Вернутся к фанфику
Часть 1
31 мая 2026, 15:38Боль уходит только тогда,
когда её замечают и принимают с состраданием.
А настоящее исцеление рождается там,
где к осознанию добавляются
глубокое понимание и поддержка.
***
Стояла удушающая духота. Воздух плавился от летнего зноя. Ветер будто сбежал из этих краев, и сад застыл, сонный и неподвижный. Лишь цикады без умолку стрекотали, заполняя собой тишину. Время тянулось медленно. Ничего не происходило. Орихиме лениво обмахнулась веером. Взгляд безучастно скользнул по кустам гортензий у дороги к подлеску. Из-за непропорционально вытянутых тонких стеблей их огромные, будто надутые головы казались уродливыми и нескладными. Чем-то они напоминали одуванчики. Вот только последние хотя бы не притворялись благородными. Они даже вызывали уважение своей простотой и стойкостью, с которой прорастали сквозь любой камень. А эти гортензии-аристократы — вечно поникшие, тяжелые — нагоняли только тоску. В груди собрался тяжелый вздох. Жар обжег под кожей, вялые мысли смешались и поплыли, как плавящийся вокруг воздух. Деревянная ручка веера-учива почти выскользнула из влажных пальцев. Едва Ори опустила веки, как перед глазами закружились зонтики цветных пятен. — Тебе не стоит сидеть на самом солнцепеке, удар хватит, — протянул знакомый баритон. Ори даже не нужно было открывать глаза, чтобы узнать говорящего. Это был Шисуи. На лицо тут же упала тень. Воздух колыхнулся, и парень бесшумно опустился на веранду рядом с ней. — Каа-сан, должно быть, в добром расположении духа, раз впустила тебя, — лениво заметила Ори, не открывая глаз, и обмахнулась веером. Пока они оставались детьми, всё оставалось довольно просто — они вместе с остальной детворой беззаботно носились по улицам, строили шалаши в лесу за полигонами, соревновались в бросках кунаев и убегали от патрульных, своровав хурму из чужого сада. Но полтора года назад эта вольница закончилась. Каа-сан демонстративно делала всё, чтобы ограничить их общение, особенно один на один, и редко жаловала гостя на пороге. Хотя самого Шисуи это никогда не останавливало — он каким-то образом всегда находил лазейку. То ли благодаря его гениальным способностям, то ли дело было еще в чем-то. — Будем считать, что так, — добродушно отозвался Шисуи. — Ну а ты чего приуныла? Лицо такое кислое. Неужели совсем не рада меня видеть? Я, между прочим, с миссии прямиком к тебе… — он выдержал театральную паузу, и Ори, даже не открывая глаз, почувствовала, как внимательно он её разглядывает. — С очень опасной миссии. Меня там запросто могли ранить. Или покалечить. В последнее время Шисуи действительно всё чаще отправляли на ответственные, отчаянные, смертельно опасные задания. Ори искренне не понимала, чем руководствуется командование. То, с какой лёгкостью его — одного из лучших шиноби поколения — раз за разом бросали чуть ли не на верную гибель, словно какой-то расходный материал, казалось ей полнейшим безумием. Да, Шисуи был признанным гением. Но это не значило, что им можно бездумно затыкать любую брешь в самых самоубийственных миссиях Конохи. И ладно бы в составе отряда. Так ведь почти всегда в одиночку. Ори приоткрыла один глаз. Сощурившись, она бегло оценила его внешний вид — Шисуи такой же, как обычно: взъерошенный, улыбающийся и совершенно невредимым. — Сдаётся мне, кое-кто слишком зазнался из-за своего нового прозвища, — лениво протянула Ори. Она тщательно скрывала, что уже знает, как сильно он отличился на миссии. И как сильно она им гордится. — «Шисуи Телесного Мерцания», неужели ты теперь ожидаешь особого приветствия по возвращению? — Не хочу хвастаться, — заважничал он. Тон выдавал его с головой: похвастаться