Глава V

— Ну, раз ничего серьёзного не произошло, а первый этап экзамена благополучно завершён, я, пожалуй, пойду, — с лёгкой ухмылкой произнесла Мина, неторопливо поворачиваясь к своей подруге. — Анко?.. — в недоумении окликнула она, заметив, что подруга бесследно исчезла. Однако уже через мгновение на её лице появилась едва заметная улыбка: она мгновенно догадалась, куда могла направиться Анко и неспешно двинулась прочь из академии, слегка покачивая головой в такт своим мыслям. Мина уверенно направилась к воротам деревни — именно там она договорилась встретиться со своим давним приятелем Баки. Пятнадцать минут она терпеливо простояла на месте, внимательно вглядываясь в даль, пока наконец на горизонте не показалась знакомая фигура. — Добрый день, Мина‑сама, — почтительно поприветствовал Баки Мину, когда они наконец встретились. — Судя по содержанию вашего письма, вы испытываете определённые трудности с выполнением обязанностей сопровождающего для ваших младших товарищей? — Ц, за кого ты меня вообще держишь? — возмущённо воскликнула Мина, разворачиваясь и направляясь вглубь деревни. Баки без колебаний последовал за ней. — Просто возникли неотложные дела помимо этого, а поскольку моих подопечных, этих неугомонных разгильдяев, нужно всегда держать под пристальным присмотром, я решила обратиться за помощью к старому другу. И, пожалуйста, давай обойдёмся без этого «сама»! Я уже сто раз просила так ко мне не обращаться. — Ну уж простите, — слегка склонил голову Баки с едва заметной улыбкой. — Вы всё‑таки старшая дочь четвёртого Казекаге, первый кандидат на место вашего отца… — Я официально отреклась от этого титула уже довольно давно, — твёрдо и решительно перебила его Мина, сохраняя абсолютную невозмутимость и прямой взгляд. Баки лишь молча покачал головой, на мгновение потеряв дар речи и не находя подходящих слов для ответа. — Пришли, — чётко произнесла Мина, останавливаясь возле ворот академии. — Встретишь их здесь. А я пока пойду по своим делам, — властно приказала она, отходя от Баки в неизвестном направлении. Но внезапно остановилась, резко развернулась и пристально посмотрела ему в глаза. — Баки… Ты же прекрасно меня знаешь. Так вот, запомни: если с моими птенчиками, не дай боги, что‑то случится — я с тебя семь шкур сдеру, — грозно прорычала Мина, сверкнув глазами, и решительно продолжила свой путь. Баки, услышав это грозное предупреждение, невольно сглотнул от страха, с тревогой глядя вслед удаляющейся Мине. Через некоторое время из академии неторопливо вышли Канкуро, Темари и Гаара. — Что‑то я совершенно не припомню, чтобы тебя, Баки, официально назначали нашей нянькой, — с явным недовольством и раздражением возмутился Канкуро, прищурившись и пристально глядя на Баки. — И вообще, где Мина? Куда она подевалась? Темари тяжело вздохнула и демонстративно закатила глаза: — Канкуро… Ну пожалуйста, не начинай. Если Баки здесь, значит, так решила Мина. Это очевидно. Баки слегка поклонился детям Казекаге и сдержанно улыбнулся, стараясь выглядеть максимально дипломатично: — Мина‑сама… То есть Мина попросила меня присмотреть за вами на время её временного отсутствия. Она обязательно вернётся, как только разберётся с некоторыми неотложными делами. — Неотложные дела? — с сарказмом продолжил возмущаться Канкуро. — У неё всегда находятся какие‑то «неотложные дела»… Вечно она куда‑то исчезает в самый неподходящий момент! — Канкуро! — резко огрызнулась Темари, строго глядя на брата и повысив голос. — Прошу тебя, прекрати возмущаться. Если Мина попросила Баки присмотреть за нами, значит, это действительно крайне важно. Ты же хорошо знаешь, она никогда не стала бы так поступать без веской и серьёзной причины. Гаара, до этого момента молча стоявший в стороне и внимательно наблюдавший за разговором, тихо, но твёрдо произнёс: — Перестаньте оба. Мина — взрослый и ответственный человек. Она лучше знает, что к чему, и принимает решения, исходя из