер, закончив свой идиотский победный танец. — Ты… ты правда в порядке? — Да. Я в порядке. И Гарри действительно был в порядке. По большей части. Нога почти перестала болеть, хотя теперь постоянно ныли руки — Гарри почти каждый день упрямо отказывался пользоваться инвалидным креслом. Каждый день он как по часам принимал лекарства, а Стрэндж наконец разрешил закончить курс антибиотиков, так что теперь у Гарри оставалось всего две таблетки в день. Зелье Сна без Сновидений так и стояло нетронутым. Оно ему не было нужно. По ночам Гарри спал, пусть иногда и просыпался в панике, снова видя перед глазами тело Андерсона, раскачивающееся над ним. Каждые выходные Гарри ходил в центр для ветеранов. Говорил он там немного, но остальные всё равно не давали ему отдалиться. А теперь он ещё и вернётся в школу. К друзьям, которые всё это время писали ему в каком-то приложении, которое Гвен установила на его телефон. Бриттани написала, что скучает. Флэш предложил как-нибудь вместе «сходить в качалку». Шани спросила, не собирается ли рыжеволосый друг Гарри перевестись в Мидтаун. Сириус встречался со Стрэнджем. Тони и Пеппер планировали свадьбу на лето. Все вокруг, казалось, были счастливы. Значит, и Гарри был в порядке. Был.

****

Первый день Гарри после возвращения в Мидтаун оказался изматывающим. Из-за собственной гордости и последней подначки Андерсона Гарри не взял инвалидное кресло и упорно убеждал Тони, что прекрасно продержится весь день на костылях с опорой под локоть. И всё бы ничего, только Гарри успел забыть, какая же, мать её, огромная у них школа и сколько нужно успеть пройти за семь минут между уроками. Немного спасало то, что друзья наотрез отказывались позволять ему самому таскать учебники, так что хотя бы тяжёлую сумку весь день волочить не приходилось. Правда, обычно это заканчивалось тем, что тот, кто нёс вещи Гарри, тоже опаздывал на урок. Не то чтобы хоть кому-нибудь из них за это сделали хотя бы замечание. Учителя были до отвращения понимающими и сочувствующими, когда Гарри вваливался в класс на две-три минуты позже, с характерным постукиванием костылей по полу. Гарри бы лучше отсидел наказание, чем терпел эти жалостливые взгляды, которыми его постоянно одаривали учителя. За обедом Тони написал ему, как делал раньше, и Гарри закатил глаза, прочитав сообщение. Готов возвращаться домой? В 15:10 — да. В ответ Тони прислал разбитое сердечко, и Гарри был почти уверен, что тот просто шутит. — Уже обо всём жалеешь? — спросила Гвен, усаживаясь напротив Гарри и Питера. Гарри хотел поесть на улице, но там стоял жуткий холод, а столовая была ближе к кабинету, где проходил следующий урок. — Как всегда, — совершенно серьёзно ответил Гарри. — Да не так уж всё и плохо, — тут же поправился он. — Просто… господи, сколько же тут приходится скакать. Питер рассмеялся и подвинул ему немного чипсов со своего подноса. — Ты мог бы поставить протез и снова нормально ходить, — заметила Гвен. — Тогда не пришлось бы скакать. Гарри пожал плечами, чувствуя себя неуютно при разговоре о протезе. Это было… ну, уже не так ужасно. Гарри знал немало паршивых людей с искусственными конечностями, но… теперь он знал и почти дюжину людей с новыми протезами, и каждый из них уговаривал его позволить Тони подобрать протез и ему. И… Гарри машинально поднял руку и принялся перебирать пальцами армейский жетон Андерсона, который теперь носил на шее. Даже когда самому Андерсону, должно быть, было невыносимо больно, для него всё равно оказалось достаточно важно напоследок настоять, чтобы Гарри поставил протез. — Может быть, — тихо согласился Гарри. Он поспешно сменил тему, прежде чем мысли успели слишком надолго задержаться на записке Андерсона. — Слушайте, мне по истории задали сделать какое-то креативное видео. Есть идеи? Остаток дня тянулся мучительно медленно, а мыслями Гарри был где угодно, только не в школе. В голове будто спорили два голоса насчёт протеза. Один совершенно точно принадлежал самому Гарри — и слава богу, иначе уже стоило бы начинать