ему хотелось очень даже. — Вражеские шиноби, едва услышав это имя, сразу разбегаются. Что уж говорить о тех случаях, когда мы сталкиваемся лицом к лицу… Столько самолюбования, столько заносчивости — смерть от избытка скромности Шисуи точно не грозила. — Тут я с тобой согласна, — отозвалась Ори и снова крепко зажмурилась. — Увидят твое лицо и сразу бросаются прочь. Повисла пауза. Наступившее молчание насторажило: обычно Шисуи за словом в карман не лез, а тут вдруг ни ответа, ни привычной колкости. Ори снова открыла глаза, чтобы понять, в чём дело. Вид Шисуи, задумчиво смотрящего куда-то вдаль, заставил её на секунду напрячься. Но затем он перевёл взгляд на неё, давя улыбку и насмешливо приподнимая бровь. — Намекаешь, что я страшненький? Вопрос был абсолютно нелепым, но заставил Ори внимательнее всмотреться в черты Шисуи. Нос слегка картошкой, чуть оттопыренные уши, тонкие губы, округлые щёки… Глаза, да, большие, обрамлённые густючими ресницами, но всё это лишь придавало ему какой-то несерьёзный, мальчишеский вид. Неудивительно, что чужаки часто обманывались, не воспринимая его как угрозу. По крайней мере пока не узнавали, кто на самом деле перед ними стоит. Впрочем, нетипичные для их клана кудряшки ему шли, да и выправка шиноби была что надо. В клане девчонки от Шисуи млели. Хотя сама Ори до сих пор не понимала, что они в нём находили — характер-то у этого «гения» оставался совершенно невыносимым. — Ну, самодовольство точно никого не красит, — фыркнула Ори и, не удержавшись, показала ему язык. — Самодовольный, страшный, — Шисуи сокрушённо покачал головой, делая вид, что смертельно оскорблен. — И после этого ты ещё называешь себя моей подругой. — Вот ты жалуешься, а между прочим, кто, как не близкий друг, скажет тебе горькую правду? — ещё раз беззлобно подколола Ори. На театральные попытки вызвать жалость она никогда не покупалась. По крайней мере не в случае Шисуи. — Ах так? — Шисуи резко дёрнулся в её сторону, явно намереваясь поймать и как следует проучить за дерзость. — Ну, это мы сейчас посмотрим!.. Но добраться до неё он не успел. Ори, уронив веер, соскочила с веранды и во весь дух пустилась по дорожке вглубь сада. Позади раздался весёлый, наигранно злодейский хохот, и Шисуи бросился следом. Дом её семьи находился у самой окраины. За улочкой с гортензиями начиналась небольшая рощица, уходившая в густой лес. Ори подобрала полы юкаты и во всю прыть помчалась туда. Палящее солнце сменялось тенями просеки, но духота оставалась безжалостной. Горячий ветер при беге лишь раздувал волосы, не принося никакой прохлады. По шее стекали капельки пота, щекоча и отвлекая, а летние сандалии больно впивались в пальцы, не позволяя ещё больше ускориться. Шаги Шисуи за спиной стремительно приближались. Понимая, что на прямой её сцапают через секунду, Ори решила спрятаться, пока была возможность. Добежав до разлапистого куста дикой малины, она качнула ветки в одну сторону, а сама резко затормозила и бесшумно нырнула под низкую крону старого раскидистого тиса, буквально слившись с его тёмной хвоей. Дополнительно Ори сконцентрировалась на чакре, чтобы замаскироваться. Через мгновение мимо её укрытия бесшумной тенью пронёсся Шисуи. Парень прыгнул вперёд, ориентируясь на колыхание кустов, и скрылся за поворотом тропинки. Ори успела только задержать дыхание и зажать рот ладонью, сдерживая рвущиеся наружу хихикание. Вот тебе и легендарный «Мерцающий Шисуи»… Ори покачала головой, до конца не веря, что такая простая уловка действительно сработала. Она уже занесла ногу, планируя незаметно дать дёру назад к дому и бросить бедного Шисуи бродить среди деревьев, как вдруг за спиной сухо хрустнул