сложившейся ситуации. Канкуро медленно перевёл взгляд с сестры на младшего брата, затем снова посмотрел на Баки. Его лицо на мгновение стало предельно серьёзным, брови сошлись на переносице, а потом он шумно выдохнул, слегка расслабившись: — Ладно, допустим. Но всё равно не понимаю: почему она сама нам ничего не сказала? Могла бы хотя бы предупредить нас лично… Баки развёл руками в жесте искреннего незнания: — К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Знаю только, что она особо просила передать: вы должны оставаться вместе, держаться сообща и слушаться меня, пока её нет рядом. Она вернётся, как только сможет. Тем временем Мина неторопливо разгуливала по оживлённым улицам Конохи, внимательно оглядываясь по сторонам и выискивая знакомую, но весьма надоедливую ей фигуру. Она задумчиво хмурилась, погрузившись в свои мысли. «Странно, — размышляла Мина, беспокойно метая взгляд из стороны в сторону и периодически поглядывая на небо. — Свита Казекаге‑сама ещё даже не прибыла в Коноху… Тогда что же она здесь забыла? Неужели отец решил действовать раньше срока? Или это какая‑то проверка?» Как вдруг, нарушив ход её размышлений, откуда‑то сверху донёсся знакомый голос: — Эй, привет, подруга! — весело окликнули её. Голос звучал откуда‑то сверху, поэтому Мине пришлось резко поднять голову и прищуриться, чтобы разглядеть говорящего. Когда Мина подняла взгляд чуть выше и слегка оперлась на перила невысокой лестницы, она увидела Инори — давнюю знакомую, к которой она испытывала скорее равнодушие, чем симпатию. Инори стояла наверху, лучезарно улыбаясь и явно ожидая реакции Мины. Мину больше всего мучил вопрос: что Инори забыла в Конохе, если по всем планам должна была находиться в Суне? Мина неохотно поднялась по ступеням к Инори, всем своим видом — поджатыми губами, нахмуренными бровями и скрещёнными на груди руками — демонстрируя, что вовсе не рада этой неожиданной встрече. Блондинка, впрочем, совершенно не обращала внимания на явное недовольство Мины и с несколько наигранной, но всё же дружелюбной улыбкой протянула ей аппетитное данго на палочке. — Благодарю, — сдержанно произнесла Мина, осторожно принимая угощение и стараясь не встречаться взглядом с Инори. — Так о чём ты хотела поговорить? И что вообще ты здесь делаешь, в Конохе? — поинтересовалась она, слегка опираясь грудью о перила, кладя на них руки и нерешительно принимаясь за поедание данго. — О, видишь ли, — заботливо, с ноткой дразнящего тона начала Инори, слегка наклонившись вперёд, — Казекаге‑сама, судя по твоим некоторым проделкам в прошлом, решил отправить меня сюда в качестве твоей… скажем так, сопровождающей. Чтобы я убедилась, что ты выполняешь свои обязанности должным образом. — Видимо, папаша начисто забывает, что мне уже давно исполнилось девятнадцать лет… — недовольно пробурчала Мина, продолжая медленно грызть палочку от ещё недоеденного данго. — И что, по‑твоему, ты должна делать в этой роли? — бросила она короткий, изучающий взгляд на Инори, откладывая палочку в сторону. — Следить, чтобы я не натворила каких‑нибудь бед? Инори звонко рассмеялась, откинув прядь светлых волос за плечо и весело сверкнув глазами: — О, нет, не совсем так прямолинейно. Казекаге‑сама всего лишь попросил убедиться, что ты… скажем так, не слишком увлекаешься этой новообретённой «свободой». И что твои обязанности перед деревней и семьёй не остаются без должного внимания. Мина фыркнула, слегка скривив губы: — То есть всё‑таки нянька. Отлично. Просто замечательно. Как раз то, чего мне сейчас не хватало. — Ну, если тебе так проще это воспринимать… — беззаботно пожала плечами Инори, не теряя своей весёлости и лёгкости в общении. — Кстати, я слышала, ты приставила Баки к младшим. Довольно хитроумный ход. Но разве это не значит, что теперь ты сама остаёшься совсем без присмотра? Мина прищурилась, внимательно изучая лицо собеседницы: — У меня нет никакой нужды в присмотре. И у тебя, похоже, тоже