беспокоиться, — а второй подозрительно напоминал Андерсона. Будет больно. Все в центре говорили, что протезы натирают и оставляют синяки. А потом Тони подгонял их так, чтобы ничего не натирало. Это пустая трата денег. Тони уже полностью перестроил квартиру под моё кресло. И что теперь, сказать: «Если что, я передумал, давай теперь мне ногу»? Ему будет всё равно. Он вообще проектирует машину, которой ты сможешь управлять с одной ногой. Может, лучше поставить протез сейчас, пока он не потратил ещё больше денег на неё? Этот внутренний спор не прекращался до самого конца уроков. На физкультуре Гарри был «освобождён» от спринтов, так что всё занятие пытался понять, что именно в протезе пугало его больше всего. Он не будет ощущаться настоящим, — наконец понял Гарри. Он будет тяжёлым и неудобным напоминанием обо… обо всём этом. Гарри не хотел вспоминать, как боялся, что Питер умер. Или что умрёт он сам. Не хотел думать о разговорах, которые ему мерещились, когда оставаться наедине с собственными мыслями стало уже невыносимо. Но ты ведь и без протеза всё это помнишь, — рассудительно заметил один из голосов в его голове. И потом… Андерсон сказал тебе его поставить. Андерсон много чего говорил, — мрачно подумал Гарри. Например: «Увидимся на выходных». — Тяжёлый день? — спросил Хэппи, когда занятия наконец закончились и Гарри смог буквально рухнуть в машину. — Тяжёлая жизнь, — без выражения ответил Гарри. Он кое-как развернул костыли и закинул их на заднее сиденье — за сегодняшний день они успели осточертеть ему окончательно. Хэппи задумчиво хмыкнул и выехал в сторону Башни. — Тупые дети или тупые костыли? — Костыли, — ответил Гарри. — В школе и так уже все знали, так что с этим всё нормально. Хотя учитель математики всё-таки расчувствовался при виде Гарри и назвал его «храбрым мальчиком». Что было вообще бредом. Ничего храброго в том, чтобы тебе отрезали ногу, не было. Это было просто тупо. Тупо было выпрыгивать из машины, даже если в тот момент идея казалась вполне разумной. — Если бы ты позволил отцу отдать тебе протез, который он сделал, костыли бы тебе не понадобились. Гарри резко повернул голову и несколько секунд ошарашенно смотрел на Хэппи. — Он сделал мне протез? — изумлённо спросил Гарри. — Откуда ты знаешь? — Потому что он Тони Старк, — фыркнул Хэппи. — Он наверняка начал проектировать его ещё пока тебя оперировали. Тони всегда всё чинит, пацан. Видит проблему — и у него будто руки чешутся, пока не придумает, как её исправить. Это… было похоже на правду. Гарри сказал Тони, что больше не может летать, и через два часа тот уже придумал для него специальную метлу. Гарри не мог нормально принимать душ — Тони переделал ванную. Гарри думал, что ему не нужна семья, а Тони всё равно дал ему её. Остаток дороги Хэппи молчал, позволяя Гарри спокойно всё переварить. Он опять вёл себя глупо. Глупо было бояться, что придётся заново учиться ходить, когда главное здесь было то, что Гарри вообще сможет снова ходить. Глупо было переживать, что Тони потратит на него слишком много денег, когда тот наверняка уже давно спроектировал ему протез. И глупо было не прислушаться к письму Андерсона, когда оно, скорее всего, было одним из последних, что тот написал. Гарри сразу же отправился в кабинет Тони, как только вернулся домой. — Привет, — улыбнулся ему Тони из-за стола. — Ну как школа? Ты всегда можешь передумать, знаешь. Ничего стыдного в том, чтобы… — Кажется, я хочу ногу, — выпалил Гарри. Он не собирался перебивать Тони, но понимал: если не скажет сейчас, то уже не скажет вообще. Тони тут же захлопнул рот и несколько секунд просто моргал, глядя на Гарри, отчего тот мгновенно почувствовал себя ужасно неловко. Гарри уже собирался сказать, что неважно, и сменить тему — например, рассказать про видео по истории, которое они собирались снимать на выходных с Питером и Гвен, — но тут Тони широко улыбнулся ему. — А я-то думал, что пропустил твои первые шаги, — радостно сказал он. — Ну пошли, мой любимый сын. Будем подбирать тебе новую ногу.