сучок. Спину обдало холодком. — Я знаю, что ты здесь, — донеслось из темноты ветвей. А следом послышалось напускное ворчание: — Между прочим, использовать техники скрытия — неспортивно, знаешь ли. Ори сильнее вжалась в царапучую кору, пытаясь определить, где именно затаился Шисуи, но сделать это было не так-то просто. В довершение всех бед по ногам поползли потревоженные красные муравьи, а в открытые сандалии набилось несколько острых хвойных иголок. Она не выдержала жжения и уколов и беспокойно переступила с ноги на ногу, хотя знала, что из-за этого шороха она рисковала выдать себя. — Неспортивно и бесполезно, — раздался голос откуда-то сверху. Ори вскинула голову: Шисуи, используя чакру, преспокойно висел на ветке прямо над ней — вниз головой и с довольной ухмылкой во весь рот. От неожиданности сердце ухнуло в пятки. Забыв про муравьёв и неудобные сандалии, Ори рванула обратно к дому так быстро, как только могла. Но сбежать от Телесного Мерцания было невыполнимой задачей. Буквально через пару метров, у самой границы леса, её перехватили за плечи и резко дёрнули на себя. Шисуи — то ли случайно споткнувшись, то ли нарочно, шутки ради, — увлёк её за собой в падение. В воздухе он успел развернуться спиной к земле, крепко прижав к себе Ори, и они оба рухнули в густую мягкую траву. — Что, испугалась? — приглушённо рассмеялся Шисуи. По всей видимости, чувствуя частый, беспокойный стук её сердца. Конечно, он не мог упустить шанса и не отпустить какую-нибудь шутку. Ори недовольно фыркнула. От его разгорячённого бегом тела стало ещё жарче, и она заёрзала, пытаясь отстраниться. Заметив её дискомфорт, Шисуи тут же послушно разжал руки и сел на траве. — Может, покажешь себя? — он повернул голову в её сторону и заглянул прямо в глаза, будто мог видеть сквозь технику. Но он не должен был — особенности её техники исключали любую возможность обнаружения. И тем не менее Шисуи находил её на удивление быстро, и уже далеко не в первый раз. — Неужто я и впрямь такой страшный, что ты настолько испугалась, а, Ори? — безрадостно улыбнулся он, когда она наконец сбросила технику, возвращая себе видимый облик. — Ну… — протянула Ори. Заметив эту его непривычную притихшую грусть, она поспешила разбавить драму привычным для них средством — какой-нибудь шуткой. Посмотрев на него с максимально серьёзным видом, она вздохнула: — Скажем так, Шисуи: хорошо, что ты умный. — «Умный», — буркнул Шисуи. Грустно усмехнувшись, он закинул руки за голову и откинулся спиной на траву. Вид у него стал ещё более хмурым и несчастным. Сегодня он задавал странные, совсем непривычные для себя вопросы. Да и реагировал на всё, что она говорила, как-то иначе. Любая их обыкновенная шутка звучала невпопад. Хотя Шисуи и не выглядел обиженным — скорее, ушедшим в себя и глубоко задумавшимся, всё равно в груди стало тяжело. Особенно из-за этого внезапного молчания. Правда стоило ей только приоткрыть рот, чтобы нарушить затянувшуюся тишину, как Шисуи ее опередил: — Вот ты меня обижаешь, — протянул он, сбивая её серьёзный настрой, — а я вообще-то тебе подарок принёс. — Подарок? — Ори растерянно моргнула. — До моего дня рождения ещё минимум полгода. Есть какой-то повод? Вся недавняя меланхолия Шисуи исчезла. Он зашевелился, садясь на траве, и принялся торопливо шарить по карманам брюк. Не найдя там ничего, кроме пустоты, он слегка нахмурился, быстро похлопал по нагрудному карману, и только в следующее мгновение на его лице мелькнуло понимание. Шисуи полез в поясную сумку — по-видимому, хотел спрятать вещицу понадёжнее. — Да, есть, — протянув находку, Шисуи смущенно заулыбался, а на щеках появился румянец. — Открой. Все эти