дел особо нет, раз ты тратишь своё драгоценное время на разговоры со мной. — Ой, да ладно, не злись, — Инори легонько, почти игриво толкнула Мину в плечо. — Я же не враг тебе. Может, даже помогу, если что. В конце концов, мы же когда‑то неплохо ладили, помнишь? Были почти подругами… Мина помолчала, внимательно разглядывая лицо Инори и пытаясь отыскать в памяти хоть один действительно тёплый момент их общения. В голове промелькнула мысль: «Интересно, когда мы вообще были подругами? — мысленно повторила Мина, всё ещё изучающе разглядывая лицо Инори. — Сколько себя помню, Инори вечно пыталась как‑то выделиться на фоне меня, чтобы завоевать внимание моего напарника Сасори, который мне, честно говоря, был совершенно неинтересен. Она всегда старалась быть лучше во всём: быстрее, сильнее, заметнее. Будто бы её самооценка полностью зависела от того, сможет ли она меня превзойти... И что эта девушка нашла в нём?.. — продолжала размышлять Мина, доедая данго и чувствуя, как внутри нарастает раздражение. — А, ну точно… Инори же никогда не помогала ему с его экспериментами. В отличие от меня. Но не потому, что я была влюблена, а потому, что так велел Казекаге. И потому, что без моей помощи он бы, наверное, половину Суны угробил ради своих безумных идей с куклами». — Оу, неужели решила покопаться в памяти и вспомнить те хорошие деньки? — с насмешкой поддразнила её Инори, слегка наклонив голову и хитро прищурившись. — Отстань, — буркнула Мина, отбрасывая палочку от данго в сторону. — Никаких «хороших деньков» не было. Ты вечно путалась под ногами, мешала, отвлекала… — Ой‑ой, какая злюка, — рассмеялась Инори, беззаботно махнув рукой. — Я не поверю, что у тебя с Сасори ничего не было… Ты ему так часто помогала… Даже интересно, чем вы там занимались, — мечтательно произнесла Инори, поднимая взгляд к небу и слегка прикрывая глаза. — Может, он делился с тобой какими‑то секретами? Или вы проводили вместе вечера за разговорами? — Ничего у нас с ним не было, — решительно отрезала Мина, скрестив руки на груди и твёрдо глядя Инори в глаза. — Я помогала ему, потому что так велел Казекаге. И потому что без моей помощи он бы не смог контролировать свои эксперименты. Ты же знаешь, какие у него идеи — он мог случайно уничтожить целый квартал, если бы никто не следил за процессом. — Ой, да ладно, — лукаво прищурилась Инори. — Все видели, как ты за ним носилась: то свитки притащишь, то ингредиенты раздобудешь, то от разъярённых жителей отобьёшь… Прямо‑таки заботливая сестрёнка. Будто бы он был тебе кем‑то большим, чем просто напарником. — Я была его напарницей — терпеливо, но твёрдо пояснила Мина. — И почему бы не помочь старому другу? Что тут такого? Мы работали вместе, выполняли задания деревни. Это была наша обязанность, а не проявление каких‑то чувств. — Ой, да ладно, успокойся! — примирительно помахала руками Инори, слегка смягчив тон. — Я ж не со зла… Просто очень люблю надавить на больную мозоль. Ты такая забавная, когда злишься. Сразу видно — задеваю за живое. Мина на мгновение замерла, сжала кулаки, но тут же заставила себя расслабиться. — Ладно, пусть будет по‑твоему… — смирилась она, хотя в голосе всё ещё звучала нотка раздражения. — Видимо, ты никогда не поймёшь, что для меня дружба и обязанности — это разные вещи. — Чудненько! — радостно произнесла Инори, складывая руки внутренней стороной друг к другу и широко улыбаясь. — Значит, мы договорились? Я буду рядом, присматривать, чтобы ты не влипла в неприятности. А ты… ну, просто будь собой. — Да… — тихо прошептала Мина, и в тот же миг одним резким, отточенным движением вырубила Инори. Инори, совершенно не ожидавшая такого резкого поворота событий, беззвучно осела на ступени. Мина быстро подхватила её, чтобы девушка не ударилась, и аккуратно уложила на тёплую землю, слегка поправив светлые волосы. — Прости, Инори, — тихо сказала Мина, поправляя волосы блондинки. — Но так будет лучше. Сейчас не время для твоих подколок и слежки. У меня есть дела поважнее. Она огляделась по сторонам — улица была пустынна, лишь вдалеке виднелись силуэты прохожих, спешащих по своим делам. Затем Мина растворилась в воздухе, используя технику перемещения, и уже спустя полчаса оказалась на месте сбора — у границы леса, где её ждал Орочимару. Орочимару, с которым Мина заключила тайную сделку, стоял с каким-то парнем с пепельным окрасом волос и о чём‑то оживлённо разговаривал с ним. Мина простояла в тени деревьев около пяти минут, прислушиваясь к разговору, а затем решила подойти ближе. Едва она сделала шаг из укрытия, как в её сторону полетел кунай. Девушка с лёгкостью уклонилась от оружия, даже не изменив выражения лица. — Не стоит так нервничать, Кабуто, — холодно произнесла Мина, выходя из тени деревьев. Её взгляд был устремлён прямо на Орочимару. — Мы договаривались о встрече в полдень, а не о том, что меня будут встречать метательным оружием. Зачем звал, Орочимару? Мы же обговорили всё заранее. Орочимару медленно повернулся к ней, его губы растянулись в змеиной улыбке. — Ах, Мина — прошипел он, слегка склонив голову. — Ты всегда так прямолинейна. Но, видишь ли, у меня появились кое‑какие мысли… Как насчёт того, чтобы начать наш план на втором этапе экзамена на чунина — в Лесу Смерти? Мина слегка приподняла бровь, демонстрируя заинтересованность, но не спешила отвечать. — Поясни — коротко бросила она, скрестив руки на груди. Орочимару медленно провёл языком по губам — привычка, которая всегда выдавала его возбуждение от собственных замыслов: — Второй этап экзамена на чунина, — прошипел он. — Лес Смерти. Идеальное место для того, чтобы сбить всех с толку. За участниками не будет никакой слежки, поэтому будет очень просто заполучить тело Саске… Мина на миг усмехнулась: — Ха, у тебя, я погляжу, только одно на уме… Заполучить тело Саске и бла‑бла‑бла. А о сделке, я погляжу, ты и вовсе забыл, — уже серьёзно заметила Мина, слегка подавшись вперёд. — Я согласилась помочь тебе, но только после того, как разберусь с отцом. Орочимару рассмеялся — звук получился шипящим, почти змеиным: — О, Мина, не стоит так резко. Разве я когда‑нибудь нарушал условия сделки? Я всего лишь предложил совместить приятное с полезным. Казекаге планирует отправиться в Коноху гораздо раньше обещанного, поэтому, если ты хочешь его убить, а я помогу тебе в этом, тогда надо выдвигаться сегодня на закате. Взамен, после кончины твоего отца, ты поможешь мне приблизиться к Саске. Мина усмехнулась после нескольких секунд напряжённых раздумий. В её голове проносились десятки вариантов, но все они вели к одному — это был лучший шанс. — Ладно, я согласна, — протянула она, протягивая руку для символического рукопожатия. — Встречаемся на закате, на этом же месте. Затем Мина растворилась в темноте лесной чащи, используя технику скрытности. Выйдя из чащи, девушка оказалась на краю оврага, где решила вдали от деревни поразмышлять над планом присев на край того самого оврага. «С одной стороны, ничего сложного в поставленной задаче нет, — размышляла Мина, глядя вдаль. — Мой отец не так уж и силён в открытом бою, особенно если застать его врасплох. С другой… слишком много переменных. Инори, Кабуто — все они могут в любой момент предать. Нужно действовать быстро, чётко, без лишних свидетелей». Брюнетка быстро использовала своë додзюцу — шокуган почувствовав чьё‑то присутствие рядом с ней. Она мгновенно обнаружила духа: невысокая девушка с чёрными волосами, в чёрном платье с фиолетовым отливом, как и у кожи. Глаза были закрыты чёлкой, виднелась лишь кровожадная улыбка, руки были за спиной. «Я схожу с ума?..» — спросила у себя Мина в страхе от недопонимания ситуации. Её сердце забилось чаще, а ладонь невольно потянулась к кунаю — «Или я в Гендзюцу?» Дух слегка наклонила голову, её улыбка стала ещё шире. — Я здесь, чтобы помочь… или помешать... зависит от твоего выбора. Время истекает, Мина. Месть не ждëт.