странности — от непривычного поведения Шисуи до его внезапного сегодняшнего появления — сильно интриговали. Ори осторожно приняла свёрток из его рук. Бумага была самой простой, но завернуто всё было безупречно: уголок к уголку, с идеально ровными сгибами, а бечёвка перехватывала плотные слои ровно по центру, завязанная на крепкий, но изящный узел — сразу видно, что Шисуи очень старался. Пальцы Ори нетерпеливо потянули за край бечёвки. Шнурок послушно поддался; она бережно, чтобы сохранить бумагу целой, начала разворачивать плотные слои, стараясь угадать по форме, что же такое прятал на самом дне своего подсумка Шисуи. Наконец бумага разошлась в стороны, и на ладонь Ори оказалась шпилька-когаи. Основа была выточена из редкого, темно-зелёного нефрита. Тонкое, словно лепесток, навершие шпильки просвечивало на солнце, открывая взгляду туманные прожилки внутри камня. Металлическая же часть была отполирована настолько безупречно, что в ней, как в зеркале, отражалось голубое небо. Это была искуснейшая ручная работа. Особенный подарок. — Не нравится? — шёпотом спросил Шисуи, когда она замерла, разглядывая украшение. Он нервно провёл ладонью по волосам и тоже уставился на шпильку в её руках. — Если не нравится, я закажу другую. — Нет, эта очень красивая, — Ори так и не решилась посмотреть на Шисуи. Даже одно прикосновение к подарку отчего-то смущало. А сам Шисуи, казалось, напряжённо ждал от неё какого-то особенного ответа, а не обыкновенного: — Спасибо… Он тихо хмыкнул, вроде как довольный, что ей пришёлся по вкусу его дар. Но всё равно продолжал вести себя странно: то проводил ладонями по коленям, то неловко пересаживался с места на место, то принимался крутить на пальце шнурок от своего подсумка, пока она продолжала разглядывать когаи. Впрочем, Ори могла его понять — ей и самой было не по себе. Шисуи никогда раньше не дарил подобных вещей. Из-за этого внутри против воли закралась тревожная мысль: не случилось ли чего-то серьезного? — Ты это… попозже у своих родителей спроси, что они думают, — вдруг выдал Шисуи, окончательно смутившись. Ори моргнула, переведя озадаченный взгляд с матового нефрита на его лицо. — По поводу шпильки? — переспросила она. — Да… шпильки… — Шисуи поспешно отвернулся, пряча лицо, и буркнул уже куда-то в сторону: — В общем, потом мне ответ передашь. — Ладно, — растерянно отозвалась Ори, всё ещё не понимая причин его смущения. Да, подарок очень личный, но не до такой же степени? — И ещё вот что… — Шисуи вдруг посерьёзнел, хотя краска с его лица так и не сошла. — Сейчас мне доверяют более сложные миссии. Многие задания теперь даёт лично Хокаге-сама. Так что… продвижение по службе пойдёт довольно быстро. И тут она совсем потерялась. Зачем он вообще всё это говорил? Она и так знала о его последних миссиях — он сам с радостью делился подробностями. Про доверие со стороны Хокаге в деревне тоже не слышал только ленивый. А уж скорое продвижение по службе и вовсе было самым логичным выводом из его успехов, так зачем было так кичиться этим теперь? — Шисуи, с тобой все хорошо? У тебя какие-то проблемы? — видя, как он и дальше продолжает нервно играться с замком на сумке, спросила Ори. — Всё хорошо, — Шисуи наконец заставил себя отпустить многострадальную застёжку и поднялся на ноги, кажется, готовый попрощаться. — Просто спроси родных в ближайшее время о шпильке. И не злись, это правда важно. — Хорошо, — только и успела ответить она. — Но ты так и не сказал: по какому поводу такой подарок? — Потом поймешь. Шисуи махнул на прощание рукой и направился в сторону леса — откуда, судя по всему, он сегодня и пришёл.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!